Олег Игорьин

Мой любимый Бобби

+23
Ночной дождь льет как из ведра и хлещет по стеклам. Яркий взрыв молнии за окном и тяжелый гром пугают. Дуй, ветер, дуй! Пусть лопнут щеки! Дуй! Не позавидуешь сейчас тому, кто в пути!
Звонок в дверь... Открыто... Ты?.. Такой красивый... Ангел...
Вместе с тобой врывается ароматный, сладкий и нежный запах любви и желания.
Как я тебя люблю, как я тебя хочу! Я ждал тебя всю жизнь! Мне нужен только ты!
На меня смотрят светло-голубые глаза, в которых желание и любопытство.
Капельки небесной воды застыли на твоем красивом носу, тёмных бровях и пушистых ресницах. С глянцево-блестящих светлых волос стекает дождевая вода, принесённая с улицы. Рубашка, как будто специально расстегнута на несколько пуговиц, показывает гладкую загорелую грудь.
- Как тебя зовут? – спросил я.
- Называй, как хочешь, - сказал ты, - мне все равно.
- Я буду звать тебя Бобби.
Почему Бобби, я и сам не знал. Это первое имя, которое пришло на ум.
- О'кей, - сказал ты. – Бобби, так Бобби.
Восторг и нахлынувшее тепло перехватили дыхание. Дрожь пробежала по телу. Я почувствовал, как кровь начала бурлить и стремительно наполнять жилы.
- Виски будешь?
- Виски? – ты немного удивился. – Нет. Но ты можешь себе налить. Если тебе будет лучше.
Я налил два стакана – ему и себе – и поставил их на столик. Ночная вспышка молнии сверкнула в них и застыла, подсвечивая изнутри.
- Это тебе, - сказал ты, протягивая цветную пластинку. Белозубой улыбки на полных алых губах хватило, чтобы я забыл обо всем. Улыбался не только рот, но и твои красивые голубые глаза.
Какая пластинка?! Зачем она мне нужна?! Я не мог оторвать взгляда от тебя. Меня трясло, и сердце стучало как бешеное.
- Как хочешь… - сказал ты, не переставая улыбаться, и, чуть подумав, добавил. - Если понадобится, возьмешь.
Ты осмотрелся и положил ее рядом со стаканами на столик. Пластинка улыбнулась мне, и на ней засветилась зеленая сигнальная лампочка.
- Я тут, - помахала она маленькой ручкой, издав щелчок.
- Время пошло, - сказал ты, крепко обнимая меня и касаясь губами. Таких губ я еще не встречал, чувственных и нежных. Мои руки уже скользили по твоей спине под еще влажной рубашкой. Ты расстегнул пуговицы и снова вернулся к моим губам.
Ты пах так, как пахнут, наверное, ангелы. Совершенный человек, совершенный мужчина, желанный любовник.
Ты начал медленно раздеваться. Сначала с тела сползла мокрая рубашка, открывая слегка волосатую мускулистую грудь и рельефный живот. Потом медленно начали опускаться тяжелые, набухшие от влаги, джинсы. Голубые стринги сексуально обтягивали тебя. Никогда еще я не видел такого потрясающего тела.
Молния ярко осветила комнату и твое прекрасное божественное тело.
Голубая тряпочка голубым пятном вскоре тоже лежала на полу.
Твоя ладонь скользила по низу твоего живота. Другой рукой ты ласкал грудь, играл с соском. Обворожительная улыбка не сходила с твоего лица.
Я, прижавшись к тебе, положил голову на грудь и отчётливо услышал, как стучит сердце.
- Как стучит твое сердце, - сказал я.
- Оно любит тебя, - ответил ты, и лучистые глаза с нежностью и страстью посмотрели на меня.
Твоя рука прижала меня к телу. Я не выдержал муки ожидания и стал целовать твою голову, вдыхая дождевой запах волос. Я поцеловал в шею – она вся покрылась мурашками. Я лизнул мокрую кожу - ты застонал. Ты повернул голову к моим губам и застыл с приоткрытым ртом. Я всосался в этот рот как безумный! Твой поцелуй был жадным - ты целовал мой рот, мои губы, втянул в рот мой язык и ласкал его внутри своим языком. Иногда между нашими ртами шумно просачивался воздух, а с краев губ вытекала слюна, уже неизвестно чья. Я, не прекращая этого безумного поцелуя, стал гладить твои плечи, грудь. Я видел твои глаза - в них был вопрос и наслаждение одновременно.
Ты - моё искушение, греховный и фантастический любовник. Ты чувствуешь все мои желания.
Моя правая рука опустилась с твоего плеча на спину и далее по позвоночнику вниз. Ты обнимал меня и прижимал к себе. Мы разомкнули поцелуй, оба задыхаясь
- Любимый мой! Единственный! Желанный!
Это было волшебство. Мы стали единым целым. И, казалось, ничто в мире не может нас разлучить. Если бы спросили меня: «Сейчас?..» - я бы ответил: «Да, сейчас можно и умереть, я согласен...»
- Тебе хорошо? – спросил ты.
- О! Да! Ты фантастический любовник!
Гроза бушевала вовсю. Всполохи молний выхватывали и освещали за окном то оранжевую Эйфелеву башню, то угловатый Биг-Бен, то бледно-мертвую Статую Свободы, то пирамиды с вылизывающим себя Сфинксом.
Для тебя не было никаких запретов. Ты знал, чего я хочу. Ты был сексуален и ненасытен. Ты не разочаровывал, ты был идеален. Близость с тобой – это незабываемые ощущения. После тебя оставалось желание - желание любить. Я вдыхал тебя, выпивал каплю за каплей, твой вкус и запах оставались во мне.
Уткнувшись в твою грудь и слушая стук бешено бьющегося сердца, я чувствовал, как ты гладишь меня нежными, сильными руками. И мне было так хорошо от ощущения твоего тела, твоего запаха, от дыхания твоего. Я коснулся твоего живота кончиками пальцев. Потом подумал и легонько провел сверху вниз ногтями. Ты стал сильнее меня прижимать.
- Продолжим?..
- Да!.. Да!.. Какой же ты ненасытный…
Ты взял мое лицо рукой и поцеловал, нежно и сильно. Отстранился и опять. Языком раздвинул мои губы - внутрь проник.
И мы снова занимались любовью, совсем забыв о времени.
Дождь все лил и лил, не переставая. Казалось, что он даже усилился.
Ты гладил меня и целовал мое тело, входил в него.
Неожиданная боль пронзила меня.
- Потише....
Ты, прижав меня к себе, замер. Застыл и не шевелился.
Я соскочил с тебя.
Прекрасное обнаженное тело лежал неподвижно. Твои красивые глаза смотрели куда-то вдаль - в одну точку.
- Что случилось, Бобби? – взволнованно спросил я.
Ты молчал.
Дождь утих и последние капли, едва слышно падали на землю. Ни молнии, ни грома уже не было. Природа устала.
Я приложил ухо к твоему набухшему левому соску и прислушался. Сердце не билось.
- Черт! – выругался я.
«Что же делать?» - я стоял в замешательстве.
Мелодичные нежные звуки донеслись со столика, где стояли уже опустошенные стаканы, в которых все еще метались молнии. Цветная пластинка ярко мигала красным цветом.
- Ну и что будем делать? – спросил я ее.
На ней появился экран, а с него на меня смотрело лицо моего красавца. Ты улыбался своей прекрасной улыбкой.
- Что произошло? – удивленно спросил я.
- Я же тебе в самом начале дал инструкцию, - сказал ты, - надо было посмотреть, - и, не останавливаясь, начал ее читать.
Я разозлился:
- Ты мне был нужен не для того, чтобы инструкции читать!
Ты умолк.
- Купленная услуга закончилась. Необходимо снова оплатить.
Изображение твоего лица с улыбкой замерло. Экран погас.
Вода совсем прекратила литься с неба, и все умолкло за окном. Глупая тишина оглушала.
Цветная пластинка улыбнулась мне и проговорила:
- По всем вопросам просим обращаться в справочную службу фирмы «Фантастический любовник», - она назвала номер и тоже потухла.
- Когда же это уже прекратится! За свои деньги толком и не потрахаешься! – громко возмутился я. «Прямо стриптиз какой-то!».
Но никто в тишине комнаты не разделил моего возмущения – никого, кроме меня и бездвижного моего красавца, в комнате не было.
Набрал номер:
- Алло… Примите оплату на фантастического любовника… Да-да, вместе с грозой…
- Ваша услуга активирована, вставьте, пожалуйста, пластинку в объект.
На твоей пластинке засветилась зеленая сигнальная лампа.
О, да! Я повернул тебя набок и вставил пластинку.
Ты снова улыбался мне своей волшебной, сводящей с ума, улыбкой. Ты был прекрасен! И снова нежный, сладкий аромат любви и желания наполнил комнату.
Весело и ярко сверкнула молния, и следом тяжело прогрохотал гром. Пошел сильный дождь.
Я невольно посмотрел и на свою пластинку. На ней тоже еще горела зеленая лампочка.
Боже!.. Как я тебя люблю, как я тебя хочу!..
Информация
Посетители, находящиеся в группе Гости, не могут оставлять комментарии к данной публикации.

2 комментария

0
Ольга Морозова Офлайн 10 апреля 2015 01:54
Неожиданно..)
Всё шло как в хорошем эротическом рассказе... красивое тело, страстный секс под грозу.... И вдруг такой сюрприз...))
Спасибо автору!)
0
Олег Игорьин Офлайн 12 апреля 2015 17:07
Благодарю Вас.
Это же ближайшая фантастика.