Соня Саммервил, Константин Norfolk

Идентификация гей-литературы

+ -
+105

 Попытка если не исследования, то описания такого явления,  как  гей-литература,  в рамках современного литературного процесса может только на первый взгляд показаться делом нарочитым и необязательным. Нынешний обзор это первое приближение к теме гей-литературы, но за неимением традиции подобных исследований в рамках литературоведения столь «сомнительные» темы не приветствуются, а знания профессионалов по большей части фрагментарны.  Есть отдельные исследования об авторах, но о гей-литературе в целом, ее истории и жанрах - нет.  

 

    С отменой уголовного преследования геев в разных странах  был снят цензурный запрет на тему гомосексуальности, за которым последовал творческий всплеск активности писателей, разрабатывающих гей-тематику, а с развитием интернета, ставшим основным медиатором для молодых талантов,  появилось большое количество сетевой литературы. Поэтому не удивительно, что возникает необходимость назвать явление и попытаться дать ему определение.
    Среди авторов и читателей, которые пишут об однополой любви, часто используется термин гей-литература. Некоторые предпочитают другое слово - гей-проза, и хотя и те и другие, вкладывают в это понятие один и тот же смысл, объединяя литературные произведения о гомосексуалах, вряд ли между ними следует ставить знак равенства, прежде всего потому что  проза означает исключение лирики.  Поэтому здесь мы будем употреблять термин  гей-литература.
    До сих пор нет однозначного определения, что же такое гей-литература. Есть версия, что это литература про геев, есть версия, что это литература, написанная геями,  и версия, что это литература, которую читают геи, т.е. для них написанная. Отсюда и возникают упрёки в обособлении, и возражения, что такого термина нет вовсе, а есть «просто литература». Подмена понятий происходит на этапе начала классифицирования, когда сексуальную ориентацию пытаются положить в основу литературоведческого разбора. Но литературоведение не изучает сексуальную ориентацию. Поэтому она не может быть положена в основу жанровых или наджанровых классификаций. 
    Именно из-за попытки положить сексуальную ориентацию в основу классификации возникла путаница с употреблением такого термина, как слэш, который различные источники пытаются называть жанром, видом или направлением литературы. Между тем, слэш является лишь смысловым маркером, используемый для обозначения однополой тематики в художественном произведении любого жанра. В большинстве случаев это особый ярлык для маркировки части интернет-сайтов, специализирующихся на литературе о гомосексуалах. И если слэшеров можно назвать интернет-субкультурой любителей женского романа о гомосексуалах, то слэш является их фирменным знаком, но никак не литературной категорией. Есть множество других сайтов, которые так себя не маркируют, но так же размещают произведениях о людях иной сексуальной ориентации. 
    Так неужели гей-литература это тоже фирменный знак геев, которые пишут и читают литературу о самих себе и ничего более? Общелитературный процесс - это совокупность течений, направлений составляющий картину на определенном историческом этапе. Каждое явление имеет собственные границы, позволяющие выделить его в ряду прочих. Гей-литература – такая же совокупность произведений, объединенных общими типологическими признаками и эти произведения отражают определенный мировоззренческий поиск.
    Давайте попробуем отойти от попыток классифицировать её с точки зрения сексуальной ориентации и ответим на этот вопрос, под другим углом. Для этого нужно понять какие у гей-литературы существуют отличительные свойства и есть ли они вообще, а так же найти признаки, объединяющие эти произведения в предмете художественного описания, конфликте главного героя, отображении героев протагонистов и антагонистов, и попытаться классифицировать сюжетные линии. 
Тут надо сразу заметить, что литература об однополых отношениях не делится на гей и лесби-литературу. С точки зрения сексуальной ориентации главных героев, так говорить можно, но с точки зрения изучения предмета художественного осмысления слово «гей» будет использоваться в качестве своеобразной приставки для обозначения литературы об однополой любви как мужчин, так и женщин.

    Начнём с того, что попробуем разделить всю совокупность сюжетных линий в зависимости от вида конфликта главного героя. Под конфликтом мы имеем ввиду то или иное художественное столкновение между персонажами с их характерами, или художественный спор между характером персонажа и обстоятельствами,  в которые он попадает, а так же отражение противоречий внутри сознания главного героя.

    Мы выявили 7 видов сюжетов, наиболее часто встречающихся в гей-литературе.

1. Ситуативные истории с динамичным сюжетом, когда конфликт главного героя заключается в накале страсти, связанной прежде всего с неразрешимой ситуацией, в которую попадает герой. Неразрешимость основывается на безответности чувств или на неприятии гомосексуальности самим главным героем или объектом его любви. Сюда относятся истории о безответной любви гея к натуралу, где главная линия строится на основе любовных терзаний в пустоту, истории любви и одиночества гея к бисексуалу, который уходит к женщине, рассказы о чувствах мужчины в годах к молодому парню,  об исключительно платонических переживаниях, заканчивающихся, как правило, печально, истории о  первом опыте и первой любви гомосексуала, когда человек начинает осознавать, противиться и пугаться своих влечений, рассказы о влюбленности женщины в гея с точки зрения гея или с точки зрения женщины. 
 
    Так в романе Эдварда Форстера «Морис» перед читателями предстаёт 14-ти летний подросток испытывающий эмоциональное и сексуальное пробуждение. Он влюбляется в своего товарища и друга по имени Клайв Дарем, который знакомит его с древнегреческими литературными произведениями о гомосексуальной любви. Их отношения носят платонический характер и не доходят до секса. Став старше, Морис бросает учёбу в университете, и получает работу в качестве биржевого маклера в лондонском Сити, но по-прежнему испытывает сильную привязанность к своему другу. Привязанность, которая не находит ответа выливается в чувственные терзания и меняет жизнь и самого главного героя, который в конце находит счастье с другим молодым человеком.  

    В повести Гилберта Адэра "Любовь и смерть на Лонг-Айленде" рассказывается история страсти немолодого писателя Джайлса де Ат к малоизвестному молодому актёру Ронни Бостоку, которого он увидел в кино, случайно попав на киносеанс. Эта страсть переворачивает жизнь главного героя. Из степенного английского джентльмена с аристократическими манерами Джайлс превращается в буквально помешанного на объекте своей любви человека. Он забрасывает писательство и все дни проводит за просмотром фильмов со своим кумиром, заодно скупая в магазинах любые журналы, где упоминается Ронни Босток. В конце концов Джайлс решается на совсем уж безумный поступок и едет в Калифорнию, дабы увидеться с объектом своей страсти и объясниться ему в любви. Он не думает о том, что может быть отвергнут тем, кого так боготворит, ведь Ронни просто пока не знает о его существовании.

2. Ролевые конфликты, когда в сюжете основное столкновение строится на разных ролевых моделях главных героев, часто с социальном подтекстом. Служебный роман об отношениях двух мужчин гомосексуалов на работе, когда один занимает более высокое положение по отношению к другому, истории, когда у главных героев разный материальный достаток, что является неразрешимым противоречием к тому чтобы они жили вместе, рассказы где конфликт строится не на материальном достатке, а в зависимости от наделённости главных героев теми или иными характерологическими качествами, например история любви незаметного, некрасивого и нелепого скромняги к избалованному вниманием красавцу, когда основная линия построена на столкновении низкой самооценки главного героя-гомосексуала с окружающей действительностью, которую рисует автор, или другие подобные - умный и глупый, образованный и неуч, «отличник» и хулиган, рассказ о любви здорового гея и вич-инфицированного, рассказ о парне, занимающимся проституцией с другими мужчинами.

    Например в повести Дмитрия Бушуева «На кого похож Арлекин». Двадцатидвухлетний поэт Андрей Найтов после окончания университета устраивается на работу в школу учителем русского языка и литературы. Найтов – гей, осознавший себя в 12 лет. Он ведет довольно беспорядочную сексуальную жизнь и имеет многочисленных знакомых среди местной гей-тусовки. Действие происходит в провинциальном приволжском городке постперестроечной России, еще в пору действия печально известной 121-й статьи уголовного кодекса. Найтов сталкивается с открытой неприязнью своей коллеги Алисы Матвеевны, делящейся с другими учителями своими подозрениями относительно его сексуальной ориентации. Алиса Матвеевна ведет дневник, в котором записывает свои суждения об учениках и коллегах. Чтобы усыпить ее бдительность, Найтов решает инсценировать перед Алисой связь со своей давней подругой Гелкой. Но алкоголичка Гелка ведет себя неадекватно, и спектакль проваливается. Алиса Матвеевна скоропостижно умирает в такси по пути домой, и Найтову приходится организовывать ее похороны. Вместе с книгами Алисы в школьную библиотеку попадают и ее архивы. На школьном вечере Найтов замечает восьмиклассника Дениса Белкина, и в его сердце мгновенно вспыхивает любовь к мальчику. Постепенно они сближаются. Выясняется, что Денис сирота: год назад у него умер отец. Найтов приглашает Дениса к себе домой и они впервые занимаются оральным сексом. 
    После возвращения из Москвы, куда он ездил на литературный семинар, Найтов обнаруживает, что гомофобы исписали дверь в квартиру и зверски убили кота Мура. С этого момента жизнь Андрея начинает меняться. В один из весенних дней его вызывает директор. Он сообщает Андрею, что вместе с книгами в школьную библиотеку попал и личный дневник Алисы Матвеевны. Оказывается, Алиса не просто догадывалась, а точно знала, что Андрей Найтов – гей: она знала подругу матери Андрея, которая делилась с ней своими переживаниями. Алиса собиралась дождаться скандала и устроить Найтову феерические «проводы». Андрея вынуждают уйти из школы. Он принимает решение об эмиграции и сообщает об этом Денису. Денис крайне опечален предстоящей разлукой. Они устраивают прощальную встречу друзей, которая переходит в пьяную потасовку, во время, которой Дениса убивает автоматной пулей.  Всю свою жизнь Андрей Найтов воспринимает как нелепое представление. Днем и ночью его окружают арлекины – его мысли, желания, образы, ангелы-хранители.  Они танцуют в иллюминированных фонтанах, разбрасывают конфетти в ночном городе, гоняют на мотоциклах, плавают с полицейскими мигалками, задергивают полог и звонят в колокольчики... Любовь к Денису целиком поглощает Андрея, накрывая его как девятый вал. Но гомофобное общество не признает такую любовь и может жестоко расправиться с Андреем. В дневнике Алисы содержится призыв к запрету на профессию для педагогов-геев. В гомофобном обществе вопрос «Допустимо ли, чтобы гей преподавал детям и молодежи?» остается чисто риторическим.

3. Истории знакомств – основная идея конфликта таких историй строится на сложности попыток идентификации одного гомосексуала другим. Чаще всего это малые жанровые формы – рассказы или новеллы, построенные в виде повествований о знакомствах, начинающихся с того, что однажды в поле зрения главного героя появляется неожиданно приехавший мужчина, либо наоборот, сам главный герой становится таким мужчиной, или истории о знакомстве по интернету с последующим чувственным томлением от ожиданий и неожиданным финалом. Сюда же относятся «путевые заметки», когда случайная встреча в пути и короткие отношения без обязательств, могли бы перерасти в нечто большее или же, наоборот, эта встреча действительно становится началом новых отношений. Если же здесь ещё примешивается линия профессиональной значимости одного из героев: доктор, учитель, шеф, пожарный, кинорежиссёр, журналист и т.п., то в этом случае конфликт будет заключаться в столкновении восприятия человеком типичной или не типичной гейской профессии.
 
    Одним из таких рассказов стал рассказ «Ирония близости», написанный Урса Илав. Эдуард Равильевич беззаветно и безответно влюблён в менеджера по продажам в своей фирме, привлекательного парня по имени Дима. Дима же, кажется, совершенно не замечает страданий своего босса. В бурной переписке по интернету со своими визави, герои делятся переживаниями на этот счёт. Развязка наступает, когда коллеги по работе узнают, что они ещё и коллеги по интернет-переписке…

4. Любовные многогранники – истории в которых конфликт главного героя заключается в наличии третьей стороны: любовь трёх парней, один из которых оказывается в силу обстоятельств «слабым звеном», в зависимости от замысла автора, любовь между двумя парнями и девушкой, когда один из парней бисексуал и когда женщина позволяет бисексуалу иметь отношения с другим парнем, истории про измену партнёра, его встречу с новой любовью и неожиданные сложности в связи с появлением на горизонте бывшего...
   
    Например в повести Антона Ромина "Осы" представлен любовный треугольник. Игорь любит Димса, точнее Дмитрия Сергеевича Белашова, под началом которого работает в одной крупной компании. Отношения с Димсом складываются непросто. У него есть семья, из которой Димс не собирается уходить. К тому же он боится огласки, поэтому тщательно скрывает свои чувства к Игорю при посторонних. Инга любит Игоря. Она ничего не требует, просто всегда рядом в качестве друга и "жилетки". Инга терпеливо ждёт и верит, что однажды судьба предоставит ей шанс быть вместе с Игорем. И фортуна действительно улыбается Инге. Димс разрывает отношения с Игорем. А сам Игорь, устав от роли "тайной любовницы", доходит до мыслей о самоубийстве. И снова рядом с ним добрая и любящая Инга, с которой Игорь забывает об одиночестве. Он решает, что у них с Ингой может получиться хорошая семья и собирается вместе с ней в Москву. Однако выясняется, что Димс вовсе не намерен отпускать от себя бывшего любовника. Конфликт складывается из запутанных взаимоотношений героев повести. Эгоизм Димса, жертвенная любовь Инги и душевный раздрай Игоря сплетаются в невероятный клубок и приводят в финале к практически неразрешимой ситуации.

    Вышеприведённые сюжетные линии наталкивают на мысль о том, что гей-литература является вариантом любовного романа, его узкой и пикантной разновидностью, но это не совсем так. Действительно, существуют произведения где сюжет сосредоточен вокруг двух главных героев - гомосексуалов, между которыми зарождаются романтические отношения. Это и есть вариант любовного романа. Обозначим его цифрой пять. 

5.  В любовном романе конфликт главных героев представлен трудностями построения отношений между друг другом, а финал оптимистичен. Здесь как бы исподволь происходит сравнение с гетеросексуальными отношениями. Но в любовном романе развязка как правило оптимистична, это является основообразующей чертой любовного романа. В гей-литературе оптимистичность финала не так обязательна и не редко противоположна. 
 
Например повести Олега Месмера "Наука любви" присущи черты классического любовного романа, поскольку проблемы главных героев - отсутствие взаимопонимания и неумение объясняться друг с другом - часто сопровождают любовные отношения. Главные герои: Иван и Андрей - однокурсники. Взаимные чувства возникают между ними буквально сразу после знакомства. Парни делят комнату в общежитии, а по окончании института снимают квартиру. Иван - светлая голова, отличник-краснодипломник, но совершенно неорганизованный человек, поэтому всеми бытовыми вопросами занимается более практичный Андрей, что устраивает обоих. Андрей - тусовщик, Иван - домосед, но и здесь ребята находят компромисс. Иван закрывает глаза на то, что Андрей иногда развлекается на стороне. Кажется, что у них полное взаимопонимание, вполне себе счастливая семья, даже с собакой. Но однажды с Андреем происходит несчастье, и выясняется, что эти двое не в состоянии решить возникшие в их отношениях проблемы. Череда недомолвок приводит сначала к непониманию, а затем к расставанию. Обоим героям повести понадобится немало лет, чтобы переосмыслить произошедшее, понять и простить друг друга.

И существуют ещё два направления сюжетообразования.

6. Сказочные истории или авторские сказки, когда действия и сами главные герои-геи вымышлены, а повествование обладает нравоучительным, сатирическим или иносказательным смыслом. Чаще всего конфликт сюжета строится на ошибке главного героя, из которой проистекает нравоучение. Представлены в виде сказок или притч. 
 
    Так в авторской сказке Amadeo Aldegaski «Сказка о принце, белом коне и драконе», мир предстаёт из вымышленных персонажей мужского пола гомосексуальной ориентации. Главный герой отчаянно влюбляется в красавца Годфруа и с этого момента все его действия основаны на том, чтобы облагодетельствовать своего избранника, которого по странной иронии забыли спросить об ответных чувствах. Хорошо замаскированная ошибка главного героя в том, что он идеализирует и боготворит человека, которого в сущности не знает и считает, что любит, при этом, не замечая, настоящую любовь рядом, которая в конце с озорным юмором автора превращается в «абсолютно голого матерящегося детину». 
  
7. Истории, в которых основной конфликт главного героя освещается с позиции адаптации к условиям гомофобного мира. Это рассказы когда главный герой совершает каминг-аут или подвергается аутингу, истории о родителях или родственниках геев, которые проходят путь принятия своих близких как гомосексуалов, рассказы, когда смерть одного героя становится ценой жизни другого, а между ними была та самая пропасть гомосексуальности, которая делала их непримиримыми антагонистами, это так же истории о скрытой любви в гомофобном окружении - тюрьме или армии.
 
    Например в романе Геннадия Трифонова "Сетка. Тюремный роман", действие которого разворачивается в 1977 году в СССР, рассказывается история любви 18-летнего Сашка, впервые попавшего в тюрьму, и более опытного, уже отсидевшего на малолетке, Серёги. Сашок - наивный и чистый пацан, совершенно беззащитный в мире лагерных "волков". Он глубоко привязывается к Серёге, который отвечает ему нежностью. Вся зоновская чернуха вынесена за скобки. Когда Серёга уходит на волю, Сашок не может при расставании скрыть горе, и это видит вся зона. Это роман о чувствах,  которые развиваются в условиях заключения, где свои правила и нормы, заставляющие людей адаптироваться к условиям той действительности.

    Понятно, что в более или менее крупных произведениях некоторые сюжетные линии могут переплетаться между собой, в том порядке событий, в котором автор задумал фабулу своего повествования. И конфликты основного персонажа могут быть не только внешними между действующими лицами, но и внутренними, происходящими в сознании героя, а так же и в виде статичной картины мира, когда нет сколько-нибудь четко выраженных начал и концов, когда конфликт заключается, например, в подавленной гомосексуальности, которая  неизменно и постоянно окрашивает жизнь героя, создавая фон и своего рода аккомпанемент изображаемого действия. Если подходить совсем формально все конфликты гей-литературы относятся к двум типам: конфликт с обществом и конфликт с собой, представленный в виде внутренних метаний. И это достаточно условное деление, чаще всего в произведениях присутствует и тот и другой тип конфликта.

Таким образом, исходя из описанного сюжетного набора вырисовывается определение главного героя гей-литературы. 

    Главный герой гей-литературы – это человек находящийся в конфликте с самим собой, окружающими людьми или обществом из-за собственной гомосексуальности или гомосексуальности близких людей, способный или не способный адаптироваться в мире, в котором живёт.

    Говоря об адаптации нужно сказать, что авторы не всегда затрагивают эту тему и часто она проходит в виде того самого статического или субстанционального фона, или исчезает вовсе, поэтому её наличие является скорее дополнительным признаком, чем обязательным. Однако, здесь это стоит упомянуть в качестве признака помогающего в дефиниции гей-литературы как вида художественной литературы.

    Итак, гей-литература отличается главным героем с обрисованным конфликтом из-за гомосексуальности и достаточно чётким набором сюжетных композиций. И мы подошли к главному вопросу - идентификации. Нельзя сказать, что гей-литература это жанр. Жанры подразделяются по форме (рассказ, роман, повесть и т.п.), содержанию (комедия, трагедия, драма) и по родам (лирические, эпические, драматические). В этом смысле гей-литература использует практически все жанры и не является чем-то одним из этого. Она так же не литературное направление, поскольку не придерживается строгого канона принципов классицизма, сентиментализма, романтизма или реализма. Так что же она такое?

     В последние годы рядом литературоведов выделяются наджанровые историко-типологические группы, появление которых связывают с особенностями литературного процесса XX века, характеризующегося кризисом традиционных жанровых форм и многочисленными литературными экспериментами. Одной из них называют мегажанр. К мегажанрам относят фантастику, детектив, блокбастер, ремейк и другие. Есть искушение поставить в этом ряду гей-литературу на следующее за ними место. Однако, мегажанры используют один какой-то присущий только им метод отображения действительности и склонны к мирообразованию. Так детектив использует метод описания расследования, а фантастика метод фантастического допущения. Гей-литература не имеет какого-то единого художественного метода и у неё нет склонности к мирообразованию, она  сама может явиться читателю в одной из этих форм.

    Согласно той же теории выделяют другую историко-типологическую группу – метажанр, которая характеризуется крупной формой, существующей над обычными жанрами и объединяющей их по какому-то общему признаку. Одни литературоведы указывают на общий предмет художественного описания, другие на единый принцип построения художественного мира, а кто-то подчёркивает неразрывность с культурой времени. 
     Выше уже было сказано, что гей-литература и в самом деле существует над жанрами и у неё есть общность в выделении главного героя. Кроме того, общим предметом художественного изображения здесь является конфликт главного героя, возникающий из-за гомосексуальности, а принципиальной направленностью содержательной формы восприятие реальности через опыт связанный с сексуальной ориентацией. 

    По нашему мнению гей-литература это метажанр, в рамках которого сюжетообразующую роль играют  различные моменты бытовых, романтических, сексуальных отношений между однополыми партнерами или взаимодействие героя-гомосексуала с обществом, которые призваны осветить или проблематизировать модель окружающего мира. Художественное исследование и осмысление реальности  представляется через призму  сексуальной ориентации, в связи с чем гомосексуальной тематике отдается ведущая роль в раскрытии психологических аспектов поступков и действий  героев. В сюжетах моделируются жизненные ситуации, проблемы и способы их разрешения,  которые интерпретируются с гендерно-сексуальной точки зрения автора.

     Исходя из приведённых определений мы должны подчеркнуть, что далеко не любое произведение с упоминанием гомосексуалов будет относится к гей-литературе. Существует довольно большой пласт романов, в которых есть гей-линия, но отсутствует типичный конфликт и нет никакого художественного моделирования через чувственный опыт иной сексуальности.  

     Дополнительными особенностями метажанра является межродовое жанровое смешение, в этом смысле гей-литература преодолевает привязанность к конкретному литературному роду и может быть представлена не только в привычном прозаическом виде, но и например в драматургическом. Как метажанр гей-литература выходит так же за литературно-формальные границы традиционного жанра и в качестве гей-темы существует в разных сферах культуры, например кино или живописи. К сожалению, из-за недостаточной изученности и чёткости определений наджанровых конструкций приходится оговориться о возможности допущения ошибки в наших изысканиях. Так, например, важнейшим признаком метажанра называется связь с культурой времени. Не совсем понятно должна ли она проявляться как-то конкретно или просто иметь место. С нашей точки зрения борьба за гражданские права, начавшаяся в XX веке и продолжившаяся так же в борьбе за права сексуальных меньшинств, является отражением этой связи. Гей-литература, приобрела дополнительное значение преобразовавшись в элемент современной гей-культуры. Так опосредованно используя литературные методы и приёмы она выражает  интересы и ценности гей-сообщества, помогает самоидентификации и адаптации ЛГБТ-людей, способствует гуманизации общества, акцентируя внимание на  ценности человека независимо от его ориентации и легитимизирует гомосексуалов в социальной среде.

     Таким образом метажанровость гей-литературы позволяет ей существовать в различных жанрах, сохраняя специфику на содержательном уровне и иметь отличительные типологические черты. Как мы уже сказали, на  сегодняшний день, в поле зрения литературоведов попадает творчество отдельных авторов, а не явление в целом. Есть мнение будто гей-литература порождена исключительно внешней гомофобией общества, мол уберите гомофобию и тут же исчезнет гей-литература. Однако, гей-литература пока не исследована, это дело времени. Чем больше будет серьезных произведений, тем больший интерес будет возникать у академической науки к изучению. Конечно, с течением времени некоторые аспекты гомосексуального дискурса и темы гей-литературы утратят свою актуальность, но, в целом, произведения, в которых будут исследоваться гомосексуальные отношения не исчезнут. Сексуальность и переживания связанные с ней это то, что присуще человеку независимо от развития науки, техники, на любом этапе развития общества и культуры. Так, например, исчезли рыцарские романы, но их элементы в том или ином виде присутствуют в современных произведениях, некогда популярный готический роман тоже трансформировался и адаптировался в текущих реалиях. Но рыцарство было обусловлено характером развития общественных отношений на определенном этапе развития общества, в отличие от сексуальных предпочтений. Так же и с гей-литературой, с каждым шагом будет расширяться и углубляться рассматриваемая тематика, возникать новые сюжеты, проявляться в различных жанрах, но эстетические и философско-этические, социально-психологические черты, определяющие ее своеобразие сохранятся в том или ином виде. Поэтому мы уверены, нас еще ждут открытия в области человека и человеческих отношений, в том числе порождённые сексуальностью, о которых сейчас никто и не подозревает, и которые породят новые дискуссии и темы.

     Мы хотим выразить благодарность тем, кто своими дополнениями и возражениями помогал в создании этой статьи: Сергею Грекову, Андрею Туманову, Данилу Аверину, Ольге Морозовой, Жене Мелифаро, Leto и многим другим. 

7 комментариев

+1
Сергей Греков Офлайн 3 марта 2016 16:53
Сергей греков находится в недоумении, что он, оказывается, помогал и участвовал))

Конечно, гей-литература (и проза и поэзия, не надо было так уж их разделять) существует только в контексте гомофобии общеста.
Когда настанут безоблачные времена толернтности, это понятие исчезнет.

Но, поскольку "жить в это время прекрасное не доведется ни мне, ни тебе", термин "гей-литература" остается актуальным.

Это что-то вроде "Хижины дяди Тома" -- которая в современной Америке (да и во всем разумном мире) читается ну с юмором: никто уже и представить не может, что негров можно "притеснять".
Если бы негритянские рабы умели писать, они бы создали что-то вроде "гей-литературы".

Нет, думаю, никакого смысла делить "гей-литературу" на т.н. "разновидности". Все они написаны только ради принятия геев в обществе как вполне равноправных членов.
Ибо любовь не нуждается в оправданиях.

И мне категоричеки не нравится выделение "гей-литературы" в какой-то особый пласт культуры.
Это обосабливает и без того обособленную гей-сегрегацию (будем называть вещи своими именами) и указывает на какую-то особость и отдельность геев. А хотелось бы, чтобы геев в обществе воспринимали органично и без всякого предосуждения.

Можно, конечно, гордиться, что ты гей, но пусть это будет на уровне гордости голубоглазого в клане кареглазых.
0
Norfolk Офлайн 3 марта 2016 17:18
Цитата: Сергей Греков
Сергей греков находится в недоумении, что он, оказывается, помогал и участвовал))

Там написано, что помогал, но не написано, что участвовал)).

Цитата: Сергей Греков

И мне категоричеки не нравится выделение "гей-литературы" в какой-то особый пласт культуры.
Это обосабливает и без того обособленную гей-сегрегацию (будем называть вещи своими именами) и указывает на какую-то особость и отдельность геев. А хотелось бы, чтобы геев в обществе воспринимали органично и без всякого предосуждения.


Если честно, я не понимаю откуда берётся эта тема про гей-сегрегацию и какие такие вещи надо называть своими именами. На мой взгляд никакой сегрегации нет и, что касается РФ и сопредельных государств, никогда не было. Зато есть гомофобия внешняя и внутренняя. Последняя постоянно побуждает геев пытаться быть такими как все и доказывать жующему большинству свою нормальность. Иная крайность, которую невозможно перешибить, из-за которой муссируется тема про якобы страшное обособление геев от общества.

Ну, а возвращаясь к смыслу написанного, там не говорится о гей-литературе как особом пласте культуры, смысл в том, что это одна из разновидностей литературы, которую мы определяем как метажанр.
--------------------
хороший рассказ должен заканчиваться раньше чем интерес к нему...
+2
Соня Саммервил Офлайн 9 марта 2016 08:08
Не совсем понимаю, почему описание и дефиниция феномена гей-литературы является ее сегрегацией. Выделением из ряда иных явлений -да. Но это характерно для любого объекта исследования.
0
Ditrih Офлайн 11 марта 2016 15:54
Никогда не знал, что бывает такое как метажанр. Представленные выкладки мне кажутся убедительными и я склонен согласится с представленными здесь размышлениями.
+2
Сергей Греков Офлайн 19 марта 2016 10:04
Цитата: Summerville
Не совсем понимаю, почему описание и дефиниция феномена гей-литературы является ее сегрегацией. Выделением из ряда иных явлений -да. Но это характерно для любого объекта исследования.


Разумеется, термин "гей-литература" не является признаком оголтелой сегрегации, как "любвный роман" или "детектив" им тоже не являются. (хотя данное сравнение не очень корректно, раз речь идет о метажанре).

Но в жизни я бы отождествил гей-сообщество с масонами: все эти "тайные знаки", сборища "посвященных" -- и "гей-литература" как бы обслуживает эту обособленность. Что мне и не нравится.
Но ясно одно: "гей-литература" честно отражает реальность этого мира со всеми его заблуждениями и фобиями. Пока общество выделяет нас в нечто "отдельное", -- и наша литература будет это исправно делать.

В Америке 90-х годов мне с гордостью показывали отдельные стеллажи с "гей-литературой". Попробовали бы они так же отделить от остальных книг литературу черных или черным посвященную!
Вот и я не хочу, чтобы мои книги лежали на отдельных полках, чтобы гомофобы -- ах-ах не дай бог! -- не прикоснулись к ним ручонками.
+3
Соня Саммервил Офлайн 21 марта 2016 13:13
Да, проблема затронута серьезная. Увы, гомофобы могут прикоснуться к книжкам, электронным файлам и наплевать в душу как заочно, так и лично. Гомофобия, дискриминация и отсутствие толерантности - все из области общей культуры, на мой взгляд. Выделение полок или расстановка гей-литературы по алфавиту, скорее будет отражать отношение к явлению со стороны социума, чем непосредственно литературного процесса.
Представим, что термина "гей-литература" не существует. Филологи и сейчас, без терминологии, с успехом изучают творчество Цветаевой, Кузьмина и т.д. Но вот появляется абсолютно утилитарный вопрос: как найти нужную книгу? Как обозначить особенности предмета, объекта, к которому обращается в своих произведениях и творчестве писатель? Да, безусловно, любовь, она и у, прости Господи, гомофобов, любовь. Изучая литературу, можно сказать, что все же, нюансы, оттенки, они есть, и дело не в том, кто кого и куда. У Харитонова очень хорошо это читается.
С точкой зрения является или не является обозначение творчества писателей, в которых основной темой звучат однополые отношения гей-литературой, можно спорить. Истина рождается не только в вине, но и столкновении мнений. С другой стороны, нужно учитывать, что выделение в лит.процессе явления, есть признание факта его существования, с которым нужно считаться. И для кого-то, именно это является очень важным и необходимым.
Подытоживая свое словоблудие скажу, что через лет пятьдесят или сто многое изменится: общество, люди, отношения, улягутся споры, а литература останется, гей-литература). Как ее будут называть в будущем? Для тех, кто живет в настоящем так ли это важно? Ведь сегодня мы пишем то, что завтра станет историей.
+1
Роман Свиридов Офлайн 1 февраля 2017 04:31
Статья, говоришь, Костя? Нет, это не просто статья, но прекрасный образец аналитического исследования. Я тоже пытался разобраться с теорией (или феноменом) "гей-литературы". Беру одну из своих публикаций на гей-кантри, вырезаю откровенные сцены и публикую на фБ. И это читают все, в том числе и мои близкие знакомые, друзья и родственники. Разумеется, я выбираю максимально лабильные публикации, то есть те, в которых можно безболезненно купировать откровенные сцены. И я понял, что не существует отдельного гей-жанра, но все зависит от стиля подачи материала. Подавляющее большинство читателей (имею в виду не гей-ресурсы) вполне адекватны, поэтому легко воспринимают публикации гей-тематики, но только "без излишеств". Более того, "натуралам" (это понятие у меня почему-то ассоциируется с "юными натуралистами") интересно читать истории с ненавязчивым гей-привкусом. Как-то так...

И да. Я не не принимал участия в конкурсах, но с Костей хотел бы поработать в творческой паре, скажем, по теме гомосексуализма в эпоху Инквизиции.
Информация
Посетители, находящиеся в группе Гости, не могут оставлять комментарии к данной публикации.