Валери Нортон

Территория независимости

+122

1.
Костя.

Холодное лето. Снова зарядили дожди. Полощут старые клены и тополя во дворе родительского дома. В пенных лужах мокрые голуби. Холодно им, наверное. И на душе у меня тоже холод. Этой весной я расстался с Викой. После развода жене достался ребенок и квартира. Мне – мои личные вещи и машина. Все. Разошлись почти что мирно.

Я весь выходной пролежал на кровати в комнате сводной сестры Валерии, пялясь в плакат, висящий на противоположной стене. Как будто заняться больше нечем.
На этом плакате черноволосый, субтильный юноша стоял на коленях, и, раскинув руки, символически обнимал рукоплещущий ему зал. Внизу был нацарапан черным маркером его кривоватый автограф.
Лерка еще прошлым летом фанатела и молилась на это юное бесполое очарование. Просыпалась и благоговейно взирала на его изображение. Сейчас ей все равно, даже не помнит про него. Она повзрослела. А я как будто совсем не изменился. От нечего делать я прослушал пару песен в ее плейере. Скукота. Любовь, Ох! Ах! Так глупо. К горлу подкатил комок.
Любви нет.
Когда этот поющий дятел сам все поймет, он поймет также, насколько пусты и лишены смысла, все его бредовые песни. Так наивно и просто говорить о любви может только подросток.

Лерка за мной ухаживала, как за принцем. Или как за больным. Принесла на подносе раскромсанный, пахнущий сладостью арбуз. И это в начале-то июля. Я боюсь его есть, честное слово. Даже смотреть страшно на эти ярко-красные кусочки.
-Ну Ко-остя. Ну, не надо. Все будет хорошо. Ну не грусти. Не могу видеть тебя таким.
Она уселась у моих ног, поставив на колени тарелку.
-Знаю, - ответил я, щурясь сквозь очки на потолок. – Но я все равно не могу успокоиться. Я лежу тут, как последний конченый идиот... Как представлю только, что эта сволочь будет наказывать ее, ставить в угол, может даже бить. М-м-м.
У меня непроизвольно сжались кулаки.
-Никто не станет бить младенца. С чего ты это взял? Но даже если вдруг что, то Вика не позволит. Она хорошая мама.
-Хорошая…
-Правда. То, что у вас не сложилось, это одно. Но она очень заботливая. Костя, у тебя телефон мигает. С работы… Возьмешь? – сестренка подала мне трубку.
-Давай.
Я принял сидячее положение и ответил.
Действительно, с работы. Пришлось быстро собрать в кучу растекшиеся, куда попало мозги. В некоторые вопросы я пока еще не до конца въезжал. Главный просил звонить ему, если что. Пришлось позвонить, побеспокоить и уточнить. Потом я снова набрал магазин. Это могло повторяться несколько раз в течении дня. Ничего, мне полезно.
Этот звонок меня взбодрил. Я понял, что уже отлежал себе все бока. Пора вставать и хотя бы побриться, мать его…

В свои двадцать четыре года я уже стал директором большого магазина. Нет, не своего, конечно. Это был один из многих супермаркетов, разбросанных по нашему городу. Элитный, если можно так сказать. Основную ставку мы делали на хороший, дорогой алкоголь и разного рода изыски: живой хлеб, экзотические фрукты, дорогое мясо. Ну и, конечно, все остальное у нас тоже было.
У нас была хорошая реклама, отличный дизайн интерьеров внутри магазинов, собственная дисконтная система скидок постоянным клиентам. Совсем не то, что на моей прежней работе. Все чистенько, аккуратно, уютно, продуманно и спокойно. Мне нравится.
Я попал в эту торговую сеть совершенно случайно. Кто-то кому-то как-то рассказал о том, какой верой и правдой я служил на прежнем месте работы. Что у меня хороший опыт в торговле, и что я честный сотрудник. Я в то время был как раз озабочен поиском постоянного и стабильного места работы. Меня пригласили.
Придя на собеседование, и услышав сумму, которую мне предлагали в качестве зарплаты, я задумался. С одной стороны – хотелось чего-то нового, но с другой…деньги есть деньги. В душе я знал, что соглашусь. Месяц я сидел на кассе. Потом почти полтора года проработал менеджером, еще два месяца - товароведом. Не так давно стал директором.
Это оказалось не так-то просто в моем возрасте. Иногда меня даже не воспринимали всерьез. Но потом привыкли, потому что вел я себя совершенно не так, как выглядел. Да, я был самым молодым из всех. Но это мне не мешало. Я старался и, взявшись за новое дело руками, ногами и зубами, уже через месяц уладил кучу дел, которые еще до меня, тянулись как бесконечная резина. Новая вывеска. Проблема с текучкой. Камеры хранения с надежными замками. Вечно ломающаяся сигнализация. Живое пиво, которое уже этим летом стали продавать у киоска, встроенного в стену. И, самое главное, мы перестали быть убыточными и тянуть всю сеть вниз. Я, натурально, с ног сбился. Но был доволен собой.

Я побрился и вернулся в Леркину комнату. Нужно было что-то думать. Искать себе жилье, сколько уже можно жить, стесняя родителей и Лерку. Она сейчас спит в их комнате. Ерунда какая-то.
Поначалу, сразу после развода, я жил у Ильи и Нелли. Их «двушка» была довольно просторной. Огромная лоджия, роскошный коридор. Мы совершенно не мешали друг-другу.
По утрам меня будил, шлепая по полу босыми ножками, их полуторагодовалый карапуз по имени Матвейка. Он дергал меня за нос, за уши. Заливисто хохотал, прыгая по моим очкам, которые я по неосторожности вечно клал на пол. Как тут не проснуться.
Я сонно улыбался ему в ответ. Болезненно сжималось сердце. Сказать по правде, из-за этого я и съехал от них. Хотя и Нелли и Илья настойчиво просили меня остаться до тех пор, пока я не найду себе приличную съемную квартиру. Настоящие друзья. Но я не мог признаться им, что их ребенок, играющий вечерами на ковре, у наших ног, терзает мне сердце.
У меня самого росла дочь. Без меня. Я, с недавних пор, стал для нее воскресным папой, приходящим, приносящим игрушки и лакомства. Куклы, наряды. Впрочем, она была еще мала. Моя маленькая копия. Еще нет двух лет, а какой характер! Она верховодила в песочнице четырехлетними детьми. Темные (совершенно мои!) глаза и темно-каштановые кудри. Вика мстительно повторяла, что дети то и дело меняются, пока растут. Возможно, наша дочка все-таки пойдет в ее породу. Но я знал, что это все ерунда. Мои гены дали продолжение, и когда этот бутончик распустится, он будет точь-в-точь, как я.

Вика была моей сокурсницей все пять лет учебы. Сидя на лекциях, она не сводила с меня глаз. Я спиной чувствовал ее взгляд. Над ней подшучивали, но она все равно была, как зачарованная. Я о ней, честно говоря, и не помнил, но едва у нас начиналась сессия, как она принималась за свое. Мы почти что не общались. Она меня совсем не знала, и влюбилась в мое лицо и мой голос. На последнем курсе, понимая, что скоро придет конец нашему студенчеству, она постоянно пыталась занять меня разговором. Раздобыла где-то мой телефон. Она тогда была очень хорошенькая и милая, но не очень популярная среди ребят. Невысокая, не худышка, но и не полная. Русоволосая, с зелеными глазами. Приветливая. Мы стали общаться и я, незаметно сам для себя, увлекся. Это все случилось так быстро. Не было времени даже опомниться.
Я сглупил и наделал ошибок. В итоге обидел двух хороших людей. В том, что я сейчас лежу и хандрю, как идиот, нет ничьей вины. Я сам во всем виноват.

В то время я был еще с Сашей. Хотя, как сказать, был. Мы встречались у меня, он по-прежнему, жил в общаге. Близко я его не подпускал, просто выстроил перед ним стену. Барьер, который он все никак не мог преодолеть, как ни старался.
Он бился, стучался и царапался в эту стену. Ему было плохо. И со мной, и без меня тоже. Он мучился своей любовью ко мне, страдал, как от болезни. Я его не понимал. Мы иногда цапались, он просто сводил меня с ума своими требованиями и капризами. Он хотел, пожалуй, слишком много от меня. В то время я не был готов к такому шквалу эмоций и постоянству. Да мне и был всего-то двадцать один год. Какое тут постоянство?

Странно, пока мы были друзьями, то отношения были просто прекрасными. Мы общались, валяли дурака, нам было хорошо вместе. Но стоило только завязать эту новую гомосексуальную связь, как все наше взаимное уважение куда-то резко испарилось. Он стал предъявлять права, требовать и командовать. Я этого не стал терпеть.
Все было до банального просто: мы не могли никак поделить власть. Два мужчины, два разных характера. Оба слишком молоды, чтобы уступать. Я был очень груб с ним. Ну, и еще. Я не считал себя обязанным хранить ему верность. Скажем так, это стало основной причиной наших диких ссор. Я никогда не считал его своей второй половиной. И я никогда не говорил с ним о чувствах. Даже если он сам бесчисленное количество раз признавался мне в своей любви. Но разве это возможно? Разве такая любовь нормальна? Он злился и пытался меня подмять, заставить полюбить себя, сдаться. Как же! Это меня-то? Я был как скала, тверд и неприступен. Холоден и жесток. Иногда мне даже становилось его жаль. Ненадолго. Поначалу он мне подчинялся. Но позже, когда он осмелел, я начал сатанеть.

Хотя нам было хорошо вместе, это факт. Даже после импровизированного медового месяца, проведенного на море, вернувшись, мы все никак не могли друг другом насытиться. Мы вспоминали наши безумные выходки ночью, на диком пляже, под шум волн…я до сих пор, улыбался, вспоминая это. Черные скалы, звездное небо. Теплая вода шуршит галькой у ног, и наши стоны... Да уж, это не забыть… А дискотеки на пьяную голову, где мы не боялись касаться друг друга. И толпе, пляшущей вместе с нами, в принципе, было на все наплевать. Нас вообще не замечали.
И рок-фестиваль на мысе Казантип. Ярко-красный солнечный диск, гаснущий в море. И мы, оглушенные, совершенно счастливые. Мы тогда проехали почти все побережье полуострова. Это было незабываемо, совершенное идеальное счастье.
Мы изъездили весь серпантин, какой там только был. Иногда, правда, останавливаясь, чтобы я проблевался и пришел в себя. Романтика, блин. Впрочем, это были мелочи. Я любил становиться на самый край высоченной скалы и, раскинув руки, ловить ветер. Пальцами, волосами, губами. Внизу билось море. Сашка обхватывал меня за пояс, крепко сжимая руками. Я тогда чувствовал всю его силу, с которой он любил и желал меня.
Как в «Титанике», мать его…
Не знаю, почему я оказался такой подонок. По отношению к Саше. Он не заслужил этого. Его чувства были совершенно искренними. Я это прекрасно понимал.
Все получилось как-то неожиданно и спонтанно. Когда Вика, роняя крупные, крокодильи слезы, объявила мне, что залетела, у меня в голове осталась только одна мысль: Не допустить аборта! Я просто забыл тогда про Сашу. А она, бестолковка, уже все распланировала. Дети потом, сейчас учеба. Идем к врачу за направлением. Глупая. Это же дар Божий. Мне, которому за мои наклонности, вообще ничего, кроме ада, не светило. Впрочем, это слишком сложная для меня сейчас тема. В моем возрасте, у людей вообще все мысли о теле…
Я рассказал все Саше. Честно. Жестоко, до беспредела. Он остолбенел, побледнел. Непонимающе сморгнул. Потом до него дошло. Он засопел, размахнулся и крепко въехал мне по морде. И ушел. Я думал, что зубов не сосчитаю. Ничего, через неделю зажило. Его место заняла Вика.
На нашей тихой свадьбе в маленькой кафешке, я так напился, что домой меня почти что принесли. Вот позорище-то, у меня до сих пор краснели уши, едва я это вспоминал. Утром она обиженно дулась, потом это вошло у нее в привычку.
Жизнь так закрутила, что я перестал соображать, чего вообще хочу и забыл, о чем мечтал. Путешествия, учеба, новая интересная работа, любовь… все отошло куда-то в тень. Теперь у меня был дом, молодая жена. Крохотный ребенок, орущий ночами, и необходимость содержать семью. Я сцепил зубы и забыл о себе. Уже было не до чувств и мечтаний, юность резко кончилась. Мне тогда было всего двадцать три года. Едва получив диплом, я бросился работать.
Не могу сказать, что был несчастлив, даже наоборот. Но только с Викой как-то не заладилось. Жаль. Наверное, мой характер подкачал, Впрочем, она тоже давала мне жару.
***
Вечером я листал толстую газету, отмечая понравившиеся мне объявления о сдаче жилья внаем. Было так тоскливо. Вроде бы все в порядке, но что-то не то. Со мной. Папа смотрел телевизор, Наталья возилась на кухне, что-то там готовила. Лера сидела в интернете. Тихий семейный вечер. Я по-прежнему был одинок.

Через неделю мне подфартило. Ну, наконец-то что-то приличное! Квартира была большая и светлая. Седьмой этаж в новостройке. Мебели почти нет. Только стол на кухне, пара табуреток и белая плита. Да шкаф в прихожей.
Хозяева, люди не жадные, просили за нее немного. Меньше, чем она стоила. Я тут же согласился. Заплатил за два месяца, получил ключи. И на следующий же день вселился. Перевез свою одежду и ноутбук. Потом купил себе маленький холодильник и большой высокий матрас. Решил, что буду жить, как японец. Сидеть и спать на полу. Больше мне ничего не было нужно.
Свою квартиру я оставил бывшей жене для Лизоньки. Сделал там ремонт, оборудовал детский игровой уголок. Качели, турники, пластиковый игрушечный домик, гора мягких игрушек. Она все время там сидела, даже спала на надувном матрасе. Мы с ней понимали друг друга с одного взгляда. Она по мне скучала.
Елизавета Константиновна. Я приучил ее к этому имени, на другое она и не отзывалась. На детской площадке это было особенно смешно. «-Елизавета Константиновна, иди сюда, я подтяну тебе штанишки!» Родители Вики помирали со смеху.
Нужно будет купить новый ковролин, чтобы дочке было на чем играть в моем новом жилище.

***
Работа занимала все время. Мне нравилось руководить, общаться с людьми, разруливать проблемы. Я сильно старался, учился, набирался опыта. Было интересно. Мной пока тоже были довольны.
У меня был собственный небольшой кабинет на втором этаже магазина. Светлый, большое окно, выходящее на центральную шумную улицу. Зеленая пальма в углу. Девушка – помощница Катя. Молоденькая блондинка двадцати пяти лет.
На работу я ездил на своей машине, которую купил год назад. Я вот-вот должен был уже расплатиться с кредитом за нее. Белая иномарка китайского производства, отечественной сборки. Но я к ней прикипел. Первая машина для мужчины все равно, что первая женщина. Хотя, это, конечно, не про меня.

У меня были коротко остриженные, взъерошенные ежиком волосы. Узкие очки в темной, под стать волосам, оправе. Несколько хороших костюмов, подчеркивающих мою стройность. Узкие брюки, остроносые туфли. И на рубашке две верхние пуговицы деликатно расстегнуты. Ухоженные ногти, золотая тонкая цепочка с крестиком. Дорогая туалетная вода. Девушки провожали глазами, мужчины вежливо здоровались, пожимая руку. Я улыбался, сверкая отполированными в клинике, белыми зубами. Взгляд уверенный, чуть с усмешкой. Глядя в зеркало, я сам себя хотел, до того был привлекателен и хорош.
Вот такой я стал сволочью.
Мою бывшую жену это все бесило. Хотя она, изначально, меня за это и полюбила. За мою внешнюю красоту. Потом она стала изводить меня ревностью. Нельзя создавать семью, если тебе нравится кто-то за красивые глаза, это так глупо.

Было темно. И на улице, и в доме. Я, такой весь распрекрасный, лежал на животе и грыз подушку.
Ночи мои сейчас были одинокими и пустыми. Хотелось задыхаться, вжимаясь в чье-то горячее и податливое тело, а не тыкаться носом в свою подушку, чувствуя болезненное напряжение и безысходность. От женщин я пока держался в стороне. Пока мне хватило двух, они обе здорово потрепали мне нервы, больше не хотелось. Мужчин - геев я больше не встречал. Наверное, их лимит на меня был исчерпан. Все закончилось Сашей.
Вот и сидел в одиночестве, зависая в социальных сетях, читая необходимую для моей работы литературу, засыпая перед каким-нибудь очередным блокбастером.

***
Возможно, это было все. И нечего было бы мне больше рассказать о себе. Какие уж теперь приключения и какая любовь? Жизнь, как у всех, не лучше и не хуже. Заботы, одиночество, вечная нехватка времени. Но моя жизнь, как обычно, изменилась в один день.
Думаю, мне просто повезло. Хотя, вначале, я в этом сомневался.

Была уже середина лета. Я хотел и не решался попросить отпуск. Нужно было проведать бабушку, помочь ей. Она постарела, сдала немного и мечтала увидеть Лизу, свою правнучку. Я купил детское автокресло. Нужно будет уговорить Вику отдать мне дочь на выходные, и съездить вместе с ней и с Леркой в деревню.
В среду, с утра пораньше, главный наш неожиданно позвонил мне и велел явиться на ковер. Я быстро собрался. Он вечно так. «-Приезжай, срочно!»
Хотя никаких грехов за мной, по моим подсчетам, не водилось, я все равно занервничал. Хоть бы пол слова сказал, что ему нужно. Ну, на то он и главный.

Алексей Викторович, сидя в кабинете за своим столом, окинул меня своими острыми, умными глазами.
-Присаживайся.
Я удобно устроился в кожаном кресле напротив. Он отложил в сторону бумаги. Скрестил пальцы.
-Константин, у нас тут намечается интервью. Местный канал будет снимать о проблемах трудоустройства, безработицы в нашем городе. На сферу торговли тоже будут налегать. Будешь отвечать на вопросы, поедешь вместо меня. Максимально честно, но без лишнего. Общие фразы. Ну, ты понял меня.
-Хорошо. – ответил я. – Постараюсь. Только, может кто-то другой из ваших директоров лучше знает эту тему. Я ведь еще новичок.
Он окинул меня взглядом.
-Ничего. Ты справишься. Ты же сам только недавно вышел из студенчества. Тебе это ближе. Только учти, ты будешь представлять меня. Понял?
-Да. – ответил я.
-Отлично. Ну, теперь рассказывай, как там у вас дела?
Я выдохнул и принялся выкладывать шефу все, что у нас в магазине творится. Он внимательно слушал. Он вообще был хороший человек, этот наш шеф. Можно сказать, творческая личность. И решения у него были нестандартные. Мне у такого учиться и учиться. Я впитывал, как губка.

Два вечера, допоздна, я штудировал статьи и читал интервью на эту тему. Готовил примерные ответы на примерные вопросы. Я понимал важность этого интервью, ведь мне доверили представлять интерес всей нашей сети. Я немного волновался.
Я знал, что на этом канале сейчас работает Саша. Он успешно закончил этой весной свой журфак, и его, еще тепленького, взяли на работу оператором. На своем факультете он был в числе лучших студентов. Все-таки я оказался прав на счет него, когда предложил ему перейти на журфак, это мне было приятно.
Я знал все про Сашу от Лерки. Как ни странно, они с Сашей в последние годы сдружились, и часто общались. Хотя до этого не ладили.
Лерка знала все про нас и крепко горевала, что мы расстались, и, вообще, больше не общаемся. Неоднократно она делала попытки нас помирить, но безуспешно. Сашка меня просто возненавидел. Банальная фраза «От любви до ненависти только шаг», но сколько смысла. Особенно, если это напрямую касается тебя. Это было так странно. Я не знал, и даже предположить не мог, что он способен на это.
Нет, я не боялся встретиться с ним там. Просто как-то волновался. Мы очень давно не виделись, что-то уже около полутора лет прошло. Общих встреч у родственников не получалось. Саша заранее узнавал, что я приду, и отказывался приходить сам. Все были в шоке, а мне было обидно. Это же ребячество какое-то. Да, были отношения, теперь нет. Ну и что? Мы же давно взрослые люди, в конце-концов.
В любом случае, рано или поздно, мы бы с ним встретились. Мир тесен, а уж этот город, тем более.

Утром я тщательно побрился. Уложил волосы. Потом долго стоял перед распахнутым шкафом. Хотелось сразить всех наповал своей умной речью. Ну а Сашу, если мы там все-таки встретимся, своей красотой и совершенно счастливым видом. Пусть знает, что я в полном порядке. Даже, несмотря на то, что я трахался с кем-то в последний раз, полгода назад.
Я надел шелковую рубашку густого горчичного цвета, синий, в мелкую полоску молодежный пиджак и классические, темно-синие джинсы. Смотрелось стильно. Поправил очки. Красава.
Я вышел из дома, задрав нос, готовый к победе. Но сердце предательски часто билось. Глупое. Я не пойду у него на поводу, пусть не трепещет. Мне казалось, я уже отлюбил свое.

Низенькое белое здание телецентра. В зале для интервью собралась целая толпа. Тихо переговаривались. Кое-кого я знал уже в лицо. Поздоровался. Потом познакомился еще с несколькими людьми. Все это было нужно для работы, для карьеры. Я успокоился.
Мы расселись по местам и вскоре явились журналисты. Молодая женщина в зеленом платье и средних лет мужчина. Поздоровались с нашей костюмированной организованной толпой. Они должны были вести интервью. За ними следом вошел Саша, неся на плече здоровенную камеру и штатив под мышкой.

Вот так. Просто взял и вошел.
Скотина.

Я вздрогнул, сидя на своем стуле. Удивленно уставился на него. Я совершенно не ожидал такого.
Ведь помнил-то я его еще робким, веселым парнем, преданно заглядывающим мне в глаза. Он дрожал, молчал, потакал мне. Истерил, хватал за руки, когда мы ссорились. Обнимал меня, и в шутку приподнимал на руках, хвастаясь своими мускулами.
Сейчас это был крепкий, уверенный в себе, молодой мужчина. Я едва его узнал. Он сильно повзрослел, и даже как будто вырос, раздался в плечах. Его светлые волосы были коротко острижены, а над крепкой шеей был завязан прикольный маленький белый хвостик. Я почему-то подумал, что именно так и должен выглядеть настоящий оператор. Это все, что я успел рассмотреть в первую секунду.
Это было странное чувство. Как будто ты возвращаешься в свое прошлое, а там тебя нет. Вроде бы, это был Саша, но в тоже время и не он.
Я крестил руки на груди.
Он меня не заметил, или не узнал. Пока они настраивались, я следил за ним дотошным взглядом. На нем была коричневая водолазка в обтяжку. Она подчеркивала рельефность мышц на руках. Лерка как-то сообщила, что в последнее время Саша увлекся волейболом. Так вот почему он такой подтянутый. Спортсмен. Молодец, не то, что я, лентяй тощий.
Саша настраивал микрофон, что-то там щелкал, включал. Я перевел взгляд на его грудь и живот, плотно обтянутые тонкой тканью. Красивый… Вспомнилась наша ночевка в палатке на одном из пляжей, это было что-то. Под звуки природы и шум моря…
Вот, б**дь! Только этого здесь не хватало. Хорошо хоть, что на колени можно положить папку с бумагами. Стало жутко стыдно, кругом люди. Я почувствовал, как загорелось лицо. Вот вам и отсутствие личной жизни. Отвернулся и уставился в окно, лишь бы не видеть его. Все, хватит! Я же на работе, в конце-концов.
Забыли, проехали!


Началось интервью. Нам по очереди задавали разные вопросы. Среди нас были представители московских фирм, работавших в нашем городе, мелких частных предприятий, даже ИП. Разговор шел очень серьезный: о налогах, о причинах, почему зарплаты не растут, об инфляции. Я со своим гуманитарным образованием, даже не въезжал в некоторые темы. Потом начался крупный спор между двумя конкурирующими в нашем городе сетями быстрого питания. Они делили между собой рынок, попутно доказывая, почему продукция каждого лучше, чем у конкурента. И почему, вследствие этого, у них лучше работать. Журналисты едва успокоили обоих представителей.
Потом дали высказаться каждому. Когда очередь дошла до меня, я сумел собраться и довольно хорошо ответил на все, о чем меня спрашивали. Как и велел шеф, я отвечал больше общими фразами, но все же старался подчеркнуть нашу собственную позицию в каждом конкретном вопросе.
Отвечая, я смотрел прямо в камеру. По возможности, уверенно и спокойно. Когда я сел на место, то посмотрел на Сашу. Он продолжал работать. Мне было интересно, что же он почувствовал. Я был взволнован. Даже сам от себя такого не ожидал. Мне вдруг захотелось произвести на него впечатление. Интересно только, почему?
Наконец, все закончилось. Нас поблагодарили за то, что мы пришли. Приглашенные стали шуршать стульями и расходиться. Я немного задумался.
Спустя пару минут я поднялся и подошел к Саше. Остановился от него на расстоянии метра. Он уже выключил камеру и теперь сматывал провод.
-Привет, - неестественно весело произнес я.
Саша повернулся и серьезно, с прищуром, взглянул на меня. Н-да, даже взгляд другой. Тяжелый какой-то. Раньше такого не было. Я тут же перестал улыбаться.

Тихий ужас.
В последнюю нашу встречу он меня сильно ударил. И ушел, пока я, отплевываясь кровью, приходил в себя. Хороший финал в отношениях, ничего не скажешь.
Того парня, с которым я когда-то занимался любовью, нет и в помине. Он растворился в этом, совершенно другом, человеке. Хотя запах тот же. Я чувствовал, я хорошо знал, как пахнет его кожа и волосы. Помнил.
А почему бы и нет? Я не был к нему равнодушен, это факт.

-Привет, Костя, - спокойно ответил он. – Не ожидал тебя здесь увидеть.
-Почему. Ты разве не знаешь, где я работаю? – спросил я, пялясь во все глаза.
-Нет. Откуда? Я думал ты преподаешь в университете. Ты же на это учился, разве нет?
-Да, на это. Но не срослось.
-Понятно.
Сашка спокойно отвернулся, продолжая свою работу. Я не знал, что еще сказать. Смотрел в его спину, на его белый хвостик.
Подумать только. Все, что между нами было… это как будто из прошлой жизни. Этот человек почти месяц выхаживал меня в больнице. Только что горшки не выносил. Покорно терпел мою брань и истерики на больную голову. А потом еще полтора месяца он грелся в машине под окнами моей квартиры, только для того, чтобы увидеть меня. А потом прокатил по всему побережью Крыма, исполнив мою давнюю мечту. И снова терпел меня. И как любил….
Я стоял и смотрел на него. Мне сейчас даже не верилось. Он ведь действительно тогда любил меня. Почему-то до меня дошло именно сейчас, в этом пустом зале. Значит ли это, что любовь есть? Да, она есть. В нем. Но не во мне. Во мне ее почему-то нет.
Ни Андрея, ни Вику, ни Сашу. Никого я не любил по-настоящему. Хотя эти люди таяли, едва касаясь меня.
Я моральный урод, что мне делать?
Я ошеломленно развернулся и вышел из здания на свежий воздух. Хотелось закурить. Не ради порции никотина, а просто так, чтобы чем-то занять свои пальцы. Я огляделся. Киосков поблизости не наблюдалось, да и магазинов тоже. Вот ведь засада.
Прохладный ветер распахивал мой пиджак. Ну что за лето, а?

Нужно было ехать обратно на работу. Меня ждали дела.
-Что, курить захотелось? – спросил Сашин голос.
Он подошел ко мне. Протянул открытую пачку.
Я достал одну, Саша поднес мне зажигалку.
-Мне вот тоже чего-то захотелось курнуть, - произнес он, выпуская в небо облачко белого дыма. Деловито, спокойно.
Я молчал. Мы оба молчали. Дымили, стоя на твердом сером асфальте. Денек был солнечный, но прохладный. Ветер шевелил кроны старых кленов у здания телецентра. Приглашенные уже все разошлись, мы остались одни. Прохожие, не спеша, прогуливались мимо нас.
Я глубоко затянулся.
-Костя… Как вообще дела? Выглядишь классно, как всегда.
-Хм… Спасибо. Да нормально все. Работаю. Развелся три месяца назад. – зачем-то добавил я.
-Да? А ребенок твой? – спокойно спросил Саша.
-С бывшей осталась дочка. – я вздохнул. – Она, Вика, уже и хахаля себе нашла. Я теперь переживаю, как же он с моей дочкой ладить будет. Страшно за нее. Она еще маленькая совсем.
-Быстро она, когда только успела. Понимаю. Это нелегко.
-Да уж... Думаю все время об этом. Если обидит ее, приду и убью его, -прошипел я, давя сигарету.
-Да брось ты. Не обидит.
Я взглянул на него сквозь очки. Саша был задумчивый, тихий. Совсем другой. Вот стоим мы тут, и никто ведь даже не подумает, что мы раньше с ним спали. Просто встретились два приятеля, стоят курят. И все.
Что было, то было. Ни отнять и не прибавить.
-Ладно, мне нужно бежать, - сказал он.
-Саш, дай мне свой телефон. – попросил я.
История, как будто повторялась. Ведь когда-то, несколько лет назад, он сам подошел ко мне с таким же вопросом.
Он немного подумал. Усмехнулся зачем-то.
-Записывай.
Я достал из кармана мобильник, и набрал его новый номер под диктовку. Мой номер он так и не попросил. Ушел обратно в телецентр. Я проводил его взглядом.

Дома я пришел в себя. Выпил горячего кофе, искупался, засел у компьютера. Саша не выходил из головы. Меня и раньше влекло к нему. А уж теперь… Я чувствовал постоянное волнующее напряжение, мучили воспоминания.
Это было грустно.
К чему все это теперь? Так безнадежно глупо. Так похоже на меня.

Лежа на животе и смотря в темно-синее большое окно, я думал о нем.
Саша стал теперь именно таким, каким я всегда хотел его видеть. Не нервным, неопытным подростком, а уверенным, сильным мужчиной. С таким приятно иметь дело.

Я перевернулся на спину. Потянулся в темноту, пошарил рукой по полу, нащупал мобильник.
-Але! - весело отозвалась моя сестренка.
-Привет, солнце. Ты где? – спросил я.
Из трубки доносились звуки веселой вечеринки и убойная музыка.
-Я? На дне рождения. А ты, как? Дома? Скучаешь, небось?
-Угадала. Ладно, веселись на здоровье. Много там не пей! – пригрозил я.
-Хорошо, так точно. А ты чего звонишь?
-Так. Хотел кое-что спросить. Но потом, это не важно. Давай, отбой.
-Да нет, Костя, я могу говорить! Ты спрашивай. Сейчас на балкон выйду.
Она дотопала до балкона. Звуки музыки стихли. Теперь в трубке слышались порывы ветра.
-Бр-р, ну и холод. Говори, Костя. Скорее, пока я не замерзла.
-Я насчет Саши.
-Да? – лукаво произнесла она.
-Да, - подтвердил я.- Хотел у тебя спросить. Знаешь ли ты, он сейчас с кем-нибудь встречается?
Лерка немного помолчала.
-Знаю.
-Ну и?
-Он встречается. С парнем. Извини, Костя… - растерянно произнесла она.
-Г-м. Ты уверена?
-Да. Я даже с ним знакома.
-Вот как. И молчала?
-Ну, Костя-я. Ты же не спрашивал. Они уже давно вместе, почти год. Я сама только недавно познакомилась с ним.
Я закусил губу.
-Вот как. Интересно. И кто он?
-Ну, он обычный. Работает парикмахером в салоне.
-Бля! – я засмеялся. – За**ись! Ха-ха! Ты серьезно?
-Да, серьезно. – произнесла она с укором. – Между прочим, очень даже хороший парикмахер. Я у него стриглась.
-Ну-ну. Ладно, отбой. Иди веселись, люблю тебя.
-И я тебя! Не грусти.
- Да все окей, детка.
Я положил мобильник под матрас.
Ни хрена не окей. Какой на хрен парикмахер? Сашка е**улся, что ли? Мне стало смешно.
Я резко поднялся и сел. Внезапно во мне проснулся хищник. А почему бы, к примеру, не открыть охоту? На Сашу. Сколько себя помню, всегда выбирали меня. Я только принимал или не принимал правила игры. Но чаще принимал. А теперь пусть все будет наоборот. Я хочу Сашу. Сумею ли я его получить? Это будет зависеть только от меня. Но я сильный, я многое могу. Думаю, стоит попробовать.
Меня грызла ревность. Интересно, Саша любит своего парикмахера так же сильно, как любил меня? Этот паренек оказался способен на большое чувство. В отличие от меня. В этом наше главное отличие. Похоже, он действительно, гей. Самый настоящий. Не такой, как я. Меня ведь просто приучили к этому. Или нет?
Я снова упал на матрас. Столько вопросов. И никто не даст ответа, только ты сам.

2.
-Вика. Ты, б**дь, вообще что ли охренела? Даже пол года не прошло после развода. Что, вообще, за спешка? К чему это?
-Не матерись, пожалуйста. Я что, в трауре? Мы с тобой уже сколько вместе не живем? Я что, должна до пенсии теперь горевать и сидеть одна? Я разве не человек? Думаешь, раз у меня ребенок, то я не должна думать о себе?
Хренова куча дурацких вопросов.
-Должна. Но не так же!
- А как, по-твоему?
Я только вздохнул. Ну что за баба, а?
-Вика, послушай меня! Ты зачем тащишь его в дом? Ну, встречайтесь себе на стороне, да ради бога. Но не при ребенке ведь!
Она вздрогнула.
-Ты что, думаешь, я буду при ребенке с ним трахаться? Ты вообще, что ли идиот?
-Приехали! Вика, причем тут «трахаться»? Я разве об этом? Просто ему незачем находиться рядом с ней, вот и все. Я против.
-Он против. Да пошел ты! – огрызнулась она.
Я взбесился и крепко схватил Вику за предплечье. Дернул.
-Слушай сюда! Если будешь водить его в дом, где живет моя дочь, то отожмешь у меня по полной. Ты поняла? Он не должен топтаться грязными носками по полу, где она играет.
Вика скривила лицо, готовясь заплакать.
-Ссука, ты, Костя. Отпусти. Оставишь синяки, пойду, напишу заявление. Вообще ее больше не увидишь.
Я разжал руку. Вика пошла на кухню.
-Кто еще ссука, - прошипел я.
Ну разве она могла меня понять? Вокруг сейчас полным-полно педофилов. Они кругом, сколько случаев уже было. По телевизору только об этом и говорят. Вспоминая свое прошлое, я трясся за дочь, как ненормальный. А эта дура ни хрена не понимает. Думает только через одно место и водит в квартиру посторонних мужиков.
Меня трясло от злости. Хоть бы побыстрее отдать Лизу в сад.
Я пришел, чтобы погулять с ней, а она уже гуляла с бабушкой. В итоге, поругался с бывшей. Я обулся, и, не прощаясь с Викой, вышел на улицу. Нужно найти Лизу и теть Нину, мою тещу. Интересно, где они сейчас могут быть.
Я побрел наугад, цепляясь глазами за встречающиеся детские лица и шапочки. Теща была человеком адекватным, я решил поговорить об этом с ней. Пусть вразумит свою дочь.
Бродил я недолго и нашел их на детской площадке, в большом соседнем дворе. Лизонька качалась на качелях. Розовые колготки, белая косынка, темная челочка. Увидев меня, она дернулась, неловко соскочила и упала в желто-оранжевый песок. Бабушка ринулась к ней, но Лиза уже поднялась, нашарила меня глазами и бросилась навстречу.
- Папа!
От нее пахло клубникой, мордашка была немного измазана шоколадом.
Я подхватил ее на руки. Никакое другое тепло не было так приятно для меня, как тепло этого маленького тельца.
-Не ушиблась?
-Нет!
-Зачем вы даете ей шоколад? – поинтересовался я, вместо приветствия, когда Викина мама подошла к нам.
-Немного можно. Привет, Костя. Ты за нами? Мы недавно вышли.
Лиза обхватила меня за шею, и положила голову на мое плечо.
-Соскучилась, - улыбаясь, проговорила теть Нина.
Мы уселись на лавочку.
-К Вике заходил, да? Вижу, злой весь, аж трясешься. Ну чего, вы опять поссорились?
Я промолчал.
Викина мама не оставляла надежды, что мы помиримся. Смотрела на меня добрыми, ласковыми глазами. Хорошая женщина. Маленькая, аккуратная, светлая. И муж ей под стать, бывший военный.
Ее родители вообще тепло ко мне относились. Наверное, потому что я изначально повел себя достойно и не отбрыкивался. Сам привел ее к родителям и все им рассказал. Они, поначалу конечно, были в шоке. И от меня тоже. Я тут же женился, честно пытался создать с Викой семью, и все для этого делал. Работал, обеспечивал. Ходил с Викой по всем врачам. Потом качал по ночам ребенка, давая ей отдохнуть. Но, увы. Видимо, мне на роду написано быть одиночкой. Ребенка я любил, но с Викой было не то…Скучно. Не было любви. По крайней мере, с моей стороны. Видимо, она это чувствовала.
Женился я, конечно, из-за ребенка. Вика не хотела рожать, а я ее уговорил. Меня тогда преследовала мысль, что, возможно, это вообще мой единственный шанс обзавестись потомством. А я этого очень хотел. Эгоистично, конечно. Но разве не эгоистично убивать существо, которое уже есть. Которое питается и растет, следовательно, живет.
Я надеялся, что смогу со временем вырастить в себе любовь к этой девушке, которая стала моей женой совершенно случайно. Но ошибся. Она тоже не была моим человеком. Ее патологическая ревность доводила меня до белого каления. Хотя ревновала она не зря. Впрочем, ей я не изменял, пока мы были женаты. Просто мне всегда оказывались знаки внимания, и я не видел в этом ничего зазорного. Она же сидела дома. Поправилась. Что-то там с гормонами. Психовала страшно, вместо того, чтобы просто пойти к врачу. Все так банально.

Я качал Лизу на руках.
Мы с ней немного поболтали. О белых медведях и коровах, нарисованных на кирпичной стене в парке. Потом она попросила пить. Теща сбегала в магазин за детской водой. Вода пришлась Лизе не по вкусу. Теща сбегала за соком. Тоже не то.
Я начал смеяться, бабушка Нина взмокла. Лиза теребила меня за воротник и орала на весь двор.
-Пить! Пить!
Прохожие, видимо, думали, что мы мучаем ребенка.
Мы начали перечислять все, что могли вспомнить из детских напитков. Оказалось, она хотела какао.
Вот ведь сластена.
Пришлось идти домой.
По дороге я рассказал теще о нашем с Викой споре. Она только вздохнула.
-Жалко-то как, Костя. Ну что вы все дурачитесь, ссоритесь? Жили бы себе спокойно. Ведь все у вас для счастья есть. И квартира, и машина. Молодые, дочка вон подрастает.
Я только покачал головой. Она погрустнела. Для Викиной мамы наличие машины и квартиры было признаком благополучия и автоматическим залогом счастья. Она вдоволь помоталась с мужем по разным городам и закоулкам. Ничего не имея. Свою первую стиральную машину она купила уже будучи в предпенсионном возрасте.
Нашему поколению для счастья не хватало чего-то другого. И я пока еще не разобрался, чего именно.
- Юрка значит к ней ходит. Да он неплохой на самом деле. Я знаю его немного. Они вместе в школе учились, и он еще тогда за ней ухаживал. Таскал ей то цветы, то конфеты. Он так и не женился. Недавно, кстати, из армии пришел. Хороший парень.
-Нина Васильевна. Да мне наплевать на него, какой он там хороший или нехороший. Пусть не водит его в дом, пока там Лиза!
-Папа! Лиза тут!
Сидя на моих руках, Лиза ткнула в себя пальчиком. Я улыбнулся ей.
-Вы меня понимаете? – спросил я.
-Костя. Да не обидит он ее.
-Откуда вы знаете? Большинство маньяков и насильников – это как раз знакомые. Это статистика.
-Да что ты говоришь такое? Я и родителей его знаю, какой же он маньяк?
Я начал сердиться. Даже остановился.
-Нина Васильевна. Ради Бога, послушайте меня. Забирайте внучку к себе. Вы же рядом живете. Пусть они будут сами по себе, а Лиза у вас. Я места себе не нахожу. Вы меня просто не понимаете сейчас. – я вздохнул. –Мне известно, что такое насилие. И не понаслышке. Я сам через это прошел. Вы меня понимаете? Я боюсь, что Вика оставит Лизу на этого Юру, или еще на кого-нибудь. Она еще молодая и жизни толком не знает, всему верит. Возможно, я теперь и свихнулся на этой почве, но забота о ребенке никогда не бывает лишней. Это и ваш долг тоже.
Она внимательно посмотрела на меня.
-Хорошо, Костя. Я поняла. Она будет под присмотром, не волнуйся. Я буду забирать ее и следить за ней. И ни на кого не оставлю.
Я выдохнул. Ну, наконец-то, дошло хоть до кого-то. Впрочем, это мало меня успокоило.


***
Начало августа выдалось холодным и дождливым. Мокрые и грязные машины сновали под окном, дымили чернотой старые, отслужившие на западе свое еще десять лет назад, автобусы. Над городом прочно повисла низкая, серая и тяжелая шапка из густых туч.
Я сидел в кабинете и работал за компьютером. Глаза уже устали. Зрение теперь часто подводило меня. Мне иногда становилось страшно, оттого что к старости я могу напрочь ослепнуть. Глаза нужно было беречь. Я поднялся и подошел к окну, чтобы передохнуть.
Моросить начало еще с утра. А теперь, в полдень, и земля, и воздух были напитаны влагой. Вместе с ветром, из распахнутого окна ко мне заползла сырость, ворвался запах бензина, гари и обычный, ежедневный уличный шум.
Хотелось на природу. Тишины и чистого воздуха. Я совсем забыл, как это классно, просыпаться в шесть утра под душераздирающий, больше похожий на рев, крик чокнутого бабушкиного петуха. Если бы были силы подняться, то я, наверное, собственными руками укокошил эту бешеную птицу. И воды родниковой хотелось. Из колодца. А не этой тухлятины из кулера. Я вздохнул и вернулся на место.
Закончив с кое-какими делами, я вышел на страницу в «одноклассники». Меня недавно посетила одна шальная мысль, но я все сомневался, стоит ли. Потом, все же решился.
Сашу я нашел довольно быстро. Кузнецов Александр Владимирович. 22 года. Главная фотка – Саша с камерой на плече. Серьезный такой. Я усмехнулся. Трудоголик, блин.

«Привет. Надеюсь, ты помнишь, как проспорил мне прыжок с отвесной скалы, недалеко от «Нового Света»? Я ведь прыгнул тогда. А ты меня, кажется, отговаривал. Не пора ли рассчитаться? Или ты забыл? Пятница. 21.00. Лагуна».

Я отправил ему это странное письмо. Но я знал, что он поймет. И вспомнит.

Тогда, на море, я, кажется, сбрендил. Свихнулся от жары, солнца, воздуха, вина и секса. Я сиганул и пролетел двадцать метров. Место совершенно незнакомое. Плюхнулся в воду. Всплыл и выбрался на берег. Я тогда вообще ни хрена не боялся. Саша уже спустился. Бегом бежал, его потряхивало. В глазах плескалась истерика. У меня тоже дрожали колени и звенел позвоночник. Мы сели на горячий камень и долго молчали, глядя в темно-синее море. Просто рядом, не касаясь друг друга. Но это было единение ближе, чем телесное. Он вспомнит.

***

В пятницу я пришел и уселся за заранее заказанный столик. Я только что не накрасился. Расфуфырился жутко. Хотелось увидеть прежний восторг в его глазах. Все-таки жаль, что мы с ним расстались. Но роль второго плана, которую я ему тогда отвел, его не устроила. И правильно. Он ведь мужчина. Это я, тот, кто был неправ.
В кафе было тихо, негромко звучала музыка, свет приглушен. Мне нравилось это место. Там никогда не бывало шумно, и вообще, царила строгая, демократическая атмосфера. Никто ни на кого не пялился, столики стояли далеко друг от друга. И вокруг все сине-голубое. Даже подсветка. Действительно, лагуна. На темно-синих стенах, кое-где, прятались мастерски нарисованные разноцветные рыбки.
Я выбрал это кафе еще и потому, что оно напоминало мне о нашем морском отдыхе. Я был уверен, что Саша все поймет и проникнется атмосферой. Если придет, конечно.
Я ждал и нервничал. Было грустно и одиноко.
С каждой минутой моя уверенность таяла. Было уже двадцать минут десятого. Официант на меня нервно поглядывал. Я поглядывал на часы.
Я расстроился. Конечно, он теперь меня ненавидит. И есть за что. Он прав.
Я вздохнул и заказал себе какое-то блюдо и красное вино. Ладно, хоть поем, раз пришел.

Я допивал второй бокал, когда Саша неожиданно появился. Не знаю, что он там о себе возомнил. Времени было без десяти десять. Он вошел в зал и огляделся. Заметил меня и приблизился. Походка легкая, уверенная.
-Привет, Костя. Лопаешь в одиночку? – спросил Саша, присаживаясь ко мне.
Я молча протянул ему оставленное официантом меню.
Саша уселся и принялся лениво листать. Он был в белой облегающей футболке и черных джинсах. Все, как я люблю. Его стиль не изменился. Он на меня не смотрел.
Я, к тому времени, уже немного набрался. Пил я, вообще, очень редко, поэтому даже пол бутылки вина, было для меня достаточно, чтобы опьянеть. Я решил действовать, как танк. Незаметно расстегнул третью пуговицу на своей бледно-розовой рубашке. И откинулся назад, на спинку стула. Я знал, что сейчас на моей шее поблескивает тонкая цепочка, и эта узкая полоска кожи, что видна между распахнутым воротом, будет привлекать его внимание.
Блин, в кого я только превратился! Кошмар.
Мы оба так сильно изменились. А ведь прошло-то всего ничего. Года два, не больше. Но теперь, мы с Сашей, совсем другие люди. И внутри, и снаружи.
Саша поднял глаза. Такие же. Серые, умные. Подошел наш официант. Невозмутимый и флегматичный парень, прямо как английский дворецкий. Я думаю, он был уверен, что я жду какую-нибудь необыкновенную красотку, раз она позволяет себе так опаздывать. Но вместо красотки явился этот коренастый блондин. Уселся, как дома, перед телеком, и заказал греческий салат.
-Еще, бутылку вина, пожалуйста, - попросил я. Официант кивнул и скрылся.
-Кость, тут такие цены. Ты рехнулся, что ли? – спросил Саша, шурясь на меня. – О! Да мы наклюкавшись…Ты же не пьешь. Или есть повод?
Я улыбнулся и слегка закусил нижнюю губу, смотря на него в упор. Одна рука лежит на спинке стула, и я почесываю себя за ухом. Ну, а как тебе это?
-Кость, скажи честно, ты чего хочешь? – спросил он, чуть нахмурившись.
Я молча налил ему вина.
-Что ты дергаешься? Пятница, вечер. Расслабься уже. Давай просто отдохнем. Мы же родственники, в конце-концов. Нужно иногда общаться.
-Ну, ладно.
Саша огляделся., покусывая свои полные губы. Я так и знал, что он заметит обстановку. Я просто мастер соблазнения, я собой гордился. Придурок.
Саша выпил, поставил локоть на стол, оперся щекой на руку. Молча смотрел на меня спокойными серыми глазами.
-Да, а ты совсем другой стал. Но я предполагал, что так будет. Ты же очень умный. Ты сам себе дорогу пробьешь. Глядя на тебя, сейчас даже не скажешь, что это ты тогда сидел за кассой, траву косил, в речке купался…Я тебя тогда, в телецентре, только по голосу и узнал. Удивился жутко. Ты вообще… Костя, не узнаваемый. Красивый.
Саша не улыбнулся, говоря это. Просто констатировал факт.
-Да ну, брось, - смутился я. –Ты же понимаешь, что это все наносное. Костюм, прическа…
-Думаю, нет. Это и есть твоя сущность.
-Сучность, - поправил его я.
-Ну-ну. Она самая. Вылезла наружу во всей красе.

Мы молчали. Саша ковырял свой салат. Вокруг нас порхали огоньки. Казалось, что мы одни здесь.
-Не хочешь есть? – спросил я.
-Не-а. Мы сегодня на корпоративе гуляли. Сколько уже можно лопать, сил никаких нет.
-Ты поэтому опоздал?
-Да. Я бы вовремя пришел, но задержался там. Думал, что ты уже ушел. А ты здесь. Сидишь, такой весь одинокий, ждешь меня. Заскучал поди?
Саша наконец-то улыбнулся. Едва заметно, впервые за вечер. Это был хороший знак.
-Пойдем, покурим? – предложил я.
Он кивнул.
Мы вышли на крыльцо заведения.
-Сигареты есть? А то я не купил.
-Да. Вечно ты стреляешь, - сказал он.
-Не хочу привыкать. Я и так нездоров, куда мне еще курить?
Он протянул мне пачку. Мы слегка соприкоснулись пальцами, когда я брал ее. Я сделал это вовсе не нарочно.
Небо было темным, глубоким. Вокруг горели фонари. На молодых липах, посаженных вдоль тротуара, шелестели листочки. Уютное, тихое место.
-Как твоя работа? Нравится? - поинтересовался я, чисто из вежливости. Я знал, что ему нравится, и что он всегда хотел работать оператором.
-Да. Я сейчас опыта набираюсь. Годика два поработаю. А потом, возможно, уеду. Меня брат в Питер зовет.
Я кивнул. Ясно, планы на будущее, значит, есть.
-С отцом как, нормально? Ладите?
Саша усмехнулся, стряхивая пепел большим пальцем.
-Он меня знать не хочет. Только что не проклял. Выгнал нахрен и вещи мои выкинул.
У меня брови полезли наверх.
-Да с чего бы это? Вы же помирились. Еще при мне…
-Когда это было…
-Ну, не знаю. Странно как-то. Разве можно так с сыном?
Саша пожал плечами.
-С сыном – геем, наверное, можно.
-Ого. – только и сказал я, уставившись на Сашу.
-Ну да. Я ему рассказал, что живу с парнем. Он меня чуть не убил. Ужас, что творилось. Я, в носках, бежал из дома. Обуться не успел. Спасаться надо было. Он и матери запретил общаться. Но она, конечно, приезжает и звонит.
Я только диву давался.
-Саш…. Жуть какая. Зачем же ты ему рассказал?
-А что, прятаться всю жизнь? – фыркнул он. -Не буду и не хочу. Сам я, конечно, никому об этом не говорю, но если прецедент возникнет, не постесняюсь. Это мое личное дело. Пусть все, кому это мешает, утрутся.
-Все ясно. Твоя позиция понятна.
Мы снова замолчали. Потом вернулись в кафе и снова выпили.

Меня повело. Я смотрел на Сашины плечи и дико скучал по нему. Он избегал смотреть в мое лицо, только иногда ловил мой взгляд. Это были странные, очень странные посиделки.
Зачем он пришел? Только потому, что я позвал его?
И почему мы расстались? Он ведь такой хороший. Симпатичный, добрый, приветливый. Ласковый. Почему он меня бросил? Ах, да, я же виноват в этом. Совсем забыл. Я не ценил его. Но в то время, мне вовсе не хотелось связывать себя с мужчиной. Я все-таки надеялся еще стать нормальным. Как все. Я вообще, ни то ни се, кидает меня от одного к другому. Но Саша не такой. Он даже отцу все рассказал. С ума сойти. Я бы, наверное, никогда…
-Костик. Пойдем, пройдемся. Душно здесь. Слышишь?
-Давай.
Я, кажется, напился. Кое-как очнулся от своих мыслей. Мы расплатились и вышли на улицу. Уже была ночь, но город гулял вовсю. Кругом просто толпы народу. В основном, конечно, молодежь. Студентов у нас много.
На асфальте блестели черные лужи.
-Я здесь теперь недалеко живу. Хочешь зайти на кофе? – предложил я.
Саша легонько кивнул. Интересно, о чем он думает?
Мы молча направились ко мне. Шли рядом, иногда случайно сталкиваясь руками. В лицо – прохладный ветер. Распахивает пиджак, задувает в шею.
Интересно, что я делаю?
В лифте Саша прислонился к стене.
-Устал? – спросил я.
-Немного. С семи утра на ногах. – он смотрел в пол, на свои кроссовки.
Я долго гремел ключами. Замок был таким тугим, что я каждый раз мучился, открывая дверь этой квартиры. Да еще и руки не слушались.
-Давай помогу тебе, - предложил Саша.
Он быстро справился с замком.
Когда мы очутились в прихожей, я протянул руку.
-Ключи давай. А то положишь, ненароком, в карман.
Саша молча шлепнул ключи на столик прихожей.
-Ну, проходи.
-А что с твоей квартирой? – спросил Саша, скидывая кроссовки.
-Оставил жене и дочке.
-Благородно.
Я ничего не ответил.
Мы пришли на кухню. Большая. Такая, что танцевать можно. Не то, что в моей прежней квартире. Эх, сколько же там осталось моих воспоминаний. Вся моя развеселая юность.
-Ну, располагайся.
-Хорошо. – ответил он, оглядывая стены.
Я помыл под краном руки. Саша стоял рядом.
-Тебе кофе с молоком? – спросил я, поворачиваясь к нему.
-С молоком, - ответил он, и вдруг резко схватил меня за ремень.
Я не ожидал такого, поэтому пошатнулся. Саша меня удержал. В объятиях. Я тоже, в ответ, мгновенно сжал его плечи. Хотелось Сашиных рук, тепла, запаха. До дрожи и ломоты в теле. Он схватил меня за голову и прижался к моим губам. Тот же глубокий и крепкий поцелуй. Вытягивающий все соки. Но и дающий. Мой Сашенька!
-Костька, гад! Какой же ты все-таки… - прошептал он, сдирая с меня пиджак.
Я загорелся. Как спичка, все тело в огне. Саша снял мои очки и заглянул в мои глаза. Ты еще спрашиваешь меня, можно ли? Мы пришли в комнату и упали на мой матрас.
-Это кровать? – произнес Саша, рывком стягивая с меня брюки. – Ты тут спишь? –Он задрал на мне рубашку, целуя мой живот. –Ох, Костя, я сейчас е**усь… Ты как наркотик. Что ты, на хрен, за человек такой? Нет сил тебе противостоять. Ведь давал себе зарок, что больше никогда…Но едва увидел….
Я только кусал губы. Чего ты там болтаешь? Скорее.
Наша страсть была искренняя, идущая из глубины. И он, и я это знали. Мы вспоминали и узнавали заново. Мне было теперь все равно, где он будет: снизу, сверху, сбоку… Лишь бы был. Я уже и не думал ломаться, позволив ему все, что он хотел. Он это понял. Ртом вынимал из меня душу, руками забирал мое тепло. Раздел и елозил по мне в своих джинсах, царапая нежные места грубой тканью. Я запрокинул голову, открывая себя для него совсем. Пусть будет все, я готов.
Никаких долгих церемоний. Сашка обнял, прижал к матрасу, надавил. Поцеловал и лизнул меня между лопаток. Как будто хотел съесть. Он был нежным, умел. Даже, когда от желания и нетерпения хотелось кричать.
-Костя…даже слов нет. – прошептал он. -Как ты пахнешь…Ты такой славный.
Ага. То самое слово.
Саша быстро стянул свои джинсы.
Я вскрикнул, но это только сильнее раззадорило его. Он, видимо, хотел быть помягче, но не удержался. У меня все поплыло перед глазами от резкой боли и судорожного сокращения мышц. Я уткнулся лицом в матрас и застонал. Невыносимо, как он это терпел все это время.
Саша закончил быстро, был перевозбужден. Буквально пара движений. Выгнулся, ахнул, шумно вдыхая и выдыхая.
Потом, едва придя в себя, просунул руки и схватился за меня. Но поздно. Для меня боль и удовольствие - это уже синонимы. Я теперь умею кончать от боли. Вот это сверх способности.
Тогда он улегся на меня, впечатываясь всем своим телом. Дышал протяжно и тяжело. Мокрый, горячий. Внизу живота у меня приятно ныло. Мне хотелось еще, разве этого достаточно? Это же просто игрушки по сравнению с тем, что я нафантазировал себе одинокими ночами. Ну, давай. Обними меня еще. Я ждал.
Саша поцеловал меня в шею. Шумно потянул воздух, вдыхая запах моих волос. Хихикнул.
-Что же это было? Секунды три. Ты живой вообще?
Я отрицательно покрутил головой.
-Что, нет? – со смехом, спросил он.
-Нет! – хрипло проговорил я.
Он стал меня целовать. В плечи, спину, затылок. Лежа на мне, крепко прижимал бедрами, слегка двигаясь. Я снова завелся. Мне вообще, после такой позиции, хотелось рвать и метать. Но я ничего не делал.
Саша со мной. Пусть он делает, что хочется ему, я только рад. Я соскучился. Но он остановился.
Выпрямился и уселся на моей пояснице. Гладил мою спину ладонями.
-Как же я тебя хотел сегодня... Думал, прямо на улице трахну, если не пригласишь домой. - он, кажется, усмехнулся. -Ты это специально, да? Как только за столиком тебя увидел… аж челюсти свело. Какой же ты, сволочь…привлекательный. Единственный в своем роде. Я еще не встречал никого, кто хоть чуть-чуть походил бы на тебя. Жаль, конечно, что ведешь ты себя, как потаскушка…это все портит.
Я выкарабкался из-под него. Кровь ударила в голову, но я сдержался. Только зубы сцепил.
-Принеси сигареты, - попросил я.
Голос мой едва не сорвался.

Мы молча курили. Саша, лежа на спине. Я, сидя на краю своей импровизированной постели. Спиной к нему. Нет, он меня не простил, это было понятно. Тогда зачем пришел. Переспать? Или отомстить?
Никакого удовлетворения, только боль в теле. И в душе. Думаю, он всегда этого хотел. Отыметь меня, как следует. Но не посмел ни разу. Он тогда еще боялся меня, заглядывал в лицо. А теперь…Интересно, я могу упасть еще ниже? Я сейчас совратил чужого любовника. Ведь у Саши кто-то есть. Да. Самое время о нем вспомнить. Я просто дурак. Зачем я это сделал?
-Ты не забыл меня, да? –внезапно спросил Саша.
-Нет, - грустно ответил я. –Конечно, нет.
-Я тебя тоже никогда не забуду. Первая любовь, она, знаешь ли, не забывается… Ты даже представить себе никогда не сможешь, как сильно я тебя тогда любил. Я в тебе просто тонул. До кончиков твоих пальцев любил тебя. Хм…да было время…Ты для меня был идеалом. Ты не поймешь…- он шумно втянул воздух. -Так зачем ты пригласил меня? Ради этого? Ну как, доволен? – спросил он.
Я молчал.
Саша потушил сигарету в пепельнице. Потом потянулся и погладил меня по спине.
-Костя… Ты так похудел. Ты чего это?
-Не знаю. Я всегда таким был.
-Нужно себя беречь. Ты за внешностью своей следишь, а что внутри? Сам подумай. Эх…Ладно. Мне пора. Рад был повидаться. Родственник.
Саша оделся, кивнул мне на прощание и ушел. Бодрый и довольный. Под бочок к своему парикмахеру.
Пи**ец. Это был полный провал. Я самый настоящий кретин.


3.
Андрей

Я конкретно психанул.
Через два дня, в понедельник, рано утром, я заехал на вокзал и купил билет до столицы. Потом заскочил на работу. Уладил кое-какие дела, и поехал на прием к генеральному. У нас была еженедельная планерка.
После ее окончания, я задержался в кабинете шефа и наглым образом попросил отпуск.
Тот вскинул брови.
-Константин, вы же только четыре месяца, как начали на новой должности? Не рановато ли?
-Да, Алексей Викторович, я знаю, что еще рано, - ответил я. – Но мне нужно сейчас. Хотя бы неделю.
Шеф задумался.
-Хорошо. Я дам тебе полторы. Отдыхай. Выглядишь ты неважно, случилось что-то?
-Нет, все нормально. Просто личные дела.
-Ну, иди, оформляй. Только закончи все, что там еще у тебя осталось.
-Большое спасибо.
Я вышел из кабинета. Я, поэтому, билет и купил, знал, что он отпустит меня.

Вечером я загрузил ноутбук и полез в свою почту. Андрей мне уже ответил. Написал, что будет рад меня видеть. Вот и отлично.
У меня все хорошо!
Я собрал немного вещей. Кое-что из одежды. Бритвенный набор, ножницы, гель для волос. Шампунь, зубную щетку. Что там еще нужно?
Упаковал все в дорожную сумку.
Москвы я еще не разу не видел. Поэтому, решил съездить и посмотреть. Заодно и проведать Андрея. Мы переписывались часто, но встречались последний раз где-то год назад, когда он приезжал в Воронеж продавать свою квартиру.

Андрей долго не оставлял меня. Звонил, писал, настойчиво приглашая в себе. Он хотел, чтобы я насовсем переехал к нему, писал, что нашел мне интересную работу. Я только отнекивался. Потом прошло какое-то время, и он, кажется, смирился.
Он знал почти все о моей жизни. Как я женился, как развелся. Как начал свою карьеру. Иногда, он давал мне довольно дельные советы по поводу моей работы. Я с ним часто советовался. Он вообще был очень умный человек. И, как ни странно, добрый. Я много раз убеждался в этом.
Я его теперь понимал. Мы стали с ним на равных, и прошлое улеглось в свой уголок, больше не тревожа меня. Я давно вырос и то, что он сделал тогда… а было ли это вообще?
Будто сон.
Я высылал ему фотографии своей дочери. После того, как мы с ним перестали спать вместе, он стал моим хорошим другом. Наравне со Славкой и Илюхой. Славка и Илья знали про это, и охреневали, что я дружу с маньяком, который всю юность меня развращал.
А мне было в кайф общаться с Андреем. Интересно, изменился ли он? Хотелось поскорее его увидеть.

В одиннадцать вечера я доехал на такси до вокзала. По вокзальной площади ветер гонял пластиковые пакеты и пустые одноразовые стаканчики. Было прохладно.
Ненавижу вокзалы. Грязь, толпы народу, нахальные таксисты и скука ожидания. Хотя некоторые люди считают это место романтичным. Встречи, расставания, дальние поездки… Нет, это явно не мое. Теперь у меня была хорошая машина. Если я куда и поеду, то только за рулем. Просто сейчас я был весь на взводе, и побоялся садиться за руль и ехать по новому маршруту. Нужно подуспокоиться.
Мой сверхкомфортабельный автобус, как обещала кассирша, уже стоял на приколе. Здоровый, сине-белый. Торчащие по бокам от лобового стекла, зеркала заднего вида напоминали усики, как у жука. Пожалуй, если бы не тот оптимизм, с которым кассирша расписывала мне прелести их транспорта, я все-таки взял бы билет на поезд. Надеюсь, не обманула. Мне шесть часов в нем ехать.
Настроение было паршивое. Я все никак не мог забыть Сашины слова. Поэтому и искал любой способ заглушить в себе это мерзкое чувство утраты. Как будто я, по глупости, посеял на дороге нечто ценное и дорогое, а кто-то шустрый подобрал и унес.
Саша в своей коричневой водолазке не выходил из головы. Я всеми силами гнал эти мысли прочь.
Но как же мне было обидно! Когда он, тем вечером, ушел от меня, я даже заплакал. Я такого не ожидал. Конечно, я не сдался, ни в коем разе! Я был намерен еще побороться. Но было грустно. Особенно после его слов о том, как сильно он меня любил. Почему же я тогда этого не чувствовал?
Занимаясь самокопанием и прогуливаясь, я чуть не пропустил посадку. Влез последним, кое-как нашел свое место. В салоне было тепло, и толстый усатый дядька, мой сосед, уже закрыл глаза, готовясь задремать.
Я уселся в удобное кресло и, едва мы тронулись, заснул.

Очнулся уже на месте. Вот это действительно комфорт. Мы подъезжали. Я протер глаза.
Стало интересно, и я уставился в окно. Панельные дома, широко расставленные на зеленых участках, широкая дорога, полная машин. Рассвет, запотевшее стекло, шорохи в салоне. Реклама, реклама, реклама. Меня снова укачало.

Было раннее утро, жуткий холод. Холодное краснющее солнце над домами едва выглядывает. Все куда-то бегут, как при пожаре.
Нас высадили на каком-то непонятном, огороженном временным металлическим забором, участке, недалеко от вокзала. Автобус тут же смотался. Все пассажиры разбежались, и я почувствовал себя брошенным на произвол судьбы котенком.
Я не умею пользоваться метро, да и не знаю, где Андрей живет. Вокруг толпы людей и миллион машин. Андрей обещал меня встретить. Но, я слышал, в Москве пробки… Интересно, когда он доберется. Я только покорно ждал, ежась от холода.
Из-под старого маленького вагончика выскочила крыса и рысью поскакала наискосок, к поржавевшим киоскам, торговавшим какой-то едой. Я проводил ее глазами.
-Костя!
Андрей махал мне рукой и стремительно шагал навстречу. Я обрадовался.
Мы крепко обнялись. От него пахло родным человеком, просто удивительно! Я крепко сжал его руками и даже приподнял.
Он был таким же. Стройным, подтянутым, строгим. Только седых волос стало больше, особенно на висках. Впрочем, в его светлой шевелюре, это не было особенно заметно.
-Костик, ну, пойдем, пойдем. Ты так изменился, я едва тебя узнал. Какая стрижка короткая, тебе очень идет. Молодец, что надумал приехать.
Он был таким же, как и все остальные здесь. Ни секунды впустую. Несся вперед, схватив мою сумку, и волоком тащил меня за собой, ухватив за рукав.
-Ты насовсем? – спросил он, когда мы уже сидели в его машине.
-Андрей, ну что ты все…
-Да шучу я! – улыбнулся он, переключая скорость. – Я просто рад тебя видеть. Сейчас я отвезу тебя к себе, ты отдохнешь. А я по делам смотаюсь и часам к двум приеду. Ты куда бы хотел сходить?
Я задумался.
-В Третьяковку, наверное…
-Ладно, сходим. Б**дь, куда ты несешься!
Нас подрезал какой-то чувак на черном джипе.
-У нас тоже самое на дорогах. Ездят, идиоты, как попало.
Андрей прибавил скорость.
-Костя, ты еще больше повзрослел. А я постарел, наверное.
-Нет, конечно. Сам знаешь, - совершенно искренне ответил я.
-Ну, спасибо. Пятый десяток давно разменян, а ощущение, что только жить начал. Сам удивляюсь.
-Это хорошо.
-Как дочка?
Я улыбнулся.
-Хорошо. Рисует, пляшет. В садик скоро оформлю.
-С женой не помирился?
Я только покрутил головой. Какое там мириться? Мы уже и пяти минут нормально не могли поговорить. Зачем ребенку такая семья?

Район, где жил Андрей, был спальным, на окраине. Мы довольно долго добирались. Потом резко свернули и оказались у больших и высоких, кирпичных новостроек. Вокруг домов были посажены молодые, тоненькие деревца, и ветер свободно гулял по дворам. Машин вокруг было видимо-невидимо. Посреди газона разбита детская площадка. Сейчас она еще пустовала.

Чистый, свежий подъезд, новый лифт. Мы поднялись в квартиру Андрея. Он поставил мою сумку на пол и велел располагаться. Сам скрылся на кухне.
Я прошелся по комнатам, с восхищением оглядывая изысканную обстановку. Вот это красотища! Комнат было две, они соединялись между собой невысокой аркой. В одной у Андрея была, видимо, спальня, а в другой – что-то типа рабочего кабинета.
Я осматривался, едва прикасаясь пальцами к роскошной и совершенно новой мебели. Все так стильно, продуманно, аккуратно. Роскошные, тяжелые шторы изумрудного цвета, темно-бордовый нежный палас, в котором ноги утопали по щиколотку. Отделка стен не бросалась в глаза, на потолке, вместо люстры, какая-то необыкновенная подсветка. Постель была смята.
Впрочем, в чем-то Андрей себе не изменял. Во второй комнате, кроме всего прочего, стоял низенький бежевого цвета, кожаный диван. Новый, конечно. Но тот, прежний, я хорошо помнил. И еще картины. Они были те же самые. Только рамки их теперь сочетались с общим тоном мебели и прочей обстановки.
-Ну как, нравится? – спросил Андрей, заходя в комнату и улыбаясь. Он все время улыбался, это было непривычно.
-Очень! У тебя необыкновенно красиво. Я в шоке. – честно ответил я.
-Это моя собственная квартира. – с гордостью произнес он. -Чуть меньше года назад купил. Ох, и повозиться пришлось, пока все отремонтировал и закупил. Но теперь, зато, приятно возвращаться домой. Хотя, я мало тут бываю. В основном, только сплю. Слушай, Костя, мне бежать надо. Раньше закончу, раньше вернусь. Ты пойди, поешь, я накрыл тебе стол. И отдохни.
Я кивнул.
Андрей приблизился и погладил меня по щеке.
- Щетина за ночь отросла. Уже взрослый мужчина. Даже не верится…
-Да брось ты…
- Ладно, я пойду. Не скучай.


Оставшись один, я еще раз осмотрелся. Ну, что сказать, просто идеальное жилье, хочу такое же. Все вокруг так и сияет новизной, чистотой и добротностью. Только вот картины эти не вяжутся…Сюжеты на них какие-то пессимистические. На одной вороны, сидящие под дождем на крыше. На другой – заброшенный деревенский дом. И все в таком духе. А в коридоре вообще, какие-то серо - белые абстракции. Присмотревшись, я так ничего и не увидел в них.
Ванная комната у Андрея тоже была навороченной. Душевая кабина, джакузи, все белое, сверкающее. В шкафу стопка свежих белых полотенец. На полу – мелкий сине-голубой кафель. Пол теплый. Я помыл руки и отправился на кухню.
Андрей оставил мне завтрак на темно-коричневой барной стойке, которая служила кухонным столом. Над головой висели бокалы. Круто!
Я позавтракал, и меня потянуло в сон. Я улегся на диване и задремал.

Когда проснулся, было уже без четверти три. Андрей должен был скоро вернуться. Я, не зная чем занять себя в чужой квартире, включил телевизор. Тут у меня запел мобильник.
-Костя, я задержусь. Заскочу еще в одно место. А потом мы с тобой куда-нибудь сходим поужинать. – в трубке слышался шум, должно быть, Андрей вел машину и попутно разговаривал.
В памяти тут же всплыло воспоминание о нашем ужине в японском ресторане. Как он тогда себя вел… нет уж, спасибо. Я после того ужина год расхлебывал последствия.
-Андрей, давай дома поужинаем. Не хочется никуда идти. Правда, давай в другой раз - заныл я.
-Как скажешь, так даже лучше. – согласился он. – Я тогда куплю готовую еду.
-Будь осторожен за рулем, - попросил его я.

Вечером я уже изнывал от безделья. Телевизор надоел, терпеть не могу смотреть его. Книги на полке только по строительству и по психологии руководства и управления людьми. Компьютер я не посмел включать, мало ли какая там у него хранится секретная информация. Скукота. Продуктов у Андрея практически не было, даже ничего на ужин не приготовишь, впрочем, он собирался купить… Я решил сходить в душ и побриться.
Разделся в ванной и долго рассматривал душевую кабину. Какая классная штука. Удобно, компактно. Стоит себе в углу, и ничего вокруг не намокает, вода никуда не летит. Вот обзаведусь жильем и поставлю себе такую же.
Я залез в нее и закрылся. Тут же услышал, как загремели ключи в прихожей.
-Костя, я дома!
Блин! Вот я тормоз. Нужно было раньше все это делать.
- Я в ванной! – заорал я в ответ. – Скоро выйду!
Я включил воду. Долго не мог ее настроить. То горячая, то холодная. Воздух внутри кабины стал влажным.
Внезапно, сквозь шум воды, я услышал шаги. Это пришел Андрей. Совершенно бесцеремонно влез ко мне в кабину, и закрыл за собой дверь. Так просто. Я отвернулся, и опустил голову.
Он прижался ко мне обнаженным крепким телом и положил свои руки на мои бедра. Я начал дрожать.
-Андрей, не надо…
-Что, у тебя есть кто-то? Тогда я уйду… – проговорил он, склоняясь к моему уху.
Неужели, он правда сможет уйти? Но разве я могу ему врать?
-Нет. – ответил я.
-Тогда почему? Я так хочу тебя, что скулы сводит…
-Мы с тобой друзья. Я не хочу…просто мы так хорошо общаемся… - я запутался. Что, разве только рассказать ему про Сашу, который больше не хочет меня видеть?
-Ну и что? Мы же взрослые люди. Это никак не повлияет на нашу дружбу, поверь.
Вот и все.
Он крепко прижал меня к стенке. Я ведь знал, к кому еду, разве нет?

-Ох, Костя, сколько лет…Ты совсем другой.
-Да, и волосы везде, - с улыбкой проговорил я.
-Совсем нет…
Его тело было прежним. Знакомым на ощупь. Я старался не думать о Саше. Он никогда, никогда про это не узнает.
Мы подставили головы под горячий душ. Поцелуй вышел необыкновенным. Мокрым, горячим и скользким. Я загорелся, мне для этого много не надо. Андрей крепко меня сжимал, и из-за пара дышать было уже невозможно. У меня было ощущение, что я, как рыба, дышу водой.
Спиной я чувствовал, как колышется его грудь. Он меня поймал, обхватил, не оставив ни единого шанса. Делал все резко, как в последний раз. Я согнулся пополам, упираясь руками в стенку. Ноги сами подгинались. По лицу текла вода, капала с носа, подбородка. Такие знакомые ощущения.
Впрочем, раз был далеко не последний. Мы вылезли из душа, кое-как обтерлись, и шлепая мокрыми ногами, забрались в постель. Андрей меня не отпускал. Рассматривал и трогал мое тело, привыкая ко взрослому Косте.
Удовлетворив свое любопытство, накинулся, как ястреб. Сполз по мне и начал колдовать, поглядывая из-за бровей. Потягивая и отпуская, так медленно…
Я закрыл лицо ладонями. Вот, Бли-и-ин! Он был просто садист, чувствовал, когда нужно остановиться, прижал мои ноги так, что не шевельнуться. Мне нравилось это ощущение плененности.
-Зачем ты прячешь лицо?
Андрей остановился и отвел мои руки в стороны. Я думал, сейчас умру на месте.
-Ну, пожалуйста….
-Что, еще хочешь? – прошептал он. - Сделаешь мне так же?
-Вот, б**дь! Сделаю… Андрей!
Он накрыл меня ладонью. Я прикусил палец, чтобы не заорать. Не хотелось нарушать тишину.
Мне, конечно, пришлось выполнять обещание.

На улице давно темно. Я отвернулся и курю. Я устал. Ну что он за человек, а? Монстр какой-то. Хуже меня. Андрей положил руку на мой живот. Спросил таинственно:
-Эй, Костя. Можно я тебя за руки к кровати привяжу…?
-Что!!!
Я подорвался, как ошпаренный. Чуть сигарету не проглотил.
-Сдурел?! С какого это перепугу? А плетки у тебя, случайно, нет? Иди ты знаешь куда! Ты, блин, вообще, может покормишь меня для начала? Я, знаешь ли, с утра тут торчу один. Сколько уже можно?
Андрей засмеялся. Так, что у него в глазах забегали чертенята. Довольный такой смех.
-Ладно, давай вставать. Извини.
-Вот уж действительно…
-Ты сам виноват.
-Да в чем? В том, что решил помыться? А ты приперся.
-Нет, не в этом. В том, что ты – это ты.
Андрей натянул трусы и ушел на кухню. Я остался стоять у кровати, размышляя над его словами. Нет, он прав. Скорее всего, со мной что-то не так.

Андрей ничего не готовил. Покупал уже готовое. Он приволок суши и роллы, целый пакет. Опять эта японская рисовая эпопея. Вот ведь, любитель. Ладно, я тоже их люблю.
Мы расположились на кровати, тыкая палочками свой поздний ужин, и рискуя заляпать белоснежное постельное белье.
Двигаться было лень. Роллы оказались неожиданно вкусными. Правда, я боялся сырой рыбы, поэтому подолгу мариновал каждую штуку, полоща ее в соусе.
-Андрей. А про привязать… ты это серьезно? – осторожно спросил я.
-Угу.
Он кивнул.
-Я всегда хотел это сделать с тобой. Но опасался. Думал, ты не поймешь и испугаешься. Было жалко тебя.
-Хм. – Я пялился в свою тарелку. -А теперь, стало быть, не жалко?
-Ну… теперь ты взрослый. Костя… - он отложил палочки. – Я любил тебя подростком, люблю и теперь. Только ты меня – нет.
Я покачал головой.
-Андрей, пожалуйста, не нужно.
Он снова кивнул.
-Я и не буду. Не волнуйся. Я уже привык к этому. Но, знаешь, Костя…специально я этого не жду. Но если, ненароком, твоя личная жизнь не сложится…, то я жду тебя. Вот здесь. Я еще планирую загородный дом отстроить. Все, что есть у меня, будет твоим. Мы можем вместе отдыхать, ездить за границу, куда захочешь…
Нужно было срочно остановить этот поток несуразицы.
-Андрей. Не нужно брать людей через это. Только не так. Сам ведь потом пожалеешь. Как будто не понимаешь.
Он грустно вздохнул.
-Ты прав. Ты никогда не был меркантильным. А жаль.
Мы замолчали. Каждый думал о своем. Мне не верилось, что этот успешный и опытный уже человек, мог такое предложить. Как будто он хотел купить меня. Да неужели я столько стою? И что во мне такого особенного? Нет, это просто бред.

Мы молча пили зеленый чай. Я огляделся. Спальня была подсвечена двумя, незаметно встроенными в стены, желтоватыми светильниками. Мой взгляд снова упал на одну из картин.
-Андрей. Я заметил, картины у тебя те же. Чем они тебе так нравятся? – спросил я.
Он равнодушно посмотрел на стены.
-Да ничем.
Я удивился.
-А почему тогда они висят в твоей квартире? Да еще и на всех стенах. Ты забрал их с собой из старой квартиры. Значит, в них все-таки что-то есть?
Он опустил глаза и потушил сигарету. Тут же зажег новую. Не торопился с ответом.
-Это работы моего отца. Все, что от него осталось, - проговорил он, после довольно продолжительного молчания.
Я был удивлен.
-Вот как. Он, видимо, был не очень известным художником.
-Да. Он сильно пил. И мама тоже с ним вместе. Е**ная богема, - выругался Андрей. –Как вспомню свое детство, так блевать хочется. Ты извини, Костя. Не могу про это без мата рассказывать. Сильно тошно. И, что удивительно, тошно до сих пор.
Андрей нахмурился, глядя прямо перед собой. Я молчал. Это было впервые. Он впервые заговорил о себе.
-Они понапьются, поперетрахаются и спят. Мама собак любила. Штук пять дома жили. Вместе с собаками, как сидели, так и полегли. Дома из еды только плавленые сырки и водка. И я, семилетний пацан, таскаю бутылки, выковыриваю из-под них. И несу сдавать…. Зима, холод. Я в школу пошел в восемь с половиной лет. Все думали, я дебил. Издевались.
Он закрыл глаза. Зажмурился, потом снова открыл.
-Одни только картины и оставил. Мне и младшему брату. Спился. Ладно квартиру, талант свой пропил. Мне тридцать уже было. Я лечил его, таскал по больницам… Ты меня поймешь, сам через это прошел. Брат тоже попивал. Сел однажды за руль пьяным. С мамой вместе. В столб бетонный въехали… всмятку.
Я не выдержал и взял Андрея за руку. Он даже не почувствовал.
-Я эти картины храню. Сам не знаю, зачем. Они меня не отпускают. Он ведь был талантлив. Но не смог это донести. Впрочем, в их компании всякие были. Пара человек выбилась таки в люди. Они еще раньше сюда, в Москву переехали. Помогали мне, по старой памяти, пока я был студентом. Сейчас у них своя студия. И дети их в этом бизнесе.
Он потушил сигарету, расплющив ее всмятку.
-Ладно. Это все давно было. Нечего вспоминать. Я много повидал от них плохого, долго налаживал свою жизнь. Все время один.
Я наблюдал за ним. Андрей как будто немного рассердился. Мне хотелось узнать больше. Раз уж он начал говорить.
-Тебе всегда нравились мужчины? – спросил я.
Андрей усмехнулся.
-Да, всегда. Их много было. Разных. Сейчас время хорошее. Делай, что хочешь. А в этом городе вообще на тебя никто не смотрит. Плечом заденет и не заметит. В моей юности я много раз хотел покончить с собой. Провинциальный пыльный городок, зоркие соседи, комсомольские сборы... лагеря с общими комнатами. Парни кругом. И я, семнадцати лет. Схожу с ума от тоски. Я действительно был тогда, как дебил. Самый высокий и самый тормознутый. Потом, на улице, совершенно случайно, встретил своего первого. И понеслось… Мне тогда стало легче. Я понял, что нас много.
-Вас много… - пробормотал я. -А зачем ты женился?
-А ты зачем? – Андрей с усмешкой взглянул на меня.
-Ну, у меня ребенок родился. Я должен был.
-И какой, на х*й, в этом смысл?
-В чем?
-В жене, в семье. Все равно, все развалилось. Только сделал из девушки разведенку. Смотри, не тупи так больше.
-Андрей, ну что ты говоришь такое?
-То и говорю.
Он вздохнул и вытянулся под одеялом.
-А моя жена была хорошей. Я ее даже любил по-своему. Только я не хотел детей, и она ушла. Потом хотела вернуться. Незадолго до того, как я встретил тебя. Но я уже привык один…
-А сейчас ты один?
-Ну, когда как. Ничего серьезного.
Мы замолчали. Я сцепил руки на своем животе, пошевелил босыми пальцами ног.
-Андрей, сними со стен картины.
-Зачем? – не понял он.
-Мне, кажется, тебе не нужно на них смотреть. Убери в кладовку и все.
-Глупости, - фыркнул он. –Я их уже и не замечаю.
-Ну, просто попробуй. Пообещай мне, ладно? Я хочу, чтобы у тебя все было хорошо. Картины есть, пусть будут. Но им ведь совершенно необязательно висеть на стенах. Мне кажется, они тебе как-то мешают.
Я дотронулся до его плеча.
-Нет, Костя. Ты не прав. – ответил он. – Если подумать, то они подстегивают меня. Я когда их вижу, понимаю, что нужно что-то делать. Не сидеть на месте и ждать погоды. Работать, уйти от прошлого. Стать другим человеком.
-Все равно, сними, - настаивал я.
-Ну что ты, Костя? А впрочем, ладно. Какая, к черту, разница.

Утром мы пили кофе на кухне.
Я сидел за коричневой барной стойкой, на удобном, высоком стуле и болтал ногами. Андрей устроился рядом и посмеивался, глядя на меня. Потом неожиданно произнес:
-Костя. Не знаю, как ты отнесешься к этому. Я вчера навел кое-какие справки…Хочу предложить тебе небольшую работу. Это даже не работа, а так, развлечение. Ну, пока я буду занят днем.
Я заинтересовался и уставился на него.
-Да? И что же это?
-Если тебе интересно, то слушай. Помнишь, я фотографировал тебя несколько лет назад? Эти снимки я тогда отдал в агентство, своим знакомым. И ты понравился им. Ведь не зря же ты имеешь такую интересную внешность. В общем, они и сейчас готовы поработать с тобой. Ты, конечно, немного изменился. Но, в общем, для мужчины возраст не так важен. Тебе сейчас больше двадцати двух не дашь. Особенно, если убрать эти очки. Тебе нужно линзы носить.
Андрей потянулся к моему лицу и стащил с меня очки.
-Ничего себе! Это модельное агентство? Андрей, ты с ума сошел? Какая из меня, на хрен, модель?
Я только засмеялся, напяливая очки на место.
-Что ты хихикаешь? - возмутился он. -Попробуй. Ты красивый, молодой и фотогеничный человек. Что, так сложно? Да пол города мечтало бы оказаться на твоем месте. Если сумеешь хорошо позировать, то все получится.
-Так это не по подиуму ходить? – спросил я.
-Нет, не по подиуму, - передразнил меня Андрей. – Деревня ты. Ну, поедешь?
-Не знаю. Надо подумать.
-Думай. У тебя целых десять минут. Пока я буду бриться.

Я согласился. Надел белую рубашку, джинсы и поехал вместе с Андреем. Он завез меня в агентство и оставил там. Обещал вечером забрать.
Я уже около часа сидел в небольшом холле вместе с несколькими другими соискателями. Мне дали заполнить анкету. Среди всех я был самый взрослый. Остальные парни и девушки были еще детьми. От шестнадцати до двадцати. Все прехорошенькие. Парни высокие и стройные, девушки – худые и длинноволосые.
Мы молча тайком рассматривали друг-друга.

Наконец, к нам комнату вошел невысокий плотный мужчина.
-Кто из вас от Андрея? – спросил он.
Я медленно поднял вверх лежащую на колене ладонь.
-Вы? Ну, идемте со мной.
Остальные проводили меня завистливыми взглядами.
Меня привели в белую комнату, наполненную разной фототехникой. Здоровенные отражатели на штативах окружали небольшой подиум.
Мужчина этот, представившись Денисом, передал меня на руки фотографу. Длинноволосому, средних лет, высоченному детине.
-Ваня, - представился фотограф. И протянул мне руку.
-Константин.
Я пожал его ладонь. Мне даже не верилось, что меня сейчас будут фотографировать. Андрей, черт его дери, нашел, что предложить. Мне было жутко неловко.
Фотограф Ваня уставился на меня.
Он был какой-то весь богемный. В цветастом пиджаке, немного потасканное, нескладное лицо. Острые скулы.
-Костя, у нас времени мало.
Я очнулся.
-Да, я готов. Давайте начинать.
-Так, объясняю. Нам нужно подходящее лицо, чтобы сделать рекламу для компании, строящей бассейны, бани и сауны. Вам нужно раздеться до белья, и мы вас снимем с разных ракурсов. Вы раньше работали?
-Нет, - ответил я, лихорадочно вспоминая, какое на мне белье.
Фотограф поморщился.
-Ну, что ж. Приступим-посмотрим. Не люблю я новичков. Поторопитесь, пожалуйста.
Я разделся и, волнуясь, стал перед камерой. Поначалу я зажимался, но этот Ваня оказался неплохим парнем. Он подбадривал меня и подсказывал, как лучше принять позу. В какой-то момент я перестал стесняться и начал свободно двигаться. Прислонялся к стене, поднимал локти над головой, даже поворачивался спиной, пуская в объектив косой взгляд из-за плеча. Мне самому не верилось, что я это делаю. Я чувствовал себя полной деревенщиной.
-Неплохо, для первого раза. Что даже странно. - похвалил меня Ваня, когда мы закончили. –Я привык работать с опытными моделями. Но у тебя довольно хорошие снимки. И лицо в тему. Не знаю только, сумеешь ли ты донести свои феромоны через фотографии. А в жизни от тебя ими за версту разит. Это интересно, конечно. Ну, одевайся быстрее. Спасибо.
Я оделся.
-И что мне дальше делать? – спросил я, стоя у двери.
Ваня, кажется, забыл, что я здесь. Вздрогнул.
-Иди пока, гуляй. Тебе позвонят.
-Спасибо.

Я вышел на улицу. Как будто вынырнул из параллельного мира в свою реальность. Город оглушил меня. Было очень шумно, многолюдно. На часах полдень. Хорошо, хоть погода не жаркая. Я решил не беспокоить Андрея и развлечься в Москве самостоятельно.
Я погулял, обнаружив неподалеку парк. Потом зашел в маленький кинотеатр, посмотрел там какой-то бредовый фильм. После засел в кафешке. Устал. Долго рассматривал улицу и прохожих.
Внезапно, Андрей сам мне позвонил.
-Костя, как дела? Вы закончили уже?
-Да, - обрадовано ответил я. – Сижу, жду тебя.
-Отлично. Я тут как раз для нас культурную программу составил. Я скоро подъеду за тобой. Ты где сейчас?
Я огляделся.
-Н-да… А вот с этим проблемы. Андрей, я не знаю…

Следующие два дня мы действительно культурно просвещались. Андрей провел меня по всем знаковым местам. Всюду были толпы туристов, в том числе и иностранных. Многолюдно, шумно. Пошлые сувениры. Рассматривая их, я даже примерно представлял, что думают иностранцы о нашей стране, покупая себе на память это барахло.
Я уставал, как собака. А Андрею хоть бы хны. Здоровяк. Набрасывался на меня прямо на пороге, едва мы только закрывали за собою дверь.
Иногда хотелось дать ему по седеющей башке. Он объяснял все тем, что скучает по мне.
Через два дня мне перезвонили из агентства и пригласили на съемку рекламы. Я закусил губу, пялясь в телефон.
-Ну, доволен? – как-то радостно спросил Андрей.
-Не знаю, - признался я. –Я не думал, что они мне позвонят. Это странно. Андрей, ты их не подкупил часом? Ради того, чтобы я тут остался.
Я поднял на него глаза.
Он усмехнулся.
-Костик. Ты знаешь, какие там деньги крутятся? Я бы не смог, даже если бы захотел. Ты просто им подошел. Я не ошибся в тебе. Иди на съемку и не парься.


Что ж, любой опыт, это все равно опыт.
Мы отлично выспались рядышком, утром быстро собрались.
Андрей завез меня по нужному адресу. Это было большое, в несколько этажей, старое здание. Что-то типа завода по сборке и монтажу всех этих бассейнов и саун. Находилось оно за городом, довольно далеко. Внутри, кое-где был сделан на скорую руку ремонт, но в основном там царил хаос. Стройматериалы вперемешку с компьютерами офисных работников и телефонами продавцов. Очень пыльно и сорно.
Наша съемочная бригада состояла из двенадцати человек. Мы, четыре модели и остальные, те, кто над нами работал.

Я нацепил на себя черные плавки. Меня немного подгримировали перед небольшим переносным столом. Затерли кое-какие родинки, уложили мне волосы.
Люди там действительно работали. Суетились менеджеры, фотографы, гримеры. На меня, сидящего на стуле в одних плавках, вообще никто не обращал внимания.
Наконец, они настроили технику и декорации. Нас, двух парней и двух девушек, повели прямо в купальниках через все это здание. Работники этого предприятия таращились на нас, кое-кто даже хихикал.
Девушки были рослые, очень красивые. Мне в пару досталась блондинка, Маша. Другая девушка была с огненно-рыжими, кудрявыми волосами. Ее партнер, брюнет, как и я. Мы почти не разговаривали, только молча следовали указаниям. Я был зажат и совершенно без опыта, поэтому меня то и дело поправляли. Сауны и бани, естественно, никто не топил. Гримеры немного натерли наши тела косметическим маслом и чуть сбрызнули все это дело водой. Слегка намочили нам волосы.
Было довольно прохладно. А мы весело изображали жару. Совсем как актеры.
Съемки длились долго, почти весь день. Фотографировались мы в декорациях нескольких саун. И лежа на лавочках, и сидя, и все вместе, и парами, и по одиночке. Но всегда – с улыбкой. Под конец съемки у меня заболели мышцы на лице.
Нас снимал все тот же Ваня. Высокий, малость изможденный тип. Он очень старался и был сильно увлечен своим делом. Когда все закончилось, он подошел ко мне. Я одевался, стоя у стула.
-Костя, хочешь поехать с нами на вечеринку? – спросил он, почесывая свой затылок и пялясь на мои ноги.
Я не понял.
-На какую вечеринку?
-После съемок. Мы зависаем иногда. Поехали. Посидишь, послушаешь. В тему начнешь въезжать. Ты, я вижу, еще не сечешь. Но у тебя есть способности, надо подучиться. Будешь востребованным. С твоим-то лицом это прокатит.
Я пожал плечами.
-Нет, спасибо, конечно. Но я не могу. Я вообще здесь случайно оказался.
Я продолжил одеваться.
-Поехали, отдохнем. Не отказывайся. Или ты куда-то спешишь? – настаивал он.
-В принципе, нет.
Я представил себе одинокий вечер в квартире Андрея. Неизвестно, во сколько тот вообще придет. Он малость подзабил на работу, пока я гостил у него. Дел у него накопилось за эти дни немерено. И я согласился.

Мы вышли из здания и погрузились в большую черную машину с затонированными стеклами. Что-то типа микроавтобуса. Человек шесть из всей команды. Остальные разъехались своим ходом.
Я тут же пожалел, что согласился ехать, едва оказался в машине. Ваня сел со мною рядом, прижал меня к двери и положил руку мне на колено. Мне стало плохо. Еще один гей, мать вашу. Какого хрена они все ко мне липнут? Долбаные феромоны?
-Ваша рука, - сказал я.
-Что?
-Я говорю, ваша рука. Уберите ее, пожалуйста.
Он убрал руку.
-Давай на ты? Можно? – спросил он.
Я только кивнул. По дороге они весело болтали о проведенных только что съемках. Я молчал.

Вечеринка, по ходу дела, намечалась еще та... Мы выгрузились в каком-то захолустном районе, у небольшого, обшарпанного дома. Деваться уже было некуда, я вместе со всеми вошел внутрь. Там было довольно прилично. Чистенький, уютный зал, забитый мебелью, старыми декорациями и вывесками. Были одни мужчины.
Ваня и остальные быстро организовали стол. Выдвинули его на середину комнаты. Врубили музыку. Подоставали из общей массы, наваленных у стен предметов, стулья. Потом, весело болтая, высыпали на стол гору бутылок с алкоголем. Россыпью, даже не разбирая, что есть что. Не знаю, как они, а я с самого утра ничего не ел. Если я сейчас выпью… С одного стакана свалюсь.
Я только стоял в стороне, думая о том, как бы незаметнее свалить. Нет, я никогда не был ханжой. Уж куда мне. Пусть пьют, сколько им влезет. Это их право. Просто мне не хотелось в данный момент пить с незнакомыми людьми. А с этими – тем более.
Ваня предложил мне стул, заботливо подвинув его поближе к себе. Какой же я дурак. Я, вообще, когда-нибудь, поумнею? Или меня вот так всю жизнь и будут иметь все, кому только не лень? Мне хотелось взять бутылку со стола и стукнусь себя ею по башке.
Ребята разлили по стаканчикам водку. Вечеринка, мать вашу…
-Ну, за нас, ребятки.
-Давай уже.
-Костя, не стесняйся. Из закуски, правда, только сигареты.
-Ха-ха-ха!
-Чего ты ржешь? Бляха, сейчас девчонки подъедут, а закуски нет. Они так просто пить не будут.
-Ну, пусть не пьют.
-Иди, б**дь, в магазин сходи.
-А почему я? Я что, не работал сегодня?
-Заткнитесь все. Мне главный звонит. Да, Виталий Александрович. Ну, конечно! Да что вы. Да как штык.
Бла-бла-бла…У меня уши вяли. Они вообще не затыкались, говорили все разом.

Дверь открылась, и в комнату улыбаясь вошли две девицы в сопровождении одного из этих ребят. Девушки накрашенные, как индейцы перед боем. На высоченных шпильках. Одна была в красном корсете, другая в узком черном платье.
-Зинуля, золото. Ты снова здесь! Как я рад! Водочку будешь?
-Нет, конечно.
-Я же говорил? Иди, купи девочкам шампанское.
-Одного не пойму. Да все равно ведь все водкой закончится. На хрена ноги-то бить?
-Мальчики, мы, что быдло какое-то? – спросила та, которую называли Зинулей.
-Ой, какой у вас тут мальчик сидит! Новенький, да? – произнесла вторая девушка, в черном платье, указывая на меня.
-Он с Ваней.
-А-а, жаль, - разочарованно протянула она и потеряла ко мне интерес.

Их профессия не вызывала сомнений. Мне стало неприятно. Я поднялся.
-Костя, ты чего? Садись, не беспокойся. Это парни себе заказали. Девчонки проверенные уже. Ты вообще, как с женщинами, ладишь? Сколько тебе лет? Мало еще, сам вижу. Ты только начинаешь. Я помогу тебе, не бойся. Ты меня, главное, слушай. Можешь очки свои снять?
Ваня, говоря это, наливал нам водку по второму кругу.
-А ты чего не выпил? – спросил он. –Ты лучше пей. Не так больно будет.
Я его не слушал. Один из парней втягивал носом белую дорожку со стола. Это меня просто выморозило.
-Ваня. Где у вас тут туалет? – спросил я, вставая со стула.
-Как выйдешь, налево до упора пройдешь. Костя, ты боишься что ли? Чего ты такой весь напряженный? Зря ты это. Здесь все свои.
Я не отвечал.
-Ну, иди, поссы. Там дверь только на улицу заперта уже.
Он поднял вверх свой стаканчик.
Я вышел в коридор и достал мобильник.
Андрей не отвечал. Оглядевшись, я решил все же дойти до туалета. Пока я шел, он сам мне перезвонил. Довольный такой.
-Костя. Как дела?
-Андрей, забери меня, пожалуйста. Я, правда, не знаю, где нахожусь.
-Ты опять заблудился? Костя, это уже не смешно. Ну, хоть улицу знаешь?
-Нет. Я не могу выйти. Тут заперто.
Я подергал массивную железную дверь. Рядом было прорублено узкое, длинное окно. Уже почти совсем стемнело. Мне стало страшно.
-Где заперто? Ты где вообще находишься? Я же тебя утром на студию отвез.
-Я там был…вот черт!
Мой телефон начал садиться. Я потер свой лоб.
-Костя!
-Подожди. Я посмотрю в туалете. Может, через окно выберусь. У меня в телефоне зарядка садится…
-Костя, что за глупые шутки?
-Андрей, какие шутки? Мне не до шуток. Подожди…
В конце коридора было совсем темно. Я кое-как нащупал дверную ручку. Нажал. Она поддалась, и я открыл дверь.
Туалет был обычным. Старым, видимо не ремонтировался с еще перестроечных времен. Я подошел к окну. Рама деревянная. Двойная.
-Андрей, будь на связи. Я когда выберусь, перезвоню тебе.
-Костя! Что там происходит? Не вешай трубку! Костя!!!
Я отключился.
Подошел к двери и заперся на щеколду. Потом осмотрелся, светя вокруг себя телефоном. Ни ведра, ни швабры. Совсем пусто. Да и в коридоре не было ничего подходящего.
Я снял с себя футболку и обмотал ее вокруг кулака. Взобрался на раковину и крепко вцепился в подоконник. Потом зажмурился, отвернулся, насколько возможно и ударил по стеклу. Оно разлетелось. Крупные осколки я повытаскивал и покидал на пол. Потом так же разбил второе стекло. Рука, кажется, осталась цела.
Я подтянулся и взобрался на подоконник. Высота снаружи была примерно метра два. За дверью послышались голоса. Я сосредоточился и спрыгнул вниз. Приземлился на асфальт, завалившись набок. Но вполне удачно, даже не ударился.
Футболку надевать не стал, размотал руку и выбросил ее. Там, в ткани, было полно мелкого стекла.

Я медленно брел по улице, сверкая голым торсом под пиджаком. Держался в тени, впрочем, прохожих здесь было мало. Практически никого, только припозднившиеся сотрудники бежали домой. Промзона. Высокие строения, темнота вокруг, не хватает освещения. Только собаки бегали. Здоровые, как волки. Я слышал где-то за домами шум машин, значит там была дорога, но выйти на нее было нельзя, все было перегорожено бетонным забором.
Спустя минут тридцать я набрел на указатель с названием улицы и номером дома. Тут же включил свой телефон и позвонил Андрею. Надиктовал ему адрес.
-Костя, что там случилось? Я с ума схожу! – орал он, перебивая меня.
-Все нормально. – ответил я. – Но моя карьера модели закончилась. Приезжай скорее, мне холодно. У тебя же есть навигатор, да?
Я сильно замерз, стоя под каким-то козырьком. Начал накрапывать дождик, откуда-то сквозило. Я скрестил руки на груди, пытаясь согреться. Страшно мне не было, просто как-то неприятно и грустно. Андрей примчался через минут сорок. Взъерошенный. Ошалел, увидев меня, полуголого.
Я молча сел в машину, дрожа от холода.
-Костя! Что случилось?! Да не молчи ты, б**дь! Что ты так смотришь?!
У Андрея в глазах была тревога. Даже паника. Смотреть на это было – одно удовольствие. Я усмехнулся.
-Все нормально. Я просто замерз. Поехали уже. По дороге расскажу.
Мы тронулись.
-В общем, на меня положил глаз наш фотограф. Он гей. А еще эти ребята балуются наркотой и вызывают проституток. Андрей, ты для меня работу нашел просто супер. Всю жизнь о таком мечтал.
Я рассердился на него.
Андрей повернул ко мне свое лицо.
-Слушай, ну я же не знал. Вообще-то они профессионалы. И студия их известна.
-Да, они профессионалы. Но это им не мешает нюхать наркоту.
-А зачем ты вообще туда поперся? Ты просто должен был отработать и уйти домой. Тогда ничего бы не случилось!
-Да ничего и не случилось. Я через окно удрал, как придурок последний, - я опустил голову и потер свои ладони об колени.
-Через окно??
Андрей уставился на дорогу, нахмурив брови.
-Ну, ты даешь, Костя. Я, вообще, ничего не понимаю…
-Да пошел ты! Вместе со своими студиями! На хрена мне вообще все это было нужно! – проорал я.
-А ну, успокойся! Чего ты разошелся? Сам чего-то напортачил, а на мне теперь срываешься. Провинциалка, блин!
Я замолчал. Он прав. Мне совершенно нечего здесь делать.

Дома я заперся в ванной. Было стыдно. Но пусть мне лучше будет стыдно, чем меня трахнул бы какой-то накокаиненный Ваня. А он явно это и собирался. Хватит с меня одного Андрея и одного Саши.
При воспоминании о Саше засосало под ложечкой. Захотелось домой. Саша прав. Я действительно потаскушка, поэтому со мной так и обращаются.
Андрей постучался в дверь.
-Костик, ты живой там?
-Да, - пробурчал я.- Живой. Скоро выйду.
-Открой.
Я подошел и открыл дверь. Андрей прищурился на меня.
-Не переживай. Это все ерунда. Ты еще очень молод, многого не знаешь, поэтому испугался. Ты правильно поступил, что ушел. К чему было там оставаться, если не хочется. Только зачем они дверь заперли?
-Не знаю. Может, чтобы с улицы никто не зашел. Все-таки наркотики…
-Ну да. Ты прав. Ну, пойдем.
Андрей взял меня за руку.
-Давай поужинаем, что ли?
Я кивнул. Мы пришли на кухню. Андрей достал из микроволновки разогретую пиццу.
-Знаешь, я просто побоялся, что они мне что-нибудь сделают, - произнес я, усаживаясь на высоченный стул. –Ведь меня избили уже однажды. Несколько лет назад. Довольно серьезно. Ты об этом не знаешь, я тебе не рассказывал. Я ведь после этого стал носить очки, упало зрение.
-Да? - Андрей был сильно удивлен. Даже вилку бросил. –А за что? Кто это сделал?
-Я не знаю, - ответил я.
-Как не знаешь? А милиция? Их что, не поймали?
-Я не заявил.
-Почему? – еще больше удивился он.
Я рассматривал свой кусок пиццы на тарелке.
-Просто я догадывался, кто мог это сделать. И если предположение было верно, то в этом оказалась бы замешана моя девушка. А я этого не хотел. Ее бы, возможно, тоже стали допрашивать, требовать показания. Открылась бы вся эта дурацкая правда…
-Ясно. -Андрей кивнул. –Значит тебя избили из-за нее. Очевидно, какой-то бывший постарался?
-Вполне возможно.
Он снова прищурился на меня.
-Костя, это та девушка, из-за которой мы расстались с тобой?
-Да, - ответил я.- Она.
-Но женился ты на другой. А как же эта?
-Она уже вышла замуж. Года полтора назад. Живет счастливо, насколько мне известно.
Я вздохнул и взялся за вилку.
-Ты, видимо, любил ее. – продолжал выспрашивать он.
-Очень. – я положил руки на стол. – Сильно любил. До последнего надеялся… Но потом сам отказался о нее. Она меня тоже любила, но уже не принимала таким, какой я есть… Нам пришлось расстаться. Ничего бы не получилось. Она очень чистая была, а вот я… Я - нет.
Я потер свои глаза, сдвинув очки на лоб. Все, сейчас он поймет. Должен понять, он ведь умный.
Андрей молчал. Потом щелкнул языком.
-Из-за меня, да? Она как-то узнала?
Я только кивнул. Есть перехотелось. Я сполз со стула и отправился в спальню Андрея. Хотелось побыть одному.

Я в тот день был на работе и молча кусал губы, закрывшись в кабинке туалета. Переживал свою утрату на скорую руку, потому что меня ждали срочные дела. Я узнал, что Настя вышла замуж. Я тогда совсем потерял ее. А моя жена в это время, уже нянчила ребенка. И скучала по мне. Как все сложно…

Андрей пришел ко мне через минут десять. Принес в бокалах что-то выпить. Мы выпили молча.
-Все нормально, - сказал я. –Давай все-таки пойдем, поедим.

Андрей долго молчал. Меня это уже начало тяготить. Ну и что теперь убиваться? Жизнь она такая. Я сам уже немало в ней напортачил, чего уж говорить.
Мы поужинали в молчании, потом так же в тишине выпили чай.
-Костя, слушай… – наконец произнес он.
Я поднял на Андрея глаза.
-Я тебе всю жизнь сломал? Ты же должен меня теперь ненавидеть? Разве нет?
Он смотрел куда-то в пол. Я нахмурился.
-Нет, - ответил я. – Совсем нет. Я стал таким, какой я есть, благодаря тебе. Не знаю, что со мной стало бы, не будь тебя. Я за все благодарен, и за плохое, и за хорошее. Это правда. Я хочу быть похожим на тебя, Андрей, потому что ты для меня стал примером успешного человека. Я тогда понял, к чему нужно стремиться.
Говорил я совершенно искренне.
Даже выложи я ему сейчас все, что накипело за долгие годы… всю правду о моих страданиях… Какой в этом смысл? Это все уже в прошлом, я не считал достойным делом ворошить прошлые обиды.
-Но быть со мной не хочешь? – тихо спросил он.
-Прости…

Всю обратную дорогу я размышлял.
Даже в Андрее есть любовь. Но только не во мне. Я эгоист, и вообще, злой человек. И моя красота привлекает людей только для одного: переспать, на скорую руку. Я так старательно стремился быть независимым, что создал вокруг себя зону отчуждения. И сам перестал быть кому-то нужным. Люди после меня становятся как задыхающиеся на суше рыбы. Бьются в поисках того, кто обласкает и утолит жажду. И моя Настя, и Саша, и Вика. Все они пострадали из-за меня. Нужно что-то менять.


4.

Я приехал домой рано утром. Едва рассвело.
Быстро искупался, переоделся. Проглотил кашу из пакетика. Потом схватил ключи и нырнул в машину.
Поехал по своему прежнему адресу.
Ключи от квартиры у меня, естественно, были. Несмотря на Викины протесты. Там жила моя дочка, и я имел право видеть ребенка, когда захочу. На мнение остальных по этому поводу, мне было глубоко наплевать.

В квартире с утра пахло жареной яичницей. Я немного застопорился, увидев на пороге мужские черные ботинки. Размер сорок пятый, растоптанный. Я скинул свои туфли и остался стоять у порога.
-Вика! - негромко позвал я.
Она зашлепала тапочками и показалась из-за косяка. Еще сонная, цветастый халатик с запахом, большая, пышная грудь, талия перетянута пояском.
-Костя? Чего ты приперся в такую рань? – осведомилась она. –Позвонить что ли не можешь? У тебя, вообще, совесть есть?
Характерной особенностью Вики была болтливость. Она могла говорить часами. А уж всяких глупых вопросов в ее голове был целый рой. Я немедленно начинал заводиться.
-Пол десятого утра. Какая тебе рань? Лиза где? – спросил я.
-У мамы. Вчера вечером она ее забрала.
-Хорошо, - ответил я и принялся обуваться.
-Делать тебе нечего, вот и шляешься. Решил, что ли проверку мне устроить? - бурчала она.
Из комнаты послышался мужской голос.
-Викусик, кто там?
-А никто. Мой бывший! – весело отозвалась она.
Вот ведь дурында.
Существо, прятавшееся, в глубине моей бывшей квартиры, зашевелилось. Это было слышно по скрипу дивана. Я понял, что мне не избежать знакомства, и сердито взглянул на Вику. Она только нос задрала. Победоносно. Наверное, думала, что ее новый ухажер сейчас немедленно рассчитается со мной за все, чего она, бедная, от меня натерпелась.
В коридоре показался невысокий черноволосый парень в белой футболке и шортах. Плечистый такой. Небритый дня три.
«Хоббит», - подумал я про себя. Ниже меня на голову, а ступни, как ласты.
-Юрий, - сказал он и протянул мне крепкую узловатую ладонь.
-Константин, - ответил я, пожимая ее.
Он был мой ровесник, но выглядел немного старше. Взрослее, чем я. На мощном предплечье у него была татуировка в виде морды льва. В лице не чисто русские черты, что-то еще намешано, непонятно. Он мне не понравился. Он мне не понравился, даже если бы имел сейчас за спиной пару ангельских белых крыльев. Как потенциальный муж Вики и автоматический отчим Лизы он был неприемлем.
-Ладно, я ухожу. Извините, - сказал я, открывая дверь.
-Костя, оставь ключи, - попросила Вика.
-Нет. Я лучше буду звонить. – ответил я.

Я спускался по лестнице, размышляя о только что увиденном. Как Вика могла на него запасть? После меня. Нет, не потому, что я более симпатичен и ухожен, а просто потому, что непонятно. Ведь мы с ним совсем не похожи. Обычно люди, ища себе пару, ориентируются на какие-то свои стандарты, вкусы, пристрастия. То есть, если мне нравятся блондинки, то я и буду искать среди блондинок. Или Вика решила попробовать нечто прямо противоположное.
Ай, да ну их, - решил я про себя. С женой не повезло, зато теща высший класс! Умная тетка, поняла меня. Я решил заехать в магазин и купить ей коробку шоколадных трюфелей в подарок, она их просто обожала.

Я проведал дочку, поиграл с ней. Лиза росла на глазах, быстро менялась. Даже за ту неделю, что меня не было, я заметил в ней много нового. Слова, новые жесты. Научилась держать ножницы. Вот ведь умница.
Потом мы с тещей попили чаю, Лиза крутилась у наших ног, мусоля конфету.
-Теть Нина. Я с Юрой сегодня познакомился. Не понравился он мне.
Она улыбнулась и звякнула чайной ложечкой.
-Еще бы он тебе понравился. Это было бы очень странно.
-Да не в этом дело. Просто он выглядит немного…ну горячим что ли? Не знаю, как сказать. В общем, мне кажется, он какой-то психованный.
-Не знаю, не замечала. У них отец откуда-то с Кавказа. Но семья хорошая, живут здесь давно, дочка у них еще есть, школьница. А что, он у нее утром был?
-Да. Спал на диване.
Тетя Нина вздохнула.
-А ты? Ничего ей не сказал?
Я только пожал плечами.
-Неужели тебе все равно? – грустно спросила она.
-Меня только Лиза сейчас волнует. Остальное, пусть идет, как идет, - ответил я.

Август стремительно таял, стекая на землю холодным затяжным дождем. Скоро уже осень.
Я грустно смотрел на большой календарь с видом райских островов, который подарил мне один из наших поставщиков. Сижу вот, любуюсь на недосягаемые красоты. И ни разу за два месяца не навестил бабушку. Она, кое-как, с грехом пополам, ругаясь почем зря, научилась звонить мне по сотовому. Ей нужна была помощь. Нужно было починить прохудившуюся крышу, отремонтировать сарай и выкопать несчастную картошку, которая давно созрела и ждала меня уже целую неделю.
Все, хватит! Пора браться за ум. Я начал обдумывать план поездки. Для начала выпросить у шефа отгул. На пятницу или на понедельник. За два дня мне там одному не справиться. Это самое сложное. Потом уболтать Вику и взять с собой к бабушке Лизу. Она еще ни разу не была в деревне. Пусть хоть пару дней подышит воздухом без этой городской гари. Лизе с собой много чего надо, ничего нельзя забыть.
Внезапно у меня запищал мобильник.
Я ответил, это была Наталья, жена моего отца.
-Костя, привет. Прости, что беспокою пока ты на работе. Просто Валерия сейчас на парах, потом я при ней уже не смогу говорить. Ты не сильно занят?
-Пока нет. Что-то случилось?
Судя, по ее голосу, так оно и было.
-Да. –Наталья замялась. –Не знаю как сказать… Ты прости, Костя, у тебя и так проблем полно, еще я со своими лезу…
-Да нет у меня никаких проблем, с чего ты взяла? – пошутил я. –Давай, прямо говори, что там у вас. Опять она что-то вычудила?
Лерка с возрастом не менялась. Уже на втором курсе универа, а детство все никак не проходит. Она жутко мотала нервы своей матери. Тауировки, пирсинги, готы и эмо остались в прошлом. Теперь началась эра диких диет, чтобы стать стройной, как топ-модель, разговоры о пластической хирургии ее носа и груди….бред полный.
-Костик, в общем, беда. – выдохнула Наталья. - Я тут случайно узнала, что она встречается с женатым мужчиной на десять лет старше. У него дети есть и жена. Этот козел каким то образом задурил ей голову. Она как на крыльях летает, я боюсь, все это плохо кончится. Она меня вообще не слушает, что делать-то?
Наталья всхлипнула.
-Костя. Он ей вчера подарил золотое кольцо. Пришла домой, а на пальце кольцо сверкает, представляешь? За что он ей его подарил, Костя? Ведь не просто так он это сделал? Я боюсь, она сделает глупость, будет потом всю молодость, как я… ей же учиться надо! Нет, я не знаю, что делать. Жизнь прожила, а ума не нажила. Как вообще с ней разговаривать, если она все в штыки воспринимает?
Я напрягся. Это было серьезно. Леркины увлечения всегда были очень сильными, она погружалась во все новое целиком и без остатка, просто растворялась. Увлекающаяся, творческая натура. Но это было уже серьезно по-взрослому. Мне передалось волнение Натальи.
Лерка недавно выросла и стала красивой. Чем-то она напоминала мне Сашу, в пору нашего с ним знакомства. Та же мягкость, приветливость. Бездонные большие серые глаза. У нее были длинные русые волосы и тонкая талия. Наталья наряжала ее, ни в чем не отказывая. Заметная, красивая девушка. И очень молодая. Клюнул же какой-то подонок, не постеснялся, того что женат.
-Она всегда к тебе прислушивалась. Может, ты сможешь на нее как-то повлиять? – спросила Наталья.
Я задумался, держа у уха телефон. Что я мог ей сказать? Разве что посоветовать получше предохраняться?
-А кто он такой, этот мужик? Ты знаешь его? - спросил я.
-Нет. Она в клубе с ним познакомилась, когда туда ходила с подругами. Это с ее слов. Больше ничего не говорит.
-Ясно. Наташ, ну это бывает. Сейчас все молодые так себя ведут. Я думаю, ничего страшного, наиграется и успокоится.
-Костя, ну ты же знаешь ее…чокнутая совершенно.
-Ладно, - выдохнул я. – Я поговорю с ней, попробую что-нибудь узнать. Пока еще ничего не случилось, не переживай заранее. Она ведь умная девчонка.
-Не могу, Костя. На душе кошки скребут. – Наталья горестно вздохнула. -Молодой девчонке так легко поломать себе всю жизнь. Это как раз плюнуть.
Я почему-то вспомнил Вику.
-Хорошо, я сегодня к вам приеду. – сказал я.

Вечером я был у своих.
Едва войдя в квартиру, я почувствовал тяжелую и гнетущую атмосферу. Было тихо. Папа уже ушел на работу.
Я поздоровался с Натальей. Она выглядела взвинченной и усталой. Волосы висели вдоль худого лица, делая его еще меньше.
-Костя, чай будешь? - спросила она.
-Да, спасибо.
-Ты с работы только? Я сейчас тебе разогрею обед. Минутку подожди, ладно?
-Да не суетись. Что у вас тут твориться? Поругались?
Наталья только махнула рукой.
-Она совсем сбрендила. Сказала, что уйдет из дома. Поскандалили опять.
-О-о, - протянул я и пошел к Лерке.
Нужно было срочно вправить ей мозг.

Я постучался в комнату к сестре.
-Уходи!
-Лер, это я.
Я не спеша открыл дверь и вошел.
-Костик!
Лерка бросилась ко мне и повисла на шее, уткнувшись в меня носом. Я обнял ее и погладил по голове и по длинным волосам. Только потом заметил сидящего на ее кровати, Сашу. Уставился на него. Он отвел взгляд.
Ну, пусть себе сидит. Он ведь тоже наш родственник.
Лерка меня отпихнула. Плюхнулась на кровать рядом с Сашей, всхлипывая и вытирая тыльной стороной ладони свой покрасневший нос. Вот, вымахала девица. Ростом меня скоро догонит, а все повадки как у ребенка.
-Ну, давай, Костя, начинай. Раз уж пришел.
-Что? – не понял я.
-Ну, учи меня жизни. Отговаривай, пугай там… не знаю. Мама всех решила оповестить о нашей семейной драме. Я не удивлюсь, если сейчас бабушка заявится. И дядька из Питера. Она, наверное, уже всех обзвонила.
Лерка подняла глаза и зло уставилась на меня. Зареванная, нос распух, потеки туши по щекам.
Я немедленно притворился дурачком.
-Лер, что ты несешь? Нет, я, конечно, слышал от твоей мамы, что ей не нравится твой парень. Но я тут причем? Я вообще не за этим пришел. И вообще… Я вам, кажется, помешал? Вы тут секретничали. В принципе то, что я хотел, не так важно, могу зайти попозже.
Я сделал строгое лицо и развернулся к двери.
-Нет, подожди. А что ты хотел? – спросила Лерка. Потом повернулась к Саше. -А что это вы не здороваетесь? Саш, хватит уже дуться на Костю. И ты, Костик, хорош. Два года уже почти прошло. Может, уже помиритесь, наконец.
Да, пожалуйста! Я подошел к Саше. Протянул ему ладонь.
-Привет.
-Привет, - буркнул он, едва прикоснувшись кончиками пальцев.
Саша избегал смотреть мне в глаза. Интересно только, почему? В последний раз, когда мы с ним встречались, он держался таким молодцом. Был уверен в себе на все сто. А теперь сидит и прячет взгляд. Стыдно, небось, за свое поведение?
Я уселся на Леркин стул. Развернул его, поставив спинку между ног, оперся о нее руками и опустил на них голову. Решил импровизировать, раз уж начал.
-Лер, я на самом деле по делу пришел. Мне нужна твоя помощь на ближайшие выходные. Ты как, свободна?
-Да? – она подняла глаза. – Свободна, в принципе, а что такое?
-Мне нужно моей бабушке помочь. Она одна живет в деревне, старенькая уже. И правнучку еще ни разу не видела. Съездишь со мной на этих выходных? Там работы много, ремонт, и картошку копать нужно. Но я сам справлюсь. Тебе только за Лизой немного присмотреть. Погуляем все вместе, там очень красиво сейчас.
-Ты с Лизой хочешь ехать? А Вика?
-Вика не поедет. Это точно. Ну как?
Лерка пожала плечами.
-Хорошо. Конечно, поеду. Только пусть и он тоже едет. – она кивнула на Сашу.
Тот надулся, как индюк, глядя себе под ноги.
Я удивился.
-Зачем?
-Ну, чтобы ты один не надрывался. У Саши ведь как раз отпуск. Ну, ты как, поможешь Косте? – спросила Лерка, даже как-то повеселев.
Ее всегда забавляли наши отношения, и она, видимо, жаждала их продолжения. Зачем ей только это было нужно. Сводные двоюродные братья, спящие вместе… Да, ну и семейка.
Саша исподлобья посмотрел на меня. Та-акой серьезный.
Я вспомнил наше последнее свидание и его продолжение. Н-да, вел себя тогда, как придурок. Хотя соблазнил, конечно. Удалось.
-Зачем это еще? Не нужно… - начал было протестовать я.
-Да не фиг делать. Конечно помогу. – ответил Саша, после секундного раздумья.
-Здорово! Надеюсь погода не подкачает. – обрадовалась Лерка. –Костя, а ты грибы умеешь собирать? Там их, наверное, очень много, две недели дожди шли. Я люблю грибы, особенно лесные.
-А чего их собирать? Рвешь и рвешь себе. Поганки сами завянут, - сказал я.
-Все ясно. Нет, я с тобой за грибами точно никогда не пойду, - улыбнулась она.
-Костя, Саша, идите кушать! – позвала Наталья.
-Вау, еда! - обрадовался я и поднялся со стула.
-Костенька, ты голодный? Тебе ж никто не готовит сейчас. Бедненький!
-Пойдем, Лер. А то я сейчас тебя покусаю.
Мы с сестренкой двинули на кухню. Саша ужинать отказался и ушел домой. Интересно, его дружок – парикмахер ему готовит?
Лерка вроде бы как помирилась с матерью. По крайней мере, при мне они больше не цапались. Все наши разговоры теперь были про поездку, которую я затеял.
-Как ты думаешь, Сашка действительно поедет? – спросил я у Лерки, когда она провожала меня у двери.
-Думаю да. Он же мужик. Мужик сказал – мужик сделал!
Она хихикнула.

У Алексея Викторовича было хорошее настроение, и он легко дал мне отгул на ближайшую пятницу. Это было классно! Да и погода, вроде бы, стала налаживаться.
Небо прояснилось, тучки раздвинулись, показалось солнышко. Резко потеплело. Тут же запахло сыростью, мокрой листвой и грядущей осенью. Девушки немедленно надели цветастые сарафаны, которые так мало успели поносить этим прохладным летом.

Я после работы приехал к Вике, но у них было заперто. Значит, гуляют. Оставив под окнами машину, я пошел на детскую площадку.
Лиза, вереща, качалась на качелях. Вика и теща суетились вокруг нее.
Я купил девчонкам мороженое, дочке сок, и подошел к ним. Они, все трое, хохотали. Лиза обрадовалась, увидев меня, и немедленно потащила в песочницу, показывать свои творения. Пришлось залезть туда прямо в костюме и белой рубашке, ведь с работы я еще не переодевался. Видок, наверное, был еще тот, потому, что Вика с тещей то и дело прыскали со смеху, глядя на меня. Да и другие мамочки, прогуливающиеся мимо, задумчиво улыбались.
Я закатал рукава.
-Лиза, давай я построю крепость.
-Крлепост? – переспросила она.
-Да. Это такие башни и высокий забор между ними. Вот, смотри…
Я принялся лепить из мокрого песка крепость. Здоровую и высокую. Получалось неплохо, я даже увлекся. Нас окружили другие дети. Молча стояли, наблюдая за процессом. Лизавета ревниво оглядывалась на них, держась за мое плечо.
Настроение было замечательное. Едва я закончил, повтыкав в верхушки башен сделанные из листьев флаги, как вся детвора, побросав свои игрушки, устремилась в песочницу, осваивать мою крепость.
Я наконец-то выполз оттуда, отряхиваясь. Ноги затекли от долгого сидения на корточках.
Вика смеялась.
-Глянь, Костя, пятно осталось.
-Да ладно. Это вода, не страшно.
Она вертела в руках фотоаппарат.
-Такие снимки классные получились. Ты молодец.
-Знаю. Но все равно спасибо, - ответил я.
Я смотрел на Викины ноги. Она была в прозрачных колготках и черной юбке-резинке. И каблуки. Вот ведь нарядилась для прогулок с ребенком. Вика иногда вместо колготок надевала чулки. Я стоял и думал, что там у нее, на этот раз, надето.
Теща перехватила мой взгляд. Я смутился и перестал пялиться.
Мы немного поболтали о погоде. Спустя полчаса Вика засобиралась домой.
-Лизонька, уже поздно!
Лиза упиралась.
-Мне еще готовить нужно! Лиза, ну пойдем.
-Давай я ее заберу. Покормлю сама. А вы идите, прогуляйтесь пока. Вечером сама ее приведу, - предложила теща, держа за руку, рвущуюся, к качелям, непоседу.
-Хорошо, - сдалась Вика.
Мы разошлись. По дороге мы с Викой молчали.
-Ты на машине, да? – спросила она, когда мы уже подходили к дому.
Я кивнул.
-Вик, я зайду к тебе. Разговор есть, - сказал я.
-Ну, давай.
Мы поднялись на наш этаж. Коридор в этой квартире был тесный и на пороге мы немного столкнулись. Вика закусила губу, и я, недолго думая, положил руки на ее выдающуюся, обтянутую черной тканью, попку.
-На хрена ты так одеваешься? – спросил ее я, кусая за ухо. –Маньяков ловишь?
-На себя посмотри. Вырядился, как будто ему сейчас оскар будут вручать.
Я усмехнулся. Мы нравились друг другу именно за это.
Я наконец-то задрал ей юбку. Действительно, чулки. Нежно обхватывают полные крепкие бедра. Теперь усмехнулась она. Стащила с меня очки и бросила куда-то на вешалку. Потом схватилась за рубашку, вытащила ее из брюк, запустила свои наманикюренные раскрытые ладони.
Ее тело было горячим. Как и мое. Помнится, в пору наших ранних отношений, мы сутками не вылезали из постели. Если попадалась такая возможность. Ее и мой темперамент были идентичны. Мне нравилась ее мягкость и податливость. И то, что ее тело разительно отличается от моего. Легкая полнота была ей только к лицу. Фигура, без преувеличений, выглядела роскошно, хоть рисуй.
Полная, тяжелая грудь не помещается в ладони. Кожа нежная, и эти скользкие чулки, которые она оставила на себе. Очень необычно и так приятно. Челочка над ее лбом взмокла. Вика выгибается навстречу, хватает меня за плечи и кусает за лицо.
-Сильнее!
Я нарочно не слушаю ее. Куда мне торопиться?
Она начинает царапать ногтями мои бедра.
-Костя!
Я молчу и терплю. Не хочу быть грубым. Поэтому не спешу. Только не с ней. Я разучился быть нежным.
-Костя, б**дь!
Я склоняюсь и тихо смеюсь.
Мы были как единое целое. В голове туман, руки свело. А ей все нипочем, поймала мои губы. Только чур не кусаться!
Нас смыло волной.

-Что, заело одиночество, да? - Вика с прищуром посмотрела на меня. – А презервативы в кармане все равно таскаешь. Умный теперь стал, да?
Я мгновенно ощетинился.
-Слушай, Вик. Вот, честное слово, все классно. Но едва ты открываешь свой рот, все, пи**ец.
-Да ты сам такой, себя бы сначала послушал!
-Я тебе еще даже не сказал ничего.
-Зато сделал. Разговор у него, видите ли, ко мне был! Ну, как, наговорился? Язык не устал?
-Ну, ты и дура! - сказал я, качая головой.
-Сам ты дебил! Купил презики и пришел к бывшей жене. Это вообще нормально?
-Я не за этим пришел. Я действительно хотел поговорить с тобой. Идиотка!
Вика раздраженно потушила сигарету. Спасибо, что не об мою голову. А ведь могла бы. Я после свадьбы еще долго ломал голову над тем, как у таких интеллигентных родителей могла вырасти такая дочка. Она могла запросто меня ударить в пылу ссоры. Я, поначалу, офигевал от этого, но не отвечать же ей тем же, в конце-концов. Может быть, это потому, что была единственным ребенком?
-Вика, ну правда. Давай хоть раз поговорим нормально.
-Не хочу я с тобой разговаривать. Ты - чудовище!
Она отвернулась к стенке.
Приплыли. Я чудовище. Ага, лохнесское.
Я вздохнул и поднялся, накинув на нее одеяло. Крепко же ее задело, что я достал из внутреннего кармана пиджака эту упаковку. Да они там уже лет двести лежат, если не меньше. Надо отдать этот костюм в химчистку…
Я оделся и пошел на кухню. Сварил кофе и, заметив на окне старую газету, уселся ее читать. Ни хрена я не уйду, пока не получу то, что мне нужно.
Через пол часа она явилась. Устала, видимо, лежать. Надела на себя пошловатый шелковый халатик с китайским драконом. При мне такого не было.
Я налил Вике кофе. Она, кажется, подуспокоилась.
-Костя, а ты похудел. Есть хочешь?
-Нет, спасибо.
-Ну ладно. Мне скоро за Лизой идти. Чего ты хотел, выкладывай, - грустно произнесла она, усаживаясь напротив меня.
-Чего ты расстраиваешься? – не понял я. –Что Юре своему изменила? Ничего, переживет, мы с тобой ведь не чужие.
Она бросила на меня сердитый, испепеляющий взгляд.
-Да ладно тебе. Ну что страшного случилось? Скажи- ка честно, кто из нас лучше, я, или он? – внезапно спросил я. Даже не думал, что говорю.
Я тут же решил, она мне, по меньшей мере, врежет после такого вопроса. Даже приготовился. Но Вика лишь равнодушно пожала плечами.
-Ты. Можешь гордиться. Но с ним проще, поэтому лучше, чем с тобой.
-Проще? – удивился я.
-Именно. Жизнь - это ведь не кровать. Кость, давай уже по делу. Ну ребенок ведь ждет.
Я кивнул. Странная у нее философия, не понимаю.
-Хорошо. Слушай, я хочу Лизу на выходные забрать.
-Ну, забирай. Я хоть по магазинам пройдусь. Сто лет никуда не выходила. И Лизе нужна одежка. Деньжат не подкинешь?
-Подкину. Только это не все. Я поеду к бабушке. Вместе с Валерией и Сашей.
-Какой еще Сашей?
-Леркиным братом, Сашкой.
-А-а, - протянула она. – Вы же вроде бы с ним в ссоре?
-Помирились недавно. – ответил я.
Вика задумалась.
-Кость, ну далеко ведь.
- На машине два часа. Не так уж и далеко. Я автокресло купил, не волнуйся, все нормально будет. Лиза хорошо переносит дорогу. Я буду очень осторожен, глаз с нее не спущу. Ты же знаешь меня.
-Ну, не знаю…А где она там будет спать, что есть? Там ведь холодно, наверное. Нет, Костя, давай потом.
-Потом зима будет. Вик, не волнуйся. Спать будет со мной, у стенки. Печку натопим. Молочное я ей все куплю…а так, супчик сварим.
-Супчик…
Она вздохнула, глядя в пол.
-Ну, ты что, не доверяешь мне?
-Доверяю. Ладно. Только будь на связи, я буду часто тебе звонить.
Мы все подробно обсудили.

На пороге я поцеловал Вику в щечку.
-Спасибо. Найди, пожалуйста, мои очки. Куда ты их закинула?
Она вглядывалась в мое лицо. Ее черты расплывались, как если смотришь на картину вблизи.
-Тебе без них лучше.
-Я бы с радостью их снял. Все расплывается, вижу плохо.
Я вздохнул.
Вика нашла и подала мне очки.
-Ты такой заметный. Одевайся проще, ты и так бросаешься в глаза.
-Ладно, спасибо за совет.

В четверг вечером я намеревался свалить с работы пораньше. Нужно было заехать в оптовый магазин, чтобы все закупить, и успеть до начала пробок на дороге, иначе можно было застрять до позднего вечера.
Окно было приоткрыто, и был слышен уличный шум. Гудели и шумели машины, доносились голоса прохожих. По моему столу и по клавиатуре бегали солнечные зайчики. Я торопливо закруглялся с делами. Время было уже почти четыре часа дня.
В дверь постучали, заглянула Катя, моя помощница. Умная девчонка, совсем еще молодая.
-Константин Павлович, там продажник пришел. Тот, что звонил два дня назад.
Я нахмурился, вспоминая.
-Сигары и сигареты что ли?
-Да. – ответила она.
-А чего ко мне? Катя, скажи, пусть к менеджеру едет. Я все равно с ним ничего не буду обсуждать. Это не моя работа.
-Он хочет вас видеть. Говорит, по делу.
-Хорошо. Пригласи, пожалуйста, узнаю, что ему нужно.
Я взглянул на часы. Еще полчаса и все. Буду стоять в пробке и терять время. В пору моей юности в нашем городе не было этой проблемы. А теперь вот, каждый день. У всех сейчас машины, а раньше почти все на троллейбусах ездили на работу. И мама, и папа. И меня в садик на троллейбусе возили.
В дверь снова постучали.
-Войдите, - нараспев протянул я.
На пороге показался молодой мужчина. Высокий, опрятный. В первую секунду, едва я его увидел, в мое сознание закрались подозрения. А уж когда он пожал мою руку, и до меня донесся его запах… Я уже как собака, на расстоянии все чую…
Он был блондин (!) Третий уже. Не слишком ли их много для нашего города? Нет, не блондинов. Геев. Это просто ужас какой-то. Расплодились, как грибы после дождя. Надеюсь, я все-таки ошибаюсь на его счет.
-Виталий, очень приятно. - представился он. Голос сильный, но речь спокойная. Одет был просто, джинсы, светлая водолазка.
-Присаживайтесь.
Я указал на стул.
Он уселся, напротив, не сводя с меня зачарованных светлых глаз. Неопытный, что ли? Да, я красив. Но разве можно так пялиться на незнакомого человека?
-Слушаю вас. – строго сказал я.
Я положил руки на стол, скрестил пальцы и несколько раз моргнул, стряхивая с себя его взгляд.
-Ох… Извините за беспокойство. Я из «Континента». По поводу продажи у вас в магазине наших сигар и сигарет. У вас очень место проходимое.
-Да, я в курсе, - кивнул я.
-Я сегодня пообщался с вашим менеджером Михаилом. И мы пришли к согласию. Теперь мне бы хотелось осмотреть помещение магазина и, если вы мне поможете, то мне нужно выбрать место для нашей стойки. Я принес с собой метр, можно будет замерить размер и заказать полку. Или стойку.
Он проговорил это легко и приветливо. В конце улыбнулся, блеснув двумя рядами белых зубов. Я как будто увидел в нем свое отражение.
Хм… быстрый какой.
-Хорошо. Если вы с менеджером договорились, то без проблем. А объем планируете большой выставлять?
-Нет пока. Штук десять видов сигар и сигарет, штук двадцать – двадцать пять. Если пойдет, тогда можно будет расширить, - улыбнулся он.
-Ясно.
-Можем сейчас пойти, посмотреть? – спросил он.
-Я сейчас занят, - соврал я. – Я попрошу свою помощницу, она вас проводит и все покажет. Можете осмотреться в торговом зале. Но, когда выберете место, то, пожалуйста, обговорите это со мной.
-Так я за этим и пришел, - снова улыбнулся он. – Я хочу сейчас все измерить и заказать стойку уже завтра.
-Я занят сейчас, - снова повторил я. –Сегодня можете только осмотреться.
-Хорошо, спасибо. Я так и сделаю.
Он поднялся.
-Я тогда завтра зайду?
-Нет, меня завтра не будет. Приходите в понедельник.
Он начинал меня бесить своей настырностью.
-Хорошо. Спасибо большое, Константин. Приятно было познакомиться.
Он достал из заднего кармана брюк свой бумажник и протянул мне визитку.
Я только кивнул.
-Извините, а вашу визитку можно?
Я сверкнул на него глазами. Зачем, интересно? Собрался мне звонить?
-Конечно.
Я достал из ящика и дал ему свою. Да, этот парень рожден, чтобы продавать. Настырности ему не занимать. Впарит кому угодно что угодно. Купишь, лишь бы только от него отделаться.
Он вышел, аккуратно прикрыв за собой дверь. В кабинете еще остался запах его парфюма. Терпкий. Я повертел в руках его визитку. Евсеев Виталий, менеджер. Мобильный и стационарный телефоны, почта. Все.
Визитка красивая, изумрудно-зеленая, с блестящей пурпурной тесненной полоской. Их фирма не экономит на этом, не то, что мы.
Чутьем я понял, кто он такой. Странно, откуда во мне это? Вроде бы парень, как парень. Таких вокруг полным-полно. Но нет. Взгляд выдает. То, как он смотрит на тебя. Пронзительно. Саша тоже так смотрел.
Все, нужно бежать! Я выключил компьютер, огляделся, и, убедившись напоследок, что все в порядке, поскакал.
Узкая лесенка вела из моего кабинета вниз, мимо двери склада. Выходить нужно было через магазин. Катя и этот Виталий уже стояли у кассы и что-то обсуждали. Я немного замедлил шаг. Он поднял голову и уставился на меня, игнорируя Катину речь. Мы встретились глазами, и я тут же опустил голову.
Нет, не хочу. Извини, дорогой.


5.
Костя и Саша.
Я до отказа загрузил багаж своей машины большими коробками. Купил для бабушки почти все: продукты, сладости, бытовую химию, кое-что из посуды, два халата, теплую зимнюю обувь и даже тапочки на меху. Обожаю большие магазины, где есть все. Не нужно мотаться, как угорелый, ходишь себе с тележкой, важный и спокойный, как индюк. Я вообще обожаю магазины. И работа мне моя поэтому нравится.
Ей, на самом деле, много чего нужно, хотя она и отбрыкивается. А в деревне этого нет. Лимона, например. А ведь здорово вечерком попить чаю с лимоном и посидеть перед телеком. Или с соседкой в веранде поболтать.
И она так ждет меня, волнуется. Я единственный ее родной человек.

Ранним утром, в пятницу, я заехал к своим. В квартире тепло и тихо. Папа спал после ночной смены, Наталья собиралась на работу. Лерка дрыхла.
-Вы сегодня едете? А она до сих пор спит? Вот молодец какая, пойду, надеру уши! И ведь договаривались заранее, забыла что ли?
Наталья рассерженно бросила свою сумку у порога.
-Ничего страшного, - с улыбкой произнес я, двигая ногой в уголок свои туфли. –Пусть пока поспит. Это я слишком рано приехал. А Саша, наверное, не поедет с нами?
-Почему? Придет скоро. Он мне уже звонил. – Наталья, улыбнулась, глядя на меня. – Я так рада, что вы помирились наконец-то. Долго же вы не общались с ним. Года полтора?
Я пожал плечами.
-Больше двух.
-Крепко вы, ребята, поссорились. Я все гадаю, почему? Из-за девушки?
-Почти,- туманно ответил я. – Я уже забыл из-за чего.
Наталья только улыбнулась.
Интересно, как бы она отреагировала, узнай всю правду. Сильно бы удивилась? Наталья, в общем-то, была женщиной современной. Я бы, наверное, не постеснялся рассказать ей все. А маме, будь она со мной? Нет, скорее всего. Тем более, будь со мной мама, все было бы в моей жизни иначе. О папе я почему-то не думал. Ему, скорее всего, будет все равно. Не потому, что он меня не любит. Просто, он такой человек, примет меня любым. Тем более, что я уже был женат, а это значит, что я такой же, как все. Нормальный. Женился, развелся…
-Костя, ты подожди немного. Пойду, разбужу ее.
Я уселся на кухне. Было слышно, как Наталья в соседней комнате треплет и ругает вполголоса проспавшую Валерию.
В дверь негромко постучали. Я поднялся и открыл.
-Привет, - буркнул Саша, пялясь в порог. Серая бейсболка, джинсовка. В руках дорожная спортивная сумка.
Мне это надоело. Я его впустил, дал ему разуться, сам стоял рядом. А потом схватил пальцами за подбородок и приподнял его лицо. Так, чтобы он посмотрел мне в глаза.
Он, конечно, офигел. Уставился своими серыми глазищами. Он был ниже меня где-то на пол головы и смотрел снизу вверх. Недоуменно.
-Хватит уже, - сказал я, щурясь на него сквозь очки. –Что было, то было. Успокойся, ладно?
Он медленно отвел мою ладонь.
-Я ради Лерки еду, понял? Что бы ее отвлечь. Так что не воображай себе…
-И не думал. Наши дороги разошлись, но мы ведь можем остаться друзьями? Мы с тобой были хорошими друзьями, помнишь?
Саша не ответил. Молча отпихнул меня и пошел на кухню. Включил воду.
Я притопал следом и уселся на табуретку, вытянув вперед свои ноги. Саша медленно пил воду из кружки и усердно смотрел в окно. Как будто там специально для него кино крутили.
Пришла Наталья. Взъерошенная.
-Все, она уже умывается. Ребятки, я побежала, опаздываю. Завтрак Лерка приготовит, не езжайте голодными, ладно. Поаккуратнее на дороге, Костя.
-Конечно. Все будет в порядке.

Я оперся подбородком на скрещенные руки. Мы с Сашей смотрели друг на друга. Все, что между нами было…что это было? Я до сих пор помнил его дыхание на своей щеке. Пронзительный, преданный взгляд. На людях он старался не смотреть на меня долго, не прикасаться, не стоять слишком близко. Он берег нас он посторонних косых взглядов. Дома, когда мы были одни, то и дело хватал за руку, щекотал шею, хихикал и прыгал на спину, играясь со мной, как молодой кот. Утром будил, целуя в ухо, и стягивал прохладную простынь.
Наша любовь осталась там. Где высокие и кажущиеся близкими желто-зеленые горы, где жаркое и нежное море, где глинистые спекшиеся на солнце, пыльные дороги. Где живописные виноградники, дикая высоченная ежевика, безумно привлекательные развалы с виноградом, дынями, арбузами. Ароматный мед с роем злых ос. Там, где приветливые люди и равнодушные ко всему на свете, сонные собаки. И где за каждым поворотом, открывается еще более изумительный вид. И запах цветов, пыли, винограда. Ветер с гор и соленый морской бриз. И ночной шашлык на пляже под крепкое вино. И сладкий, долгий, как шелест волн, поцелуй в черном и таинственном море, где мягкое дно и теплая вода. И никто не видит, хотя то тут, то там парочки. Я ведь был счастлив. По - странному, но..
-Что ты смотришь? – спросил Саша.
Я моргнул. Я как будто сквозь него смотрел.
-Кажется, я понял, что… До меня, наверное, долго доходит. Саш… я …
-Ой, ребятки, простите, ради Бога!
Валерия вошла, потирая лицо.
-Мама велела вас покормить. Я быстро все сделаю. Хотите яичницу с колбасой?
Она начала суетиться, видимо, еще до конца не проснулась. Длинные русые волосы разлетались от ее резких движений.
-И чай. Или кофе? Костя, ты точно кофе будешь, я знаю. Та-ак, а где у нас сыр?
Саша не сводил с меня глаз.
-Забыла тебя спросить, Костя, как в Москву-то съездил? Понравилась столица? Я от школы тоже ездила в Третьяковку. Скучно было.
Если бы взглядом можно было прожечь дыру… Во мне в ту же секунду образовались бы две огромные дырищи. Прямо во лбу. От Сашиных глаз.
-Я покурю, пойду, - резко сказал он.
Лерка остановилась с ножом и сыром в руках. За Сашей захлопнулась дверь.
-Чего это он психует с утра? Не поняла.
-Ничего, - ответил я, почесывая подбородок. – В Москве живет мой бывший любовник. Сашка это знает.
-О-ой, б**дь….
Лерка бросила все на стол и схватилась за голову. Засопела.
Я молчал. Что я только что хотел ему сказать?

Обстановочка в машине была напряженная. Саша сидел рядом со мной, максимально, насколько шейные позвонки позволяли, отвернувшись в окно. Я, право слово, беспокоился за его здоровье. Как бы он шею себе не свернул. Зачем только согласился ехать, если настолько сильно ненавидит меня? Приступ мазохизма?
Мы забрали Лизу, выслушав тысячу наставлений от Вики. Саша еще ни разу не видел их. Он мельком взглянул на Вику, потом внимательно рассмотрел мою дочь. Она действительно, была сильно на меня похожа. Пока мы уговаривали Лизу сесть в детское автокресло, он курил в сторонке.
В дороге мы почти не разговаривали. Лерка развлекала Лизу, пока та не заснула. Приехали быстро.

Бабушка только руками всплеснула. Да, я забыл. Я теперь не единственный ее родной человек. Теперь у нее есть еще и Лиза. Эта маленькая девчонка, боязливо жмущаяся сейчас к моим ногам. Она присмирела и только оглядывалась по сторонам.
В деревне было тепло и солнечно. Тихо. Только орали петухи, квохтали курицы и лаяли собаки. Середина августа, закругляются все огородно-полевые дела. Людей никого. Кто на работе, кто дома пашет. Все друзья юности разъехались по городам.
Мне захотелось пойти к реке. Я переоделся, взял дочку за руку, и мы пошли смотреть на речку. Лерка восхищалась красотой природы, то и дело просила ее сфотографировать. У каждого куста. Саша ее фоткал, то тут, то там.
Они оба были чисто городскими детьми, выросли среди многоэтажек и совсем не знали настоящей деревни, с ее пахуче-колючими сеновалами, старыми велосипедами, земляникой на лугу, росой после дождя, ласточками, гнездившимися под крышей. Мне в этом плане повезло куда больше. Корову они, наверное, видели только в зоопарке, да на картинках. Бедные люди.
Я смотрел на сестру, радостно прыгающую по тропинке, и размышлял, как и когда правильнее начать с ней разговор. Не хотелось портить ей настроение в первый же день, решил повременить.

Сине-зеленая вода несла по реке желтые листья. Они неторопливо и размеренно плыли, лежа на поверхности и в глубине, в самой толще воды. Вода уже не была прозрачной, как в жарком июле. Потемнела и загустела, от реки сильно пахло рыбой. Мальков у берега было видимо-невидимо. Они сновали стайками, ища себе пропитание. Я не мог отвести взгляд от этой пучины, а Лиза тянула за руку.
-Сфотографируй и нас, Саша, - попросил я его и взял Лизу на руки. –Чтоб речка была видна, хорошо?
Лерка нас бросила и спустилась к самой воде. Мы стояли и смотрели, как она бродит по заросшему травой берегу. Как русалка, только в джинсах.
-Она красивая и высокая. Как модель. – произнес Саша. – Хорошая девчонка.
-Это точно, - отозвался я.
Больше мы не говорили. Расслабились и просто дышали свежим воздухом.

Во второй половине дня я поручил дочку бабушке и Валерии, а сам принялся делать дела. Я, честно говоря, не знал, за что хвататься. Бабушка уже не справлялась сама, ее сил на хозяйство не хватало. Ей было уже за семьдесят, возраст приличный.
Обсудив, мы решили оставить огород на завтра. Поэтому, мы с Сашей принялись за покосившуюся калитку, а потом отремонтировали старое крыльцо. Он здорово помогал мне. Даже скорее я ему. Саша был очень ловкий, рукастый, сообразительный, не то, что я.
В белой футболке, под мышками круги от пота. Крепкая, сильная шея, капельки влаги сверкают на лбу. Сильные, красивые руки, подтянутый живот, твердые икры и небольшие аккуратные стопы в черных пластиковых шлепках. Молодой, здоровый, как лось. На него было приятно смотреть. Мы с ним почти не разговаривали, только по делу. Подай, придержи, давай отпилим…
У ног крутился игривый серенький котенок, и сновали кудахчущие куры. Лерка, гуляя с Лизой, поглядывала на нас с тревогой. Мы с ней, наверное, оба сейчас размышляли о том, что у Саши творится в голове. Зачем он сюда приехал? И как объяснил все своему другу, с которым сейчас живет.
-Спасибо тебе большое за помощь, - сказал я, едва мы закончили с крыльцом. – Не знаю, как бы справился один, без тебя. Извини, если я тебя от твоих дел отрываю, ведь у тебя же отпуск…
Он искоса взглянул на меня.
-Пожалуйста.
И все. Ни тени улыбки или той, прежней обаятельной приветливости. Даже на расстоянии чувствовалась его напряженность. Какой он стал странный, просто неузнаваемый. Мне не хотелось думать, что это могло произойти из-за меня.

Бабушка моя не могла нарадоваться такой толпе помощников. Она усиленно пекла пирожки и варила в огромной кастрюле ведра два компота для нас. Запахи из дома летели ошеломительные. С годами ее характер смягчился, да и я, как мог, старался облегчить ей жизнь. Еще пять лет назад помог провести в ее старый домик газ, а спустя год, уговорил ее поставить в подвале насосную станцию, и теперь у нее в доме была вода.
-Саша, Костя, будет вам! Хватит там стучать. Авось не завалится. – говорила она, то и дело высовываясь из окна веранды.
Я только улыбался и махал рукой.

Я любовался обиженным Сашкой. Не хотелось прерывать нашу работу. Мне хотелось остаться с ним наедине, и поговорить. Сильно кусала ревность. Даже не верилось, что он мог начать с кем-то жить. А почему нет? Я-то смог.
Интересно было бы посмотреть на этого типчика, какой он из себя. Похож ли на меня? И откуда такие мысли? Всех сравниваю с собой. Я, похоже, считаю себя идеалом. А почему бы и нет, я сам себя сделал. Стал успешным и сильным человеком, как Андрей. Я усмехнулся. Саша зыркнул на меня из-под светлых бровей.

Вечером мы поужинали и решили прогуляться. Было уже довольно поздно, я уложил Лизу спать на свою кровать, бабушка осталась за ней присматривать.
Втроем мы вышли из дома и пошли, куда глаза глядят. Примерно в километре, где река делала излучину, начиналась старая сосновая посадка. Мы решили дойти до нее и вернуться обратно.
На душе было легко, тело приятно ныло после физической работы, от которой я уже отвык. И мы трое, молодые, связанные дружбой, родственными отношениями и нашей с Сашей интимной тайной.
Лерка надела на себя длинный бледно-желый сарафан, перетянутый на талии тонким ремешком. Легкий ветерок шевелил ее волосы. Она была непривычно женственной, я даже не узнавал ее. Настоящая красавица. Она задумчиво молчала, думала о своем.
Саша снял свою пропотевшую футболку и вышагивал с голым торсом, отгоняя от себя этой футболкой назойливых и кровожадных, крупных, как птицы, деревенских комаров. Мы брели по старой утоптанной грунтовой дороге. Редкие деревенские жители, гнавшие домой пасшуюся днем на лугу скотину, с любопытством нас разглядывали.
-Интересно, каково это, иметь ребенка? – неожиданно спросил Саша.
Я не удивился тому, что он это спросил, скорее, удивился тому, что он вообще первым заговорил со мной.
-Это ответственность. – не задумываясь, сказал я. - И тревога, постоянные мысли о нем. И ты уже не так свободен, как раньше. Любовь бесконечная. И, конечно, это радость. Не знаю, как описать. Глазенки, которые сморят на тебя и полностью доверяют. Это сложно…
-Ты такой заботливый. Странно. Совсем на тебя не похоже, - снова сказал Саша.
Он так и не смотрел на меня, шел немного впереди нас, глядя куда-то на горизонт .
Мне стало стыдно. Я мог быть ласковым и заботливым, я же не монстр какой-то. Просто мой бедный Саша этого так и не дождался.
-А почему вы развелись? – снова спросил он. – Она красивая, жена твоя.
-Характерами не сошлись. – ответил я.
-Понятно.
Саша шлепнул себя по шее.
-Блин! Какие кусучие, заразы. Садятся и тут же грызут, не прицеливаясь.
-Ты еще трусы свои сними, они тебя тогда всего облепят. – сказала Лерка, круша к черту весь свой романический образ.
Я поглядел на голую Сашину спину и на ходу снял с себя рубашку.
-Саш, возьми.
Он обернулся.
-Не нужно. Самого закусают.
-У меня футболка еще есть, - улыбнулся я.
-Она не налезет на меня. Рубашка твоя.
-Ну, на плечи накинь. А то будешь чесаться всю ночь.
-Ладно. А что ты, Костя, купаться не полезешь?
Я только усмехнулся.
-А раньше полез бы.
Он еще помнит, каким я был тогда.

Мы дошли до того места, где река делала резкий поворот. Остановились, чтобы полюбоваться в сгущающихся сумерках на эту красоту.
На нашем берегу начинался хвойный лес. Пахло смолой и хвоей. Когда-то мы со Славкой, моим другом, зимой ходили сюда пилить сосну, чтобы поставить ее у Славки дома. Ох, и влетело же ему тогда от отца. Оказалось, если бы нас поймали за этим делом, то пришлось бы платить крупный штраф. Сосны охранялись лесничеством.
На противоположном берегу реки был крутой обрыв и вдалеке, за лугом, виднелись домики соседней деревни. Даже доносился лай собак. Я ни разу там не был.
-Пойдем, наверное… еще помыться надо. – пробормотал Саша.
Мы все устали. Кое-как доползли до дома. 


У бабушки за курятником был летний душ. Я натаскал в бак горячей воды и сидел теперь за столиком, в саду, ждал своей очереди.
На ветке старой яблони болтался провод с горящей лампочкой, возле которой кружилась стайка мелкой мошкары и пара ночных мотыльков. Где-то под лавочкой, стрекотал неугомонный сверчок. Видимо, никак не мог дозваться свою подружку. Я наслаждался этой ночью, теплом и покоем. Запахом спелых яблок, что лежали на столе. Вот встану на ноги окончательно, выбьюсь в люди. А потом брошу все и уеду в деревню. Построю себе небольшой уютный домик, посажу вокруг него сад. Научусь печь хлеб. Заведу себе кур и котов. Я улыбнулся, щурясь в темноту.
Внезапно, из темноты возник Сашка.
-Не помешаю? – спросил он.
-Нет, конечно.
-А что это все время свистит в небе? Такой звук пронзительный. – спросил Саша, усаживаясь напротив меня. На плече у него висело белое полотенце.
-Летучие мыши, - ответил я.
-Да, ладно. Серьезно, что ли? – не поверил он. –Я думал, птицы какие-то.
-Ага. Они же, как птицы. Только низко летают. Я видел одну вблизи когда-то. Она ослепилась от фонаря и упала на дорогу. Страшная, просто жуть. И кусается.
-Вампир, - сказал Саша.
-Нет. Они насекомых лопают. Те, которые вампиры, живут не у нас. В Африке, наверное.
-Ясно.
Саша уставился куда-то в темноту. Хлопнул комара на плече.
-Кость, Лерка сейчас искупается, потом ты иди. Ты же больше всех устал.
-Ничего я не устал, - ответил я. –А ты, пока будешь тут сидеть, весь будешь покусанный. Комары ведь на запах пота слетаются.
-От меня воняет что ли? – изумился он. Так искренне.
-Нет, что ты, – засмеялся я. - Но они слышат запах и летят.
-А на тебя, что, не летят что ли? – спросил он.
-Не-а. Я не потею, как ты.
Сашка фыркнул и уставился на свои руки. Начал ковырять свой большой палец.
-Что там у тебя? – спросил я, заглядывая в его кулак.
-Занозка, - сопя над пальцем, ответил Саша. Он сейчас был похож на большого белобрысого бурундучка.
-Занозка! Это что еще такое?
Я начал ржать.
На меня вот так накатывало иногда. Начинаю смеяться и не могу остановиться. Еще с детства заметил это за собой. Иногда это бывало в минуты сильных душевных потрясений, иногда просто так, когда мне было особенно хорошо на душе, как сейчас. Смех как будто шел изнутри, вместе с дыханием.
-Кость, в доме всех разбудишь! Харе уже хихикать, психопат.
Я закрыл свой рот рукой и упал головой на стол, давясь смехом.
-… вот же плющит тебя.
Снова взрыв хохота. У меня уже живот свело. Когда-нибудь я от этого, наверное, окочурюсь.
-Парни, чего вы веселитесь?
Это Лерка вышла из душа. Проходя мимо, остановилась и уставилась на нас.
-Я не веселюсь. Костю вон колбасит. – мрачно сказал Саша.
-Костик, ты чего?
-Все, все, - я замахал на них рукой. У меня даже слезы потекли. – Сейчас отдышусь. Ох…Занозка! Ой, бли-ин!
Я снова засмеялся и начал стучать рукой по столу. Должно быть, это выглядело пугающе, потому что Саше и Лерке весело не было. Они только недоуменно на меня смотрели.
-Ничего, это у него бывает иногда, - сказал Саша. –Нервы, наверное. Сейчас успокою.
Он подошел ко мне, бьющемуся в истерике, сзади, и встряхнул за плечи.
Я начал икать.
-Вот. Так-то лучше. Посиди тут, подыши.
Они стояли и смотрели на меня. Даже с каким-то укором. Снова зачирикал сверчок.
-Все, я спать иду. Глаза слипаются. Спокойной ночи. Не сходите тут с ума.
Лерка окинула нас хитрым и насмешливым взглядом. Развернулась и пошла к дому, виляя бедрами. Прямо нимфа лесная.
Мы с Сашей проводили ее взглядом.
-Когда она успела так вырасти? Ведь вчера же еще была сопля зеленая. – недоуменно спросил Сашка.
-Влюбилась. – сказал я. –Вот, и повзрослела.
Саша снова уселся на лавку.
-Ну? Иди, давай, мойся. А то мы до утра тут будем сидеть.
-Нет, ты первый, - заупрямился я.
-Костя. Нам завтра картошку копать весь день. Пожалеешь, что вовремя не лег.
-Ну и что? А ты, вообще, хоть раз возился в земле? – с подозрением спросил я.
-Конечно. На даче у родаков. Редиску выращивал и тюльпаны. У меня свой участок был. Метр на метр.
-Вот как… А ты мне не рассказывал.
Он улыбнулся.
-А что тут рассказывать то?
Я не сводил с него глаз. Улыбка! Впервые за день. Я даже забыл немного, насколько она у него добрая и светлая. Было так приятно снова ее увидеть.
Мы молчали.
Над головами в черном небе, сновали и свистели летучие мыши. Нас окружала темнота. Никого вокруг, все спят, и мы под этой одинокой лампочкой. Саша взял яблоко и принялся катать его по столу. Он был такой сосредоточенный, серьезный.
-Саш, а почему ты вообще стал геем? – спросил я.
Он поднял глаза.
-Что еще за вопрос на ночь глядя?
-Мне всегда было интересно. Ты же с виду такой…ну простой, не выделяешься. Повадки у тебя все чисто мужские. Семья у тебя обычная, и детство, кажется, нормальное было.
-Вот спасибо, обласкал.
Он снова опустил глаза и уставился на щербатый стол.
-Извини… - проговорил я. Опять я его обидел, сколько уже можно?
Саша выдохнул.
-Не знаю, что тебе сказать. Я и с девчонкой смог бы жить, наверное. Просто не хочу. Так как сейчас, мне проще. Привык, наверное. Знаешь, меня отец всю жизнь подавлял. Бил часто, это сильно меня принижало, как сейчас помню. Я у них был ребенком незапланированным, нежданным. Не знаю, почему так. Брату всегда больше любви и внимания доставалось. Он талантливый и умный. А я так, середнячок. У меня всякие комплексы были.
Он вздохнул и снова принялся за катание яблока.
-Интересно, почему ты раньше не спрашивал? – произнес он. – Тебе все равно было?
-Нет. Просто не задумывался, - ответил я.
-Не задумывался, потому что было все равно.
Саша взял яблоко в руки и принялся его рассматривать, поднеся близко к носу.
-Я под ногой у папы жил. Как собака дрессированная. Ничего личного не имел, только вот это увлечение видеосъемкой. Мне некогда было, и не дозволялось. Так серо, скучно. Школа, дом. Ну, друзья, конечно, были. Потом я тебя встретил. – Сашка нахмурился, уставился в стол .
- Увидел, как ты целуешься в машине с мужчиной. Это меня поразило. Сильно. А когда я тебя поближе узнал, то сам влюбился. Довольно быстро. Сам не заметил. Я думаю это произошло, потому что ты был такой молодой и уже такой независимый, уверенный в себе, смелый и сильный. То, чего мне, как воздуха, не хватало. Я хотел быть похожим на тебя, стать тобой. Понимаешь?
Я покачал головой.
-В общем, неважно. – Саша усмехнулся. –Не будь ты сам геем, то и я, возможно им бы не стал.
-Я не гей! – быстро сказал я. – Не нужно перекладывать на меня ответственность.
-Ладно. – тихо произнес он. - Ты просто бисексуален. Мужчин, как ос на сладкое, привлекает твоя красота. В тебе ее с избытком, а ты еще и сам нарочно стараешься это подчеркнуть. И женское начало в тебе есть, как ни крути. Вот и выходит тебе все боком. Будь ты хромоногий, горбатый и одноглазый, как Квазимодо, твой Андрей бы мимо прошел. А так, ты вляпался в него. А я в тебя. Вот поэтому, я и гей. Понял?
Я сидел, приоткрыв рот и пялясь. Как безмозглая рыба. Сашка, мать твою… Его речь лилась так плавно, он как будто даже не задумывался над словами. Давно он так много не говорил мне. Он мельком взглянул на меня и тут же опустил взгляд. Глаза его оказались в тени.
-Понимаешь, теперь, Костя, что значило для меня расстаться с тобой? Я себя по кускам собирал, которые на километры разлетелись. Я такой боли еще ни разу не испытывал. Не думал, что так бывает… тем более, что ты парень. Странно.
Он замолчал, задумчиво глядя мимо меня. Мне вдруг стало дурно, перестало хватать воздуха. Значит, он так изменился из-за меня. Это была горькая правда и тяжелое открытие для меня.
Боже мой! Какие же глубокие чувства в нем живут! Как он, оказывается, сложно устроен, этот милый паренек. И юность его вовсе не была безоблачной, как я считал. Почему-то я думал, что страдать приходилось лишь мне одному. Я так глупо зациклился на своем прошлом. Я просто ничтожество, потому что не понял и жестоко обидел его. Как же донести до него то, что сейчас я все это внезапно осознал? Не было подходящих слов, наверное, лучше вообще было бы сейчас ничего не говорить.
У меня голова шла кругом. Я не нашел ничего лучшего, чем ляпнуть:
-Саша, прости!
Я протянул ему через стол свою руку.
Он только усмехнулся.
-Да за что? Ты ни в чем не виноват. Ты устраивал свою жизнь, как умел. Я же не мог заставить тебя силой быть со мной. Разве может быть кто-то виноват, в том, что не может насильно полюбить другого человека. Вот и все дела. Все, Костя, я в душ. Там, наверное, вода уже остыла.
Он резко поднялся и ушел. Через пару минут, в другом конце сада загорелся свет и послышался плеск воды.
Мне не хотелось так заканчивать разговор. Но я не посмел больше беспокоить Сашу.

Утром, ни свет, ни заря, мы вырядились, как чучела и выползли в огород. Оказалось, выкопать  шесть-семь соток картошки не так уж трудно для двух здоровых, молодых парней. Сашка включил музыку на своем телефоне, и дело пошло еще веселей. Лиза, обутая в резиновые сапожки сновала рядом, спотыкаясь на ямках и думая, видимо, что это такая игра. Лерка то и дело с криком подбегала к ней, отнимая комья земли, пойманных червяков и еще бог весь что. Видела бы это Вика, сразу убила бы меня на месте.
До обеда мы почти все закончили. Работали молча. Взмокли и устали. Ушли, оставив урожай просыхать на солнышке.
Саша был спокоен, как слон, я же места себе не находил. На душе было тревожно. Мне сильно хотелось загладить вину и еще я ревновал его. Мне было неприятно и обидно, что он с кем-то живет. Не хотелось, чтобы он возвращался к этому человеку, ложился с ним в одну постель. Только не Саша.
Я начал по нему тосковать. В памяти то и дело всплывали наши приключения на юге. Особенно запомнилась экскурсия на винодельческий заводик, что был расположен в Солнечной долине. Мы тогда развеселили всю группу, потому что вели себя, как два конченых психа. Нет, до экскурсии мы вообще не пили, просто настроение было хорошее. Всю дорогу, пока мы ехали туда на стареньком микроавтобусе, мы с Сашкой ржали и шутили на весь салон. Не, знаю, может, мы кого-то этим бесили. Но нам, по крайней мере тогда, никто не велел заткнуться. Значит, людям было все равно. Или они просто ждали дегустации, которую нам обещали в конце экскурсии.
Потом нам попалась веселая экскурсоводша. Наша небольшая группа уже тогда с любопытством на нас с Сашкой поглядывала. Остроумная тетка быстро настроилась на нашу волну и потом уже, до конца экскурсии, с нее не слетала. Было весело, мы фоткались у каждой огромной бочки с вином, под одну из них Сашка улегся, подставив голову под краник, и закатил глаза.
На дегустации мы совсем не напились. Купили по бутылке вина. А потом долго-долго купались в море в чудном заливе Копсель, наслаждаясь обществом хиппи и разного рода неформалов, расположившихся в этом необыкновенном месте на все лето.

-Лизонька, не вертись!
Дочка отказывалась есть и крутилась во все стороны, сидя у меня на коленях. Бабушка специально для нее приготовила творожную запеканку с яйцом, полила сметаной. Все, как наказывала Вика.
-Лиза! Не будешь есть, я не покажу тебе ни корову, ни козу, ни кошку! И запру в доме.
-А-а-а! - заныла Лиза.
-Ну, пожалуйста, не плачь.
Все уже пообедали, один я сидел с дочкой на веранде, пытаясь хоть что-то в нее впихнуть. Она в еде была очень капризной, как и я, в свое время.
Мы так промучились примерно с полчаса.
Тут на веранду зашел Саша. За новой пачкой сигарет. Курить он стал много.
-Что, все сидите? – с улыбкой спросил он.
-Ага. Уже оба взмокли. Не знаю, что с ней делать. Ни суп, ни йогурт, ни творог, ничего не ест. Как Вика ее только кормит?
Я вздохнул. Легче огород вскопать, честное слово.
Лиза, соскучившись сидеть в доме, с любопытством, уставила на Сашу свои темные глазенки - вишенки.
Он улыбнулся и спрятал сигареты в карман старых серых джинсов. Потом потянулся к батарее. Выудил откуда-то зеленый носок. Надел на руку.
-Смотри, Лиза, это черепашка.
Саша пошевелил пальцами.
-Она кушать хочет. Покормишь ее?
Черепашка открывала и закрывала свой зеленый, потертый рот.
Лиза, игнорируя черепашку, уставилась на Сашу во все глаза. Мне стало дико смешно, но я сдержался. Саша со своей черепашкой уселся напротив нас.
Я схватил ложку и принялся кормить Лизу, пока она этого не замечала. Сашка, давясь смехом, нес что попало, даже мурлыкал, изображая довольную сытую черепаху, дочка не сводила с него восторженных глазенок. Мне не верилось, что он это делает. Какой же он, все-таки, комик.
В итоге, ребенка мы все же, общими усилиями, накормили. Ей пора было спать, она устала. Саша помахал на прощание и тихо вышел из дома.
Я убаюкал дочку, уложил ее и устроился рядом, свернувшись калачиком у ее теплого, пахнущего медом тельца. Нужно было немного передохнуть, и приниматься за работу.

Ближе к вечеру стало жарко. Солнце пекло, воздух прогрелся. Было очень тихо и безветренно. Небо уже почти осеннее, ярко-синее. Высоко над головой застыли белые круглые облачка, похожие на барашков.
Мы с Сашей только что перетаскали всю картошку в подвал. Я уселся на последний мешок, не веря своему счастью. Как же я устал! Ноги ныли, руки тоже. Да, это вам не в офисе сидеть. Хотя и в офисе порой наваливалась дикая усталость. Но она, конечно, была несколько иного рода, дурная, сонная. Там скорее морально выматываешься, и тело устает сидеть. А здесь физическая работа на свежем воздухе. И голова ясная. Под монотонную работу так легко думается.
Я сидел в тени, под старой высокой сливой. Еще когда я жил здесь ребенком, она уже была старой. Слив с дерева вечно не достать, а те, которые падали, все как одна, были червивыми.
Я скинул с себя промокшую от пота, футболку. Волосы у меня были в пыли, очки залапанные. Я снял их и начал протирать футболкой. Потом заметил, что к штанам прицепилась сорная трава. Согнувшись, принялся ее отдирать.
Интересно, где Саша? Как я вообще смогу с ним рассчитаться за такую помощь? Ничего себе, выходные в деревне у него получились. Бедный парень, напахался, как вол. Мне хотелось пригласить его к себе. Но я знал, что его ждет дома другой человек. Было досадно.
Я просидел так еще минут десять. Потянулся, подняв вверх руки. Я действительно, сильно похудел, ребра даже торчали, а коленки стали острыми. Я вздохнул и надел очки. Мне не хотелось вставать. Интересно, где бабушка с Лизой?
-Лиза-а!! – позвал я, надеясь, что она прибежит сама.
Никто не отозвался.
Я поднялся и, взвалив мешок на плечи, потащил его во двор.

Едва я вошел во двор, как мимо меня пронесся Саша, неся в ведрах горячую, парящую воду. Следом из дома, вышла Валерия.
-Лиза где? – спросил я.
-Дома, с бабушкой играет. Ох, Костя… - выдохнула она.
Я поставил мешок на землю.
-Что? Чего ты покраснела так?
Это было странно.
-Да ну вас, - отмахнулась она. Жест прямо как у матери.
-Кого «нас»? Ты о чем? – не въезжал я.
-Вас с Сашкой. – улыбнулась она - Ты на огороде сейчас стриптиз устроил, а он стоял и смотрел на тебя. Три сигареты скурил, одну за одной. Пока я не подошла к нему, воды надо было в душ налить. Но я ж не знала, что он сморит на тебя, думала просто стоит себе у калитки. А у него такое лицо было…когда он повернулся. Костя, не знаю как там, на счет тебя, а он натуральный гей. Лучше не раздевайся перед ним.
-А то что? – спросил я.
-Да ничего. Но ему, кажется, плохо. – нахмурилась Лерка.
-Да?!
Я почувствовал, как по венам побежала кровь, и стало вдруг тепло изнутри.
-Жаль мне вас, - грустно произнесла она. – Он любил тебя посильнее, чем твоя Вика. Жалко. Когда вы были вместе, то вы оба выглядели более счастливыми. Саша сейчас совсем другой стал.
-Не жалей. – ответил я. - Может быть, я смогу вернуть его.
-Что, правда?!
-Тихо, он идет, - шепотом сказал я.
Мы сделали невозмутимые лица.
-Лер, иди в душ. А мы потом. Я сейчас еще воду поставлю, - сказал Саша, проходя мимо нас с пустыми ведрами.
На меня он не посмотрел.
Когда Саша скрылся в доме, Лерка, восторженно улыбаясь мне, открыла было рот, но тут бабушка и Лиза вышли во двор. Лиза тут же бросилась ко мне и обхватила за ногу. Соскучилась.
-Зайка, да я же пыльный весь! Бабуль, придержите ее.
-Костя! Ты чего такой тощий? Откуда у тебя только силы берутся! Ты ж как Кощей! Ты же так заболеешь! Твоя жена, она вообще готовить умеет? Коли нет, так привози ее, я мигом научу. Сидит, небось ногти весь день точит!
Бабушка начала ругаться. Нужно было срочно одеться, моя нагота провоцировала людей.
-Да умеет она готовить. – я улыбнулся. Я решил не рассказывать бабушке, что развелся. Зачем ей это, только зря расстраивать. Пусть думает, что у меня все в порядке.
-Ты ж моя сиротка! Худенький такой!
Бабушка обхватила меня за плечо и начала гладить по голове. Лерка захихикала, спрятала нос в кулак и ушла в сад.

Искупавшись, я снова почувствовал себя бодрым и полным сил. Захотелось сделать что-нибудь еще, пока я здесь.

Поздним вечером я полез на крышу. Несмотря на то, что меня отговаривали. Но мне хотелось посмотреть, что же там произошло. Крыша стала протекать. В сенях, во время дождя, капала вода.
Взобравшись, я понял, что все без толку. В крышах я ничего не понимал, нужно было вызвать специалиста, заплатить за ремонт и не париться. Я только осмотрелся. Зазор между шифером, или вот эта трещина, непонятно. Дом был старый. Еще до бабушки он сменил нескольких хозяев. Уже в землю врос, старичок.
А на крыше было прикольно. Обдувал легкий ветерок и открывался прекрасный вид на луг, реку. Деревья начинали желтеть, трава была давно скошена, уже новая успела отрасти и зеленела на лугу. От деревьев на траву ложились длинные тени. Я засмотрелся.
Славка, мой давний друг, не смог приехать в эти выходные, работа занимала сейчас все его время. Он все время проводил со своими психами, и все еще продолжал учиться. Неужели психиатрия настолько интересна? Личной жизни никакой, до сих пор один. Хотелось бы его увидеть, поговорить. В последний раз мы виделись год назад, на крестинах Лизы. Он с завистью смотрел на ребенка, давно уже о своих мечтал, но все никак не срасталось. Славка вообще был осторожен и разборчив в связях. Мне бы хоть толику его разборчивости…
Крыша была покатая, и над крыльцом был навешен обитый металлическим листом, козырек. Я решил, что пора мне уже слезать и развернулся. Неловко. Закружилась голова, земля будто перевернулась и все полетело. Я упал, больно ударившись плечом о выступающее ребро шифера, и покатился вниз. В последний момент за что-то зацепился рукой. Очки слетели. Я уткнулся носом в еще горячий, остывающий после солнечного дня, металл.
Вот ведь, мать его…даже слов нет.

-Костик! Какого х*я ты вообще сюда поперся? Дибилоид. На ногах нормально не можешь держаться, что ли? А если бы ты упал?
-Тебе бы, наверное, легче стало, - огрызнулся я.
-Заткнись!
Сашка помог мне сесть и теперь держал за предплечье, стоя на коленках, рядом со мной.
-Тут всего мера четыре, не убился бы, - сказал я.
-Ну так прыгай, чего расселся! – взбесился он.
-Ты такой маленький и такой злой, - я попытался его пощекотать, но он сердито оттолкнул мою руку.
Сашка курил на улице, неподалеку, поэтому услышал грохот, с которым я летел по крыше. Мгновенно взобрался наверх и теперь вот ругал меня за неосторожность.
У меня болело плечо.
-Ну, давай спускаться.
-Пожалуйста, не говори никому, ладно? - жалобно попросил я.
-Ладно, пойдем уже. Да не вставай, а то снова закружится башка.
-Мне на карачках, что ли, ползти?
-Тебе – да!
-Где мои очки?
-Спустимся, я найду их.
Я крепко сжал его плечо.
-Ах, ты, мой хороший. Сашенька!
-Ты сдурел?
Я заржал и распластался по всему козырьку, раскинув руки и ноги, как морская звезда. Уткнулся носом. Крыша пахла пылью.
-Хрен с тобой, сиди тут, е**утый полудурок, а я пойду вниз.
Я поднял голову.
-Ты чего это так материшься? Испугался за меня?
-Нет! - прошипел он, ставя ногу на лестницу.
-Почему ты так ненавидишь меня? – грустно спросил я.
Он обернулся.
-Ты, что, типа не догадываешься? Никогда я тебя не прощу! Думал, смогу забыть со временем, но нет! Ты из меня всю душу выпил и бросил. И даже не заметил. Я едва оклемался, а ты снова лезешь! Чего тебе теперь нужно от меня?
-Я хочу быть с тобой. Я полюбил тебя. – сказал я, глядя ему в глаза.
Он вздрогнул и замер, глядя на меня расширившимися зрачками.
-Я только недавно это понял. Мне сильно не хватало тебя, но заботы не давали возможности обдумать все это. Мне кажется, ты именно тот человек…
-Поздновато. Я уже не один. – ответил Саша. – Раньше я бы правую руку отдал, лишь бы услышать от тебя эти слова. Звучит глупо, но это было именно так. Я долго ждал… а теперь… Извини.
Он поставил вторую ногу на лестницу и начал спускаться вниз.
Я только кивнул, глядя в его спину. Прищурил свои близорукие глаза. Меня резанула острая боль. Я только что признался, что люблю…вот скотина!
-Я понял тебя! – крикнул я. – А с Андреем я классно провел время! 


Мы улеглись спать довольно поздно. Бабушка - в своей комнате, Лерка – в моей бывшей. Мы с Лизой в зале, на большой кровати. Сашка – на старой раскладушке у противоположной от меня стены. Лежит, на спине, укрытый покрывалом. Спал он всегда тихо, не сопел и не храпел. Я не мог понять заснул он или нет. Поэтому, лежал, вглядываясь в полумрак.
Из окон в комнату падал мягкий лунный свет. Вот бы мы сейчас помирились… вышли бы в сад, взялись за руки. Возможно, случилась бы пара легких, скорых, запретных в этом месте, поцелуев. Ноги по колено в росе, на лицо упала мокрая паутинка. Над головой висят поздние яблоки и большая, спелая луна. И прохладно. Сашка горячий. А я мерзляк, жмусь к нему, и становится тепло.
У меня сжалось сердце, так хотелось любви. Пойти разбудить его, что ли? Нет, после того, что я крикнул сегодня ему на крыше, он мне в**бет по зубам, не раздумывая. Сейчас его лучше не трогать. Эх, почему все так хреново? Вопрос риторический.

Где-то в доме завибрировал мобильник. Я прислушался. Нет, не мой. Да и время-то какое, за полночь уже. Тут внезапно заскрипели половицы и из комнаты, как привидение, в разлетающейся ночнушке, вышла Лерка. На цыпочках прошла через зал и вышла на улицу. Вот оно что, все понятно.
Я лежал и прислушивался. Было совсем тихо. Лиза под боком тихо посапывала, где-то далеко лаяла собака. Сестра долго не возвращалась. Поскольку мне самому не спалось, я решил тоже выйти на улицу. Тихо поднялся и накинул на плечи свою джинсовку.
Я на сто процентов был уверен, что она болтает сейчас с этим своим хахалем. Днем она разговаривала по телефону только с матерью. Почему этот чувак звонит ей так поздно?
Лерки не было ни во дворе, ни в саду. Я везде зажег свет, пока искал ее. Продрог и начал беспокоиться. Потом решил выйти за ворота.
Она сидела на старых бревнах, недалеко от нашего дома. Свет фонаря до нее не долетал, и она была вся освещена лунным светом. Сидела в одной прозрачной ночнушке. Я немедленно подошел.
-Лер, простудишься, если будешь так сидеть. - сказал я и накинул ей на плечи свою джинсовку.
Она удивленно смотрела на меня.
-Никто. Брат. – сказала она в трубку. – Правда, брат мой, пришел. Костик. Да нет тут никаких парней! Ну, хочешь, я тебе трубку дам, сам с ним поговоришь.
Я нахмурился и отошел от нее, усевшись на противоположной стороне бревна. Еще мне не хватало сейчас болтать с ее ревнивым женатым ухажером.
-Целую… Не грусти…. И я… И я тебя тоже... Ага… Ладно. Нет, он рядом. Не могу… до завтра…Пока.
Она положила трубку. Вздохнула.
-Кость, ты чего не спишь? – крикнула она.
-А ты чего? – отозвался я.
-Я по телефону разговариваю.
-В час ночи?
-А что, это запрещено? – спросила она, подходя ко мне. – Нет, правда, чего ты поднялся? Устал ведь за день, упахался, как вол.
-Присядь, - сказал ей я.
Она послушно уселась, кутаясь в куртку.
-Замерзнешь, Костя.
Лерка ласково провела ладонью по моей голой руке. От локтя, до запястья. От нее веяло теплом, нежностью и счастьем, я физически это ощущал. Как же они с Сашей были похожи! Он делал со мной то же самое. И от него, так же когда-то, шло ко мне это тепло, сотканное из самых светлых и искренних чувств.
Я смотрел себе под ноги, Лерка куда-то вверх. Наверное, на звезды. В ее возрасте это нормальное явление, у меня тоже был когда-то такой период. Сейчас мне даже голову лень вверх поднять. Да и к чему? На небо смотрят только влюбленные.
-Любишь его, да? – задумчиво спросил я.
-Да, - выдохнула она. – Очень!
-И за что? – снова поинтересовался я.
Она только улыбнулась. Некоторое время мы молчали.
-Мама просила тебя со мной поговорить, да? – спросила Лерка.
-Просила. – задумчиво ответил я.
Она ждала. А я все молчал. От луны было светло. На узкую грунтовую дорогу ложились прозрачные тени, деревья казались большими и страшными. Где-то в густой траве, недалеко от нас, осторожно шуршал кто-то. Наверное, ежик.
-Ну, говори. И спать пойдем, а то холодно. И ты в одной футболке сидишь.
-Ничего, кости не мерзнут.
- Да уж. На тебе одни кости и остались.
-Я не знаю, что тебе сказать, - честно признался я. –Я сам ни одних нормальных отношений еще ни с кем ни разу не построил, разве я могу учить кого-то, как нужно жить. Любишь, так люби. Только постарайся не залететь и не попадайся его жене на глаза. Мало ли, какая она. Вдруг наброситься, драться начнет…
Лерка фыркнула.
-Что? – спросил я.
-Костя, ты сейчас серьезно?
Я молча смотрел на нее.
-Дай тебя поцелую.
Она наклонила к себе мою голову и поцеловала меня в лоб.
-Я знала, что ты меня поймешь. Ты такой добрый. Обожаю это в тебе.
-Спасибо. Только я серьезно. Будь взрослее, думай своей головой. Не растворяйся в нем без остатка, думай о себе тоже, ладно? Это важно.
-Ну конечно.
Она виновато опустила голову и уставилась на свои ноги. Волосы упали и скрыли ее лицо, как шторка.
-Лер, а сколько ему лет? – спросил я.
-Тридцать шесть.
Я присвистнул.
-Он очень молодой. – быстро добавила она. – Ты б его видел. Такой стройный, модный. Прямо как ты.
-Ну, допустим. И что, у вас много общего?
-Да. Ты же сам раньше встречался с человеком намного старше, разве не знаешь, как это бывает? Мы как будто из одного теста сделаны. И возраст тут совсем ни при чем.
-Да, бывает и такое.
-Это точно. Он когда заходит в кабинет, то сразу светлее становится. Знаешь, как классно он рассказывает? Все сидят и слушают, никто даже не отвлекается. У него просто талант. Голос у него такой спокойный, тихий. И все, что он говорит, очень интересно…
-Он твой препод что ли? – изумился я и перебил ее восторженную речь.
Она опустила голову и подтянула к лицу колени. Сжалась в позу эмбриона.
-Ага.
Я потер свои виски. С ума сойти. Наталья этого еще не знает, узнает – с ума сойдет.
-И что он преподает?
-Историю… - едва слышно ответила Лерка.
Я выдохнул и покачал головой.
-Маме не говори, - попросила Лерка, выпрямляясь.
-Я-то ничего не скажу. Но и ты береги ее нервы. Подарки его ей не показывай.
-Я ничего не показываю. Она случайно увидела, когда зашла в мою комнату без стука. Я кольцо не успела снять.
-Ладно.
Мы снова замолчали. Вокруг было очень тихо, даже ежик больше не шуршал, видимо, куда-то ушел. Луна медленно плыла по небу. К ней подкрадывалось растянутое, похожее на крокодила, облако. Интересно, сколько времени сейчас.
Я не стал ее больше расспрашивать. Пусть переболеет сама. Еще неизвестно, что хуже, насильно разлучать ее с ним, или дать вволю наиграться. Лишь бы глупостей не наделала.
-Кость, а ты серьезно Сашку хочешь вернуть? – неожиданно спросила Лерка. – Я так обрадовалась.
Я только вздохнул.
-Ты пошутил, значит… - расстроено пробормотала она.
-Я хотел бы… - сказал я. – Но он послал меня сегодня куда подальше. Он больше не хочет. Говорит, я душу его выпил, что-то в этом роде…жуть, в общем, какая-то.
Лерка задумчиво покачала головой.
-Да, это правда.
-Что правда?! – взвился я.
-Ну, он просил тебе ни в коем случае не рассказывать.
-Что не рассказывать? – мне стало интересно.
-Разве я могу рассказать тебе, если он просил не рассказывать?
Мы с ней уставились друг на друга. Потом я рассмеялся, Лерка тоже.
-Да ладно уже. Говори, давай. Он не узнает.
-Ну, не знаю. Скажет потом, что я ненадежная… хотя, думаю, ты, наверное, должен знать. Тебе, по крайней мере, это будет полезно.
Я кивнул. Говори уже.
-Знаешь, почему мы с Сашкой дружим сейчас? После того, как вы с ним расстались, он ведь сразу ко мне пришел. Потому, что больше не к кому было. Ведь только я знала, точнее, догадывалась тогда, о ваших отношениях с Сашкой.
-Ну и? – нахмурился я.
-Ну, в общем, он рыдал у меня на плече. Не мог держать все в себе, ему нужно было выговориться.
Она замолчала.
-Что, это все? – уточнил я. - Он это просил не рассказывать?
Лерка подняла голову и посмотрела на луну, которую начало затягивать тонкими и прозрачными, как марля, облаками.
-Дело в том, как он это делал. – сказала она. - Он так рыдал, будто у него действительно, часть души оторвали. Если бы своими глазами это не видела, ни за что бы не поверила, что парень может так убиваться. Тем более из-за другого парня. Но он действительно любил тебя. Он даже говорил о том, что убьет тебя. Я, конечно, тогда понимала, что он это от злости… Но все равно страшно было. Как же ему было плохо! Теперь я Сашку понимаю. Если бы меня сейчас с моим Егором разлучили… не знаю, как бы я рыдала тогда…
Я только вздохнул. Не хочу больше слышать о его страданиях, это меня просто душит.
-Да, я действительно его сильно обидел. Раньше я как-то не думал об этом. Я эгоист, на самом деле. А ты только что назвала меня добрым…
-Ну ты же не виноват в том, что не любишь его. – сказала она. -Невозможно ведь оставаться с человеком, только потому, что он сильно любит тебя. Ты сам должен что-то испытывать к нему. Тем более, если ты не гей, на самом деле. Твоя вина только в том, что ты слишком резко разорвал с ним связь. Он не ожидал этого и был в шоке.
-И долго он был в этом шоке? – спросил я.
-Почти год.
-Ого!
Я даже поднялся.
-Он целый год, что ли, изливал тебе душу? – спросил я, выпрямляясь перед Леркой.
-Нет. Только первый месяц, после того, как вы расстались. Потом он замкнулся в себе. Начал с девушкой встречаться, но что-то там у них не получилось. А потом встретил своего Димку. И успокоился.
-Вот видишь? Все проходит. – грустно заметил я. – Нужно только новые отношения начать.
Сегодня я и сам это понял.
-Не уверена. Мне кажется, если ты его позовешь… он прибежит. Он иногда так смотрит на тебя…знаешь… Со страстью. Хотя мне и странно об этом говорить. Вы же мои братья.
-Нет. Не прибежит. – сказал я, пиная ногой сухую ветку.
-Почему ты так думаешь?
-Потому, что я уже позвал. А он меня отшил.
-Серьезно?
Лерка заглянула в мое лицо.
-Здесь?
Я молча кивнул.
-Блин, странно. Хотя, Сашка… он еще обижен. Думаю, поэтому он не захотел вернуться к тебе. Скорее всего, это так.
-А я думаю, что он теперь любит другого человека. Вот и все. Ты ведь видела их вместе. Как там его ты сказала, зовут? Дима? Разве не видно по ним?
-Не знаю, - она замялась. – Я по геям не могу определить. Парни, как парни, общаются, как друзья. Они же не обжимаются и не целуются, как обычная пара. Ну а ты сам, чего теперь хочешь? У тебя ведь семья есть. Зачем Сашка тебе нужен?
Я почувствовал, как к лицу хлынула волна нестерпимого жара.
-Я сказал ему, что люблю его.
Лерка молча уставилась на меня в полумраке.
-И это правда?
Я уставился на нее в ответ.
-А почему нет? Разве это не может быть правдой? Даже ты мне не веришь! Почему?
-Ну, хотя бы потому, что у тебя было много партнеров.
-Да, было. Но я же не всем говорил, что люблю.
-Да кто ж про это знает!
У меня опустились руки. Она права. Сашка мне просто не поверил, в этом все дело.
Голова у меня резко стала очень тяжелой.
-Лер, не могу больше. Пойдем спать.
Она только кивнула.

Конечно, Саша не разговаривал со мной весь следующий день. Даже не смотрел в мою сторону. Молча бродил по двору, мрачный и одинокий. Курил.
Дел почти никаких не осталось. Он взял фотоаппарат и ушел с Леркой, фотографироваться на природе. Хотя погода была пасмурной. Небо заволокло тучами. К вечеру, должно быть, снова пойдет дождь. Хорошо, хоть мы успели все переделать.
Я пол дня возился с дочкой. Потом оставил ее на бабушку и пошел к местному плотнику, договариваться на счет ремонта крыши.
Встретились мы вечером, за поздним обедом. Бабушка грустила, что мы уезжаем. У меня на душе скребли кошки. Из-за бабушки, что оставляю ее одну. И из-за Саши. Признавшись ему, я и сам начал верить в то, что люблю его. Будь Андрей неладен, он сделал меня гомиком. Хотя сам он утверждал, что я был им изначально. Не знаю, где она, правда.
После обеда мы все немножко отдохнули. Пока Лиза спала, я, Саша и Лерка, успели собраться и сложить все наши вещи в машину. Для Лизы я набрал в деревне целый ящик яблок и разных овощей. Купил у соседки свежего молока. Рассовал все это по багажнику.

Бабушка от меня не отходила, пока я суетился вокруг машины.
-Костечка, питайся хорошо. Пусть Вика готовит, нечего лениться. За Лизонькой следите внимательно, чтобы под машину не попала.
-Ну конечно, бабуль. Не волнуйтесь.
-Отдыхай больше. Вон, у тебя круги под глазами синющие. Работаешь небось целый день.
Она полезла в свой карман и попыталась сунуть мне деньги. Я закатил глаза.
-Да что вы в самом деле! Я же взрослый мужик, хватит уже мне их совать.
-Это для правнучки, возьми.
-Да не нужно ей. Мы с Викой все ей даем, что нужно.
-Костя! Я специально отложила. Купи ей большую куклу. Скажи от прабабушки, пусть она играет. И меня вспоминает.
-Да у нее этих игрушек целый воз!
Бабушка всплакнула и начала вытирать глаза уголком своего платка.
-Костя, купи. Пусть ей память останется.
-Хорошо, - сдался я. – Только не плачьте. Я еще миллион раз ее сюда привезу, вот увидите.
-Ты ж мой золотой мальчик! Живи счастливо!
Бабушка схватила меня за голову, наклонила и прижала к себе. Я только вздохнул. Нужно чаще к ней приезжать, видно, как она тоскует.

Мы погрузились в машину и поехали. В зеркало заднего вида я смотрел, как моя бабушка крестит машину. Ее одинокая фигура еще долго стояла у ворот, пока мы не повернули на трассу. Мне было очень грустно.

Едва мы въехали в город, как начался дождь. Саша дремал, сидя рядом со мной. Лиза тоже спала в своем кресле. Лерка слушала в плейере музыку.
Я высадил их у дома родителей, мне еще нужно было отвезти дочку домой. Лерка выпорхнула, просунулась в открытое окно, чмокнула меня в щеку. Саша тоже вышел из машины, хлопнул дверью, тут же развернулся и ушел, не прощаясь. Побрел на остановку. Он согнулся, застегивая на ходу джинсовку, светлая его голова мгновенно промокла под дождем. На правом локте болталась сумка. Мы с Леркой проводили его взглядом.
-Ужасный грубиян. С возрастом его характер все хуже и хуже становится, - заметила Лерка. –Что же дальше-то будет?
Я промолчал. Мы попрощались.

Было очень слякотно, дождик зарядил нешуточный, но на дорогах пусто. Я подъехал к дому и позвонил Вике.
-Костя! Наконец-то, я уже вся извелась. Ты во дворе? Сейчас спущусь, уже иду.
-Зонт возьми. – сказал ей я.
Я, не выходя из-за руля, обернулся. Лиза все еще спала. Сильно же ее укачало.
По лобовому стеклу барабанили крупные капли, уже стемнело. Двор не был заасфальтирован, поэтому повсюду была жуткая грязь. Не хотелось выходить из машины.
Наконец, пиликнул домофон, и Вика вышла из подъезда. Но не одна. С ней был этот ее новый ухажер. Я мгновенно весь напрягся. Этого еще сейчас не хватало, чего он вообще здесь делает в это время? Нашли время, чтобы поворковать.
Я вышел из машины.
-Привет, -сказал я, когда они ко мне подошли. - Вика, зонт открой, а то капает.
-Почему так долго? Сам сказал, что езды всего два часа. Я уже нервничать начала. Уже темно, а вас все нет. Нельзя было так задерживаться, ей же купаться и есть давно пора.
Вика тарахтела без умолку, так что хотелось заткнуть уши. Юра, стоя у машины, щелкнул зажигалкой и закурил.
-Не кури здесь! - сказал я. – И в доме тоже. И вообще, бросай, если впредь собираешься находиться рядом с ребенком.
-Костя! – возмутилась Вика.
Юра бросил дымящуюся сигарету в лужу
-Ладно, как скажешь, - сказал он.
Я молча открыл заднюю дверь машины, осторожно отстегнул ремни и взял Лизу на руки. Она начала просыпаться.
-Давай, я отнесу ее. – предложил Юра. –А ты езжай.
-Нет, - отрезал я. –Вик, ну держи этот зонт над нами, куда ты вообще уставилась? А ты лучше машину посторожи, она открыта. Я сейчас спущусь еще раз, за коробкой. – сказал я Юре, и направился к подъезду.
-Раскомандовался, блин. Приехал тут, самый важный…
Вика все ворчала, пока мы поднимались по лестнице на свой этаж.
-Чего ты на него взъелся? Что он вообще тебе сделал?
-Не могла кого-нибудь получше себе найти? – огрызнулся я.
-Что? Тебе-то какое теперь дело? И чем, скажи мне, он плох? Он меня, между прочим, со школы еще любит.
-Ну так и выходила бы за него сразу. После выпускного. Зачем меня тогда трогала!
-Костя! Да что с тобой такое? Случилось что-то? Ты почему такой злющий? – изумилась Вика.
Мы уже стояли у двери квартиры.
Я очнулся.
-Прости. Не хотел на тебе срываться. Это случайно. Извини. Лиза, проснулась? - улыбнулся я, мгновенно меняя тон, - А мы уже дома.
Дочка сонно оглядывалась.

Я оставил их втроем и поехал к себе. На душе было пакостно, как и на улице. Холодно и промозгло. Я не любил одиночество, поэтому перспектива возвращаться одному в пустую и холодную квартиру, где нечего есть, была для меня худшим вариантом.
Я представил себе, как этот вечер проведет Саша. Придет, наверное, сейчас в теплый и уютный уголок. К человеку, который соскучился по нему. Обнимется, поговорит, улыбнется, оттает. Потом они поужинают, чем-нибудь займутся. Лягут спать. Руки у меня сами, непроизвольно вцепились в руль. Но зато это было честно. Я знал, что получил по заслугам.


6.
В понедельник я немного проспал. В квартире было холодно, из окон дуло, потому что рамы были деревянными. Вдобавок, я спал почти что на полу. А под одеялом было так тепло и уютно. Из-за этого я крепко заснул и не услышал будильник. Поэтому, едва продрав глаза, вскочил, быстро напялил на себя первое попавшееся, сел за руль и понесся на планерку, минуя свой магазин.
Выслушав все указания и распоряжения шефа, я приехал на свою работу и засел в кабинете.
У нас не хватало продавцов на кассе. Это была постоянная головная боль всех наших руководителей. Люди, в основном, молодые приходили, работали месяц-другой. Иногда пол года. Учились, делали ошибки. Но потом все равно уходили. Работа не из легких, я сам это прекрасно понимал.
Тяжелые смены, нервные и невежливые покупатели. Большая ответственность. Зарплата тоже не фонтан. Хотя я, как мог, старался всех поощрять. Но это не помогало. И когда очередной сотрудник приносил мне на подпись заявление об уходе, я долго разговаривал с ним. Рассказывал, как сам несколько лет подряд проработал кассиром. И не в таком уютном и сравнительно небольшом магазине, а в большущем супермаркете. Там вообще был один сплошной дурдом.
Но они все, кажется, не очень-то верили мне. Думали, наверное, что я все приукрашиваю. Поэтому, хлебнув немного трудностей, наша молодежь быстро сворачивалась и давала деру. Только пятки сверкали.
Я вздохнул. Сегодня вот опять не хватает человека. Когда народ вечером, после работы повалит к нам за покупками, то мне самому придется садиться за кассу. Такое уже не раз бывало. Никто из директоров, кроме меня, этого не делал. Но я старался. Снимал свой пиджак, цеплял на рубашку бейджик – и вперед, в бой. Девчонки, мои сотрудницы, сидели рядом, балдели и улыбались. Не каждый день такое увидишь. Я делал это вовсе не для того, чтобы выделиться перед шефом. Просто мне нравилась моя работа и я дорожил этим местом. А еще хотел сделать себе хорошую карьеру. Как Андрей.
Просто удивительно, но этот человек, когда-то едва ли не силой принуждавший меня спать с ним, стал для меня примером для подражания и ориентиром в жизни. На самом деле, больше мне не на кого было равняться.

Я позвонил в несколько местных газет и дал объявления об открытой вакансии продавца-кассира. Теперь буду ждать народ на собеседования. Завтра уже кто-нибудь обязательно придет. Буду отбирать долго и строго, хватит с меня уже этой текучки, пусть знают, куда идут. Возьму лучше какую-нибудь тетеньку в возрасте, уж она-то не побоится такой работы.
В дверь постучали.
-Константин, кофе? – высунувшись наполовину из-за двери, спросила Катя. – Я пирожных купила, положить вам пару штучек?
Я кивнул.
-Спасибо.
Она хихикнула.
-Там по залу этот бродит…Ну, продажник с сигаретами. Что в четверг приходил. Смотрит вокруг. Наш Федор Петрович ему уже замечание сделал. Он ведь не представился охране.
- Уже пришел? – я взглянул на часы. -Катя, будь добра, позови его сюда. – попросил я.
-Хорошо.
Она скрылась.
Минут через пятнадцать ко мне постучали. Не вовремя, я уже начал пить свой кофе. Где он все это время, интересно, бродил?
-Проходите, - крикнул я.
Он вошел, аккуратно и бесшумно прикрыл за собой дверь. На нем были те же джинсы, только водолазка на этот раз серая. На одном плече у него болтался небольшой коричневый рюкзачок. Он улыбнулся.
-Константин, добрый день. Извините за беспокойство.
Я только махнул рукой.
-Да какой он добрый? Холодно, сыро и дел по горло. Присаживайтесь.
Я только что выпил горячего сладкого кофе. Это был мой любимый напиток. Поэтому я подобрел и был в настроении.
-Кофе хотите? – предложил я.
Он, кажется, удивился. Но вида не подал.
-Да, спасибо.
-Катя! – крикнул я.
Она не отозвалась. Точно, я же сам недавно послал ее на склад.
Я усмехнулся.
-Ладно, я сам.
-Не беспокойтесь. Не стоит, правда. – заерзал он.
Я уже поднялся.
-Да мне не сложно. Просто налью и все. У нас кофеварка есть. Вам с сахаром?
-Спасибо. Можно без сахара?
Я вышел из кабинета и взял с Катиной полки запасную чашку. Плеснул в нее горячий кофе и вернулся. Поставил чашку перед ним.
-А я не могу пить без сахара. Горький ведь…
Он, сидя на стуле, смотрел на меня снизу вверх. Я вспомнил его имя. Виталий. Ему подходит. Простой такой паренек. Кажется, моего возраста, или чуть помладше. Лицо немного угловатое, тяжелый подбородок. В левом ухе я заметил у него крохотную черную, похожую на родинку, серьгу.
Я вернулся на свое место. Уселся, весь такой важный.
-Ну как, нашли подходящее место для вашей стойки? Долго искали?
-Кажется, да. – ответил он.- А можно перейти на ты?
Я только непонимающе моргнул. Зачем? Только потому, что мы ровесники? Дернул плечом.
- Ну…Хорошо.
Он внимательно смотрел на меня. Я опустил глаза и слегка улыбнулся. Зачем я флиртую с ним? Кажется, я просто не могу без этого жить.

Вчера вечером, лежа на своем матрасе, я включил ноутбук и вылез в интернет. Вбил запрос в Яндекс, сам стесняясь своего вопроса. Как будто из-за спины кто-то подглядывал.
Ох, сколько же их выскочило! Я же не знал, что их столько. Впрочем, у нас город – миллионер по числу населения. Это ж вам не деревня, два столба и поле. Тут, наверное, и не такое можно встретить. Множество анкет, с фотками и без. Они были, как правило, молоды, одиноки или просто желали общаться. Я инкогнито просмотрел несколько страниц. Обычные люди, как я. Значит, нечего удивляться, что я их иногда встречаю. Просто я умею теперь видеть скрытое. И всем нужна пара. Как там, в песне поется? «Каждый хочет любить, и солдат, и моряк…»

-Костя, ты сейчас занят?
Я вскинул на него глаза.
-Да.
-Мне позже зайти?
-Нет. Пойдем, посмотрим, какое место ты выбрал.
Мы спустились в магазин.
Виталик рассуждал здраво и спокойно. Все измерил, записал. Оценил видимость, проходимость места. Сфотографировал на телефон. Мне это понравилось, подумалось, будь у меня для него подходящая вакансия, я бы его переманил к себе на работу. Он такой ответственный, серьезный, настырный, хотя и зеленый еще. Карьерист, как я.
Вдобавок, аккуратный. Пахнет от него хорошо, свежо. На улице грязища, а джинсы чистые, да и ботинки тоже. Хотя, бегает он, скорее всего, по своим точкам пешком.
-Костя, а ты куришь? – спросил он, когда мы закончили и подошли к стеклянной двери, ведущей из магазина на улицу.
Я отрицательно покачал головой.
-Жаль…то есть, нет, конечно, не в том смысле. Просто я принес тебе подарок от фирмы.
-Сигареты, наверное, - догадался я.
Он засмеялся, кивнул. Лицо у него стало неожиданно добрым.
-Нет, спасибо.
-Сигары. Настоящие, кубинские. Высший класс. – расхвастался он.
-Нет, не нужно. Я не хочу начинать. Привычки нет, на том и спасибо. А то распробую, чего доброго. Потом меня уже не остановишь…
Виталик внимательно на меня посмотрел. Я нахмурился. Какого лешего я несу?
-Спасибо за сотрудничество. Стойка будет готова, заскочу еще. Товар привезу. А это все-таки возьми. Может, кому-нибудь подаришь.
Он торопливо достал из своего рюкзачка небольшую, красивую, зелено-коричневую коробочку. Сунул мне в руки. Потом протянул свою ладонь.
-До свидания.
Рукопожатие у него было крепким.
-Всего доброго, - ответил я.

***
Сентябрь укутал продрогший город теплом и солнцем. Всего неделя прошла, а как будто и не было холодного промозглого августа. Лето вернулось. Нежное, сладкое. Народ млел, гуляя до поздна по улицам, зонты были убраны.
На выходных, я два дня подряд возил Вику, Лизу и тещу за город, на природу. Тетя Нина млела, глядя, как Лизонька собирает листочки и цветы, и вслух мечтала о дачном участке. Вика только сердито отбрыкивалась и ругалась на нее. Она утверждала, что помнит еще те страшные времена, когда они жили в городе ее раннего детства. Там у них был небольшой участок, и они там, по ее словам, надрывались все лето, как проклятые. Вдвоем с матерью, потому что отец все время был занят на службе. Осенью они выкапывали ведро картошки и увозили с собой пару загнивающих яблок. И она, Вика, не хочет больше горбатиться и ковыряться в земле, как крот, ради этой ерунды.
Теть Нина смеялась.
-Да тебе ж тогда пять лет было? Разве ты могла в земле ковыряться? Да и дело-то не в урожае, а в самом процессе. Ты трудишься, становишься частью природы…
Но Вика не понимала, упорно противилась и стояла на своем.
Попутно теща пыталась уговорить меня помириться с Викой и снова жить семьей. Я, конечно, понимал ее заботу о дочери и внучке, но сам втайне раздражался. С каждым новым днем мы с Викой становились все дальше и дальше друг от друга, несмотря на то, что часто виделись и нормально общались. Мы просто были очень разными людьми.
Вдобавок, она встречалась с Юркой. Не знаю, насколько у них там все было серьезно, я не влезал к ней с расспросами… Как оказалось, он был владельцем небольшого кафе, расположенного недалеко от центра. Бизнес он вел вместе со своим отцом.

На работе все шло хорошо. Во вторник я принял на вакантное место молодую женщину, которая уже имела опыт работы за кассой. По ней было видно, что она не ленива и будет работать хорошо, без нытья. Человек, уже хлебнувший лиха, не будет гримасничать и крутить носом. Я знал это по себе.
Чем-то она напоминала мне Наталью, жену моего отца. Лицо у нее тоже было худое, испуганное и немного усталое. Она пришла на собеседование, и впервые увидев меня, даже вздрогнула. Стояла, кутаясь в свой серенький плащик. Мне почему-то, стало ее немного жаль. Наверняка она подумала, что я сижу тут, такой молодой и в собственном кабинете, благодаря хорошим связям каких-нибудь родственников.
Я хорошенько и подробно расспросил ее. Оказалось, что она живет одна, снимает квартиру и воспитывает сына – школьника. Я мысленно прикинул, сколько же у нее останется на руках после оплаты съемного жилья при нашей-то зарплате.
-Вам точно нужна эта работа? Нам нужен постоянный человек, а не тот, что, работая, попутно будет подыскивать место получше.
-Ну что вы? Я была бы рада задержаться у вас. Я до этого в газетном киоске работала… Вы же знаете.
Я кивнул.
-Хорошо. Вы приняты.
Она искренне удивилась.

Мне не хотелось думать, что я из-за собственной жалостливости могу как-то навредить своей работе. Оставалось надеяться, что она не подведет меня. Но сколько же у нас в городе, да и вообще в стране таких вот матерей одиночек. Которые выкарабкиваются, как могут, и тащат на себе детей.
Я пообещал ей, что если первые недели работы пройдут у нее без нареканий, то я сокращу ее испытательный срок до одного месяца.

***
Все шло как обычно. Но в пятницу случилось непредвиденное. Но, тем не менее, вполне закономерное.
Я мирно общался по телефону с поставщиком, обсуждая важные, насущные дела. Тут за дверью, раздался Катин голос.
-Девушка! Девушка, вы куда!
Я уставился на дверь. Она распахнулась и ко мне в кабинет, как вихрь, влетела растрепанная и зареванная Валерия.
-Костя-я!
-Константин Павлович, она без разрешения!
Я поднял вверх руку. Ох уж эти девчонки.
-Это моя сестра. Все нормально. – сказал я, зажимая рукой телефонную трубку.
Катя нахмурилась и ушла, прикрыв дверь. Я кивнул Лерке, указывая на стул. Она уселась, а я спокойно договорил по телефону. Потом положил трубку и посмотрел на нее.
Глаза у Лерки были воспаленные, сама злая и лохматая. Аж искры летят.
-Я вышел из-за стола и подошел к ней. Она молчала.
-Стесняюсь спросить, но что случилось?
-Ничего, - буркнула она. Видимо, остыла, пока сидела на стуле и ждала, когда я поговорю. Вечно она так, сначала кидается мне на шею с воплем «Костя!!!», а потом вот так бурчит.
-Залетела, да? – спросил я.
Лерка подняла на меня испуганные, круглые глаза.
-Нет!
Я облегченно вздохнул. Что ж, остальное я помогу ей разрулить. Чем смогу, постараюсь.
-С мамой поссорилась. – сказала она, сопя и потирая руки.
-Да? И это все? - изумился я. – Да вы же постоянно ссоритесь. Разве это повод вот так вот врываться?
-Кость, ну извини. Я на взводе.
-Ладно, проехали. Это не важно, все равно я тут самый главный. Ну что, сильно поссорились, да? – я присел на край стола.
-Ага, - вздохнула она. – Мама мне велела идти из дома и жить самой, раз я уже такая взрослая.
Я офигел. Это Наталья-то? Добрейшей души человек и выгнала ее. Сильно, видно, Лерка ее в этот раз достала.
-А папа что?
-Ничего, молчит. Поначалу заступался за меня. Но мама и на него накричала.
-Так, ладно. Лер, я тебе сейчас дам ключи, поедешь ко мне. Остынь там, посиди в тишине. Я сейчас уехать должен по делам. Давай вечером поговорим. Только без глупостей, договорились?
Она кивнула.
Я достал из портфеля ключи от квартиры. Отдал их Лерке и назвал адрес.
-Запомнила?
Она кивнула.
-Только смотри, я приеду в семь, не уходи никуда, а то ключей у меня больше нет.
Она снова кивнула, потом всхлипнула и разрыдалась.
Я подошел и обнял ее.
-Ну, перестань. Всякое ведь бывает. Помиритесь. Можешь у меня пожить, если нужно.
-День рождения…. – пробормотала Лерка.
-Что?
-День рождения у мамы завтра. Сорок пять лет. Она праздник хотела устроить, готовилась… А я ей все испортила-а-а.
Лерка уткнулась лицом куда-то мне под мышку.
-Точно! Хорошо, что ты напомнила, а то я совсем замотался и даже забыл. Ну, не реви, все нормально будет, что ты как маленькая.
Я немного подумал.
-Лер, езжай. Я ей позвоню, скажу, что ты у меня переночуешь. А завтра мы вместе придем. Нормально?
Да, - она всхлипнула и утерла ладонью нос.
-Господи ты боже мой! - воскликнул я, снова полез в свой портфель и дал ей пачку бумажных платков.
-Хочешь такси вызову?
-Нет. Я на автобусе доеду. Спасибо, Костя.
-Пойдем, покажу тебе, где туалет, умоешься. И вообще, если в кого-то влюбляешься, то носи при себе носовые платки, не помешает.
Она улыбнулась.
Выпроводив Валерию, я позвонил Наталье. Она тоже была вся в соплях и жаловалась на дочь. Я сказал ей, что Лерка пока побудет у меня, а завтра мы с ней вместе придем.

Вечером, вернувшись домой, я не узнал свою берлогу. Все сверкало, просто сияло чистотой и свежестью. Я не обнаружил на потолке даже свою любимую паутинку, на которую иногда любовался, долгими вечерами, лежа на матрасе. Лерка здорово навела чистоту. Не то, чтобы я вел себя, как свин…просто зачастую делать ничего не хотелось.
Обстановочка у меня была так себе. Пусто. Я только стиральную машинку купил, самую простецкую. И чайник.
-Костя, как ты тут, бедненький, живешь? У тебя же ни телека, ни радио, даже кровати нет нормальной.
Я только махнул рукой.
-А зачем? Все равно не с кем на ней спать. У меня зато комп есть. Лежит в шкафу.
-Ну-ну.
-Да мне вообще ничего, как оказалось, не нужно.
Я повесил плащ и пошел переодеться в ванную. В зеркале отразилась тощая фигура. У меня ребра торчат. Даже любимая светло-сиреневая рубашка уже болтается на мне, как парус. Я бросил ее в стирку. Дальше худеть нельзя, это уже будет перебор. Нужно что-то с этим делать. Я совсем обленился. Лень купить продукты, даже, несмотря на то, что я работаю весь день в продуктовом магазине.
-Костя, иди кушать! – позвала Лерка.
Я выполз из ванной.
-Ты еще и ужин приготовила? С ума сойти, когда ты успела? – изумился я, придя на кухню. На столе дымилась кастрюлька с картофельным пюре, жареное мясо на тарелке, салат из свежих овощей.
-А чего тут успевать-то? – усмехнулась она.
-На себе все это из магазина тащила. Бедная. У меня же нет ничего.
-Да, это точно. Мышь повесилась.
-Слушай, переезжай ко мне, ладно? Пусть предки сами по себе живут. – предложил я, хищно набрасываясь на нормальную еду.
-Не, не могу. Я с Егором скоро буду жить.
-Чо?!
Я бросил вилку и уставился на нее.
-Вот… и мама так же. Сначала «Чо?!», а потом в крик.
-Боже мой. Лер… правда…да зачем тебе это все нужно?
Она молчала, глядя на стол.
-Ох, - я вздохнул. Теперь я понимал чувства Натальи. А если моя дочка вырастет и так же, захочет посвятить свою молодость какому-то охочему до юного тела дядьке… -Ты же не знаешь, что такое жить с мужчиной. – сказал я. - Стирка, готовка, уборка, носки в конце-концов. Он диван душит, а ты топчешься вокруг. Пылесосишь. Нет в этом никакой, на хрен, романтики. Ну, может, только первые недели две. Тебе едва восемнадцать исполнилось, вся молодость впереди. Друзья, вечеринки, путешествия, свидания при долбаной луне, на море с друзьями, да что угодно... Все же мимо пройдет. Юность не вернется никогда. Ни-ко-гда. Поверь. Я это по себе знаю. Знаешь, чем я занимался всю свою юность? Работал и учился. Все! Ни хрена не видел. Только мечтал о чем-то, да и то, как мне казалось, несбыточно. Если бы не Саша тогда, то я до сих пор сидел бы на месте и лупился бы на карту Крыма, мечтая добраться хотя бы туда. Хотя, там ехать-то всего ничего.
-Я понимаю… Костя, ну а если я люблю его? Как мне быть? Не могу я находиться по отдельности.
-Это тебе просто кажется, что не можешь. Можешь. Скажи-ка, это он предложил тебе, да?
Она кивнула.
- В любом случае, тебе решать. – сказал я. – Но подумай еще. Да, кстати, а как его жена? Он уже развелся?
-Нет.
-И что, не собирается?
-Собирается. Скоро.
-Ясно.
Я снова взялся за вилку.
-Костя, только вот не надо этого сарказма. Ты же не знаешь его.
-Ну так познакомь, я посмотрю на него.
-Серьезно?
-Угу.

Мне было жаль ее. Молодость, разменянная на пустяки и бытовуху. Грустно. Любовь, а тем более, страсть проходит. И что остается? Ни карьеры, ни образования, ни опыта, ни ярких воспоминаний, ни друзей. Я вспомнил женщину, которую нанял недавно на работу. Хорошо, если есть родня, готовая поддержать, а если нет?

Мы долго разговаривали, лежа в темноте. Совсем, как у бабушки в деревне. Там тоже, мы ложились спать, каждый в своей комнате, а потом начинали болтать. Обсуждать планы на завтра, или прошедший день. Причем разговаривали громко, как днем. Но это, как ни странно, убаюкивало.
Я уступил сестре свою чудо-кровать, а себе постелил на пол толстое зимнее одеяло и укрылся пледом.

На следующий день, с утра мы с Леркой пошли в магазин, чтобы купить Наталье подарок.
Я вообще не был в курсе, что можно подарить женщине, которой исполняется сорок пять лет. Лерка выбрала ей в подарок какую-то необыкновенную сумочку. Мне же она не могла подсказать ничего путного. Кастрюли, тапочки и набор из скатерти и салфеток, я отверг сразу. Это, оказывается, не так просто.
Немного поразмыслив, я понял, чего ей, на самом деле, недостает.
Страницы:
1 2

Рекомендуем

Валерий Печейкин
Стеклянный человек
Алексей Агатти
Прикосновение
Алексей Агатти
Времена года
Информация
Посетители, находящиеся в группе Гости, не могут оставлять комментарии к данной публикации.

10 комментариев

0
Topkin Офлайн 23 ноября 2012 17:25
Замечательное продолжение и прекрасный happy end.
Спасибо за отличную работу.
Очередной раз под впечатлением.
0
player2000 Офлайн 25 ноября 2012 22:16
Очень пронзительная вещь, такая лаконичная в своих диалогах, но совершенно искренняя, настоящая, честная, открывая. Талантливо написано. Спасибо автору за доставленное удовольствие
0
Ольга Морозова Офлайн 26 ноября 2012 19:16
Первая часть мне очень понравилась, поэтому продолжения ждала с нетерпением. Хотелось узнать, с кем же останется в конце концов Костя, так долго воюющий со своей собственной природой...
Прочитала с удовольствием! Спасибо автору огромное!
0
Савелий Коровин Офлайн 9 февраля 2013 22:41
Хорошая повесть!Прекрасный язык,стилистика. Эмоционально заряженный текст.Улыбнулся, прочитав диалог,где герой спрашивает другого о решении стать геем. Кто-то может подумать, что геями становятся из-за непонятных причин, насилия в нежном возрасте и т.д. В остальном -отличная работа! Спасибо.
0
Валери Нортон Офлайн 5 марта 2013 12:27
Большое спасибо за отзывы. Мнение по поводу причин, по которым становятся геями не мое, а моего героя Кости. Он так считал до поры до времени, ведь с ним именно так и произошло.
--------------------
Работай над собой. Жизнь самая главная повесть.
0
starga Офлайн 26 марта 2013 04:59
Первый раз читала повесть на "Прозе".Если просто сказать что понравилось,значит не сказать ничего.Очень эмоциональная история,держит в напряжении до самого конца.Красиво и грамотно написано.Великолепно прописаны характеры героев,их переживания,сомнения,решительные действия по отношению к себе и другим героям.Из тысячи слов,только одно "Спасибо".Спасибо за прекрасные истории,которые ещё не один раз буду перечитывать с большим удовольствием.Вдохновения Вам!
0
Planeta Офлайн 16 апреля 2014 06:43
Понравилось, хорошая повесть, есть ещё другие произведения автора? хотелось бы зачесть...
--------------------
Готовлю хорошо, говорю мало, голова не болит.
Polyna
0
Polyna 26 октября 2014 04:22
Невероятная повесть! Огромная благодарность автору.
0
barca14269 Офлайн 1 ноября 2014 22:48
Занимательная история с продолжением))) Повествование легкое, интересное. Эмоций от прочтения масса))) Большое спасибо, очень понравилось)))
0
Маша Маркова Офлайн 25 января 2015 22:38
Хочется поблагодарить автора за замечательные произведения - читала просто не отрываясь от текста, так захватил сюжет, герои, обстоятельства, такие жизненные и невероятные одновременно. Спасибо! И хочется надеяться, что Вы порадуете нас своими новыми работами.