Миша Сергеев

Внеземное притяжение

+49

Посвящается Кэтома Нали
Третья сигарета. И кофе уже остыл. Что же меня так растревожило?!
Город за окном жил своей жизнью: снежинки падали, прохожие спешили, на телебашне приветливо горел голубой огонек. Да и сама телебашня была домашней, привычной – фаллос с фонариком, гордо возвышающийся над телом моего родного города. Осталось сорок восемь часов, может, меньше, когда над башней взовьются миллионы огоньков, радостно возвещая - Новый год наступил.
Я люблю свой город. Я здесь родилась, училась, вышла замуж. У меня все хорошо, понимаете хо-ро-шо: состоятельный муж, взрослая дочь, квартира, машина, дача, любимая работа, налаженная жизнь. И только одна особенность – я дружу с геями! Почему?! Этот вопрос мучит меня уже давно. Может, я лесби? Нет. На красивых женщин я смотрю взглядом регистратора: интересная женщина, ухоженная женщина, одетая со вкусом бизнес-леди… А вот красивый гей...Ммм… Я раньше думала, что метросексуалы – это какие-то очень стильные сексуалы, которые на метро ездят, чтобы в толпе кого-нибудь случайно по заднице погладить. В нашем городе метро нет, а вот стильные «ездоки» нетрадиционной ориентации встречаются частенько. Джинсы в облипку, «Фаренгейт абсолют», «лабутены», бицепсы-трицепсы накачаны, плоский животик с кубиками выглядывает из под «Хилфигер Деним». И я теку. Может, я хотела быть мужчиной? Нет, нет и нет. Во-первых, эта штучка мешает при ходьбе. Во-вторых, напрягается, когда нужно и когда не нужно. В третьих – писать стоя просто бред. Может, я хочу с ними спать? Нет, нет и нет - я мужа люблю. Дружить, выслушивать секреты, вдыхать ароматы, подставлять свою немаленькую грудь (ни капли силикона, между прочим!), чтобы выплакались, мирить с горе-любовниками – это мое призвание. Сначала я успокаивала себя – случайность: парикмахеры-мужчины, как правило, сергеизверевы, и когда с ними целый день работаешь рука об руку – привыкаешь; всегда можно и покурить, и выпить, и о проблемках своих бабских потрещать. Да и их прикольно послушать: то об отсутствии вечной любви плачутся, то не без удовольствия рассказывают, сколько прошлой ночью им выпало приключений на задницу, причем, в прямом смысле! Мои сотрудницы их недолюбливают, мол, они у них мужиков отбивают. У них? Мужиков? Тетки, вы себя в зеркало видели? У вас даже мозги нельзя отбить в связи с их полным отсутствием! И осторожней ножницами щелкайте, а то ухо клиенту отрежете – сами же будете потом пришивать. Таким моим шуткам обычно все смеются – я же шефиня, хозяйка. Все время думаю о каких-то зарплатах, налогах, прибыли. Даже украшая елку. Думаете, легко при этом оставаться женственной и желанной? Но я стараюсь, держу марку. Не зря мой салон - лучший в городе. При этом я еще пашу со всеми мастерами наравне. Своих теток-мастериц ценю - у них лист ожидания две недели, со всего большого города клиенты едут. А вот своих «Фигаро» обожаю! Вы бы посмотрели, как парикмахер-гей моет голову симпатичному клиенту! Загляденье! Маэстро Гергиев! Герберт фон Караян! Руки так и летают, ласкают, поглаживают. Кажется, голова сейчас не выдержит и выстрелит каплями мозгоспермы, а обессиливший мачо растечется по креслу – делай со мной, что хочешь, я твой. В такие минуты я тоже испытываю оргазм. Интеллектуальный.
Этих двоих я нашла на каком-то гей-сайте.
- Едем в твой город спрятаться от посторонних глаз и вместе встретить Новый год. Выпьешь с нами кофе?
Кофе? А почему бы и не выпить. Ребята нормальные, в университете преподают – один физик, другой германист. Заодно проверю, отличаются ли парикмахеры-геи от не парикмахеров, потому что «мои гейчики» (я их так ласково называю) – это те же девочки: сюси-пуси, шмотки, модные журналы, клубы – все то же, только без месячных. Может в университетах водятся настоящие «геи-мужики»?
Физик оказался интересным: мохнатый «мишка» с сияющей как у монаха-капуцина лысиной, брюшком и агрессивно торчащими усами. Он все время шутил, рассказывал забавные истории, читал стихи. Парикмахер бы из него не получился: рост маленький, пальчики коротенькие. А вот профессор – легко. Думаю, студенты его любят – глаза умные и какие-то справедливые, что ли. Такой не будет придираться, а постарается объяснить, почему двойка и почему учиться нужно не только в последнюю ночь перед экзаменом. Германист стильный, стройный, похож на молодого Дэвида Боуи – андрогин с серо-голубыми глазами, обаятельной улыбкой и очень сексуальными ямочками на подбородке и щеках. В разговор почти не вмешивался, но был бесконечно предупредителен, вежлив. Хорошие манеры выдавали в нем потомка английских аристократов – Плантагенетов или Тюдоров, музыкальную школу с «Зимним путем» Шуберта в отрочестве и собственные переводы Гейне в юности. Когда я узнала, что мама врач, а папа дальнобойщик – удивилась. Профессор звал его Малышом и смотрел на него, как Микельанджело на появляющегося из мрамора Давида, призванного обессмертить его имя. «Последняя любовь»,- мелькнуло у меня,- «омолаживает лучше, чем волшебные яблоки из сказки». Малыш был младше «папаши» лет на двадцать. Конечно, можно бы было подумать о некой материальной заинтересованности с его стороны – мы живем в жестоком и циничном мире…Но от Малыша волнами исходило необычное сияние – не хватало только ангельского нимба. Так в лунном переливается осколок астероида, упавший на нашу Землю в поисках притяжения, заменившего ему весь остальной космос. Так сияют влюбленные. Так светится счастье.
Бинго, я поняла, что так растревожило меня! Я сама попала в поле этого редко встречаемого внеземного притяжения, изменила свою орбиту и начала вращаться вокруг лысины, ямочек, рукопожатий под столом, быстрых поцелуев в щечку и глаз, устремленных друг на друга и наполненных любовью. Я престала быть хозяйкой самого модного в городе салона, зарабатывать деньги, платить налоги и считать прибыль, и стала Дюймовочкой в стране эльфов, поцелованной Белоснежкой, Шамаханской царицей – зря я, что ли выкрасила гриву в «вороново крыло»?! Я стала маленькой девочкой Мари, которая у наряженной елки ждет с работы своего Щелкунчика. Мне так не хватало сказки в этом предновогоднем круговороте! Сейчас зажгу свечи, включу Чайковского, а когда уставший муж переступит порог, поцелую и закружусь с ним в вальсе: раз-два-три, раз-два-три…А потом поделюсь впитанным притяжением, и мы будем зажигать всю ночь – объевшиеся молодильных яблок влюбленные с дочерью на выданье.
И все-таки, почему я так люблю геев?!
Информация
Посетители, находящиеся в группе Гости, не могут оставлять комментарии к данной публикации.

1 комментарий

0
Илана Мотэк Офлайн 30 декабря 2014 02:00
обожаюююююююю))) спасибо))) за все!)