goblinmarusya

Гном

+12

Я не люблю вспоминать то время, когда мне было тринадцать. Нет, это не связано с насилием или унижением, как кто-то мог подумать. Просто это был период в жизни, когда я ненавидел сестру и себя. Подумаешь, скажете вы, кто же в этом возрасте не конфликтовал с братьями или сестрами, но причина моего к ней плохого отношения была, скорее, во мне, чем в ней.

Сейчас, когда мне восемнадцать и я учусь на втором курсе, я могу признать, что был тогда не прав, и причина предвзятости к ней только лишь в нем — ее первом парне.

Впервые наша с ним встреча произошла в санузле, вернее, совмещенной с ним ванной. Информацию о том, что я остался больной дома, сестра просто пропустила мимо ушей, поэтому решила прогулять уроки и привела в дом парня. Это потом я узнал, что так они проделывали уже не в первый раз, а в тот день увидеть меня никто не рассчитывал.

— Черт! Твою мать! Ты кто такой?! — выпалил парень, развернувшийся на звук отрывающейся двери.

В тот момент мне трудно было ответить. Мало того, что у меня ангина, и я с трудом мычал, так еще и вид незнакомого парня с приспущенными штанами травмировал мою детскую психику.

— Тёма, ты что тут делаешь?! — уже со стороны коридора раздался визг сестры. Тогда ее голос казался мне таким противным, как у сварливой бабы из мультика, которая издавала ультразвуки.

— Что это за гном?! — пацан натягивал штаны, рассматривая меня.

«Гном»! Это слово до сих пор вызывает во мне двусмысленное чувство. Я знаю, что тогда рост мой был ниже среднего для такого возраста, да еще в пижаме и пуховом платке, повязанном вокруг шеи…

«Гном»… Как же часто я потом слышал эту кличку, которая привязалась ко мне после того случая. Думаете, я возненавидел его? Я не успел. Теперь сестра не сильно стеснялась моего присутствия. В любой момент, когда дома не было родителей, к нам приходил этот парень. Вначале это напрягало, мне приходилось сидеть в своей комнате, пока они запирались в соседней. Конечно, я уже знал, чем они там занимаются. Это я ростом не вышел, а в остальном мое развитие опережало сверстников.

И однажды в один из таких вечеров, когда кроме нас троих дома никого не было, двери моей комнаты открылись, и на пороге появился снова этот парень.

— Привет, гном. Ты чего почти в темноте сидишь? — он подошел и сел рядом на кровати. — Что читаем? Гарри Поттер. Ясно. Интересно?

Несмотря на то, что теперь я был здоров, произнести хотя бы слово не получилось. Я растерялся. А кто бы не растерялся, если бы незнакомый человек пришел, сел рядом и, отобрав книгу, стал расспрашивать тебя.

— Чего молчишь? Подожди, ты что, испугался? — он посмотрел на меня с насмешкой. Тогда впервые я рассмотрел его: черные раскосые глаза, смуглая кожа и удивительного оттенка губы — темные и пухлые, как у мулатов. — Я ведь не страшный?

— Нет, — ответил я и протянул руку, чтобы забрать книгу, но он отдернул ее, поднимая выше.

— Не так быстро, гном. Сначала сгоняй на кухню и принеси мне бутерброд. Есть хочу, сожрал бы слона. Там к вам соседка пришла, заодно разведай, что они со Светкой делают и когда уйдет.

Честно, я хотел ему ответить, что расскажу все родителям, но я сдержался. «Мне уже тринадцать. Сам разберусь», — подумал я, но, стоило мне увидеть после возвращения, что этот наглец почти лежит на моей кровати и читает мою книгу, не сдержался:

— Это моя комната, иди в Светкину!

— Что-что? Я плохо слышу. Кто там пищит? Подойди поближе.

Подойдя, я поставил тарелку с бутербродом на стол и, сложив руки на боках, сделал боевую стойку.

— Вали, а не то врежу!

— Пффф! Что? Ты мне? — он продолжал лежать, поглядывая из-за книги своими узкими глазами, которые стали еще уже из-за насмешки. — Попробуй! Гномы на меня еще не нападали.

Тринадцать лет. Откуда там могла взяться рассудительность и сдержанность? Навалившись на него сверху, я стал колотить его по бокам.

— Пффф! Ха-ха-ха! Ой, хватит. Ты дерешься, как девчонка. Ха-ха-ха! Я не буду бить девочку. Хватит! Я от смеха скорее откину коньки. Ха-ха-ха!

С каждой его фразой мой напор ослабевал, и он, обхватив меня руками, перевернул на спину. Теперь сила была на его стороне. Я лежал, скованный его руками, и первые слезы уже пытались вытечь из моих глаз.

Тогда мне казалось это таким унизительным и обидным. Конечно, он старше, сильнее, еще и обзывается. Не удивительно, что я заревел.

— Тише! Ты чего?! Прям, точно, как девчонка. Маленькая плаксивая девчонка — гномик. Курносый, нос красный, сопливый… — Я почувствовал, как он чем-то протер под моим носом, и открыл глаза. — Глаза заплаканные…

Он запнулся и уставился на меня, словно до этого не видел.

— Успокоился? — спросил он, продолжая смотреть на мое лицо. Захотелось отвести глаза в сторону. Парень расслабил хватку и отпустил меня. — Поиграли и хватит. Книгу я возьму почитать.

Возразить я не успел, в комнату заглянула Светка.

— Сергей, она ушла. — Отвернувшись к ним спиной, я услышал, перед тем как дверь закрылась: — Ты скучал?

— Еще как!

========== Часть 2 ==========
Знаете, я всегда быстро привыкал к вещам. В моей комнате на полке до сих пор занимают небольшое место комиксы, подаренные мне Сергеем.

Я отлично помню, как он подарил мне первый.

— Держи, гном! — подойдя сзади, он положил красивый глянцевый журнал  на мою тетрадь по математике.

— Что это?

— Комиксы. Дети такое обожают. Нравится?

— Я не ребенок!

— Ребенок-ребенок! — он ухватил меня за щеки и ущипнул. — А еще ты маленький злой гном.

Я устал ему уже повторять, но он продолжал каждый раз, когда приходил, дразнить меня и обзывать Гномом.
Когда я стал привыкать к этому? Когда мне стали нравиться его вторжения в мою жизнь? Я не помню. Были дни, когда он приходил и мог часами сидеть в моей комнате, рассказывая забавные истории из жизни. И в какой-то момент я даже подумал, что хотел бы, чтобы вместо сестры у меня был такой брат, а потом произошло то, что изменило мою жизнь навсегда.

Я четко помню, что это произошло в пятницу, тринадцатого числа. В школе отменили последний урок, и я вернулся домой раньше. На пороге стояли знакомые ботинки. Когда дверная ручка в спальню Светы провернулась, я даже не подумал, что входить нельзя. Они лежали обнаженные, по крайней мере, он. Это первое, что я увидел — смуглое голое тело, повернутое ко мне спиной. Закрыл дверь я моментально.

Они же всегда закрывали дверь, почему в тот день не закрыли, я не знаю. А еще я не знаю почему, но той же ночью мне приснилась смуглая спина, которую я целовал и терся об нее своим телом. Я словно чувствовал исходящее тепло. Оно опускалось все ниже и ниже… Тело задвигалось рефлекторно, и я… Улетел. Открыв глаза, понял, что это всего лишь сон, но мокрые трусы говорили иначе.
Я испугался, что об этом узнают. С тех пор я стал стирать свое белье сам.
    
========== Часть 3 ==========

Моя жизнь резко изменилась. Она напоминала американские горки: находясь с ним наедине, я словно поднимался в рай, но стоило появиться Светке — и я падал в ад. Тогда я точно знал, что влюблен в него, а вот сестру я ненавидел. Ее поступки и слова раздражали. На все упреки и поучения хотелось огрызаться и хамить. Родители решили, что у меня начался переходной возраст, и оправдывали этой причиной все мои заскоки, а их было немало. Самое безобидное из них — надпись на двери моей спальни «Не влезай — убьет».

— Тёма, встал и помыл посуду! — Сестра залетела в гостиную, когда мы с Сергеем играли на приставке.

Я даже и не подумал осчастливить ее ответом, продолжая играть. Светка преградила своими костями экран телевизора.

— Я кому сказала?!

— Света, ты чего? Мы доиграем и помоем, — вступился за меня Сергей и взъерошил волосы на моей голове, — правда, гном?

— Нет, так не пойдет! Его очередь, пусть вначале помоет, а потом играет. Я вам в домработницы не нанималась.

— Ну, Светик! — Сергей похлопал по дивану возле себя. — Присядь, солнышко.

«Солнышко! И почему это она солнышко?! Рыжая стерва, вот кто она!», — вот какие мысли были у меня тогда.

Как меня бесили все их обнимания! Я не выдерживал и уходил прочь. Злился, психовал, а по ночам видел сны, в которых он был моим и только моим. Он ерошил мне волосы перед тем, как поцеловать. Не так, как ее - к моим губам он прикасался нежно, едва заметно, и это был самый прекрасный поцелуй в моей жизни. Да, я точно его любил… Недолго, но любил.

Закончилось все так же быстро, как и начиналось. Сестра ревела в ванной, слышно было на всю квартиру. Оказалось, он бросил ее. Ничего не сказав, просто уехал учиться.

И знаете, я радовался этому факту, пока не осознал, что он бросил и меня. Наступил месяц терзаний и мучений, за которым последовало облегчение. Я был таким дураком! Чем бы это могло закончиться? Узнал бы он, и что? Посмеялся бы надо мной, обозвав в очередной раз глупым гномом, и все.

Нет, меня не бросили, потому что ничего и не было. Мои фантазии так и остались во снах еще долгих три года, пока я не встретился с первым парнем. А вот Светка забыла о нем еще быстрее. Ее новый парень был совсем не похож на Сергея. И это хорошо, потому что отношения с сестрой стали налаживаться. Я искренне радовался, когда она решила выйти замуж на третьем курсе института.
Жизнь наладилась, я вырос, и теперь вряд ли кто-то назовет меня гномом, поступил в институт, нашел подработку и встречаюсь с парнем. Мммм… Четвертым… Нет! Пятым! Точно, пятым. Пока еще могу пересчитать на одной руке. Только не нужно думать, что я ветреный. Избирательный — да, но только не ветреный. Если на то пошло, то и похвалиться сексуальными успехами не очень-то и могу. Хотя…


Наши дни

— Эй, патлатый! — раздался голос за спиной.

На секунду мне показалось, что это глюк, связанный с моими воспоминаниями.

Обернувшись, я замер, не веря своим глазам.

— Да-да! Ты! Подойди сюда! — на служебной парковке возле автомобиля стоял Сергей. Повзрослевший, солидный, но Сергей. Он помахал мне рукой, чтобы я подошел.

Представляю, как я выглядел со стороны, пытаясь привести себя в порядок. Надо же, чтобы он увидел меня именно в этой униформе.

— Чего шаримся? — задал он вопрос прямо в лоб, когда я подошел ближе.

— Я?

— Ты! Я уже десять минут наблюдаю, как ты куришь, ты читал штатное расписание? Перекур — пять минут. Из какого отдела?

— Кондитерка, — ответил я, понимая, что он меня не узнал.

— Кондитерка с такими-то патлами? Черт, нужно уволить менеджера по персоналу. Сначала его уволить, а потом тебя! Быстро взял сумки из багажника и отнес в кабинет управляющего. Живо, чего уставился?!

Это не он! Этот мудак не может быть человеком, в которого я был влюблен.

— Сам бери и неси, ясно? Нашел носильщика! — развернувшись, я сделал шаг, но за униформу сзади схватили и потянули назад.

— Чего?! Ты хоть знаешь, с кем разговариваешь?! А ну, быстро мне имя и фамилию и можешь собирать вещи. Ты уволен!

— Елисеев Артем. И я сам увольняюсь!

Повернувшись к нему лицом, посмотрел на него в упор. Его гневный взгляд стал помягче, словно он пытается что-то вспомнить.

— Елисеев… Артем… Подожди, ты гном?!

— Сам ты гном! Я уже сто семьдесят семь сантиметров ростом!

Одернув его руку, держащую меня за рукав, развернулся и пошел в сторону служебного входа.
Черт! В моих мечтах я представлял нашу встречу по-другому. Мне казалось, он меня сразу узнает и обнимет, как в старые времена, а он… Мудак он!

========== Часть 4 ==========

— Тёма, подожди! — догнал он меня у самого входа, перегородив дорогу. — Погорячился я! Только приехал с собрания акционеров. Выгреб по полной программе за продажи и жалобы на обслуживание… Черт, гном, это точно ты?
Он уставился на меня, словно не веря.
— Подумать только, это ты! Вымахал как! Когда успел?
— В четырнадцать.
— Правда? А сколько тебе сейчас? Изменился, не узнал бы тебя, встреть на улице, — а так типа узнал! — Вытянулся, волосы отрастил. Тебе, между прочим, не идет, словно педик. Только нос остался, как и прежде, курносый. Иди, обниму тебя, что ли!
— Не хочу. Я не ребенок, — попытался вывернуться я, но все равно попал в его объятия.
— Да уж! Точно не ребенок, почти с меня ростом. — Он еще сильнее сжал меня. Запах свежести и лайма, исходящий от него, окутал меня, словно одеялом. — А худой какой! Ты же лопал все подряд, куда подевался жирок на боках?
— Отпусти, на нас смотрят, — попытался я освободиться после его попытки ухватить меня за живот.
— Пусть смотрят! Мы же были с тобой друзьями.
— «Были» в этой фразе самое главное слово.
Сергей отступил на шаг, но сжимать плечи не перестал.
— Эй, ты чего, гном?.. Ты что, не помнишь, как нам было весело вдвоем?
— Не помню. Помню, как сестра ревела из-за того, что ты, перед тем как бросить ее, сказал, что не веришь в отношения на расстоянии.
Его слегка приподнятое настроение поубавилось, но при этом он все равно не отпустил мои плечи.
— Было дело… Но теперь ты подрос, и мы можем говорить, как мужчины. Не хотелось мне серьезных отношений. А другой город, другие интересы, другие девушки… Ну, ты меня понимаешь… У самого хоть девушка есть?
Сама постановка вопроса меня разозлила:
— «Хоть»? Ты считаешь, что со мной никто не захочет встречаться?! — и попытался спихнуть его руки.
— Да ладно тебе! Обиделся? Совсем как в детстве. Небось, девчонка у тебя такая же неформалка, как и ты?
— Так и есть, точно такая же, — в прямом смысле этого слова.
— Девушка патлатая, это еще куда ни шло, а ты какого волосы отрастил?
Чего он прицепился к моим волосам, словно других разговоров нет? Еще и не отпускает, словно я убегу. Куда я денусь, если у меня ноги отказывают, когда смотрю на него.
— Не нравится —  не смотри. Между прочим, это модная прическа сейчас.
— Правда? Что-то я отстал от моды. Черт, все равно не верится, что ты вырос!
— Вырос, даже скоро стану дядей.
— Дядей?..
— Светка ждет ребенка, — я посмотрел на него, ожидая какой-то особенной реакции.
— Поздравляю. Передавай привет.
«Передавай привет» и вся любовь, а где же «солнце»? Видно, в детстве я сильно преувеличивал их отношения. Или так всегда бывает, когда заканчиваются отношения… Да ну, нафиг! Из моих бывших ни один не передал бы мне привет. Скорее, пошлют куда подальше.
— Послушай, гном, а что ты делаешь сегодня вечером?
Неожиданный вопрос. Что же я делаю?.. Кроме того, что сегодня у меня вроде как стрелка с парнем…
— Я вроде как уволен.
— Да брось, я же уже извинился.
— Тогда я работаю до десяти вечера.
Сергей улыбнулся.
— И это все?
— А что?
— Я подумал, может, мы выпьем и поболтаем как в старые времена.
— Выпьем, как в старые времена? Что-то новенькое.
Сергей засмеялся.
— Поболтаем. Гном, как же я по тебе скучал. Ты стал такой язвой! Нужно будет заняться твоим воспитанием.
— Поздно. Ты пропустил самые главные годы, теперь меня не изменить.
— Это мы посмотрим. Иди, работай, а вечером поговорим.
Когда я развернулся от него в другую сторону, выпустил наконец-то весь воздух из легких. Да уж! А сердечко-то по-прежнему шалит при виде него.
— Гном, постой! — пришлось повернуть голову в его сторону. — Сумки отнеси.
— Да ну, нафиг!
— Вот язва!

========== Часть 5 ==========
Неожиданно… Это точно… А главное, чего это я так быстро согласился встретиться с ним? Словно и не было пяти лет. Он остался прежним — такой же веселый… Красивый… Черт! Это все мои фантазии. Въелся мне его образ в голову и не дает спокойно жить.
Иногда мне кажется, что именно в нем кроется причина моих неудач в отношениях с парнями. Я выдумал себе идеального парня и ищу его в других. По крайней мере, в первых попытках было именно так.
Хотя нет. Было время, мне даже казалось, что я влюбился, когда встретил своего первого парня. Это был тот случай, когда отношения развивались молниеносно. Списались, встретились, и в первый же вечер случилось все, о чем мечтал и чего боялся. Костя был внешне очень похож на Сергея, по этой причине все случилось, как случилось. Увидел фото, написал, он ответил, и я обрадовался, как ребенок, когда получил ответ с взаимной симпатией. Он, естественно, был старше меня, опытнее и знал, чего хочет, в отличие от меня. Тот вечер я запомнил на всю жизнь, это был единственный мой опыт в пассивной роли. До сих пор вспоминаю, какой я был наивный. Смейтесь сколько угодно, но я думал, что это будет прекрасно… И это было так, пока мы смотрели друг на друга, обнимались и целовались. А потом… Не то… Совсем не то, что я хотел. Ему нужен был секс, а мне… Любовь. По крайней мере, я так думал. Мы встретились еще пару раз, но из этого больше ничего не вышло. Разница в возрасте, интересы, а главное, мы не сошлись в желаниях.
После такого опыта я выбирал парней моего возраста, хотя в их внешности всегда присутствовали желанные черты. Но даже возраст не спасал от ощущения «не то». Все заходило очень быстро в тупик. Знаю, я сам виноват, мне бы следовало быть более гибким в отношениях и хотя бы попытаться спасти ситуацию, но я разворачивался и уходил. Поэтому ни один из моих бывших не вспомнит обо мне ничего хорошего. Один называл эгоистом, второй обвинял, что я не могу сложить себе цены. Все они считали меня самовлюбленным придурком, а я всего лишь искал… Его.
А теперь встретил. Вот он, где-то совсем рядом, в соседнем помещении, и что с этого? Ничего. Он остался прежним. Таким же желанным и недосягаемым. Гетеро до кончиков пальцев, каждой молекулой своего тела. Что мне от его близости? Пойду я с ним, и что это изменит?
Еще и встреча с Мишкой… Моя попытка номер пять. Самая продолжительная попытка, между прочим, — четыре месяца. И успех этих отношений только в том, что он полностью не соответствует образу. Он другой и внешне, и по нраву. Парень — зажигалка. На таких я никогда не обращал внимания и не обратил бы, если бы он не был таким настырным. Он именно такой — упертый, взрывной, не обращающий внимания на чужое мнение. Почему же я связался с ним? Не знаю… Я отказал ему ровно тринадцать раз. Я считал. Именно столько раз я отклонял его сообщения о встрече на сайте знакомств. А на четырнадцатый мне стало уже интересно посмотреть на этого кретина. Это случилось четыре месяца назад, теперь страдаю за свой любопытный характер.
Почему именно сегодня мы договорились о встрече?
— Алло, это я, — набрал я Мишку, чтобы отменить встречу.
— Ничего себе! Кого я слышу! Неужели ты позвонил, чтобы сказать, что скучаешь? — его манера разговаривать иногда конкретно раздражает.
— Нет. Я звоню сказать, что сегодня не могу.
— Опять! И что на этот раз?
— Поздно освобожусь и завтра на пары.
— Послушай, не эта ли причина была в прошлый раз? Придумал бы что-то поинтересней.
— Послушай, если ты хочешь это обсудить, то я не в настроении. Я позвонил предупредить.
— Засунь свое предупреждение себе в зад!
— Ты хотел сказать в твой зад.
— Нет! Сегодня в твой!
— Пока.
— Пока, придурок!
Вот так всегда, а через час позвонит как ни в чем не бывало.
Я почти оказался прав — пришло сообщение в виде смайлов, которые трахаются в кровати. Ну что за парень! Наверное, отходчивость и нравится мне в нем. Сколько раз уже мы могли разбежаться, если бы не его черта первым идти на примирение. Хоть кто-то терпит меня.
Время тянулось так долго, что казалось, будто вечер никогда не наступит. Не то чтобы я ждал, просто кому, скажите, не интересно, чем живет его первая любовь? И знаете, еще вчера я хотел бы, чтобы он постарел, стал обычным парнем, у которого скучная жизнь и бытовуха, поглотившая его с головой. Тогда, может быть, не было так обидно, но стоило мне его увидеть, и я словно вернулся в прошлое. Я жду вечера, как когда-то, сидя в своей комнате, ждал его прихода.
Что, если он не придет? И вообще, мы не договорились, где встретимся и во сколько. А может, я не так расслышал? Или…
— Гном, ты почему еще не переоделся? — услышал я за своей спиной и чуть не выронил упаковку конфет, которую пытался поставить на верхнюю полку.
— Черт, не подкрадывайся сзади! Испугал! — я повернулся к нему, и наши тела оказались совсем близко друг к другу.
Сердце застучало.
— А помнишь, ты?..
— Сколько времени? — перебил я его, попытавшись отступить, и стукнулся головой об полку, на которой ящик выступал вперед.
— Осторожно! Еще голову пробьешь, — он провел рукой по моей голове. — Больно?
— Нет. Все ок! Я пойду переоденусь.
Развернувшись, я удрал в раздевалку.
Черт! Надеюсь, это не показалось ему странным. Сам не знаю, почему меня так подбросило.
Все, хватит думать о нем! Он обычный знакомый, который встречался с моей сестрой. Сейчас мы пойдем в бар, посидим, поговорим, и все. Ничего не изменилось с его появлением.
— Готов? — спросил он, увидев меня, и замер. — Что это?!
Судя по взгляду, этот вопрос был адресован моему прикиду.
— А что?
— Как тебе сказать… Твои штаны слегка пострадали…
Да знаю я! Только он ведь не в курсе, куда я собирался после работы. Оделся я так ведь с утра, а в планах у меня никак не было похода в музей.
— Это модно. Если тебя что-то смущает, мы можем никуда не идти…
— Да нет… Просто я точно отстал от моды… Как, говоришь, называется этот стиль? — он явно решил поиздеваться.
— Проехали! Идем или как?
Я пошел впереди, ощущая его взгляд. Оказавшись на улице, он задал вопрос, который заставил меня обернуться:
— Извини, но мне интересно, а на заднице разрез - это для каких целей?
— Это обманка, там накладка, а не голое тело.
— Это понятно, но зачем?
— Для красоты.
Развернувшись, я опять продолжил свой путь к парковке. Он следовал за мной.
— Во как? Что-то и в красоте я перестал разбираться… И куда можно пойти в такой красоте, может, зайдем для начала в магазин? У тебя здесь случайно что-то не выпадет?
От неожиданного хлопка я чуть не споткнулся.
— Ты рехнулся?! — обернувшись, я легко толкнул его в грудь.
— Это ты рехнулся, такое надеть. Патлы, рваные шмотки. Куда делся мой милый гномик? Ты стал похож на гремлина.
— На себя посмотри! Старик!
— А ну, иди-ка сюда! Придется мне кого-то сейчас наказать.
Он сделал попытку меня достать рукой.
— Сначала поймай!
Представляю, что подумали люди на паркинге — солидный мужчина в костюме ловит хулигана.
Он почти поймал меня, когда со стороны раздался знакомый голос.
— Тёма?! — возле магазина стоял Мишка и наблюдал за нами.
Я остановился, и в этот момент Сергей и поймал меня.
— Ну, и кто старый?! Сейчас ты ответишь за свои слова!
— Отпусти.
— Нет, сначала извинись и скажи, что не прав.
— Хорошо, я не прав, отпусти.
Видно, он заметил, что за нами наблюдают, и отпустил.
— Кто это?
— Друг. Подожди минутку, — я направился к Мишке, по виду которого было видно, что фитиль уже горит.
Подошел я к нему очень близко, чтобы не было слышно, о чем мы говорим.
— Ты что тут делаешь?
— Жду тебя, а ты, по всей видимости, меня не ждал увидеть.
— Мы же договорились, — повернув голову, я посмотрел на Сергея.
Тот внимательно за нами наблюдал.
— О чем? Ты сказал, что поздно закончишь. Вот я и решил сделать тебе сюрприз, — достав сигарету, прикурил и сунул мне в рот. — Что за чел?
— Бывший парень сестры.
— А мне показалось совсем другое…
— Не начинай! Мы в детстве были близки. Случайно встретились.
— Я и смотрю, что очень близки. А он в курсе, что ты гей?
— Нет.
— Прикинь, как он удивится.
— Миша, не гони.
— Это ты мне не гони!
Он заорал, чего и следовало ожидать.
— Тёма? — Сергей стал двигаться в нашу сторону. — Все нормально?
— Нормально, мужик! — ответил вместо меня Мишка. — Правда, Тёма? Ты иди, мужик, куда шел. Нам с Тёмой нужно пообщаться.
— Тёма? — Сергей стоял в метре за моей спиной.
Нужно знать Мишку, чтобы понимать ситуацию, в которой я оказался. Смотря мне в глаза, он ухмыльнулся и подмигнул. Нужно было быстро принимать решение.
Я повернулся в сторону Сергея.
— Сергей, все нормально. Тут нарисовалось срочное дело. Извини.
Сергей с подозрением посмотрел сначала на меня, потом на Мишку.
— Точно нормально? Может, нужна помощь?
— Ты глухой, мужик? Тебе сказали — все нормально, — рука с сигаретой опустилась на мое плечо.
— Я не тебя спрашивал! Тём?..
— Все хорошо. До завтра. Миш, пойдем.

========== Часть 6 ==========
— Ну, и?! — первые слова, которые произнес Мишка, когда мы оказались  метрах в ста от парковки.
— Что, и?
— А ты вроде не знаешь?!
— Я знаю, что ты тупой кретин! Какого ты вообще приперся?
От резкой остановки и толчка я повалился на клумбу в своих новых штанах.
— Вы только посмотрите на него! Может, мне еще извиниться, что помешал тебе мужика клеить?!
Осмотревшись по сторонам, я даже обрадовался, что работаю в вечернюю смену и народа на улице почти нет.
— Погромче скажи, а то еще не все в курсе, что мы голубые.
— Это я голубой, а ты, знаешь, кто?!
Догадываюсь.
Встав и поправив одежду, я посмотрел на своего патлатого парня, который нервно пытался подпалить сигарету.
— Миш, что с тобой сегодня не так?
— Со мной? У меня точно все нормально, просто уже надоели твои закидоны.
— Надоели — так иди домой.
— Я уйду. Уйду! Только кому ты такой нужен, кроме меня?
Ну, начинается! Каждый раз, когда приревнует, начинает рассказывать, что я урод. Может, если бы он был у меня первым, его слова возымели бы действие, но сейчас это просто раздражало.
Выслушав всю браваду до конца, я вытащил недокуренную сигарету из его рта:
— Ты закончил? Мы можем идти домой?
Его словно подменили, куда делась та истеричка, которая вселилась в него?
— Твои на даче?
— Да.
— Сразу сказать не мог? — как ни в чем не бывало, забросил руку мне на шею, но потом резко остановился. — Погоди-ка… Ты случайно…
— Ты опять?! Не гей он!
— Он, может, и нет, а ты!.. Тёма, ты сволочь! У него территория свободная, а он с мужиком козленочком прыгает.
До самого дома пришлось выслушать все, что он обо мне думает. Но стоило переступить порог, его рот нашел другое развлечение, чем хоть как-то скрасил испорченное настроение.
Мой полугопник-полурокер уснул, а я еще часа два ворочался и вспоминал прошедший день.
Надо же, бывают такие совпадения. Кто бы мог подумать, что мне придется работать в его подчинении?
Вспоминая наш разговор, его движения, мимику, я все больше убеждался, что ничего не проходит бесследно. Что-то по-прежнему пытается растолкать мою грудную клетку изнутри и вырваться наружу. Может, это детская обида за то, что бросил меня, а может…
Сергей… С-с-сергей…
***
— Тёма! Скотина! Ты проспал!
Знаете, что значит слово "западло"? Это когда ты привел парня домой, когда нет дома родителей, а утром почему-то приперлась сестра. Да еще и не просто пришла и тихо ушла, а стала над кроватью и давай вопить на всю квартиру.
— Света, не ори! Я встаю. Все нормально, успею. Только не начинай. Подумай о ребенке, дыши глубже!
— Ты ничего не путаешь, Тёмочка?! Это ты будешь вон ему говорить, — ткнув в сторону потягивающего спросонья Мишки. — Привет, Мишаня.
— Привет, ты что, уже рожаешь? — спросил он как ни в чем не бывало.
— Это мой братец родит, если не успеет на экзамен. Ты, между прочим, тоже получишь, понятно?
— А я тут при чем? — возмутился мой недорокер, соизволив натащить наконец-то штаны.
— Значит так, я вам не нянька, ясно! То, что я вас покрываю, это еще не значит, что буду и дальше терпеть. Я просила не прогуливать пары?
— Так мы…
— Знаю, что вы! Мать опять жаловалась, что ночью приходишь поздно. Ты же знаешь, ей не нравится, что ты водишься с Мишкой.
Для Мишки не было секретом, что моим родителям не сильно нравится наша дружба. О том, что эта «дружба» имеет другое значение, кроме Светки пока еще никто не догадывается. Но вместо этого родительская фантазия пошла другим путем, обвинив моего парня во всех других грехах. Хотя в глаза об этом мне не было сказано, но разведка в лице сестры донесла мне все подробности родительского беспокойства. Переубеждать их в обратном на тот момент показалось мне обидным, пришлось продолжать изображать проблемного сына. Мой бюджет, как студента, быстро урезали, поэтому и пришлось искать подработку в вечернее время. Вот и появление утром сестры тоже не было сильным сюрпризом. Контроль за мной в отсутствие родителей падал на ее хрупкие плечи, даже несмотря на внушительных размеров живот.
Что же насчет того, как она узнала о моей ориентации, то это была совсем смешная история. Я совсем потерял бдительность, когда сестра стала жить отдельно со своим парнем. Кто же знал, что она может прийти в мое отсутствие и решит проверить почту. Функция автозаполнение паролей сработала на отлично. Моя сестра не только изучила сообщения, но и успела ответить на них так называемым «растлителям малолетних». Сколько пришлось выслушать мне, я даже не буду вспоминать. Это был один из дней, когда тебе кажется, жизнь окончилась, но ничего, как ни странно, сестра очень быстро свыклась с моей ненатуральностью. Даже всех моих парней она знала заочно в лицо. Первым же познакомленным лично стал Мишка, и то это была, скорее, его инициатива.
Так и живем, как на вулкане. Всегда есть вероятность быть застуканными.
***
На экзамен я успел и даже сдал его на отлично. Поэтому настроение вечером, когда явился на подработку, было приподнятым. А может, причина была и в другом, но сознаться в этом даже себе я не хотел. Даже когда мне сообщили, что Сергей Николаевич вызывает меня в кабинет, и сердце застучало, как бешеное, я еще пытался все отрицать.
То, что он примажоренный парень, я знал еще со времен его встреч со Светкой, поэтому обстановка его кабинета и наличие смазливой секретарши меня ничуть не удивило, а вот его отношение ко мне сразу опустило с небес на землю.
Холодный взгляд и деловой голос.
— Присаживайся, Артём.
Его поведение мне показалось странным — минут десять он что-то изучал на экране монитора, полностью игнорируя мое присутствие. У меня даже заболела спина сидеть ровно, как школьник.
— Итак, рассказывай, — наконец-то обратился он ко мне.
— Что? — переспросил я, смотря в его слегка раскосые глаза.
— Все. Я бы хотел услышать это лично от тебя.
— Я даже не знаю с чего начать… — и это реально так.
— Хорошо. Как давно ты таким увлекаешься?
Честно, первое, что пришло на ум, это поза…
Да ладно! Это точно не то, что он пытается от меня услышать.
— М-м-м… Чем именно? — лучше переспросить, чем сболтнуть лишнее.
По его взгляду, ушедшему в потолок, я понял, что ответ его не устроил.
— Значит, будем говорить, как взрослые люди… Я много видел таких, как ты и твой друг, и мысль, что ты докатился до такого, не давала мне спать всю ночь. Знаешь, я терпеть не могу подобного, но, вспоминая, каким ты был ребенком, даже корю себя, что меня не было рядом и я не уберег тебя от такой ошибки. Я думал-думал и решил. Это еще все поправимо. Я тебе помогу, но ты должен довериться мне.
Я смотрел на него почти с открытым ртом.
Он, наверное, шутит! «Думал-думал»? «Поправимо»?!
— Ты готов начать новую жизнь вместе со мной? — тут моя челюсть и отвисла.
— Ну, я не знаю…
— Что там знать? Просто пописай в пробирку.
— Что?! — мне показалось, я ослышался, потому что слабо соображал, пытаясь вникнуть в суть разговора.
— Хорошо. Просто скажи, на чем сейчас сидишь.
Опустив глаза на стул, я хотел ответить, но, славу богу, ко мне вернулся здравый смысл.
Черт! Он думает, я наркоман!
— Я не наркоман!
— Все так говорят. Ты думаешь, это просто баловство, а потом и не заметишь, как окажешься в зависимости.
— Да ничем я не балуюсь!
— Ладно. Тогда просто наполни эту пробирку мочой.
Тут я, конечно, уже не удержался:
— Может, тебе еще и подрочить в нее?!
— Подрочить?.. — он уставился опять в экран. — Нет, подрочить, наверное, не подходит…
Вот это я попал!
— Я не буду ссать в пробирку!
— Тогда я буду вынужден поговорить с твоими родителями.
Тут-то я чуть и не ляпнул ему, что я гей, но, на секунду задумавшись, выбрал другой вариант.
— Давай свою пробирку!
— Только в моем присутствии.
Ну, все! Сейчас скажу!
Но вместо этого произнес:
— Пойдем!

========== Часть 7 ==========
Я сказал «пойдем», но, если честно, даже понятия не имею, как он себе это представляет.
То есть я, здоровый мужик, должен сейчас в присутствии другого заполнить жидкостью пробирку? Расстегнуть ремень, ширинку и, спустив штаны, вытянуть при нем… Да ну! У меня были фантазии что-то наподобие этих, но никак не связанные с пробиркой.
Я приостановился на секунду возле дверей туалета для персонала в надежде, что он скажет: «Я пошутил», но вместо этого он легонько толкнул в спину:
— Давай-давай!
Что за!.. Я не обязан этого делать!
Переступив порог, я остановился возле кабинки и резко повернулся к нему лицом:
— Я не буду!
Сергей стоял с серьезной миной на лице, нервно сжимая пакет.
— Вот видишь, ты уже не прошел первой проверки. Значит, это правда, и тебе есть, что скрывать.
Черт! Да, есть что скрывать! И это «что-то» может повести себя неадекватно. Я скрытый гей и хочу им остаться. А при этой ситуации, боюсь, эрекцию будет трудно контролировать.
— Хорошо, я нарик! Уволь меня, и на этом конец!
— Уволь его. Ты только сделал первый шаг к излечению. Я не брошу тебя.
Да какого!.. Все его фразы смахивают на речи пастора из воскресных программ.
— Я не хочу лечиться, мне и так хорошо!
Я попытался обойти его справа, но он преградил мне дорогу рукой, оперевшись о стену.
— Сейчас не стоит вопрос - хочешь ты или нет. Мне нужна информация: на чем сидишь и как долго — это раз…
— Ты нормальный?! Ты вообще кто такой? Какое ты имеешь право? Ты мне брат, отец или, может, мать родная?! Я сказал, что не стану, значит, не буду. Руку убрал!
— Это хорошо, что ты вспомнил и маму, и отца. Если мы сейчас с тобой не договоримся, придется мне посетить их с визитом.
Только этого мне и не хватало. Уж они давно ждут такую новость. Им только дай повод, и никакие доводы не помогут.
— Грязно играешь.
Я попытался вложить в свой взгляд все презрение, но реакция была нулевой.
— Шуруй в кабинку, гном с лицом обиженной Белоснежки.
— Давай, нафиг, свою пробирку! — со злостью открыл кабинку и протянул руку.
— Не так быстро, я должен убедиться, что ты не мухлюешь.
Честно, насколько он мне нравился, настолько сейчас я был зол.
— Хочешь — смотри! — Я развернулся к нему и стал вытаскивать свои причиндалы.
Он ухмыльнулся и, мельком глянув, сделал вывод:
— А ты действительно вырос. И не только вверх.
Зашуршал пакет, и он, все же отвернувшись вполоборота, подал мне емкость.
Это пипец какой-то! Так нелепо я не чувствовал себя никогда.
— Ну что там? — он, как назло, подгонял меня. — Может, воду включить, чтобы журчала?
— Бля! Ты можешь помолчать?!
Я не могу описать свое состояние в этот момент. Мне словно кто-то пережал канал.
— Тут у меня еще есть специальное приспособление для забора мочи. Дать?
— Черт! Засунь себе его знаешь куда?! Черт-черт! Черт-т-т!
То, что я из себя выдавил, было жалкими каплями.
— Ты все? Давай сюда. Ты знаешь, что это у тебя из-за той дряни, которой ты пичкаешь свое тело? Следующий этап, между прочим, импотенция. Ты же еще совсем молодой, а гробишь свое тело.
Читая мне нотацию, он распаковал какую-то упаковку и сунул что-то в пробирку.
— Мда… — издал он звук, рассматривая итог своих махинаций.
— Что?
— Что за дрянь ты употребляешь?
Теперь и мне стало интересно, что он там мог увидеть. Подойдя сзади, я заглянул ему через плечо.
Что там такого может быть?
Сергей резко повернул голову, и наши носы соприкоснулись. Раскосые глаза смотрели в мои. Сердце застучало.
— И что теперь с этим делать? — спросил он меня, не отодвинувшись и на миллиметр.
Его губы совсем рядом. Я не знаю, с чем и что он собрался делать, а вот с моей эрекцией уже что-то нужно предпринимать.
— Это тест на самые распространенные наркотики, но он ничего не показал. Придется мне тебя осмотреть.
Осмотреть… О, да! Я бы тоже хотел тебя осмотреть.
От его близости у меня поплыли мозги.
— Ты хочешь здесь? — спросил я, смотря на его губы.
Мне уже было все равно, что он ответит. Хотелось…
— В кабинет пойдем, — сказал он вполне спокойно. — И прекрати кривляться и строить из себя гомика.
Выбросив пробирку и содержимое пакета, он помыл руки и, посмотрев в зеркало, поправил галстук. Все это время я смотрел на его отражение в зеркале.
— Ты и сейчас под кайфом? У тебя странный взгляд.
Еще под каким кайфом! Меня просто плющит не по-детски от взгляда на него. Валить… Валить с работы нужно… Или его?..
Мокрая рука похлопала по моему лицу.
— Надо же так обдолбаться! Видел бы ты себя со стороны.
Его рука снова набрала воды и прошлась по моему лбу, опускаясь вниз. И я сделал то, что так хотелось, — лизнул его ладонь.
— Ах, ты ж! Маленький мерзкий гном! — ухватив меня за шею, он сунул мою голову под кран. — Остудись, и чтобы через пять минут был у меня!
Черт!

========== Часть 8 ==========
Если бы… Это было в другой жизни или я имел шанс на ошибку… Или хоть малую вероятность, что он не воспримет меня с отвращением, рискнул бы и пошел в его кабинет, но… Я не такой сумасшедший.
Хорошо, что Сергей не стал ждать меня, это позволило мне опомниться.
Умывшись холодной водой, я посмотрел на свое отражение.
«Да уж! Белоснежка из меня тоже не получится».
Действительно, выгляжу не очень: бледный, с синяками под глазами. Поспать бы, конечно, не помешало. Одним словом, шансов — ноль. Рождённый ползать никогда не взлетит. Гетеро никогда не примет гея.
Да пошло оно все! Нужно покончить со всем этим, пока не поздно.
Поправив униформу, я отправился на рабочее место вместо того, чтобы идти к нему. Пусть думает, что хочет. Уволит, фиг с ним! Пусть. Я жил без него пять лет и буду жить дальше. Зачем мне рушить свою жизнь ради секунды? Хотя… Такой желанной. Что бы я успел сделать за эту секунду? Поцеловать? Черт! Лучше не думать об этом!
Разгружая ящики с конфетами, я даже не заметил, что кто-то подошел сзади.
— Ты издеваешься?! Я жду полчаса, а он тут ящики перекладывает.
Собрав силу в кулак, продолжая работать, я так и не повернулся к нему.
Кто издевается, так это он, мучая меня своим присутствием.
— Тёма, ты слушаешь меня?! Повернись и смотри на меня, когда с тобой разговаривают.
Черт! Достал!
Поднявшись, выпрямившись, я посмотрел на него.
— Так-то лучше. Теперь ответь, в чем твоя проблема?
— У меня нет проблем, — сложив уверенно руки на груди, я старался смотреть прямо на него.
— Давай я буду делать выводы, а не ты. Если ты убегаешь и прячешься от меня, значит, я прав. Только не думай, что я это так оставлю.
— Я не убегаю. Мне нужно работать, — попытался я остановить его бред, но получил в ответ лишь злобный взгляд.
— Здесь я решаю, кому и когда работать, ясно? Так что будь так любезен, пройди в мой кабинет!
— А то что? — спокойно ответил я, не отводя взгляд. — Уволишь? Мне собрать вещи?
— Мы сейчас не это обсуждаем, — он понизил голос и осмотрелся по сторонам. — Ты просто не понимаешь, во что это все может вылиться.
Это я-то не понимаю? Это он не совсем в курсе, как мне тяжело стоять вот так и смотреть ему прямо в глаза.
— Или увольняй, или не мешай работать, — отвернувшись, я продолжил переставлять ящики.
Видимое спокойствие давалось мне с трудом от ощущения его взгляда на моей спине.
— Хорошо. Работай, но не думай, что это конец разговора.
Он ушел, а я наконец-то облегченно выдохнул.
Однозначно нужно менять работу. Остаток вечерней смены прошел без эксцессов, если не считать звонка Мишки.
Он вроде как бы позвонил узнать насчет экзамена, но в конце, слегка поменяв тему, обернул все так, что сегодня он снова ночует у меня. Умеет же! Сколько я ловил себя на мысли, что этот парень умеет манипулировать людьми, и снова попался на его уловку. Но если честно, сегодня я и не хочу оставаться один. Хватит того, что до конца рабочего времени я только и делал, что думал о Сергее.
В отличие от меня, он все же решил оставить меня в покое. Почувствовал ли я облегчение? Да… Наверное, да… Но если до конца быть честным с собой, то придётся признать — его, даже такое навязчивое, внимание вызывало учащенное сердцебиение. Я продолжал ловить себя на том, что поглядывал в сторону дверей, за которыми находятся служебные помещения.
«Все, хватит! Проехали!» — выдохнул я про себя, как только за мной закрылись двери магазина.
Рабочий день окончен, последний экзамен сдан. Свобода! Нужно радоваться жизни.
Вытянув вместе с пачкой сигарет из кармана кошелек, констатировал факт, что не так уже и много осталось у меня средств, чтобы «радоваться». Урезанное содержание явно сказывалось на дальнейшем моем времяпровождении. Каникулы в этом году пройдут мимо меня. Одногруппники собрались на море, а мне придется затянуть ремень потуже. Ничего, как-нибудь прорвемся, для начала придется взять утреннюю смену в магазине.
Затянувшись, выпустил в ночное небо белую струю дыма.
Может, и не все так плохо? Завтра будет новый день, а сегодня меня возле дома ждет парень, с которым временами даже очень хорошо. Нужно жить реальностью, а не детскими воспоминаниями.
Выбросив окурок, я отправился домой. В воздухе пахло летом, родной двор был окутан полутьмой. Фонари перед подъездами создавали ощущения световых туннелей. Нырнув в очередной темный участок, я испугался, когда в глаза резко ударил свет от включенных фар. Прикрыв глаза рукой, я отступил в сторону. Раздался звук открывающейся двери, и знакомый голос произнес: «Тёма».
Черт! Какого он тут делает?!
— Ты долго. Я уже подумал, что ты не придешь домой.
Убрав руку, я увидел Сергея, стоящего возле машины.
— Что ты тут забыл? Фары выключи, — сказав это, я попытался пройти мимо него, но он меня остановил, ухватив за руку.
— Я же предупреждал, что разговор не окончен. Сядем в машину, поговорим?
— Я устал.
Попытка выдернуть руку не удалась, он сжал сильнее.
— Ваши окна не светятся. Никого нет? Я зайду?
— Ха. Ты помнишь, где находятся наши окна? Может, еще вспомнишь, что ты не сильно хорошо расстался с моей сестрой? Считай, разговор окончен.
В полутьме мне не удалось рассмотреть его реакцию на мой упрек, но сильнее сжавшаяся ладонь свидетельствовала о том, что ему это не понравилось.
— Ты действительно злишься на меня за Светку? Это и понятно... Я же помню, как ты ревновал сестру ко мне и не хотел делить ее со мной.
Что?!
Его слова меня обескуражили. Что значит — ревновал? Да, ревновал, но не ее к нему, а наоборот. Только это ему знать незачем. Черт, оказывается, не так хорошо я прятал свои чувства в детстве.
— Тем более, если тебе все ясно, то зачем ты лезешь в мою жизнь?
— Я хочу исправить.
Он слегка ослабил хватку.
— Что ты хочешь исправить? Светка замужем, ждет ребенка…
Он перебил меня:
— Исправить то, что упустил, расставшись с ней. Может, если бы я не уехал, ты бы не стал таким. Как бы там ни было, тебе нужен был старший брат, который бы не позволил ступить на скользкую дорожку.
Я слушал его и злился еще больше. «Брат»?! «Брат»! Я не хочу слушать эту чушь!
— Чушь! Это все твои тараканы, и они мне не интересны. Я доволен своей жизнью, и не нужно в нее вмешиваться. Если у тебя какие-то мнимые угрызения, сходи в церковь или детский дом. Но мне твоя братская забота не нужна. У меня одна сестра — Светка.
Я снова дернул рукой, но снова безуспешно.
— Гном, — по коже побежали мурашки от его голоса, прозвучавшего как-то странно. — Гном, где тот милый мальчик, что засыпал, положив голову на мои колени?
Ох, он ведь не знает всей правды... Я не спал, просто делал вид. Тогда мне хотелось, чтобы он никуда от меня не уходил. И он сидел. Ждал.
От воспоминаний прошел озноб по телу. Я любил его тогда сильнее, чем кого-либо. Он — моя первая любовь. Первая любовь, держащая меня сейчас за руку. И сейчас со мной происходит то же, что и тогда, — сердце готово выскочить из груди. Нет. Он — не первая любовь, он — единственная, неповторимая привязанность моей жизни. Моя слабость и беда.
Пауза затянулась, я не решался ее прервать, не зная, что ответить. Если бы не голос, раздавшийся за моей спиной, я бы продолжил стоять как дурак.
— Мужик, тебе внятно сказали отвалить.
Обернувшись, я увидел Мишку, который вышел из темноты и остановился под фонарем.
— А я-то думаю, чего это ты так спешишь, — ответил Сергей, игнорируя замечание Мишки. — А у тебя, оказывается, есть дела поважнее, чем разговор со мной.
— Вот именно, мужик! Если не хочешь неприятностей, садись в свою жестянку и катись отсюда.
Мишка явно снова не в настроении.
— Что ты сказал, мартышка?! Это тебе бы свалить, пока я еще не решил, что с тобой сделать.
— Это кто «мартышка»? — Мишка сделал шаг и остановился: — Тёма, что за дела? Ты что-то скажешь или как?
Тут до меня дошло, что я стою между двух парней и просто наблюдаю.
Черт!
— Сергей, послушай…
— Ты реально думаешь, что я послушаю этого ушлепка и уйду?! — не дал мне закончить Сергей и, дернув за руку, отбросил меня к машине. Я чуть не врезался в нее, упершись в багажник рукой.
— Ты что, сука, делаешь?! — раздался крик Мишки за моей спиной.
Какая-то секунда ушла на то, чтобы повернуться, и в этот момент на меня навалились два тела.
Дальше все проходило, как в немом кино с ускоренным режимом. Они, вцепившись друг в друга, стали бороться. Я попытался вмешаться и со всей дури получил в переносицу. Боль невыносимая, за которой последовало чувство теплой вязкой жидкости, хлынувшей из носа.
— Черт! Успокойтесь! — я снова бросился к ним, пытаясь разнять.
Протиснувшись между ними, я попытался растолкать их в стороны.
— Тёма, отойди, я убью эту тварь! — на этот раз Миша оказался взят в обхват мной.
— Успокойся. Успокойся, я сказал! — удержать его было не так просто.
— Ты что, на его стороне?!
— Я ни на чьей стороне. Ты можешь себя нормально вести? — ухватив его одной рукой за затылок, я заставил смотреть мне в лицо. — Уходим, ясно?!
За секунду его выражение поменялось пару раз.
— Значит, так, да? — прижавшись лицом к моему уху, он прошептал: - Скажи ему или я уйду.
Я знаю, что он хочет, чтобы я сказал, но я не могу.
— Миш, не дури.
Он лишь глянул снова в глаза и, отпихнув меня в грудь, ушел.
Да что ж такое?!
— Миш, подожди!
Дорогу мне перегородил Сергей.
— Нет. Даже не думай! Больше никаких нариков.
— Да пошел ты!
Я не выдержал, развернувшись, ушел домой. Стою под дверью, кровь льет ручьем, а на душе так хреново! Мишка обиделся, удрал. Догнать его я бы вряд ли мог, проверено на практике, и не один раз. С Сергеем вообще какой-то сплошной маразм. Нужно что-то менять, но что? Прощение просить у Мишки, это и ослу понятно, а вот что делать с этим «братом»?..

========== Часть 9 ==========
Утро начиналось с плохих воспоминаний и неприятной боли в области носа. Зеркало подтвердило мои подозрения — нос действительно отек и вместо глаз остались лишь два узких разреза.
Вот блин!
От Мишки я ожидал подобного, но Сергей?! Как он вообще такое учудил со своим умением контролировать ситуацию? Да он, сто процентов, и был зачинщиком этой заварушки. Ладно бы Мишка, он уже не первый раз ставит меня в неловкое положение. Однажды даже набросился на моего однокурсника, с которым мы курили возле универа, пришлось долго объяснять потом, что это недоразумение. Если на то пошло, то гей-радар у рокера-неформала дает сбой регулярно, стоит только особи одного со мной пола появиться рядом. И это на самом деле начинает напрягать. Его уверенность, что нам нечего скрывать, конечно, достойна уважения, но не нужно навязывать мне свое мнение. С меня хватило одного случая, когда за мной и одним парнем гналась толпа гопников, заставших нас за поцелуем в парке. Это глубоко отложилось в моей голове. Наша страна — это не то место, где нормально воспринимаются такие отношения. Да и вообще я из тех людей, которые считают, что интимная жизнь не должна выноситься на обозрение общественности.
По этой причине и происходят у нас в основном конфликты с Мишкой. Он гордится тем, что его семья знает о его ориентации, и считает, что я тоже должен на каждом углу стоять и кричать: «Я гей». А я не хочу! Как он этого не может понять? Разные мы с ним, и как ни стараюсь, понимаю, что, кроме секса, ничего нас не связывает. Если честно, еще недавно я хотел, чтобы было по-другому, попытки угодить ему привели к еще большему недоверию.
Вот и вчера опять ультиматум. Трубку он так и не поднял, но соизволил написать смс, где четко расписал свои требования по пунктам. Ничего нового. Так что через два дня явится как ни в чем не бывало.
Умывшись и еще раз полюбовавшись на свое лицо, я решил, что не помешало бы еще поспать, но стоило только голове коснуться подушки, как в дверь позвонили.
Звонок — я и не подумал встать. Второй — я перевернулся на другую сторону. Третий — встав, я отправился к двери с единственной мыслью сломать палец тем козлам, что ходят по домам, предлагая всякую ерунду.
— Вот черт! — раздалось на пороге, как только дверь приоткрылась. — Ничего себе!
Сергей застыл на пороге от удивления, уставившись на мой нос.
Вообще-то это должны были быть мои слова. Кого-кого, а его я ждал меньше всего.
— Это я тебя так вчера нечаянно приложил? — спросил, потянувшись и коснувшись ушиба. – Больно?
— Ай-й-й!
— Черт, извини! — отдернув руку, он заглянул через мое плечо. — Есть кто-нибудь дома? Я войду?
— А если я скажу «нет», это тебя остановит?
Сергей усмехнулся и прошел в квартиру, игнорируя меня как личность и хозяина дома, которым я в какой-то мере и являюсь.
— А здесь мало что изменилось, — сказал он, осмотревшись по сторонам, не постеснявшись даже заглянуть в ванную.
— Ну, извините, это тебе не пятизвездочный фешенебельный отель.
— Опять ты искажаешь смысл моих слов. Нельзя быть таким вредным, гном.
Я замялся на месте, растерявшись от его слов, и он воспользовался этим, бесцеремонно, не спросив разрешения, открыл дверь и вошел в мою комнату. Где-то в глубине памяти всплыло забытое ощущение, что-то кольнуло и сжалось внутри. Остановившись посреди комнаты, он стал рассматривать обстановку.
— Ты прочел всю серию о Гарри? — коснувшись книг, стоящих на полке, спросил он и, не дождавшись ответа, перевел взгляд на соседнюю полку. — Комиксы? Это те?
Сделав вид, что не понимаю, о чем он, я взял один из них и протянул ему:
— Я не помню, откуда они у меня. Бери, если хочешь.
Сергей протянул руку, но вместо того, чтобы взять комикс, коснулся руки, прижав ее к моей груди.
— Подарки не передаривают.
В этот момент он так странно посмотрел мне в глаза, что я невольно отвел взгляд.
— Ты играешь на гитаре? — сменил он тему, посмотрев на инструмент, оставленный Мишкой месяц назад.
— Чуть-чуть, — я соврал.
Как я ни старался осилить этот инструмент, так и не получилось.
— Может, сыграешь?
Неожиданно. Пришлось выкручиваться:
— Ты зачем пришел? Чтобы я исполнил концерт по заявке? — сделал я выпад в его сторону, не желая быть пойманным на обмане.
— Концерт был вчера. Я не должен был так реагировать… Но, знаешь, ты тоже хорош. Если бы просто со мной поговорил, то обошлось бы все без рукопашных боев.
Значит, это я виноват!
— Хорошо, давай уже решим. Что мне сделать, чтобы ты уже оставил меня в покое?
— Я договорился с врачом.
— С каким?
— Он осмотрит тебя и поможет очистить тебя от этой дряни.
Опять двадцать пять! Да он уже достал своими подозрениями.
— Хорошо. Поехали! Но учти, у меня нет денег, и я не буду их тебе возвращать.
Довольная мина на его лице лишь еще больше разозлила.
Пусть платит! Хрен с ним!
***
— Какого ты мне не сказал, что не употребляешь наркотики?! — сорвался Сергей, как только за нами закрылись двери кабинета.
— Это я тебе не говорил?! Это ты не слушал! Прицепился «наркоман-наркоман»!
— Но ты вел себя неадекватно!
— Что значит «неадекватно»?!
Мы орали друг на друга, не замечая людей, пока за спиной не раздалось:
— Кх-кх! Молодые люди, вы в больнице, можно потише?
Мы оглянулись по сторонам. Свидетелей наших разборок было человек шесть. Парочка старушек с упреком смотрели в мою сторону.
Ну да, конечно! С такой-то рожей! Их даже не интересует, что прозвучало «не наркоман», по взгляду и так понятно, что на мне уже не осталось места, где ставить клеймо.
— Пойдем, — Сергей потянул за мой рукав.
Отдернув руку, я пошел впереди, а он зашагал следом, не издав ни слова. Усевшись в машину, мы продолжили игру в молчанку.
— Ну, что тебе сказать… — начал он первым разговор. — Я был уверен, что твое странное поведение связано с наркотиками. Я, конечно, рад, что был не прав, но что делать теперь, не знаю. Ясно одно, ты поддающийся влиянию, поэтому никаких странных знакомых. Начнем, наверное, со смены имиджа. Никакая нормальная девушка не станет встречаться с таким…
— Извини, — я перебил его, не став выслушивать неприятные вещи дальше. — Я тебе сказал, что мне не нужна твоя помощь! С кем я встречаюсь или нет, это тоже не твое дело. Можешь оставить меня в покое?
— Могу! Но не хочу! Ты мне друг, а друзей в беде не бросают.
Уже, значит, не брат! И это радует.
Его рука легла мне на плечо, и я, повернув голову, посмотрел в его раскосые глаза. Сознание опять стало покидать мой разум.
— Мы ведь друзья, гном?
Я и раньше с трудом мог выдержать его взгляд, а теперь, имея за плечами сексуальный опыт, мое тело реагировало моментально.
— Да. Думаю, да…
— И ты послушаешь меня, как друга?
— Да.
Что я мог ему еще сказать, когда его рука на моем плече стала нежно сжиматься и расслабляться. Я почти готов сделать все, что он захочет.
— Вот и отлично!
Он убрал руку и завел машину, еще раз посмотрев с нескрываемой радостью на меня.
И только сейчас до меня дошло, на что я согласился.
***
Друзья… У меня есть друзья, но ни одного из них я не хотел в сексуальном плане. А вот его… Интересно, что бы он сказал, узнав, что я испытываю, когда он проводит рукой по моей спине, когда мы идем рядом? Как для дружбы, то я нахожусь в постоянном состоянии возбуждения. Прошла только неделя после похода в больницу, и синяк под глазом еще не совсем сошел.
За эту неделю Сергей решил поменять во мне все. Или, скорее, вернуть меня в прежнее состояние. Волосы долой, одежда сложена в огромный мусорный пакет. С трудом удалось убедить его не выбрасывать. Теперь я выгляжу как мальчик мажор. Даже соседская собачонка облаяла в подъезде, не узнав.
Каких-то семь дней, а все поменялось. Теперь за мной приезжает по утрам машина, чтобы забрать на работу, а вечером мы ходим по магазинам или в ресторан. Чувствую себя какой-то приживалкой, но ничего не могу с собой поделать — не могу ему отказать. Посмотрит на меня своим раскосым взглядом — и я отвечаю «да», даже не дослушав предложение. Мне кажется, он тащится от такого. Может, и правда, ему не хватает брата? Ему бы меня только кормить, одевать и прогуливать. Был бы он женщиной, можно было бы предположить, что в нем проснулся материнский инстинкт или он впал в детство, решив поиграть в «дочки-матери», но он мужчина, и этого даже не нужно доказывать. Взгляды, что я ловлю на нем, тому доказательство. Если бы только взгляды…
Я знаю, что не имею права на ревность, но это мерзкое чувство начинает меня грызть.
— Гном, посмотри налево. Симпатичные, правда? — я посмотрел на девушек за соседним столиком.
— Нормальные, — наколов на вилку кусок мяса, я сделал вид, что еда меня интересует больше.
— Какая тебе больше нравится?
— Какая разница?
— Выбирай первый. Потом будет поздно.
Его самоуверенность меня разозлила, а может, сам факт, что он смотрит на других.
— Выбирай, кого хочешь! Меня это не интересует.
— Ты чего разозлился? Я хотел как лучше. Тебе пора встречаться с девушками.
Может, сразу с тремя!
— Может, ты не в курсе, у меня уже есть пара.
— Да? Впервые слышу. И почему я ее не видел и не слышал? Может, ты боишься, что я окажусь в ее вкусе?
Уж чего-чего, а этого точно не боюсь.
— Скорее, она не в твоем.
— Откуда тебе знать?
— Ты забыл? Ты встречался с моей сестрой.
От упоминания о Светке его игривое настроение пропало.
— Это не значит, что все мои женщины похожи на нее.
— Знаешь, мне меньше всего хотелось бы это обсуждать. — Есть перехотелось, как, впрочем, и все остальное. — Мне нужно домой, завтра возвращаются родители с дачи, нужно убрать на кухне.
Я быстро встал и направился к выходу.
— Гном, подожди, — обернувшись, я увидел, как к нему подошел официант.
Честно, не хочу сейчас его видеть или разговаривать. Я злюсь не столько на него, сколько на себя. Взялся быть другом, значит, нужно обсуждать с ним и девушек. А я, как дурак, спалился на первом же таком разговоре. Он ведь не знает, как мне было трудно целую неделю рядом с ним контролировать себя. Как тяжело, когда хочется прикоснуться, но нельзя. Прижаться бы губами, но не судьба. Даже смотреть на него нужно осторожно, чтобы не выдать себя.
Мне кажется, я на грани. Мне нужно…
— Тёма? — впередистоящая тень сделала шаг навстречу. — Это ты?
Мишка подошел совсем близко, что стало возможно рассмотреть его.
— Привет.
— Я смотрю, походка твоя.
На минуту образовалась неловкая тишина.
— Почему не позвонил? — решил я первым начать разговор.
— Хотел сделать сюрприз.
— У тебя получилось.
— Правда? Ты скучал по мне?
Вопрос, который он задает каждый раз, не прощая промедления в ответе.
— Очень.
Мишка приблизился и обнял за шею.
— Очень?
— Очень-очень!
Возбуждение, копившееся неделю, дало о себе знать, обхватив его руками, притянул к себе сильнее и ощутил знакомый вкус табака на его губах.
Ночь… Темнота… Возле парадного целуются двое. Не об этом ли мечтает каждый? Да. Конечно. Но никто бы не хотел, чтобы в этот момент раздался звук зажигания машины и загорелись фары.
 
========== Часть 10 ==========
POV Сергей
Я… Я не знаю, что почувствовал в этот момент. Что можно чувствовать, когда узнал, что твоя сестра беременна от какого-то козла или твой брат серийный убийца и маньяк? Шок. Мой маленький гном оказался не таким уже и маленьким, и к тому же любит далеко не девочек.
У меня до сих пор стоит эта картина перед глазами — спина, одна рука под футболкой, а вторая заведена под джинсы. Его руки мацали зад патлатого. Зачем я включил фары?! По разговору можно же было догадаться, что что-то тут не так. Вначале я подумал - девушка, но голос показался знакомым. Черт! Пацан! Мой гном - педик!
Дело даже не в том, что он педик, как я этого не заметил? Как такое могло произойти?
В детстве он был милым. Это слово я никогда не применял к нему, но это действительно было так. Впервые, когда меня посетила эта мысль, я испугался. Лежал на нем, держал за руки, по его лицу бежали слезы, и я увидел эти глаза, голубые-голубые, и… опешил. Не его вид вызвал такую реакцию, а понимание, что он мальчик, скорее, ребенок, чем взрослый, а я подумал, жаль, что он не девочка.
Это правда, я потом часто смотрел на него и думал об этом. Если бы узнали, подумали, что я извращенец, но он реально был красивее даже Светки. Маленький, белые волосики аккуратно пострижены и голубые глаза с таким преданным взглядом, и этот курносый носик. Нежность по отношению к нему у меня зашкаливала. Положит голову мне на колени, словно напрашиваясь, как щенок, «погладь меня». И я гладил, небрежно так, чтобы не подумал ничего плохого. Даже кличку я ему придумал - Гном, лишь бы не назвать по-другому.
Мне нравилось заботиться о нем. Его реакция всегда была такой искренней, что я сам радовался, как ребенок, выбирая для него подарки. Поэтому когда он сказал, что не помнит, откуда у него комикс, я расстроился. «Неужели, — подумал тогда, — он забыл, откуда кепка, висящая на стене?» Как забавно он выпрашивал ее у меня, а я делал вид, что она нужна мне самому, дразня его. Прыгал вокруг меня, как щенок, пытаясь ухватить за руку, в которой я держал кепку. Цеплялся за меня ручонками и надувал недовольно губы. Смешной, маленький коротышка, которого хотелось подхватить и закружить, чтобы он визжал от радости и страха одновременно.
Каким же светлым ребенком он был! Уезжая тогда учиться, я жалел не о том, что расстаюсь со Светкой, а что не смогу видеться с Гномом. Поэтому у меня и был шок, когда я встретил его уже взрослым. Честно говоря, я бы никогда сам его не узнал. Он вытянулся, почти с меня ростом, волосы небрежно свисают, взгляд, как у затравленного зверя, из-подо лба. Но странно, стоило мне пообщаться с ним пять минут, и я рассмотрел за этой маской отчужденности того же мальчишку. Только теперь он показался мне замкнутым, с каким-то секретом.
Ну, конечно же! Секрет этот лежал на поверхности, а я не видел очевидного. Его манера уводить взгляд, резкие движения при близком контакте, пружинящие ужимки, а я, дурак, подумал, он наркоман. Получается… Этот патлатый… Вот черт! Пара, да? Ну и вкус у него. Нужно было еще поискать такую мартышку! Неудивительно, что он не понравился мне сразу.
Что теперь делать? Интересно, он заметил вчера, что в машине был я? Возможно, что нет. Я включил зажигание и, посветив на них, сразу двинулся с места. От увиденного я действовал инстинктивно, нужно было быстро удирать. Чувство, что стал нежелательным свидетелем, не покидало до самого дома. Мой Гном. Ну надо же, мой Гном! «Мой» уже звучит довольно странно. Вернее, он этого чебурашки с недоразвитыми ушами! Да что с этим парнем не так?! Мог ведь, если даже и гей, выбрать кого-то получше. Черт!
Что же я делаю перед его домом сегодня, может мне кто-то сказать?
Подъехав, как обычно, утром к его подъезду, припарковался и стал ждать его. Вышел он, как всегда, в семь сорок пять, только в этот раз рядом с ним был патлатый. Уезжать было поздно, они увидели меня сразу же.
Тёма глянул сначала на машину, потом повернулся к этому парню и что-то сказал. Тот в ответ снова посмотрел в сторону машины, по лицу стало понятно, что мое появление его злит, но, посмотрев на Гнома, он лишь кивнул и, пожав ему руку, прошел мимо моей машины.
Дверь щёлкнула, и Гном сел рядом. Каждый сидел и, молча, смотрел в лобовое стекло, так и не решаясь спросить самое главное.
Первым храбрости набрался я:
— Убрал кухню? — нужно с чего-то начать, и эта тема мне показалась как нельзя лучшей.
— Да, — ответил он, так и не посмотрев на меня.
— И как? — сам спросил и не понял, о чем.
— Что именно?
— Чисто?
— Вроде да… — он опустил между ног рюкзак и сжал его коленями. — Послушай, может, уже не будем делать вид, что ничего не изменилось? Короче, ты же все понял?
Он говорил быстро на одном дыхании. Как только произнес, выдохнул.
— Что именно? — почему-то хотелось, чтобы главное произнес именно он.
— Издеваешься? — он посмотрел в сторону, отвернувшись от меня.
Я сразу же пожалел о своих словах, ведь и ослу понятно, что ему нелегко дается разговор.
— Что ты из «тех», конечно, это мне уже понятно. И как долго?
— Какая разница? — то, что он не хочет смотреть на меня, говорит само за себя.
Сейчас он хочет отгородиться и не пускать меня в свою жизнь. Только это не то, чего хочу я. За эту неделю он стал для меня кем-то очень важным. Его иголки уже почти прекратили подниматься, и он становится прежним. Отступить сейчас?
— Просто мне интересно, мы ведь друзья? Если ты думаешь, что я не могу с тобой пообщаться на эту тему, то ошибаешься. У меня уже есть друг гей. Не веришь?
Гном все равно не повернулся.
— Какая разница, верю я тебе или нет? Я не собираюсь обсуждать с тобой свою личную жизнь.
— Хорошо. Пусть так, но мы же можем проводить время, как прежде?
— Я не знаю…
Да что он заладил!
— И что нам мешает?
— Мой парень. Ему не нравится… — он запнулся. — Что мы общаемся… Наедине.
О, как! А я еще и подумал: «Какого он на меня бросается?» Значит, он думал, что мы… Интересно… Очень любопытно.
— Ревнует?
— Правда, чушь?! Полнейшая ерунда. Я и ты, представляешь?
Он так это произнес, словно это просто нереальные вещи.
Обернувшись, Гном, наконец-то, посмотрел на меня. Его голубые глаза улыбались.
Вот он — мальчик, которого мне так не хватало. Улыбается. Захотелось протянуть руку и прижать его к себе. Чтобы, как в детстве, он попытался вырваться от меня, а я бы не отпустил.
Не отпущу!
— И правда, полный вздор! А давай вместе вечером куда-то сходим? Как его зовут?
— Вместе с Мишкой?.. — улыбку сменило удивление.
— Миша, значит. Так что, договорились?
— Я не знаю… Мне нужно его спросить.
— Отлично. Спроси. После работы буду ждать вас на парковке возле магазина.
Не дожидаясь ответа, завел машину.
Не знаю, о чем он думал все время, пока мы ехали. Лично для себя я уже решил, что не оставлю это все так. Мне нужно понять его, знать, что у него все хорошо и тот патлатый парень не втянет его в какое-то дерьмо.
Да, это именно то, что я хочу! И никаких других мотивов. Он мне как брат. Наверное…
   
========== Часть 11 ==========
POV Тёмы
Обнаружить машину Сергея с утра возле подъезда было для меня сюрпризом. Не думал, что после увиденного им, был хоть один процент вероятности, что он приедет снова. Я не понимаю его, и от этого так трудно мне дается общение с ним.
Может, и к лучшему, что он увидел нас. Черт! Картина, наверное, была еще та. Когда свет ударил в глаза, я уже знал, что это он. Не зря не последовало звонка, когда я ушел из ресторана. Приехал, значит, раньше меня и ждал у подъезда. Можно было догадаться, но жалеть было поздно. Теперь ему все известно.
Садясь в машину, я мысленно молился, чтобы разговор был коротким. Его реакция меня удивила. Я готов был услышать все, что угодно, только не приглашение провести вечер втроем.
Не знаю, насколько это удачная идея. Вначале я даже хотел сразу же сказать «нет», но, как всегда, ответ не прозвучал вовремя, и отказать стало трудней. Что же касается Мишки, то ничего нового я от него не услышал. Его предположение, что Сергею захотелось устроить тройничок, меня вывело из себя, но я промолчал. Спорить с ним — это как ходить на быка с вилкой. Тем не менее он согласился. Радоваться этому факту я не спешил. Что может быть хуже, чем находиться в присутствии парня, который тебе нравится, с парнем, с которым у тебя отношения? Осторожным нужно быть вдвойне, но что сделано, то сделано.
В назначенное время Мишка ждал возле магазина. Невооруженным глазом было видно, что он готовился к военным действиям. Стрейчевые штаны черного цвета обтянули все, не оставив места для фантазии, а серая майка с горизонтальными разрезами лишь подтверждала мою догадку.
— Чего так долго? — наехал он на меня с порога. — А где «этот»?
Он сделал попытку поцеловать меня в щеку, но я вовремя увернулся.
— Не здесь. Ты же знаешь, что я такого не люблю. — Недовольство сверкнуло в глазах, поэтому, сняв рюкзак, я забросил ему на плечо и, не смотря на него, произнес:
— Отличные штаны. Я бы помог тебе их снять.
Я не видел его реакцию, но ответ дал понять, что прощен.
— У тебя будет шанс. Так где твой «друг детства»?
Теперь будет постоянно меня этим подстёбывать.
— Должно быть, на паркинге.
Я оказался прав — Сергей сидел в машине. С каждым шагом, что мы приближались, все четче было видно, как он рассматривает Мишку через лобовое стекло. Мы обошли машину и сели на заднее сидение.
— Сергей. — Он обернулся и протянул руку для знакомства Мишке.
— Уже знакомы, вроде, — съязвил мой парень, но, посмотрев на меня, подал руку. — Миша.
— Куда едем? — спросил Сергей, убрав руку и посмотрев на нас в зеркало.
— Ты пригласил — тебе решать.
— Боюсь, твой друг одет не по дресс-коду. В приличное заведение нас не пустят.
— Проблемы?! — огрызнулся Мишка.
— Никаких проблем. Есть отличный клуб, время еще раннее, поэтому, может, места достанутся получше.
Машина тронулась, и Мишка решил, что можно устроиться поудобнее, завалившись мне на плечо. Посмотрев в зеркало, я увидел взгляд — только глаза, но какие! Плохо. Это нехорошо.
Слегка надавив плечом, отодвинул недовольного Мишку, который сначала гневно глянул на меня, а потом на отражение в зеркало.
— Тёма сказал, ты встречался со Светкой.
— Было дело.
— И что, вы продолжаете общаться?
— Я не верю в дружбу между девушкой и парнем, — ответил Сергей.
— Какое совпадение, а я не верю в дружбу между парнями, когда один из них гей.
Черт! Ну вот, начинается.
— Тут можно поспорить, — ответил Сергей и посмотрел снова на меня.
— А еще я не верю в дружбу между разными по возрасту людьми. Тебе сколько лет?
— Двадцать пять.
— Правда? В костюме ты выглядишь старше.
Сергей ухмыльнулся и спросил у меня:
— Тём, мне не идут костюмы?
— Не знаю, — пробубнил я в ответ.
Идут, еще как идут, но этот ответ может стоить мне жизни.
— Вот видишь, что может быть между вами общего? В костюмах он не разбирается, вкусы у вас разные. Совсем разные, ты же понимаешь, о чем я?
— Не имею понятия, о чем ты.
— Ты любишь, чтобы что-то торчало вверху, а он предпочитает пониже.
— Миш, какого хрена ты несешь?! — Я не сдержался и хлопнул его по бедру.
— Вот видишь, какие вещи его заводят?
— Да ну тебя! — отвернувшись, я посмотрел в окно.
Знал, что идея плохая!
— А что ты за него все решаешь? Нравится — не нравится, любит — не любит. Может, ты за себя будешь рассказывать? — Неожиданная защита со стороны Сергея тоже не прибавила настроения.
— Может, и расскажу. Выпьем и поговорим.
— Выпьем, отчего же не выпить за знакомство?
***
Кто же знал, что выпьем — это угроза и именно для меня. Эти двое, как только сели на диван в клубе, стали соревноваться, кто достанет официанта больше. В конечном итоге достали именно меня. Если в начале я пытался их контролировать, то под конец я восполнил это упущение.
Мишке, как всегда, немного оказалось нужно для счастья, он отправился на танцплощадку в состоянии пьяной эйфории, оставив нас Сергеем наблюдать за этим действием.
— Забавный у тебя парень, — решил сообщить мне Сергей, после пятиминутного танца. — Забавный…
Хотя мы и были изрядно подвыпившими, но я явно уловил интерес. Посмотрев на танцующих, снова перевел взгляд на Сергея — он наблюдал, не отрывая взгляд. Нет, не может быть… Так не бывает.
— Он пьян, нам уже нужно домой.
— Я вызову такси. Адрес, куда ехать?
— Ко мне.
Сергей повернул голову в мою сторону.
— Ты же говорил, что родители возвращаются?
— Они решили остаться еще на неделю.
— Так может, продолжим знакомство у тебя на квартире?
Он опять посмотрел в сторону Мишки.
— Думаю, это плохая идея.
— Какая идея? — сзади на меня навалился пьяный недорокер.
— Я предложил отвезти вас домой и продолжить веселье.
— Вау! Тёма, ты что, против? Лично я — только за.
— Два против одного, — Сергей пьяно ухмыльнулся. — Гном, ты проиграл.
— Как-как?! Гном? В каком месте ты Гном? — пьяный Мишка навалился на меня сверху еще больше. — Ну-ка, ну-ка, покажи мне это место!
— Эй-эй, парни, это вам не бар для голубых, — сделал замечание Сергей, потянув за задний карман Мишкиных штанов.
Мишка сбалансировал и завалился теперь на колени к Сергею.
— Опачки! Мы еще не так близки, но…
«Еще не так близки»? «Еще», мать твою!
— Нам пора!
Резко потянув за руку Мишку, помог ему встать.
— Гном, ты чего? Мы только стали знакомиться!
— Тёма, и правда, каникулы, — заскулил Мишка.
— Может, у тебя и каникулы, а мне завтра на работу.
Мишка начал заходиться смехом, словно услышал анекдот.
Совсем перебрал придурок!
У него с трудом получилось выдавить фразу:
— Он ведь твой начальник, хочешь, я попрошу, и он даст тебе отгул? — Он стал склоняться над Сергеем, я даже не успел остановить его. Вместо меня это сделал сам Сергей:
— Пусть Гном попросит.
— Я? Больно нужно! Я сваливаю!
Не остановившись на их голоса, я вышел на улицу из душного прокуренного помещения. То ли от дыма, то ли от обиды, нахлынувшей на меня, горло запершило и заслезились глаза.
Что это было? Я даже не знаю, как это назвать. Ревнивец вдруг начинает вешаться на другого, а натурал смотрит как-то не «по-натуральному» на моего парня. А что же происходит со мной? Ревность? Только кого к кому?

========== Часть 12 ==========
Можно было бы соврать, сказав, что мне все равно, что никто даже не последовал за мной. Но зачем? Кого я пытаюсь обмануть? Это неприятно, изнутри давила такая обида, что с трудом получалось сдержаться. Жестяная банка из-под пива, улетевшая в кусты, все же стала свидетелем моей злости. Таким идиотом я себя еще не ощущал.
Чувство своей неполноценности плюс алкоголь сделали свое дело. Шагая домой пешком по ночному городу, я постоянно возвращался мыслями к парочке, которую я оставил в клубе. Я вроде и понимал, что это всего лишь моя фантазия, но, в то же время, их взгляды…
Когда спустя полтора часа дошел до дома, от алкоголя почти ничего не осталось. На лавочке перед подъездом меня никто не ждал.
А чего я хотел?
Настроение и без этого было на нуле, а теперь еще больше опустилось.
Медленно поднявшись по ступенькам, про себя заматерился, обнаружив, что лампочка на нашем этаже снова перегорела, но когда за что-то зацепился, мат прозвучал в голос:
— Твою мать!
«Что-то» заворчало в ответ. Присмотревшись, в темноте возле двери обнаружил полулежащее тело, прислоненное к стене.
— Черт! Сергей? — толкнув его, услышал лишь мычание.
Ну, хоть живой.
Я склонился над ним, когда за спиной опять застонали.
— Черт! — испугавшись, я оглянулся.
Возле соседней двери лежал «труп» номер два.
Приятным наличие двух пьяных тел не назовешь, но почему-то это меня развеселило. Хотя дальнейшее перемещение этих тел в квартиру не казалось таким радостным. Я даже не стал раздевать их, так и бросил на кровать. Одного в комнату Светки, а второго на свою постель, пристроившись рядом.
Только прилег и сразу вырубился.
Проснувшись утром, первое, что увидел, лицо Мишки. Он мирно спал, подложив ладонь под щеку. Ничего необычного, если бы… Не чужая рука, обнимающая его сзади.
Какого?! Когда он успел?! Я же оставил его в комнате Светки и даже дверь прикрыл.
Поднявшись на локтях, я убедился, что «третий лишний» так же мирно посапывал во сне.
Он что, ходит во сне? А вдруг не только это?
Едва касаясь его запястья, столкнул его руку с Мишкиного плеча.
Не то, чтобы… Но смотреть на это было неприятно. Что именно меня волнует больше всего? Разобраться мне бы в этом самому …
Тела рядом зашевелились, и Мишка, развернувшись, обнял Сергея, который снова забросил на него руку.
Это уже слишком! Нет-нет, не дождетесь! Я не стану вести себя, как ревнивец, но и смотреть на это я не обязан.
Встав, я направился на кухню, где устроил что-то вроде концерта на ударных инструментах. В ход пошли кастрюли со сковородками.
Первым на кухню вошел Мишка, поправляя на ходу штаны.
— Воды, — попросил он, почесывая макушку.
— Только из крана.
— Да хоть из болота. Сейчас сдохну.
Протянув чашку с водой, я стал наблюдать, как он жадно начал пить.
Ничего, кроме злости, сейчас к нему я не ощущал. Ни жалости, ни сочувствия, даже…
Стук в дверь застал врасплох. Дверь открылась, и вошел Сергей. Его волосы были влажными, образовав на голове что-то наподобие ежика. Рубашка наполовину расстегнута и рукава закатаны по локти.
— Доброе утро, — его голос заставил опомниться и отвернуться, перестав рассматривать его.
— Доброе, — ответил я, автоматически став наполнять вторую чашку водой.
— Вечерок удался на славу, правда, Миша?
Раздался звук хлопка по плечу. Надеюсь, что по плечу…
— Черт, прикинь, не помню, как мы добрались.
Их дружеский разговор меня реально раздражал. Боже, дай мне силы.
— Как, ты не помнишь?! — снова раздался голос Сергея. — Я тащил тебя на себе. Ты не помнишь, как щупал мою задницу?
Черт!
— Ты гонишь!
Опять хлопок, и я не сдержался.
Повернувшись, поставил громко чашку на стол.
— Так, мне на работу, а вы как хотите!
Я вышел из кухни, напоследок услышав:
— Что это с ним? — спросил Сергей.
— Черт его знает.
***
Вот так я и превратился в третьего лишнего. Каждый вечер теперь мы проводим втроем. Скорее, я присутствую при рождении преданной и нежной дружбы. Черт бы их побрал! Они словно издеваются надо мной. Насколько меня хватит, я точно не могу сказать, иногда мне кажется, что все — сейчас я кого-то убью.
Казалось бы, что может быть хуже, но сегодня я убедился, что еще есть такие вещи.
Суббота, первый раз мне выпало два выходных подряд, и надо же было именно сегодня Сергею пригласить нас с Мишкой к себе домой. Я, честное слово, пытался отказаться, но мои доводы для них не имели смысла. Мишка очень хотел увидеть, где живет Сергей, а тот, в свою очередь, не терпел отказов.
Пришлось пойти, но стоило дверям квартиры открыться, я понял, что сделал ошибку.
— Привет! — в дверях нас встретил высокий парень.
— Извините, мы ошиблись дверью, — ответил я, убирая руку со звонка и посмотрев на соседнюю дверь, проверяя нумерацию.
— Миша и Гном?
— Миша и Артём… — машинально исправил я его.
— Да-да, извини. Конечно, Артём. Проходите. — Он уступил нам дорогу и прокричал вовнутрь квартиры: — Серж, гости пришли.
«Серж»?! Кто этот парень?
— Привет, вы рано. Я только загрузил крылья в духовку. — Сергей вышел из кухни. В домашней одежде он смахивал на нашего ровесника.
— Так нам уйти? — пошутил Мишка.
— Так и быть, останьтесь, — пошутил в ответ Сергей. — Знакомьтесь, Виталик. Мы вместе учились.
Парень пожал мне руку, мельком глянув, а вот на Мишке его взгляд задержался.
Немую сцену прервал Сергей:
— Ах, да. Виталик из ваших, поэтому можете расслабиться.
— Из наших? — переспросил Мишка с интересом. — По-моему, и так видно, что из русских.
— Гей. Я гей. Неужели, Серж, так тяжело произнести это слово? — прояснил ситуацию Виталик, улыбаясь при этом Мишке. — У него всегда были проблемы с толерантностью.
— Зато у меня нет проблем с женщинами, — бросив, по его мнению, смешную шутку, Сергей показал в сторону кухни: — По пиву? Давайте перекусим перед началом матча.
Пропуская всех вперед, он положил мне руку на плечо, а потом провел по спине, предлагая войти.
— Ничего себе! Сегодня какой-то праздник? — прокомментировал накрытый стол Мишка.
— Это все Виталик. Он любит готовить.
— Нет-нет, — возразил тот. — Давай не будем преувеличивать. Половину из этого приготовил он сам.
— Пф-ф-ф! — засмеялся Мишка. — Парни, вы случайно не того… Не встречаетесь?
— Нет! — ответили они одновременно.
— Я? С ним? — Виталик по-хозяйски поставил на стол пиво из холодильника. — Пусть женщины страдают от его непостоянства. Знаете, как он их называет всех? Солнышко. А знаете почему? Чтобы не попутать. Ха-ха-ха!
Мишка поддержал шутку, а я посмотрел в сторону Сергея. Тот сделал вид, что это говорят не о нем.
«Солнышко». Мне ли не знать этого? «Светик-Солнышко». Когда-то я завидовал, услышав это.
— Мы бы поубивали друг друга после первой же совместной ночи, правда, Серж?
— Угу, — ответил коротко Сергей, присев на корточки перед духовым шкафом и наблюдая в стекло.
— А вы, парни, я так понимаю, встречаетесь? — спросил Виталик.
— Пытаемся, — ответил Мишка, даже не подумав.
Интересно, почему я впервые об этом слышу? Значит, вот как все повернулось. А еще недавно он говорил по-другому.
— И давно «пытаетесь»? — невзначай снова спросил Виталий.
— Скоро пять месяцев. — Взяв протянутую бутылку пива из рук Виталика, Мишка пригубил, наблюдая за этим парнем. — А у тебя кто-то есть?
— Нет. Я еще не встретил такого, как ты.
Твою мать! Может, мне сразу уйти?
— Так-так! Хватит лирики, давайте бухать, — вмешался в эту идиллию Сергей.

========== Часть 13 ==========
Могу с уверенностью сказать, что насколько я до этого любил футбол, настолько я его в этот вечер возненавидел. Еще никогда мне в жизни так не хотелось, чтобы вырубило свет или телевизор взорвался, хотя что уж там, я бы обрадовался даже метеориту, свалившемуся на футбольное поле. Как я ни пытался, у меня все не получалось сосредоточиться на игре. Меня больше интересовала ситуация, что сложилась на диване рядом со мной.
Когда, довольно подвыпившие, мы все же дошли до гостиной, место на диване перед телеком распределилось странным образом: сначала Виталий, за ним Мишка, которого, подвинув ближе к Виталию, прижал Сергей, и я, пристроился, как бедный родственник на подлокотнике дивана. Чувство дискомфорта заставило спуститься и сесть в стоящее рядом кресло. Комфорта, может, и прибавилось, но картина, развернувшаяся на диване, напоминала мину замедленного действия. Мишка, устроившись между двумя мужиками, чувствовал себя как рыба в воде. Его ни капли не смущал ни телесный контакт при соприкосновении с их телами, ни мое присутствие. Все внимание сосредоточилось лишь на нем: «Будешь чипсы?», «Ничего себе! Ты ходишь в спортзал?» — при этом пощупав его за плечо, «Тебе не жарко?».
Фитилёк моего терпения медленно тлел, собираясь в любой момент вспыхнуть.
Я получился даже не третьим лишним, а простым свидетелем. Что убивало больше всего, так это Сергей, который ничуть не уступал своему дружку в подкатывании к моему парню. То потрогает Мишку за коленку, то забросит на его плечо руку. Трындец какой-то! Даже гола не было, а они вскакивали с места и давай обниматься, словно наши выиграли кубок чемпионов.
Как я удержался до конца первого тайма, просто чудо.
Только я хотел воспользоваться моментом, когда все встали, чтобы подойти к Мишке и переговорить, как от Сергея последовало предложение:
— Пиво без водки — деньги на ветер.
Подхватив Мишку под руку, поволок в сторону кухни.
— Подумать только, — раздалось за моей спиной, — а мне говорил, что по девочкам. Этот парень продолжает меня удивлять.
Рука Виталика опустилась мне на плечо.
— Может, пойдем, покурим и не будем им мешать?
— А ничего, что он мой парень? — резко одернув его руку, отправился вслед за парочкой.
— Парень не стена, можно и подвинуть, — последовал комментарий в спину.
Баллов в моем рейтинге симпатий ему точно не прибавится после такой реплики. Может, вначале его прибить и спрятать за этим чертовым диваном?
— Ты попробуй подвинь. Силёнок хватит? — развернувшись, я посмотрел на него со всем отвращением, что накопилось.
— Умерь прыть, я бы на твоем месте не был бы таким уверенным. Пятую точку я уже успел пощупать. Так что…
Фитиль-фитиль-фитилёк…
— Сука! — удар пришелся ему прямо между глаз.
Придурок согнулся и присел на корточки, покачнувшись от боли.
— Кретин, я же пошутил!
— А у меня с чувством юмора проблемы!
— Оно и видно!
Развернувшись, я ушел на кухню, оставив его на полу.
Мишка сидел вразвалочку за столом с рюмкой водки в руках, а Сергей что-то искал в морозилке.
— Тёма, будешь водку со льдом? — спросил Мишка, изображая пьяную довольную лыбу.
— Обойдусь без льда, — взяв из его руки рюмку, выпил залпом.
Сергей обернулся, посмотрел на меня:
— А Виталик где?
— Ему лёд пригодится. Он споткнулся и, по-моему, разбил нос.
Первым подхватился Мишка:
— Черт! И ты молчишь?!
Хоть он и не трезвый, но вылетел из кухни очень быстро.
В отличие от него, Сергей повел себя довольно спокойно. Подошел и взял из моей руки рюмку.
— Думаешь, он того стоит? — спросил он.
— Ты о чем?
— Тебе вряд ли справиться с его темпераментом. Хочешь совет? Тебе нужен другой…
— Интересно, какой…
— Тот, кто будет ценить тебя. Любить таким, какой ты есть…
Подняв взгляд, я посмотрел на него. Сергей стоял так близко, что его наклоненная голова была на уровне моих глаз. Сердце бешено застучало, когда он коснулся моей руки. Не поднимая голову, он взял мою ладонь в свою и провел по разбитой костяшке.
— Я бы мог…
Еще чуть-чуть и я бы…
Резкий смех за дверью, и моя рука безвольно опустилась, Сергей резко отвернулся в сторону двери. Через секунду в нее вошли Мишка с этим кретином.
— Представляешь, он споткнулся. Может, ему уже хватит? — Мишка ухватил кусок льда и приложил к отекшему носу. Талая капля покатилась по Мишкиной руке, которую слизал этот придурок:
— Водки мне и веселья! — он подхватил Мишку и усадил на столешницу.
— Чокнутый! Ты точно сумасшедший! — голос Мишки больше смахивал на довольный, чем на недовольный.
Хотелось снова врезать. Как ни странно, но не Мишке. Руки чесались еще раз вмазать этому придурку. Меня остановила рука, сжавшая мне запястье.
Тихий голос прошептал на ухо:
— Не стоит.
Что не стоит?! Я должен на это смотреть?
Я силой выдернул запястье и вышел из кухни, снова услышав в спину:
— Что это с ним?
— Черт его знает.
«Черт его знает»?! А и правда, что со мной? Зачем я сюда пришел? Зачем я это терплю? Ради чего? Ради кого?!
— Ради меня. Останься, — перегородил мне дорогу Сергей возле входной двери. — Они просто перебрали, проспятся, и все будет нормально.
Я посмотрел на него. Он стоял, раскинув в стороны руки. Его раскосые карие глаза так смотрели на меня, что захотелось, как в детстве, обхватить его руками и прижаться лицом к его груди.
— Я, правда, устал…
— Вы можете остаться и переночевать в моей комнате. Не уходи.
Сергей протянул руку и, обхватив за шею, повел в соседнюю комнату. Не включая свет, он усадил меня на постель и, присев рядом на корточки, погладил по щеке.
— Ложись, поспи, гном. Все будет хорошо. Все, что ни делается — к лучшему.
Дверь закрылась, и я остался лежать в темноте.
«Все к лучшему»… «Все будет хорошо»…
Я уснул, а ночью ощутил спросонья поцелуи в шею.
Пришел, значит.
— Отстань.
Я даже не повернулся в Мишкину сторону. Пусть даже не думает, что так просто ему это прощу.
Утром я открыл глаза и увидел лицо… Лицо, которое мне снится с детства.

========== Часть 14 ==========
    Сны о нем всегда были такими прекрасными, прозрачными… Невинными… В них ему всегда было семнадцать. Вот и сейчас его лицо, освещенное первыми лучами, казалось таким молодым, словно я проснулся в прошлом.
А может… Это мираж, как ночной сон, и стоит мне прикоснуться к нему, и он растает, рассеется, как утренняя дымка?
Слегка потянувшись, я едва коснулся его губ, его ресницы дрогнули, и он резко отстранился, присев на постели.
— Черт, испугал, — он нервно поправил волосы и, снова глянув мельком на меня, уставился на входную дверь. — Будешь кофе? Поспи минут десять, я позову.
Сам спросил, ответил и единолично принял за меня решение. Где вчерашняя нежность в глазах? Где «останься ради меня»? «Испугал» — вот ответ и реакция на мое прикосновение. Черт!
Сергей вышел, а я, как истукан, еще минуту лежал и не мог понять, что происходит. Ответ на все пришел сам собой, когда, не став дожидаться приглашения, я вошел на кухню. Мишка, стоящий в одних трусах, повернулся на звук открывающейся двери и по-идиотски заулыбался:
— Хай! Как спалось? — я молча осмотрел его с ног до головы. Трусы, надетые наизнанку, подтвердили мои догадки. — Мы тоже повырубались, как только закончился матч. Спина болит, я спал на полу.
Сегодня день такой? Почему все задают вопросы и сами на них отвечают? Спина, пол. Он думает, я последний идиот? Мне ли не знать его привычку по утрам надевать шиворот-навыворот трусы. И уж мне ли не знать, зачем он их снимал. Они издеваются?
Отвернувшись, я подошел к мойке и, достав стакан, открыл фильтр. Дверь скрипнула, и раздались шаги. Тихое «Что?» и снова тот же вопрос: «И что?».
Да, у меня действительно плохо с юмором, но с фантазией намного лучше. Я словно видел сейчас, как этот чертов Виталик вошел в дверь и чмокнул моего Мишку в щеку. Тот в ответ скривил недовольную рожу, на что и получил «Что?». Кивок моего «верного» в мою сторону и снова: «И что?».
А действительно, а что? Кто я, в конце концов?! Идиот, которому рога подошли бы идеально? Или придурок, который возомнил, что нравится кому-то?
— Так это Серж оккупировал ванную? — снова раздался противный голос Виталия. — Интересно, во что он так сильно вляпался?
Я даже спиной чувствую, как он пялится на меня.
Хочешь ответа?
Повернувшись к ним лицом, посмотрел на парочку напротив и сделал глоток.
— Тебе, между прочим, помыться бы тоже не помешало, — сделав еще глоток, обратился уже к Мишке: — Тебе не противно было с ним?
Я не стал уточнять что. Мишка опустил голову, а потом поднял. На губах — улыбка, а в глазах — ни капли сожаления.
В комнату вошел Сергей, обернутый полотенцем. Тишина. Я пью воду и смотрю на троицу. Они тупо стоят и улыбаются, глядя на меня.
Им весело? Да?
Я не дурак, я все понимаю. Хотя постойте… Именно я здесь и есть идиот.
Тихо, без скандала. Это было единственно правильное решение. Уйти и даже не хлопнуть дверью. Сдерживать себя до последнего. Лишь только на ступеньках на его «Гном, постой!» ответить:
— Ты доволен? Ты этого хотел?

========== Часть 15 ==========
Не нужно мне говорить, что я поступил как слабак. Я даже не хочу слышать «На твоем месте я…».
Для начала попадите в такую ситуацию, хотя, скорее, желаю вам никогда такого не ощутить. Ничего особенного. Боль. Всего лишь боль в груди, подстегиваемая обидой. Никогда в жизни не чувствовал себя так жалко. Как же я выглядел в их глазах? Ничтожным? Жалким?
Один променял на первого попавшегося, а второй просто гладил по голове, как собачонку, брошенную хозяином. «Все будет хорошо». Да уж!.. Как он говорил? «Братишка»? Нет-нет-нет! Так не поступают с родными. Так не прикасаются к близким, а главное, ради чего? Ради того, чтобы в это время его дружок имел возможность охмурять моего парня. Парня! Смешно! Если так уже все пошло, то я с самого начала не хотел этих отношений. Не он ли цеплялся за меня, не он ли осаждал меня звонками? Моя ошибка лишь в одном, я слишком много себе надумал. На самом деле все было не так, как мне казалось. Для Мишки я был барьер, который он хотел взять, а для Сергея —  игрушка, которую он в детстве забросил в ящик, а потом достал и решил сломать. Только они ошиблись. Барьер — не взят, а игрушка вовремя сбежала, пока ее еще не вскрыли и не вытянули все детальки наружу.
Больно. Очень больно, но я переживу.
Первое, что я сделал, — выключил телефон. Сейчас звонки ни к чему. Хочется покоя. Даже мысль о возвращении в пустую квартиру вызывала тоску. Сев на маршрутку, поехал на вокзал и уже через час я слушал звук колес, умиротворенно наблюдая за движением деревьев за окном.
И знаете, что удивительно? Впервые за много лет я радовался встрече с родителями, которые обнимали меня в ответ и удивлялись моему появлению на даче. Радость длилась полчаса, а потом настали трудовые будни — там полей, то собери, тут подержи. И, честно говоря, трудотерапия иногда приходится как нельзя кстати. К вечеру, кроме как о сне, я думать не мог. Уснул и проснулся рано утром. В доме стояла тишина, а через открытое окно были слышны первые звуки просыпающейся природы. Почему-то теперь все не казалось таким страшным, как вчера. Даже мысль больше не ходить на работу казалась глупой. В конце концов, нужно не бояться проблем, нужно их решать. Какой-то месяц находиться поблизости с Сергеем, разве это так сложно? По-моему, было труднее, когда он встречался со Светкой. Пережил? И сейчас переживу.
С таким настроем прошел еще один день, и довольные родители со спокойной душой отправили меня домой, не забыв напоследок нагрузить двумя ведрами смородины. Теперь их возвращение домой откладывалось еще на две недели.
Кто катался в воскресенье вечером в электричке, тот меня поймет. Добрался я домой с этими ведрами выжатый, как лимон. Включив телефон, чтобы сообщить родителям, что уже дома, получил в ответ тридцать два сообщения. Звонили… Значит, хотя бы понимают, что не правы. От Миши последнее сообщение гласило: «Как знаешь. Ты сам так решил». А что решать? И так все предельно ясно. Таких вещей я никогда не прощу. Сергей, кроме звонков, ничего не предпринял. По крайней мере, это было честно с его стороны. Закончив изучать содержимое телефона, я занес ведра и поставил на стол в кухне.
Хотелось спать, но предстояло одно ведро расфасовать в пакеты и бросить в морозилку. Радует, что второе заберет себе Светка. Когда раздался звонок в дверь, я было подумал, что это она, но, открыв дверь, замер от неожиданности. В дверях стоял Сергей.
— Привет.
— Привет… — Я застыл, не зная, что сказать.
— Родители дома?
— На даче.
— Я зайду?
Молча отойдя в сторону, я позволил ему войти. Сергей последовал на свет в кухне.
Образовалась какая-то странная неловкость. Я не знал, зачем он пришел и о чем с ним говорить. Повернувшись к нему спиной, я стал развязывать пакет на ведре с ягодами.
— Ты был на даче? — первым начал разговор Сергей, чем заставил меня облегченно вздохнуть.
— Как ты догадался? — с легкой иронией ответил ему я.
— Знаешь, я пришел не для того, чтобы ссориться.
Он сделал паузу, видно, ожидая моей реакции.
— Отлично. Это все, что ты хотел сказать? — я боялся повернуться и посмотреть на него.
— Нет. Я хочу сказать, что я не хотел… — Я сжал раздраженно в руке пакет. — Вернее… Я не думал, что ты так к этому отнесешься.
— И что, по твоему мнению, я воспринял не так?
Раздражение граничило с напряжением, говорить становилось трудно.
— Мне казалось, ты и сам знаешь, с кем имеешь дело. Я не думал, что ты настолько… Как правильно сказать… Привязан к нему, что ли. Я же тебе намекнул, что он не тот человек, а ты… Мне казалось, мы поняли друг друга.
Его речь, как бы я ни старался, не доходит до меня. Что он хочет? Теперь я совсем потерялся.
— Тебе не нравится, что я с Мишкой? — решил я спросить прямо.
— Да. — Четкий ответ. — Мне не нравится, какой ты с ним.
Черт! Опять!
— Какой?
— Я не знаю… Мне кажется, что с ним ты несчастлив.
Приехали.
— А что тебе еще кажется? — повернувшись к нему, мы оказались лицом к лицу.
Сердце стукнуло и приостановилось, перекрыв дыхание. Его губы находились так близко…
— Мне кажется… — Его глаза смотрели в мои, не отрываясь, голос стал тише. — Что если сейчас я коснусь твоей щеки, твои уши покраснеют, и этот цвет перейдет на все лицо. — Он коснулся, и я оперся об стол, чувствуя, что ноги не слушают меня и начинают вибрировать от его голоса. — Вот видишь, я прав. Я знаю тебя лучше всех. Знаю, какой смех у тебя настоящий, а какой для отвода глаз. Вот сейчас ты приоткрыл рот, чтобы сказать, что это не так. Можешь врать кому угодно, только не мне. Ну же, скажи, что это не так.
Я захотел отвернуться и прервать этот допрос, больше похожий на издевательство над моим сердцем, но он обхватил мое лицо руками.
— Как бы ты ни пытался, но прими то, что я тот, кто знает тебя лучше всех.
— Нет, ты не знаешь меня. Ты даже не догадываешься, что творится в моей голове. Ну, разве что, утром… Ты догадался и…
— Ты хотел меня поцеловать. — Говоря это, он не прекращал смотреть на меня. — Черт! Знал бы ты, чего мне стоило…
Резко дернув на себя, он впился в мои губы поцелуем. Не выдержав напора, я навалился на стол, и ведро с грохотом упало на пол.
— Твою ж мать! — прошипел он мне в губы и продолжил свое наступление. Стол заскрипел, не выдержав наш с ним вес. Чертыхнувшись, он прижал меня к холодильнику. Его губы, словно размножившись, стали покрывать мое лицо, шею… Футболка улетела, и я пополз вниз от головокружения, ощутив его губы на соске.
— Черт, я представлял тебя, но не знал, что ты можешь быть таким. — Мы лежали в кухне на полу, перемазанные раздавленными ягодами и спермой.
Как так произошло, что я опомнился, только когда его рука разжала наши члены? Как я позволил ему стянуть штаны? Все произошло словно в тумане. Таким возбужденным я, наверное, никогда не был.
— Это было… — Он лежал на спине, смотря в потолок, и, словно что-то вспомнив, повернул лицо ко мне: — Почему ты сказал «Нет»?
— Когда?
— Когда я опустил руку. — Он провел взглядом вниз по моему телу, и я догадался.
Нужно срочно менять тему.
— Почему ты не ответил на мой поцелуй тогда утром?
— Ты будешь смеяться. Я хотел почистить зубы.
— Ты гонишь? Ха-ха-ха! — я засмеялся.
— Ну, что я говорил? А ты думаешь, наш первый поцелуй должен был быть со вкусом перегара?
— Ха! А первый секс в кухне на полу, думаешь, получше?
Он посмотрел на меня с такой нежностью, что я перестал смеяться. Забросив на меня ногу и руку, притянул к себе.
— Так это у геев называется сексом? — нежно поцеловав, прижал еще сильнее. — Мне понравилось. Очень!
Липкое горячее тело, самые желанные губы, и голова снова пошла кругом.
— Гном, я хочу тебя! — прошептал он мне на ухо. — Ты весь такой скользкий…
О, да!
Резкий звонок в дверь. Один раз. Черт, Светка!
— Это Светка! У нее ключи. Быстро в ванную!
Сергей так смешно натягивал штаны и спотыкался на скользких ягодах, что я вместо того, чтобы ему помогать, сидел на полу и ржал. Хорошо, что Светка имеет отличную привычку, ждать пять минут на тот случай, если я не один. Застала она меня в попытках собрать ягоды.
— Что здесь произошло?
— Несчастный случай, — я пошел и поцеловал в щеку.
— Ничего себе! Я бы сказала, цунами пронеслось. Вот ты растяпа! Сейчас веник возьму…
Пришлось перегородить ей дорогу:
— Я сам!
— Сам-сам! Ты что, маленький? Пропусти!
— Правда, не нужно, ты с животом…
— Ты прячешь кого-то в ванной? — задала она вопрос прямо в лоб.
— Вроде…
— Не Мишка?
Я смолчал, но кивнул.
— Ну, ты и даешь! — осуждающе посмотрев, моментально сменила тактику. — Познакомишь?
— Нет.
— Даже так?! А я, между прочим, столько для тебя сделала.
Начинается! Недолго думая, вручив ей второе ведро, подвел к порогу.
— Туфли?! Он старше?!
Черт!
Выставив ее за дверь, я осознал, что о ней я совсем не думал. Это проблема, и очень большая.

========== Часть 16 ==========
Думал ли я о сестре, когда влюбился в ее парня? Естественно, только сказать, что эти мысли были хорошими — это просто соврать. Тогда она мне казалась взбалмошной, эгоистичной особой, которая не заслуживает, чтобы рядом был такой парень. Да, для меня он был идеалом во всем. Даже не внешность была главной, хотя и это подпадало под этот критерий, он был добрым. Что бы ни хотела Светка, он выполнял. В отличие от него, меня ее сдвиги раздражали. Поэтому сожаления за свое чувство к ее парню я не ощущал. Я с легкостью перетягивал одеяло внимания на себя.
Что же до ситуации, что произошла сейчас, я задумался об этом, лишь когда закрылась входная дверь за сестрой. Если уж на то пошло, я и сам час назад не представлял, что такой вариант возможен. Я и Сергей. Это была лишь мечта, несбыточная фантазия, наваждение длиной в пять лет, но сейчас это все было реально и находилось за дверью в ванной комнате. Кто, скажите, сумел бы контролировать свой разум в такой ситуации? Возможно, кто-то может, но я не вхожу в их число.
Даже поворот дверной ручки вызывает возбуждающий озноб.
— Ты чего так долго?
— Черт! — Я прикрыл рукой глаза, увидев, в каком виде он задал этот вопрос. — Ты почему голый?
Его мой вопрос даже не смутил, лишь слегка раздраконил:
— Я жду его как дурак, а он еще вопросы задает? Кто из нас гей, в конце концов? Или геи совместный душ не принимают?
— Ну, извини, я не ожидал! А если бы Светка вошла?
— А что она нового увидела бы?
Я слегка отвел ладонь с глаз и посмотрел на идеальное тело, перепачканное мной. Может, она и видела это раньше, но сейчас это все было моим. Протяни только руку.
И я протянул. Рельеф грудной мышцы, ложбинка и кубики на животе…
Подняв взгляд, я встретился с его мутными карими глазами, полными желания.
— У тебя большая ладонь. Так не привычно… А пальцы такие длинные…
Его ладонь накрыла мою. Взяв за запястье, он приподнял ее, перевернув внутренней стороной вверх, и поцеловал прямо в точку, где пульсировала жила. В висках застучало. Его губы коснулись открытой ладони. Интимно… Сексуально…
Направив ее вниз, он продолжал смотреть мне в глаза, помогая моим пальцам скользить по его члену. Не разрывая зрительный контакт, его губы приближаются и…
Больше я не могу рассуждать, ловлю глотки воздуха и снова прижимаюсь к нему. Хочу! Хочу всего! Целую шею, опускаюсь ниже и ловлю кайф от его стонов, когда заглатываю его всего.
Как же он стонет, пытается ухватить меня за волосы, но, резко выгнувшись, кончает. Я сижу у его ног на коленях и вижу, как вздымается его грудь, как он вздрагивает от моего языка, слизавшего каплю на его животе. Что может быть сексуальней, чем любимый человек в экстазе?
— Черт, Гном! Это так…
Он, не договорив, дергает меня за руку и притягивает к себе. Целует нежно, ноги становятся ватными. Люблю его! Хочу его до боли в паху, и он это знает, потому что его рука уже нежно ласкает бугор в моих штанах:
— Гном…
— Что?
— Гно-м-м…
— Ну что-о-о?!
— Скажи, как сильно ты меня хочешь.
— О-о-очень…
Губы, шея…
— Очень? — шепчет в живот.
— Очень-очень!..
Так сильно, как его, я никого не хотел. Никто не возбуждал меня так сильно, как он. Ни с кем я не кончал так быстро.
— Как думаешь, мы сегодня примем душ? — спросил он меня, сидящего полусонного на полу в ванной. Я лишь промычал ему в плечо, прислоненное ко мне. — Вот и я об этом…
Ночью по привычке спросонья я забросил ногу на его бедро, он убрал и вместо этого сам забросил на меня свою. Для меня было так ново чувствовать, как он подмял меня под себя и по-собственнически устроил голову на моей груди. Я боялся пошевелиться.
— Спи, — прошептал он мне на ухо, перед тем как поцеловать в висок.

========== Часть 17 ==========
У многих наверняка была такая ситуация, когда, проснувшись утром после первой совместной ночи, не знаешь, что сказать и вообще как себя вести. Так вот… У нас все было не как у нормальных людей. Проснулся я под: «Черт! Проспали!», вместо поцелуя — хлопок по заднице и «Бегом собирайся!» Быстро натянув на себя первое, что попалось в шкафу, пока Сергей умывался в ванной, я отправился на кухню. О чае или бутербродах не могло быть и речи, я лишь с ужасом посмотрел на пол, который вчера так и остался нетронутым, и быстро умыл лицо, склоняясь над мойкой.
— Ты готов? — раздалось за спиной.
В дверях стоял Сергей, полностью одетый и даже в туфлях. Мда-а-а… Армия потеряла потенциального отличника боевой подготовки… Тут и мне пришлось показать свою сноровку.
— Секунду, — заскочив в ванную, я за минуту почистил зубы и выбежал в коридор.
— Все?! — ответа он не стал дожидаться, ухватив за локоть, вытолкал за дверь. Так же по-деловому он отобрал ключи и закрыл замок.
— Быстро-быстро! Вот это мы дали! — толкая в спину, запихнул в лифт и, повернувшись ко мне лицом, спросил: — Как я выгляжу?
Как-как?.. Какой ответ его сейчас устроит? Что сейчас он такой сексуальный, что я готов нажать кнопку и обратно вернуться домой?
— Не смотри так! — словно прочитав мои мысли, произнес он и, наклоняясь, прошептал на ухо: — Есть жвачка?
— Что?.. — переспросил я, явно не о том подумав.
— Гном, не тупи. — С эти словами он шлепнул меня по заднице и притянул ближе к себе. Его ладонь сжала мой зад. Дыхание сбилось… Еще чуть-чуть… Мне показалось, что он меня поцелует, но вместо этого он снова прошептал на ухо: — Больше никогда не надевай эти штаны.
Его пальцы проникли через разрез и ущипнули.
Двери лифта открылись, так и не дав мне возможности ответить.
— Ты идешь или как? — сделав пару шагов из лифта, Сергей развернулся и улыбнулся своей фирменной улыбкой.
Ох! Пресловутая юношеская впечатлительность уже сработала. Думалось с трудом, как впрочем, и передвигалось. Одно радует, на лавочке под домом не было посторонних свидетелей моей утренней походки. Возбуждение сняло как рукой, стоило только машине начать движение. Сергей гнал как угорелый. Местами казалось, что мы не на шоссе, а на гонках «Париж-Дакар». После очередного резкого поворота меня в прямом смысле забросило на Сергея. Мое лицо чуть ли не оказалось между его ног.
— Черт, Гном! Я даже не знаю, чего я больше хочу: секса или кофе, — то ли в шутку, то ли вправду сказал Сергей и резко припарковался у обочины. — Давай хоть кофе выпьем, если другое не успеваем.
Наблюдая через лобовое стекло, как Сергей покупает кофе, на душе стало так спокойно и чувство неловкости окончательно покинуло меня. Странно, но мне показалось, словно наше поведение сейчас смахивает на отношения парочки, прожившей уже не один год вместе. Быстрые сборы, взгляды, прикосновения и даже кофе на ходу… Его улыбка и тихое: «Осторожно, горячо!»
Я реально хочу, чтобы этот миг застыл навсегда. Его теплые пальцы касаются моих, передавая бумажный стаканчик, и в его взгляде все, о чем я мечтал, — нежность, страсть и желание.
— Если бы не утреннее собрание… — произносит он полушепотом. — Вечером ко мне?
— Хорошо… Черт, нет! Мне нужно домой, — вспомнив о бардаке на кухне, расстроился я. — Кухня… Родители убьют… Хотя за смородину и так получу.
— Значит, сегодня снова у тебя, но после работы заскочим ко мне за сменной одеждой.
Не знаю, заметна ли по моей довольной мине вся та радость, что распирает меня изнутри. Ну и пусть!
— Не сильно радуйся. Штаны эти сегодня точно уйдут в мусорный бак.
— Это мы еще посмотрим! Их еще нужно снять.
— Ты сомневаешься в моих способностях? Если бы не собрание… Ты бы из квартиры сегодня не вышел. — Рука вместо коробки передач легла на мое колено.
Если он продолжит, еще неизвестно, кто первый покажет свои способности.
— А который час? — решил я не рисковать.
— Черт! Точно!
========== Часть 18 ==========
Фраза «витать в облаках» для меня всегда была далекой и непонятной. Казалось бы, как можно отключить мозги, чтобы ничего кругом не видеть и не слышать? Оказывается, можно. Я полдня не мог собраться и наконец-то хотя бы сделать вид, что работаю. Перед глазами постоянно стояла картина вчерашнего вечера.
Нет, ну, правда! Я везунчик?! Это ведь не была моя фантазия на вариацию, как бы все могло быть? Но все происходило в реальности и именно со мной. Как тут не впасть в эйфорию и не забить на работу?
— Елисеев, ты слышишь меня? Подойди, я сказала! — тучная тетя Маша, гроза нашего отдела, поманила меня рукой. Пришлось обойти витрину и подойти к ней поближе. — Может, займешься уже делом? А? Я все понимаю, любовь там у тебя или еще что сейчас в голове, но ящики таскать за тебя не стану. Имей совесть.
— Ладно-ладно. Все сделаю, вы только говорите, что делать.
— Хорошо. Помоги вот эти конфеты расфасовать. Между прочим, пока ты шарился, опять начальничек забегал.
— Правда? Что хотел? — я постарался сделать лицо посерьезней, чтобы хоть как-то скрыть радость.
— А кто его знает? Видно, просто проходил мимо. В руках новая зубная щетка была, наверное, купил. — Сделав умный вид, она продолжила: — Я тебя спросить давно хотела. Что он к тебе пристал? Что ты успел натворить? Раньше он никогда наш отдел не посещал, а тут каждый день инспектирует. Присесть на минутку из-за него нельзя.
— А я знаю? Я вообще у вас новенький.
— Не хочешь, не говори, но учти, я тебя прикрывать не стану.
— Да ладно вам, теть Маша, может, он в вас втрескался, вот и ходит, — решил я пошутить над ней, но судя по вытянувшейся осанке, я попал в самую точку.
— Ох, Елисеев, договоришься ты у меня! — ее попытка быть серьезной не увенчалась успехом. Она заулыбалась и, бросив взгляд через плечо, ласково произнесла. — Это не к тебе случайно?
Развернувшись, я увидел Мишку, который делал вид, что выбирает шоколадку, и поглядывал в нашу сторону.
— Теть Маш, я отойду на секунду.
— Только ненадолго! Я тебя знаю!
Я подошел к стеллажу и стал вполоборота рядом с ним. Думаю, нам стоит уже поставить точку в наших отношениях.
— Привет.
— Привет.
— Что-то подсказать? — спросил я, видя, что он продолжает рассматривать упаковки.
— Я проходил мимо.
— Это понятно…
Если учесть, что живет он черт знает где… То «мимо» это очень большое расстояние.
— Есть минутка? Может, покурим?
— Если ты угощаешь.
— А что так? Твой «дружок детства» вроде как не из бедных? — язвенный тон перебил желание даже отвечать.
Я развернулся, чтобы уйти, но он ухватил меня за запястье:
— Ладно, прости! Вырвалось.
Мишка протянул мне сигарету.
— Идем?
Я последовал за ним между рядами. Выйдя из здания, мы подошли к лавочке, которая располагалась под большим деревом. Под его кроной можно было хоть спрятаться от жары. Мишка сел на лавочку и затянулся.
— Как дела?
— Нормально.
— Чем занимался на выходные?
— На даче был.
Почти правда, если не считать вчерашнего вечера.
— Классно тебе… Я звонил.
— Я вечером увидел.
— А ответить тяжело? — слегка раздраженно спросил он.
— Думаешь, нужно было?
— По крайней мере, мог бы спросить, что я хотел?
— И что ты хотел?
— Теперь тебе интересно? — он затянулся и выдохнул дым.
В отличие от него, я сделал легкую затяжку и не спешил выпускать воздух, давая ему возможность выговориться.
— Я хотел тебе просто сказать, что ничего страшного в том, чтобы поэкспериментировать нет. Если на то пошло, то можно считать, что мы просто утолили свое любопытство…
— Ты, значит, это так называешь? — не скажу, что мне приятно об этом слушать.
— Чувак, ну, подумаешь, слегка перебрали. Между прочим, ты первый стал мутить с этим Сергеем. Это ты должен извиниться, а не я. Но ты видишь, я первый пришел… И я прощаю тебя. Я даже где-то понимаю тебя… Он так ничего себе… Но ты же знаешь, что это ненадолго. Он натурал, и даже если ты ему и нравишься, то это ненадолго. Спорим, что до секса у вас никогда не дойдет.
— Это все, что ты хотел мне сказать?
— Чего ты злишься?! Я, по крайней мере, честен с тобой! Ты гребаный мудак, вот кто ты! Не хочешь мириться со мной, фиг с тобой! — резко поднявшись, он швырнул окурок в урну, стоящую рядом. — Только и с ним у тебя ничего не получится! Ты думаешь, он будет таким покладистым, как я? Он даст тебе трахать себя? Сомневаюсь! Или ты наконец-то решился не быть таким недотрогой? Я бы на это посмотрел!
— Все сказал?! — мой окурок тоже последовал в урну. — Думаю, наш дружеский диалог окончен. Я не стану бить тебя в лицо. Хотя бы ради того, что между нами было. Только давай больше ты не будешь «проходить мимо», договорились?
— И это все, что ты можешь мне сказать? Ты сукин сын! Хрен с тобой! Вали! Только помни, вы никогда не будете вместе. Он найдет себе очередную телку, и ты еще вспомнишь обо мне, мудак!
— Пока! — Я развернулся и ушел.
Он еще крикнул мне что-то вдогонку, но из-за шума проезжающих машин я ничего не разобрал.
Ну, зачем он пришел? К чему этот разговор? Для чего, в конце концов, он это сказал? Ему полегчало от этого? Может, и да, а вот мне стало плохо. И не из-за того, что мы расстались, а из-за того, что он где-то прав. А если уж быть честным с собой, то почти все, сказанное им, было правдой — Сергей натурал, а я не знаю, смогу ли я позволить ему быть сверху. Черт! Хотя какая разница, нам ведь было хорошо без проникновения. Черт! Кого я пытаюсь обмануть? Мне было хорошо, а вот как будет дальше…

========== Часть 19 ==========
Можно о многом жалеть в жизни. О сказанном, недосказанном, что сделано, а чего не стоило предпринимать, но, ради бога, скажите, о каких сожалениях может быть речь в восемнадцать? Нет, мне не жалко рвать эти отношения, но гадкое ощущение на душе всё же возникло. Как бы там ни было, Миша раньше нравился мне, иначе я бы не стал с ним спать, тем более не терпел бы его шесть месяцев. Только… Есть вещи, которые неподвластны никому. Где-то прочел о «химии чувств», и это выражение въелось мне в голову. Пусть это звучит смешно, но мне кажется, что, когда нахожусь рядом с Сергеем, возникает какая-то реакция, и меня начинает тянуть к нему словно магнитом. Сопротивление приближается к нулю, и я начинаю растворяться в нем. Нелепо? Может быть… Кто не испытывал подобного, не поймет.
Вот поэтому стараюсь не жалеть ни о чем. Сколько бы мы продержались с Мишкой, вопрос времени и терпения. Вариантов этого разрыва было очень много и один из них даже самый плачевный. Без преувеличения можно сказать, что рано или поздно он бы меня пришил. Было бы это в порыве ревности или неосторожное обращение с режуще-колющими предметами, или несчастное падение с кровати, пусть это остается лишь в догадках. Главное, что сейчас я сдержался и не стал ввязываться в выяснение отношений.
Обидно лишь одно — он прав. Прав во всем, но только кто хочет этой правды? Кому хочется знать сегодня, что будет завтра? Особенно если есть настоящее, и оно прекрасно. Это то, о чем ты мечтал — райское яблоко, в котором зародился маленький червячок сомнения.
Остаток дня я ждал вечера с волнением: «Что… Что дальше?» Даже смс на телефон: « Выходи. Я в машине» вызывала сомнения. Черная машина, полуоткрытое стекло на водительском месте и карие глаза, которые сузились в подозрении, когда я подошел:
— Чего так долго? Садись, чего встал?
— Я тут подумал… Может, лучше, если мы не будем светиться перед входом в магазин?
— Так-так… Что-то новенькое… — он посмотрел на меня и, надев солнцезащитные очки, прошипел сквозь улыбку: — Садись давай!
Зачем кричать?
Присев рядом с ним в машину, я посмотрел на него внимательней. Злится. Почему?
Только я хотел спросить, как в ответ последовал встречный вопрос:
— Что произошло?
— Ничего.
— Если «ничего», то к чему такие вопросы?
— Какие?
— Да брось! Я же говорил, что знаю тебя.
— Перестань, просто мне кажется, что могут подумать…
— Подумать? Что?! Не смеши меня! Ты хочешь сказать, что теперь мы должны за десять километров объезжать улицы, на которых находятся гей-клубы? Или делать вид, что незнакомы? Ты хоть сам понимаешь, что это нелепо?
Я все понимаю, только…
— Это ты не понимаешь. Может, для тебя это такая игра, а для меня это жизнь. И я бы не хотел, чтобы на меня показывали пальцем.
— Не хочешь, правда? Может, для начала снимешь эти штаны? Как для парня, который боится быть раскрытым, ты очень выделяешься внешним видом.
Дались ему эти штаны!
Я было хотел возразить, но он не оставил мне шанса, продолжив свою речь.
— Я вообще не понимаю, что поменялось с утра? Вроде тебя не сильно беспокоило, что о нас подумают, когда мы выходили из дома. Если уж на то пошло, то с «этим» ты ходил по улицам и ничего тебя не смущало. И вообще, почему мы это сейчас обсуждаем? Еще раз спрошу. Гном, что произошло?
— Ничего.
— Я заходил. Где ты был?
Сразу вспомнился рассказ теть Маши.
— На складе. — Не думаю, что сейчас новость, что я сегодня не сильно хороший работник, его обрадует.
— А если хорошо подумать?.. Я намекну. К тебе кто-то приходил и… — Он сделал паузу, ожидая ответа.
Откуда… Ну, тетя Маша!
— А! Ты об этом. Так я выходил покурить.
— С кем?
— С Мишей. Он мимо проходил. — Сказал и сам понял, как это сейчас прозвучало. — Нам нужно было кое-что обсудить.
— Да? Интересно что? Не из-за этого ли ты выдаешь сейчас мне этот бред? Мне казалось, с ним вопрос уже решен или это не так? — Он повернулся ко мне и снял очки. От этого взгляда, меня обдало жаром и холодом одновременно. Словно кто-то окатил холодной водой. — Так или нет?
— А ты как думаешь?..
— Я хочу от тебя это услышать. Но не здесь. Дома. Пристегни ремень.
Ремень действительно оказался как нельзя кстати. Он гнал так, что на светофорах хотелось выскочить из машины. Сбавил он только когда свернул возле своего дома в подворотню.
— Идем, — сказал он мне, как только заглушил двигатель.
— Я подожду в машине, — у меня в желудке штормило, и любое телодвижение могло плохо закончиться.
Сергей ничего не сказал, просто обошел машину и открыл мою дверь. Пришлось вылезть и отправиться за ним следом.
Он злится и при том очень сильно. Это видно. Начиная от кнопки лифта, которая ему чем-то не угодила, и заканчивая ключами, полетевшими на стол.
— Теперь говори! — он выдернул края рубашки из брюк и стал расстёгивать пуговицы на рукавах, при этом смотря на меня в упор.
— Я не знаю, что ты там подумал, но это никак не связано с Мишкой.
— А с кем тогда? — наступила очередь пуговиц на груди.
Взгляд сам перетекал вниз, как я ни старался смотреть ему в глаза.
— Я, ты… Я подумал, что у нас ничего не выйдет…
Он прекратил эту отвлекающую процедуру с пуговицами, опустив руки.
— Почему, можно узнать? — в его голосе не слышалось больше злости. Словно переключатель сработал, и он снова стал собой. — Я сделал что-то не так?
— Нет-нет… Все просто отлично, даже страшно, насколько все было классно. Только… Понимаешь… Дело в том, что мы с тобой… — Черт! А это тяжело. — Как бы это сказать…
Я уже сам не понимаю, что хочу сказать. Его полуснятая рубашка только сбивает и мешает думать адекватно.
— Скажи как есть.
— Это касательно секса… Не думаю, что у нас получится.
Все! Сказал.
— Не получится, значит… — Он склонил голову и пристально посмотрел.
Черт!
— Что же помешает? Ты не хочешь меня?
— Хочу! — выпалил я и замер, посмотрев в его глаза и медленно опустив взгляд, проведя по его оголенной груди. — Черт!
— Тогда что?
— Я не женщина.
— Я заметил. Это особенно сейчас заметно. И знаешь что? Это мне нравится. — Он сделал шаг навстречу и оказался на расстоянии вытянутой руки. Он протянул руку и коснулся места, где джинсы предательски выпирали вперед. — Никогда не думал, что такая реакция на меня будет так заводить.
Его ладонь прижалась, и я не выдержал. Его грудь оказалась такой теплой. Ткань рубашки издавала цитрусовый запах. Захотелось утонуть в его райском аромате. Смуглая кожа. Стон и рука в моих волосах. Он позволяет мне вести. Лизнуть его сосок и потянуть вниз рубашку, оголяя тело, сводящее меня с ума.
***
— Хорошая была рубашка. — Приятная ткань прошлась по моему животу, собирая остатки вязкой субстанции. — Удивительно, как она выжила после вчерашнего. Сегодня ей так не повезло.
Я не могу сдержать свой смех. Целую его губы и окончательно порчу рубашку, вытирая его в ответ.
— Отстирается. Проверено. А вот от ягод вряд ли.
— Кстати о ягодах. Я купил целое ведро.
— Что?! Правда? Зачем?
— Ты же сказал, что родители убьют, а мне ты еще живым пригодишься.
Притянув к себе сильнее, он поцеловал так страстно, что, казалось, насчет "живым" он пошутил.
— Для чего же я тебе пригожусь?
— О-о-о! Думаю, я тебе найду применение. Особенно этим губам… Прямо сейчас…

========== Часть 20 ==========
POV Сергея
Если когда-нибудь кто-то из моих знакомых узнает, что у меня отношения с парнем, очень удивится. С парнем? Отношения? Даже не знаю, что больше их смутит: отношения или парень. Так уж получилось, что последняя, с кем у меня была серьезная связь, — это Света, сестра Тёмы. Потребности в отношениях не возникало, меня вполне устраивали встречи на одну ночь. С этим почти никогда не возникало проблем. В основном девушки были не против, хотя и встречались исключения. Такие отказы меня совсем не задевали. Нет так нет. Никаких проблем.
Что же поменялось теперь? Сама фраза «У нас не получится» сводит меня с ума. Я боялся ответа, что причина в той мартышке. Реально, я ничего не имею против того патлатого, пусть живет себе и делает, что хочет, только не рядом с моим Гномом. Моим, именно моим! Я искал логическое объяснение этой ревности, и ответ был всегда лишь один — люблю. Еще до первой совместной ночи я знал это. Мой приход к нему не был чем-то импульсивным и необдуманным. Я знал, чего хочу. Его — этого парня, которого увидел первый раз в дурацком пуховом платке, с опухшими глазами и испуганным взглядом. Паренька, который цеплялся за меня руками в надежде получить желаемое. И сейчас я понял, что хочу быть этим желаемым для него. Гей ли я после всего сказанного? Черт с ним, пусть! Ради него я готов им быть.
Но есть проблема. Я даже догадываюсь, какая… Решение ее зависит не так от меня, как от него самого. Я просто стараюсь не испортить все.
Догадался я еще в первый раз. Может, он думает, что я не заметил, но я отлично помню, как он сказал «нет», когда я опустил руку, лаская его. Больше такой ошибки я не совершал. Да, наши отношения сейчас больше напоминают подростковые. Мы, как сумасшедшие, исследуем тела друг друга в поисках самых сокровенных желаний, доводим друг друга до экстаза за доли секунд, и это классно, но вопрос в другом… Почему с патлатым он делал это, а со мной нет? То, что у них был полноценный секс, я знаю точно. Откуда? Разведка донесла. Впрочем, эта «разведка» не только расколола врага, но и очень подробно составила мне доклад обо всех прелестях голубой любви. Я не скажу, что что-то из информации оказалось для меня ново, но нужно просто слышать этот разговор, чтобы понять. Сколько ни читай и даже ни смотри порно, но так, как гей, тебя не просветит никто. Никогда не думал, что дружба с геем окажется мне полезной.
Только есть вопрос, который обсуждать я ни с кем не буду. Почему Гном останавливается и не хочет переходить дальше? Спросить? Могу все испортить… В голове крутятся разные варианты: сомневается, что будем вместе, или причина в патлатом (это худший из них); не нравится это делать со мной (это вряд ли).
Честное слово, это какой-то детский сад. Нужно просто спросить и все! С женщинами действительно проще. Только бы ему это нечаянно не сказать. Хотя постойте, если с ним не пройдет подкат, как с женщиной, может, стоит… Как там говорила Наташка? «Вы, мужчины, так предсказуемы. После секса проси все, что хочешь». Он мужчина, а остальное за мной. Или все же напоить?..

========== Часть 21 ==========
POV Гном
Что я там говорил? Люблю несмотря ни на что? Черта с два! Я его ненавижу! Подумать только, сказать мне такое! Сам он — «малолетка с бурной фантазией»! Если он думает, что со мной так можно поступать, то очень ошибается!
Выскочив из его подъезда, я остановился, чтобы перевести дух и собраться с мыслями.
Полтора месяца коту под хвост! И обидно до чертиков, ведь я действительно люблю его, и услышать от него такие слова — как получить пощёчину. Было же все просто идеально, но спустя месяц стали происходить странные вещи, которые разрушили все основательно.
Вначале настораживающие вопросы: «Что вечером планируешь делать?», «Нет ли у тебя планов на завтра?». Все это смахивает на то, что он устал от меня и, как блудливый муж, ищет свободное окно, чтобы сходить налево. Не скажу, что это не обидно. Еще как. Тем более, что для меня наоборот — хочу проводить с ним каждую свободную минутку.
И еще это странное желание напиться… Только приходим к нему, он сразу предлагает алкоголь. Я, конечно, не святой и выпить — не проблема, но почему у него возникает в этом потребность? Ну же?.. Есть догадки? Стопудово ему нужно это, чтобы возбудиться. То есть ему это трезвому не в кайф. Именно поэтому меня только от одного слова «выпьем» начинает трясти от злости.
И нужно, чтобы именно сегодня я не сдержался.
***
Я еще даже не успел снять кроссовки, как в дверях появился Сергей с бутылкой в руках.
Мы же только вошли в дверь! Когда успел?!
— Выпьем? Виталик подарил, сказал, отличный виски.
Настроение упало вдвойне, при упоминании «выпить» и этого Виталика.
— Если ты хочешь побухать, то зачем я здесь? Пил бы этот виски со своим Виталиком, — пробурчал я себе под нос, склонившись над обувью.
— Так ты не будешь? — переспросил он расстроенным голосом.
— Нет!
— Может, ты будешь что-то другое? У меня есть водка, коньяк… шампанское. И еще…
— Ты это специально! — нервные клетки стали давать сбой, взрываясь моментально. — У тебя что, проблемы с этим?!
— Успокойся, — Сергей поставил бутылку на полку и подошел ко мне, протянув руки, чтобы обнять, но я оттолкнул его.
— Сам успокойся! Ясно? Это уже начинает напрягать!
— Что? Что тебя начинает напрягать?! — взорвался он в ответ на мои слова. — Что я, твою мать, делаю не так?!
Он смотрел на меня таким взглядом, словно хотел убить, и я ничего не придумал, кроме как подлить масла в огонь.
— Все!
— Что все?!
— Все не так!
— Не так?! А как нужно?! Вот так?! — он бросился на меня, прижав к двери, и стал стягивать одежду. — Вот так, да?! Тебе нравится, чтобы с тобой обходились грубо?!
— Отпусти!
Стянутая в спешке рубашка упала возле моих ног, и он сделал шаг назад, проведя рукой по своим волосам, пытаясь успокоиться.
— Гном, скажи мне уже, чего ты хочешь? Что тебя не устраивает? Две недели ты ведешь себя как ребенок. То тебе домой нужно, то у тебя друзья, то еще какая-то хрень. Сейчас не успели войти в квартиру, ты реагируешь на все негативно. Давай поговорим как вз…
— …Взрослые? Так, значит, ты обо мне думаешь?! Если на то пошло, то это ты будь мужиком и скажи уже правду!
— Какую правду?
— Да брось! Я же вижу, что тебе надоел, и ты все крутишь-вертишь и не знаешь, как от меня избавиться.
Я ожидал в ответ все, что угодно, только не то, что он резко подойдет и обнимет. Сергей сжал мое тело, как тисками.
— Боже, угораздило же меня связаться с малолеткой, у которого бурная фантазия.
В этот момент я лишь услышал «малолетка». Это был окончательный приговор. Оттолкнув его от себя, я натянул кроссовки.
— Гном, ну, правда, перестань… Я ничего такого не сказал. Если уйдешь…
— Пока. На работу я не вернусь. Через две недели уже учеба.
Я ушел.
Вот так и закончилась наша первая и последняя ссора.
Теперь вот сижу у его подъезда на детской площадке и курю.
Курю, вспоминая его слова, его объятия, его запах… И единственный вывод сделал я из этой ссоры, что действительно еще не дорос до настоящих отношений. Убежал как трус, только далеко ли? От себя никуда не денешься. Остыл и понял, что не могу без него.
POV Сергей
Ну, что сказать… Таких усилий, чтобы затащить в постель, я не прикладывал ни с кем. Строил планы, создавал атмосферу, даже купил шикарный набор постельного белья. Чушь, конечно, но мысль, что он будет лежать голым на этих простынях… Кто же знал, что его реакция будет такой: «У тебя раньше другое белье было. Ты купил новое? Бабское какое-то…». Вышел из спальни и сказал, что срочно нужно домой.
В следующий раз приготовил заранее ужин, но, стоило мне выставить все это из холодильника, он лишь посмотрел и сказал, что не голоден.
Разные мелочи стали его раздражать, даже бутылка пива, протянутая после ужина. Приходить стал через день, поэтому пришлось всегда уточнять его планы.
Спрошу, что делает завтра, а он в ответ недовольным тоном: «А что?». Говорю: «Просто так», а в ответ: «Просто так не бывает».
Что происходит с ним последние две недели, я не понимаю, но сегодня все стало на свои места, по крайней мере, для меня. Он не уверен в себе, не уверен в наших отношениях, боится быть обманутым и, главное, — не хочет, чтобы об этом было известно мне.
Наблюдая из окна за огоньком от сигареты на детской площадке, я понимаю, что он никогда не сделает первым шаг. Упертый, как осел, но я все равно люблю его.
***
— Гном, пойдем домой. Уже почти полночь, — я подошел к лавочке и остановился возле него.
Он обхватил меня за талию и прижался щекой к животу.
— Я люблю тебя.
— Знаю, Гном, знаю.
— Думаешь, я хочу быть таким? — его голос дрогнул, и он уткнулся лбом в мой живот, пряча лицо. — Но в последнее время постоянно мысли, что ты бросишь меня. Может, это из-за слов Мишки. Эта еда, что появилась, когда меня у тебя не было, постельное белье… Твои вопросы о планах. Я постоянно вижу скрытый смысл. Мне кажется, что, когда меня нет, в твоем доме хозяйничает женщина. Только зачем тогда тебе я?
— Ты сам ответил на свой вопрос. Гном, никого, кроме тебя, нет. Все это я делал ради тебя. Понимаешь? Ради тебя!
— Правда? А алкоголь?..
— Что не так с алкоголем?
— Тебе не противно со мной?.. Ну, это…
— Вот дурачок! Ха-ха-ха! А я еще думаю, что тебя так злит? Подпоить я тебя хотел, чтобы ты расслабился, и мы могли уже сделать, как ты сказал, «это».
Его объятия стали сильнее, и он таким же дрожащим, но уже от счастья, голосом прошептал в мой живот.
— Я всегда хотел тебя.
— И что нам мешает?
— Мы на детской площадке.
— Но время ведь не детское.
Одна из его рук спустилась пониже спины и очень быстро оказалась на моей ширинке.
— Как думаешь, если мы сделаем это в том миленьком домике, нас посадят?
Его ладонь пробралась внутрь штанов и сжала мой член.
Мне уже все равно, где мы и что делаем. Хочу его даже на этой лавочке.
— Хрен с ним, пошли в этот домик.
Только я произнес это, как зазвонил Тёмин телефон. Судя по мелодии, родители.
Черт, на самом интересном месте.
 Он вздохнул и поднял трубку.
— Светка рожает!

========== Часть 22 ==========
Когда не знаешь, что сказать — молчи. Так, по крайней мере, поступаю я.
Лицо Гнома все светится от счастья, и слова радости льются из него фонтаном, а я смотрю на него и борюсь с желанием завалить прямо в машине и заняться с ним любовью.
— Представляешь, четыре сто! То-то ее расперло на последних месяцах. Бровки, посмотри, рыженькие, — свет от экрана телефона ударил мне в глаза.
— Хорошо. Отлично, — я попытался убрать этот источник раздражения с глаз. — Я рад за вас. Если есть мобилки, зачем тогда ходить под окнами до трех ночи?
— Прости-прости! — он радостно убрал телефон от моего лица и продолжил любоваться фоткой. — Я же говорил, можешь не ждать. Родители волновались, нужно было составить им компанию. Я же не знал, что она так долго будет рожать.
Снова забыв обо мне, Гном уставился на экран.
— Рыжик… У нас в семье нет рыжих, это, наверное, с Вовкиной стороны. Классный такой! Точно, на Вовку похож.
Факт, что какой-то Вовка его интересует больше меня, слегка раздражал.
— Все, мы можем ехать?
Тёма наконец-то посмотрел на меня.
— Да, конечно, — его лицо приблизилось, и он нежно поцеловал меня. — Спасибо.
Черт, так захотелось большего.
Я потянулся к нему… Он резко опустил голову и прижался к моему паху.
Ничего себе! Большего, но не так же быстро! А как же предварительные ласки?
— Твою ж! Родители! Посмотри, они смотрят в нашу сторону?
Ха-ха-ха!
Мне мысленно стало смешно.
Вот оно что, а уж было подумал… Но то, как он сейчас там, внизу, дышит, мне очень даже нравится.
— Тихо, не шевелись. По-моему, смотрят, — вру и ни капельки не стыдно. Он сам виноват, нечего так дышать. Он сам мог догадаться, что ночь, а в салоне машины темно.
— Может, подвезем их?
— Ты что, рехнулся?! Они такси вызвали.
— Хорошо, может, продолжим, на чем остановились возле моего дома?
— Ты что, извращенец?! Рядом же мои родители стоят!
— Тогда хватит там так дышать. У меня, между прочим, уже тоже стоит. Так что готовься!
— Я заметил. Поехали уже!
***
Лифт в моем доме наверняка был свидетелем картин и похлеще, чем целующиеся парни, но мы чуть было не устроили в нем прелюдию. Когда двери лифта открылись на нашем этаже, никто и не подумал застегивать ширинки, прикрыв лишь футболками возбуждение.
— Ну же, чего так долго? — Прижавшийся сзади Гном лишь усугублял ситуацию, упершись чем-то очень твердым мне в бедро.
— Какой ты нетерпеливый.
Щелчок замка, и мы чуть ли не ввалились в квартиру, снеся по пути все подряд. Это словно игра, кто кого быстрее разденет. Победил я, завалив его голого на постель.
— И кто из нас нетерпеливый? — улыбаясь мне в губы, он пытался стащить носки, которые на нем остались. — Дай хоть сниму!
— Потом! Мне не мешает.
Опустившись пониже, я коснулся его готового к бою дружка.
— О-о-о, Сергей! Серг-г-ей… Да!
Чем больше он постанывал, тем больше меня это заводило.
Мой красивый мальчик издавал такие сексуальные звуки только лишь от касаний моих губ. Он содрогался, сжимая коленями мою голову, приподнимался на локтях и, притягивая меня к себе, страстно целовал.
— Иди сюда. Ближе-е-е…
Вот я и на нем.
Горячий, какой же он горячий! Его губы, целующие мой подбородок, язык на моей шее. Это все так возбуждает!
— Сергей, как я тебя хочу-у-у! — шепчет мне на ухо и резко переворачивает.
Теперь он на мне.
Целует в шею, проводит рукой по груди, спускаясь ниже. Сжимает мой член в своей горячей ладони.
— Люблю твой член, — шепчет в губы и снова целует, словно изголодавшийся зверь. Жадно, страстно… Сползает по мне ниже, оставляя влажный след от языка, и заглатывает меня всего так глубоко, что я не сдерживаюсь и стону.
Он знает, как сделать, чтобы у тебя затряслось тело в истоме, знает, как довести тебя до точки кипения, когда вся твоя кровь приливает вниз и ты перестаешь соображать.
Его рука скользнула по члену, тепло от его рта пропало на секунду, а вместо этого появились влажные пальцы на моем анусе.
— Тихо-тихо, не так быстро. — Потянув его на себя, переместил его снова в нижнюю позицию.
— Тебе бы понравилось. Я так сильно хочу тебя! — Целует и пытается перевернуть снова, но я не даю ему этого сделать.
— Камень-ножницы-бумага?
— Ты гонишь? — его насмешливый тон перешёл в поцелуй. — А давай!
— Камень-ножницы-бумага, раз, два, три!
Мой кулак, его ладонь.
Я не дал ему шанса опомниться, впившись в губы. Он даже не заметил, как я вытащил припасенную смазку из-под подушки.
— Тёма, расслабься, — один палец вошел в него, преодолев легкое сопротивление. — Я люблю тебя.
Он застонал, но не оттолкнул.
Я посмотрел на его лицо. Больно? Не понимаю.
Он открыл глаза, посмотрел на меня и, потянув рукой меня за шею к себе, поцеловал.
— Продолжай. Не останавливайся.
Мои движения рукой стали более уверенными, его поцелуи более страстными. Второй палец вошел без особого сопротивления, и он снова застонал, но в этот раз как-то иначе — прерывисто, словно он задыхался.
— Глубж-ж-е-е! Да! Так! — От его стонов сносило крышу. — Вставь мне…
Как же я ждал этих слов!
Я отстранился и посмотрел на его лицо с затуманенными глазами.
Хочу!
Смотрю, как он впускает меня, и снова перевожу взгляд на лицо. Шея вытянулась, рот приоткрыт, и он стонет мое имя.
Боже, кто ж знал, что брать его так чертовски приятно!
Толчки с его стонами в такт. Его голос срывается, он тянет меня к себе, позволяя погружаться все глубже.
— О, Гном! Ты такой горячий внутри. Я уже не могу!
От моих быстрых движений его тело задрожало и выгнулось. Мой член сжало внутри, и я, не сдержавшись, кончил, опустившись на его липкий от спермы живот.
Чувство полного удовлетворения и счастья. Его дыхание стало совсем ровным, когда он наконец-то заговорил:
— Ты меня обманул! Я должен быть сверху.
— Разве? Ну, извини.
Притянув к себе, поцеловал. Он буркнул в ответ что-то о следующем разе и ответил на мой поцелуй.
Наивный.

========== Часть 23 ==========
— Так-так! — из моих рук наглым образом выхватили планшет. — Я думал, он учится, а он читает фэнтази.
Вместо того, чтобы отдать мне планшет, Сергей навалился сверху.
— Странный, какая учеба первые две недели? Дай хоть главу дочитать.
— Дочитаешь. Потом.
Так. Запахло жареным. Опять этот взгляд.
— Ничего, что мы минут двадцать как сделали «это»? — мои слова и попытки увернуться были проигнорированы. Последний оплот защиты — трусы — были резко стянуты до колен. — Да подожди! Дай хоть отдохнуть.
— На парах будешь отдыхать.
Стянув трусы окончательно, Сергей комфортно устроился между моих ног и стал домогаться языком моих сосков.
Нет, все просто прекрасно, мне все нравится, но темпы… Он словно дорвался до банки с мёдом. Осада моего зада происходит с частотой совокупления кроликов. Я уже стал специально придумывать отговорки, чтобы хоть чуть-чуть увеличить интервал между актами.
— М-м-м… Ну же, приопустись пониже. Да, вот так. — Он спустился с постели и, притянув к себе ближе, оказался между моих ног. — Что здесь у нас?
А у нас тут все просто зашибись! Готовность номер один.
Что он со мной делает? И так каждый раз, как от такого отказаться?
— Иди сюда! — Притягиваю его к себе, позволяя снова войти.
***
— Не спать. — Я почти уснул, когда он растолкал меня и перевернул на спину.
Что, опять?!
— Гном, тут такое дело… У Виталика послезавтра день рождения. Он пригласил.
— Иди.
— Он пригласил нас вдвоем.
— Нет!
— Почему нет?
— Ты же знаешь, он мне не нравится.
— Мало ли мне кто не нравится в твоем окружении, я же молчу.
Я даже проснулся от удивления.
— Да неужели?!
— Нет… Ну… — По всей видимости память стала к нему возвращаться. — Подумаешь, сказал пару раз. Но я все равно прав.
— Отлично. Ты прав, а я не иду.
Заминка, и последовал главный вопрос:
— Ты злишься на него из-за патлатого?
Наша песня хороша, начинай сначала!
— Даже не буду повторять. Ты знаешь ответ.
— Ладно. Тогда докажи. Давай пойдем. Там будет толпа народа.
— Хорошо. Только одно условие.
— Какое?
— Никаких показательных выступлений на людях. Ты же знаешь, я этого не люблю.
— Отлично. Хоть рядом сидеть можно?
— Если только сидеть.
Положив ему голову на плечо, я думал, разговор окончен, но, видно, ему не спалось.
— Ты своим сказал, что будешь жить отдельно?
— Нет.
— Почему?
— Потому что я не буду жить у тебя.
— Что?! Мы же договорились.
— Это было до того момента, как мать достала из морозилки ягоды. Ты нахрена чернику вместо смородины купил?! Знаешь, какой они с отцом скандал закатили. Я теперь самый безответственный и безалаберный сын в мире. Все мне припомнили. Короче, ночевать теперь только дома. «Пока мы тебя учим, будешь слушаться нас».
— Что за чушь?!
— Пойди и им это скажи. Да ну их! Давай спать. Может, это последняя совместная ночь.
— Ну уж нет! Тогда точно не будем спать.
Он потянул за руку, и я оказался на нем.
— Сергей, ну, правда, уже так не могу. Я же не резиновый.
— А как можешь?
Твердый ствол потерся об мой зад.
— В устной форме сойдет?
— Посмотрим.

========== Часть 24 ==========
Начнем, наверное, с того, что я никогда не любил всякие там гей-сообщества. Как понимаете, это никак не связано с ориентацией. Если бы я был натуралом, то уверен, что никогда бы не посещал клубы, чтобы подцепить девчонку. Единственным инструментом для поиска партнера у меня оставался сайт знакомств, и то всего один. Чему было здравое объяснение: подойди я знакомиться на улице, получил бы в глаз, и не раз.
Так к чему вся эта бравада? Дело в том, что когда мы вошли в квартиру к Виталику, я понял две вещи: первая — не зря я не люблю гей-тусовки, а вторая — не зря невзлюбил самого Виталика.
Первая причина в наличии двух-трех десятков пар глаз, прошедшихся по тебе оценивающим взглядом, вторая — они все были одеты в черную одежду в отличие от нас с Сергеем.
— Сергей, ты случайно ничего не забыл мне сказать? — слегка наклонив голову, уточнил я у, по всей видимости, тоже удивленного своего парня.
— Мы, наверное, ошиблись дверью и попали на съезд вампиров.
Из-за громкой музыки было плохо слышно, пришлось снова почти говорить ему на ухо.
— Нет. Мы попали на типичную гей-вечеринку с тематическим уклоном «парни в черном, девушки в белом».
— Что-то я не вижу здесь девушек, — ответил он мне, пытаясь не кричать.
— На нас посмотри.
Моя футболка светло-серого цвета и его голубая рубашка очень выделялись из толпы.
Сергей обвел меня взглядом и состроил рожицу «да ты гонишь». Сомнения его растаяли как дым, когда через секунду прошел мимо парень и подмигнул ему со словами «Хай, красавчик!».
Судя по изменившемуся лицу, это явно ему не польстило.
— Так что, красавчик, пойдем искать именинника? — подстебнув его, похлопал по спине.
Никого искать не пришлось. Из соседней комнаты нарисовался виновник торжества во всей красе. Надпись на его белой футболке была красноречивой: «Хепибездни меня!».
Ну-ну… Вот знал, что лучше не идти. Появившийся из-за спины именинника Мишка был еще одним доказательством моей правоты.
Интересно, идея с черным цветом кому из них пришла в голову?
— Серж, я так рад, что ты пришел! — уже слегка в кондиции, Виталька приобнял моего парня и, развернув от меня, поволок в другую комнату. — Я хочу тебя кое с кем познакомить.
Все, что оставалось мне, — пожать ему вслед плечами «сори, дорогой» и осмотреться по сторонам.
Судя по этой комнате, квартира огромная. Еще раз убеждаюсь в поговорке: «Скажи мне, кто твой друг, а я скажу, кто ты». То, что этот Виталик из мажористых, было понятно с первой секунды.
— Привет, Тёма, — раздался знакомый голос за спиной. — Нравится?
По всей видимости, вопрос был об обстановке.
Повернувшись к Мишке лицом, я ответил:
— Привет. Ничего так.
— Как дела?
Он смотрел пристально мне в глаза.
Сунув руки в карманы джинс, я принял непринужденную позу:
— Нормально. А у тебя?
— Отлично!
— Я рад за тебя, — почти искренне сказал я ему.
— А я так понимаю, ты еще с этим?
Я промолчал.
— Виталик сказал, что вы живете вместе, — он и не подумал прекращать этот разговор.
— Что еще тебе сказал твой Виталик?! — уже не таким спокойным тоном ответил я ему.
— Много чего. Он, в отличие от некоторых, от меня ничего не скрывает.
Ну, Сергей! Ну, держись!
— Судя по его футболке, ему уже нечего скрывать.
— Нравится? Это я ему подарил.
Значит, идея с футболками была его.
— А ты не боишься, что его кто-то «отхепибездит»?
— Не-а, у нас свободная любовь. Кого хотим, того и любим.
Он взял со стоящего рядом стола с закусками маслину и чуть ли не силой затолкнул ее мне в рот.
Он заигрывает со мной? Нет, это не вопрос. Он действительно подкатывает ко мне. Он что, пьян?
Довольно ухмыльнувшись, он смотрел, как я чуть не подавился этой маслиной.
— Так что?
— Что именно?
— Может…
Он кивнул в сторону какой-то двери.
— Спасибо. Не нуждаюсь.
Ох, я знаю этот взгляд. В какую же сторону придется уклоняться? А если ногой?
Пока я готовился к атаке, его лицо изменилось, сменив гнев на милость.
Глянув через мое плечо, он кому-то помахал рукой.
— Нет так нет, — как ни в чем не бывало, он прошел мимо меня в сторону, где стояла пара парней.
Судя по взглядам в мою сторону, они обсуждали меня. Что за ухмылки? Черт! Где Сергей?
— Привет. — Со спины неожиданно кто-то хлопнул меня по заду. — Скучаешь?
Может, и стоило врезать ему, но не хотелось накалять обстановку. Я ведь не нежная роза, чтобы падать в обморок от хлопка по заднице.
Парень оказался одного со мной роста и возраста и неплохим из себя. Он протянул мне бутылку с пивом.
— Смотрю, стоит такой парень и скучает.
— Я не скучаю, — все же приняв бутылку из его рук, ответил ему.
— У тебя есть партнер?
— Нет.
Я ответил так, потому что не считаю нужным отчитываться о своей личной жизни.
— Значит, я удачно подошел. Как тебя зовут?
— Артем.
— Виктор, — он протянул мне руку для пожатия. — Так что, Артем, ты уверен, что тебе не скучно? Здесь есть пара комнат, где можно развлечься. Видишь ту дверь, на бирке написано свободно.
Прикольно. Пять минут назад меня туда звал Мишка.
— Извини, но боюсь, мы играем за одну команду.
— Ничего. Я могу быть как в защите, так и нападении.
Ответить я не успел, мне на плечо легла рука.
— Скучаем?
Черт! Это уже не смешно.
— Очень, твою мать! — не выдержал я и повернулся в сторону Сергея. — Мне, между прочим, предложили переспать уже два раза.
Глаза Сергея сузились, смотря через мое плечо на парня сзади.
— Ты же сказал, что свободен? — поспешил оправдаться тот в свою очередь.
— Ты сказал, что свободен? — Сергей задал тот же вопрос, но с другой интонацией.
— Что-то типа того.
— Так. Мы уходим! — дернув за руку, как школьника, Сергей потянул меня к выходу.
— А как же именинник?
— Мы поссорились.
— Почему?
— Я разбил ему нос.
— За что? — пришла моя очередь удивляться.
— Не тебе одному предложили сегодня переспать.
— Что, серьезно?!
Все же «отхепибездили» его сегодня, только не так, как он хотел.
***
В лифте Сергей смотрел на меня серьезным взглядом. Был бы он суперменом, в моем теле появилась бы еще одна дырка.
— Что?!
— Я просто думаю, как тебя наказать.
— Даже и не думай. Я домой. Или ты забыл?
— Тогда в машине.
— Нет! Ты бы еще в кустах вдоль дороги предложил!
— А идея неплохая. Сентябрь… Еще тепло… У меня в машине пледик есть…
— Стоп! Можешь не продолжать. В машине так в машине.

========== Часть 25 ==========    
Когда жизнь наладилась, ситуация, так сказать, стабилизировалась, и даже родители стали отпускать поводок, позволяя не ночевать дома по выходным, вдруг случается то, к чему ты готовился, но оказалось, что зря.
Субботний вечер. Супермаркет. В воздухе уже слышны нотки цитрусов. Ты счастлив. Рядом с тобой любимый человек, который с умным видом читает содержание на этикетке соуса. Сегодня он готовит, а я таскаю за ним тележку с продуктами. Ничего, зато вечером я буду сыт и удовлетворен во всех смыслах этого слова.
— Как думаешь, какой лучше взять? — Сергей протянул мне две жестяные банки.
— Это попроще, чем выбор туалетной бумаги. Давай этот.
— А теперь обоснуй свой выбор.
— Здесь картинка красивее. — Бросив в тележку банку, двинулся с места к следующей полке.
— Тём, вот ты так всегда! Я же серьезно спросил.
— А я подумал и серьезно ответил.
— Ты же будущий маркетолог. Я бы хотел более исчерпывающий ответ.
Боже, иногда такие мелочи заводят его больше, чем секс!
— Хорошо. Я отвечу. — Посмотрев по сторонам, нет ли посторонних в нашем ряду, я подошел к нему ближе. — Дело в том, что пока ты перебирал на полках банки, я наблюдал за твоим задом и… Как бы это сказать… Слегка перевозбудился, и мне начхать на эти томаты. И да, на этой банке помидорки еще больше меня возбудили, угадай почему? Такой ответ маркетолога тебя устроит?
Сергей осмотрелся по сторонам и хлопнул меня по заднице.
— Так бы сразу и сказал. Звони, заказывай пиццу. Сегодня жарить я буду, но не еду.
— О, нет! А как же паста?
— Все-все! — Вручив мне снова в руки тачку, он сжал мои плечи, направляя к выходу. — Домой-домой!
И в этот самый момент из соседнего ряда навстречу и появилась моя сестра, толкающая перед собой тележку.
— Тёма?
Твою ж мать!
Надежда, что Сергей за моей спиной останется незамеченным, улетучилась моментально. Она подлетела со своей тележкой и, чмокнув в щеку, чуть ли не оттолкнула в сторону.
— Привет! Я Света, сес… — слова застряли в ее рту, глаза увеличились в два раза. — Сергей?!
— Привет, Света. — Сергей поравнялся со мной.
— Ты вернулся? — она смотрела на него с нескрываемым удивлением.
— Давно.
— А я и не знала.
Сергей посмотрел на меня.
А что я?! Он думал, что я на самом деле буду передавать от него приветы?
— Извини, Света. Так получилось. Сразу столько навалилось, работа… Ну, ты понимаешь. Я думал позвонить как-то…
Лицо Светки покраснело.
— Ничего страшного. Ты знаешь, у меня тоже столько произошло.Вышла замуж. Вот видишь, родила. — Она ненароком поправила кофту.
— Ты отлично выглядишь, — сказал Сергей, словно утешая ее.
Мне стало неловко наблюдать за ними. Странно, всегда знал, что рано или поздно это произойдет, но оказался не готов.
— Свет, что ты тут делаешь? Магазин ведь далеко от вашего дома. — решил я увести тему в сторону.
Она даже не посмотрела в мою сторону, не отводя взгляд с Сергея.
— Акция на памперсы. Я же звонила тебе и просила купить. Ты забыл? Ты еще сказал, что очень занят. Учеба у тебя.
Черт!
— Ты же не сказала, в каком магазине, — оправдался я.
— А это что-то бы изменило? — раздраженные нотки стали прорываться в ее словах.
Я бы тогда точно обходил этот магазин стороной.
— А ты что тут делаешь, Тёма?
— Я?.. Вот! — ухватив с полки первое, что попалось, показал ей. — Зашел купить.
— Оливковое масло?
— Ну… да… Полезная вещь.
— Я даже догадываюсь для чего! — она посмотрела презрительно на меня, а потом перевела взгляд на Сергея. — Вы вместе?
— Нет-нет! — я по инерции отпустил тележку и сделал шаг в сторону. — Прикольно, правда? Такая случайность…
Говорю это, смотрю на нее и понимаю, кого я пытаюсь обмануть.
— Тём, — Сергей положил руку на мое плечо. — Все нормально, Тёма.
Да все просто зашибись!
Я сделал глубокий вдох и снова посмотрел ей в глаза.
Врать бесполезно. Это же Светка.
Она словно решила поиграть со мной в гляделки, и когда я уже почти сдался, она резко перевила взгляд на Сергея.
— Так ты говоришь, очень занят был и не мог позвонить?
— Свет… — Сергей не стал юлить и оправдываться.
— И как давно?
Тут я хотел вмешаться и все опровергнуть, но Светку было уже не остановить:
— Не твои ли туфли я видела у нас в квартире месяца четыре назад?
— Мои.
— Да пошли вы!
Она психанула и, резко развернув тележку, двинулась к выходу.
— Света! — я хотел побежать за ней, но Сергей меня остановил:
— Думаю, я должен с ней поговорить. Держи ключи. Жди в машине.
Это был самый долгий и томительный час в моей жизни. Когда наконец-то водительская дверь открылась и он присел рядом, я понял, что что-то не так.
— Извини, Гном. Я не знаю, как так произошло, но я ничего не мог поделать.
— Что случилось? — сердце опустилось.
— Так уж вышло, что я теперь крестный Вовчика.
— Кого?..
— Племянника твоего.
— Черт, Сергей! Насчет нас что?
— Ничего. Сказала, что все равно рано или поздно или я тебя брошу, или ты меня.
— И все? Больше ничего не говорила?
— Нет. Мы вспоминали, какими мы были сумасшедшими. И после всего этого она сказала, что будет весело, если я стану членом семьи, и предложила стать крестным.
— Кто бы сомневался. — Капля ревности все равно осталась внутри меня.
— Гном, посмотри на меня. — Я повернул голову в его сторону. — Только попробуй меня бросить!
Это был мой первый поцелуй в оживленном месте среди белого дня.
***
— Папа, мама, я гей!
За столом на даче собралась вся семья на пятый день рождения нашего рыженького Вовчика. Разве не прекрасный повод сообщить всем о своей ориентации?
— Боже, сколько можно уже?! Это скоро перестанет быть смешным! — Папа нахмурил брови и ухватился за тарелку. — Сережа, будешь картошечку?
— Конечно. Это самая вкусная картошка, которую я ел в жизни.
За эти слова они его и любят, а еще, что он самый лучший, красивый, умный и т.д.
Теплая рука под столом легла на мою ладонь.
— Тёма, и правда, может, хватит уже? — Теперь поучить меня решила мама. — Гости за столом, а ты опять со своими шутками. Будешь дальше так продолжать, Сергей что-то не то может подумать и перестанет к нам приезжать. Тем более, я стелю ему постоянно в твоей комнате.
— А и правда, давайте поставим Сергею раскладушку в нашей с Вовкой комнате.
Вот, корова! Лучше бы не мычала. Все кругом, кроме родителей, уже знают, что я с ним живу, а она решила позлить меня. И выходит у нее это прекрасно!
— А давайте выпьем за именинника!
— Наконец-то дельное предложение, дружище! — поддержал моего спасителя старший Вовчик, по совместительству его новый собутыльник и друг. — А утром на рыбалку рванем.
А это мы еще посмотрим, куда он рванет.
Освободив руку, я переместил ее со своей коленки на бедро Сергея.
Рыбалка отменяется. В этом я уже уверен на все двадцать сантиметров.

Информация
Посетители, находящиеся в группе Гости, не могут оставлять комментарии к данной публикации.

3 комментария

+2
Geser Shorsky Офлайн 28 января 2018 20:24
Понравилось))
Хотелось бы конечно продолжение)
+4
Константин Миляев Офлайн 2 февраля 2018 07:05
Отличная вещь, очень живые и обаятельные герои
+3
Аделоида Кондратьевна Офлайн 2 февраля 2018 19:22
И правда отличная вещь, легко читается, и герои такие симпатичные, живые. И толика юмора присутствует.
В общем автору огромное спасибо!