Янка Билес

Весёлый доктор

+2

Он родился тощим и беспомощным. Женщина, подарившая ему жизнь, умерла, а родня, так и не простившая убийцу,  долго гадала, как это недоразумение могло угробить здоровую, полную сил и надежд женщину.

Он трясся и орал сквозь икоту, а могучая натруженная рука акушерки бесстрастно привязывала к синюшной ножке бирку с надписью: «Ангел. Мальчик. Длина 53 см. Вес 2300 гр. Роды 00:01».

Вот так на свет появился очередной Ангел. Так же как и отец до него, а ещё раньше дед… Неизвестно какой по счёту наследник странной фамилии, названный впоследствии Михаилом.

Ангел Михаил мало ел, мало спал, но много орал и испражнялся. Вдовый отец воспитывал сына один. Если не считать подслеповатой бабы Домны, доброй, щедрой на пирожки и парное молочко соседки. Старушка сидела с Мишаней, когда отец уходил в смену на завод. В остальное время мужчина сам неусыпно следил за сыном. Укладывал тщедушное тельце на волосатую грудь. Туда же помещал подогретую бутылочку и пытался влить в разинутый кричащий младенческий  рот хоть каплю сладковатой смеси. Мишаня словно предчувствуя подвох, смыкал уста, зажмуривал слипшиеся, как у новорождённого котёнка глазки и категорически отказывался сосать.

- Какой же ты к лешему Ангел? – Кипятился отец. – Бесёнок!

Однако к году паренёк окреп, начал спать по ночам и много улыбался. В общем, превратился в настоящего ангелочка. Умненького, славненького, розовощёкого и бокастого. Баба Домна совсем ослепла и всё чаще клала в пирожки совершенно неудобоваримую начинку. Однажды там обнаружился ком отрыгнутой её котом рыжей шерсти. Папа Ангел гостинцы принимал и клал повыше, чтобы ребёнок случайно не налопался пирожков с котятками.

В семь лет Миша Ангел пошёл в первый класс. Сразу же подружился с одноклассниками и получил кличку Бес. Наверное, ни кто точно не сможет сказать, по какому принципу раздаются клички в школе. Может из чувства противоречия, может по какой-то иной неведомой причине пацан с фамилией Тарасов может зваться, например, Трофимом. Вот и Ангела переименовали в Беса.

Мишаня не обиделся. Наоборот, даже сейчас перешагнув тридцатилетний рубеж, в редкие минуты благодушия, звонил старым школьным приятелям и представлялся: «Привет, Пузырь! Не узнал? Так это же я! Мишка Бес». Это, разумеется, для своих, близких. Окружающие знали его как Михаила Борисовича. Или просто – доктор Ангел.

Да! Мишаня стал врачом. А как же иначе с  такой фамилией? В первый же день практики, надев белый халат, парень понял, что теперь он на своём законном месте. Сунув подмышку папку, нацепив фонендоскоп, насупив брови, направился в ближайшую палату. Инициатива наказуема, но это понимание приходит вместе с жизненным опытом. Пока что студент таковым не обладал, потому вёл себя нахально и уверенно. Вошёл в палату и обнаружил на одной из четырёх коек субтильную старушонку. Сухопарые ручонки скрещены поверх клетчатого свалявшегося шерстяного одеяла. Вострый носишко гоняет с присвистом сухой, напитанный антисептиком больничный воздух. Впалые мутные глазки глядят в вечность.

Мишаня уверенной поступью приблизился к старушонке. Наклонился к самому прикрытому свалявшимися седенькими волосиками уху и гаркнул:

- На что жалуемся?!

Бабуся пискнула и покосилась на белохалатного детину.

- Ты кто?! – Вопросила в свою очередь она.

- Я – Ангел Михаил. – Ответил студент.

- Осспади! – Перекрестилась старушка. – Наконец!

Глубоко, свободно вдохнула и…медленно в последний раз выдохнула.

Так будущий доктор Ангел усомнился в своём призвании. Потом передумал, но первое впечатление было испорчено навсегда.


Сегодня Миша возвращался с ночной смены. Выжатым лимоном желтело небритое лицо. Подрагивали сильные руки. Зубы, прикусившие сигаретный фильтр, ныли. Хотелось жрать, спать и…спать. А ведь было время, когда доктор Ангел хотел ещё чего-то, кроме сна. Чего-то светлого или тёмного не важно! Главное холодного и пенного. А потом шумных разговоров на кухне и девушку молчаливую и симпатичную. Непременно с большими наливными грудями под платьицем и мясистыми ляжками. В такие моменты просыпался Бес и, взрыкивая, бил остроконечным хвостом по бедрам.

- А мне всего лишь тридцать два! – Думал вслух Мишаня, нажимая на кнопку брелока автомобильной сигнализации.

Тачка пищала в ответ двойным «фью-фью».

- Как дед старый засыпаю в кресле с сигаретой. – Бурчал Миша, хлюпая по осенней слякоти к подъезду.

- Ну, привет, что ля!

Хрипловатый бесполый голос заставил замедлить шаг. Миша повернул голову на зов, меж тем продолжая путь к подъезду. Семь часов на душ, ужин, сон. Не отвлекаться, доктор Ангел.

- Не признал? Бесик, да ты чего совсем что ля?

Худая тётка лет тридцати поднималась с лавки, щелчком отправляла окурок на газон, одёргивала короткую кожанку, приглаживала полоску серебристых волос на бритом черепе. Эта полоска, похожая на женский лобок, заставила Мишаню ухмыльнуться криво и безрадостно.

- Ну, блин! Бесик! Это же я-а-а! Ритка Миронова. Шестой б. Ну? Балбешка, а ты…

- Аашка! – Неожиданно для себя подхватил игру Ангел. – Мать-е-матику мне в рот! Ритка!


Да. Это была она. Хрупкая девочка с длинной косой. Она занималась балетом и на каждом школьном мероприятии танцевала лебедя. Её серенькие от пыли пуанты стучали по крашеным доскам школьного спортивного зала, и этот звук до сих пор иногда снился Мишане. А ещё её тонкие ручки, испачканные чернилами, взлетающие вверх, словно ощипанные крылья. Им бы добавить перьев и тогда лёгенькая Рита непременно бы полетела к потолку, а за тем выпорхнула в окошко…

- Я! – Хрипнула Ритка и, подойдя вплотную, встала на цыпочки, чтобы обнять громилу Ангела.

Тот подхватил её и закружил, забыв про усталость и голод. Сейчас он был влюблённым школьником, а она той маленькой балеринкой. Риточка Миронова с длинной русой косой, вместо бритого черепа.

- Какими судьбами? Сколько лет?! Рассказывай! – Выпалил Мишаня, отстраняясь.

- Дык… Вот как бы… - Замялась, засмущалась Ритка.

- Что? – Посерьёзнел Ангел.

- Бесик, ты это… Ток не обижайся, лады?

- Да за что, Рит?

- Ну как? Сто лет не виделись, а я такая с порога…

- Да говори уже! – По-настоящему забеспокоился Миша.

- В общем слухами как известно… Я слышала ты того… Весёлый доктор?

- ?

- Ну, блиныч! Сифилист триперолог!

- Венеролог? Нет, Рит. – Без тени улыбки ответил Миша. – У меня несколько иная специализация. В чём дело? Знаешь, что у меня…

Беглый взгляд на часы.

- У меня осталось на отдых ровно шесть часов и сорок пять минут. Поднимайся ко мне. Пожрём и поговорим.

- Угу. – Кивнула Рита и поплелась следом за одноклассником.


В холостяцком гнезде Ангела было не по райски тесно и захламлено. Он быстро смёл с кресла несвежие джинсы. Пинком отправил под него же пару недельной свежести носков. Огляделся. Решил, что так сойдёт и предложил Рите снять куртку. Та отказалась, сославшись на краткость визита. Расстегнула молнию, явив плоскую грудь под черной майкой.

- Пельмешек? – Предложил Миша, орудуя на кухне.

При этом украдкой поглядывал на первую любовь и понимал с огорчением, что та его совсем не привлекает. Слишком худа. Слишком похожа на пацана с этой причёской и крепким маленьким задком.

- Да. Нет… Да. – То кивала, то мотала головой Ритка.

- Так что ты хотела? – Спросил Миша, наливая воду в кастрюлю из пятилитровой бутыли.

- Бесик, я не за себя, понимаешь? Тут такой щекотливый вопрос…

- Из категории «у моей подруги»? – Хмыкнул Ангел.

- Да не. У друга.

Миша водрузил кастрюлю на плиту и щелкнул горелкой.

- Друга в смысле друга? Или друг в смысле любовник?

- Да какой любовник! – Вспылила Рита. – Он… Ну как сказать…

- Говори как есть. – Присел напротив приятельницы Мишаня.

- В общем, он… Ну… У него… Ну…

- Ну?

- Короче нельзя ему к врачу! А надо к врачу! – Тряхнула головой Рита.

- Я ничего не понял, веришь, нет? – Почесал затылок Ангел.

Закипела вода в кастрюле, но ни кто не обратил внимания.

- У него горло болит. – Буркнула Рита.

- И что? – Недоумённо вскинул бровь Мишаня.

- Что, что… Был незащищённый контакт… С предметом так сказать… Ну… Мужским предметом.

- Вот мля! – Поднялся с места Мишаня и воззрился на приятельницу. – Вот же мля!


Так Миша Ангел столкнулся с тем, что раньше видел только по телевизору, да иногда в интернете. Обычно стыдливо избегал и старался не думать. Он был человеком современным и разумным. Хорошо быть разумным на расстоянии, когда знаешь, но не соприкасаешься.


- Рит, я тебя… - Едва не сказал «люблю». – Уважаю. Тебя – ключевое слово! А вот твои приятели, контактирующие глоткой с мужскими предметами… Уж извини!

Вода в кастрюле выкипела наполовину. Времени на отдых оставалось ровно шесть часов.

- Бесик! Я тя умоляю!

- Пусть твой пи… Дружок анализы сдаёт. Я что могу сделать?

- Хоть посмотри!

- Куда?!

- Как куда? Куда кхе-кхе! В рот!

- Спасибо хоть туда! Рит, я при всём желании без анализов…

- Беси-ик!

Мишаня расхаживал по кухне, активно жестикулируя. Рита сжалась на табурете и стонала: «Бесик! Ну, Бесик!».

Через полчаса, когда вода в кастрюле выкипела окончательно и шипела на дне редкими пузырьками, доктор сдался.

- Хрен с вами! Приводи завтра. Придумаем что-нибудь. Обследуем анонимно, ять! Что за знакомые у тебя, Ритка?!


Утром не выспавшийся, злой и опухший доктор Ангел припарковал авто на больничной стоянке. Не глядя по сторонам и лишь выплёвывая короткие злые слова приветствия пробегающим мимо коллегам, ввалился в свой кабинет, захлопнул дверь и прижался к ней спиной, словно спрятался. Мгновение спустя раздался несмелый стук.

- Войдите!

С языка едва не сорвалось привычное «ять», но грешный орган был вовремя прикушен.

В дверь просунулась бритая голова с полоской серебристых волос строго по центру.

- Бесик, можно?

- Михаил Борисович, пожалуйста. Или доктор. – Буркнул Ангел.

- Извини, Бе… Михаил Борисч. – Хмыкнула Рита. – Мы это… Пришли мы.

Девушка втиснулась в узкую щель, из которой торчала её голова. Дверь тут же распахнулась, и в кабинет вошёл крепкий мужик, с ухоженной бородкой на смуглом довольно привлекательном лице. Объёмный серый шарф поверх стильной замшевой куртки. Узкие джинсы и коричневые ботинки на ребристой подошве. Мужик как мужик. Мишаня кивнул и предложил сесть. Парень осторожно примостился на стул. Рита встала сзади, опершись на спинку. Лицо напряжённое, с красноречивым выжидательным выражением.

- И как же это тебя угораздило? – Не удержался Мишаня. – Чёрт, ребята, я даже не знаю… Чёрт!

- А как же клятва Грипоката? – Насупилась Ритка.

- Гиппократа. Это раз. И два. Я же не отказываюсь. Просто… Ять!

- Слушай, док. – Подал приятный баритонистый глас пациент. – Это первый и, надеюсь, последний раз, когда я…занимался оральным…в смысле незащищённым оральным сексом с незнакомцем. Но ты хоть представляешь вкус резины?

- Нет! – Поднялся во весь свой могучий рост Мишаня.

Здоровяк пациент тоже встал.

Ангел сел.

Парень тоже.

- Давай без подробностей. Я не стану читать тебе лекций, а ты не будешь заставлять меня представлять то, что я в принципе представлять не желаю. Сейчас дружною толпою идём к моей хорошей приятельнице. Она тебя осмотрит. Конфиденциально, анонимно. Но! Если что найдёт, пеняй на себя. Пройдёшь все круги поликлинического ада. Я буду твоим Вергилием. Так и быть. Но! Молчи. Есть вещи, о которых мужики не говорят. Всё понятно?

Парень кивнул. Понятливым оказался и решил, на всякий случай, выполнить просьбу о молчании не покидая кабинета.


Неделю спустя в маленьком уютном кафе за круглым столиком в углу, у подсвеченного синим мерцающим светом аквариума, сидели трое. Два крепких парня и маленькая женщина в кожаной курточке. Пили пиво и громко смеялись в ответ на шутки симпатичного бородача. Тот улыбался краешком рта и поминутно ерошил светлые волосы, словно в смущении. Когда смех окончательно стих он тихо спросил:

- Слушай, док. А как хоть тебя зовут? А то, блин, совершил камин-аут, а перед кем хрен знает.

- Хм. Я – Ангел. – Усмехнулся Мишаня. – А тебя?

- Брешешь! – Хлопнул ладонью по столу бородач. – Не брешешь? Что в натуре Ангел?! Тогда можешь звать меня - Грешник. Выпьем за Ангела, которого я встретил у врат ада!

Воздел кружку над столом и Ритка, подхватив свою наполовину полную чарку, звонко чокнулась с приятелем.

Миша осторожно присоединился. Отпил и смущённо спросил, откашлявшись.

- Не этично, но… Что там было у тебя?

Бородач вытер усы тыльной стороной ладони и ответил:

- Знаешь, доктор Ангел, есть вещи, о которых мужики не говорят…

Так разомкнулся привычный круг, и русло унылой, вяло текущей жизни изогнулось под невероятным углом.

А Мишаня стал обладателем двух друзей и новой клички – Весёлый доктор.

Информация
Посетители, находящиеся в группе Гости, не могут оставлять комментарии к данной публикации.

2 комментария

+2
Аделоида Кондратьевна Офлайн 13 февраля 2018 01:21
Просто прекрасный рассказ с весьма колоритными героями.
Автору огромное - преогромное спасибо!
+2
Янка Билес Офлайн 13 февраля 2018 07:18
Цитата: Аделоида Кондратьевна
Просто прекрасный рассказ с весьма колоритными героями.
Автору огромное - преогромное спасибо!

blush Пожалуйста!
Спасибо вам, что снова рядом wink