Altupi

Инопланетный гость

+8
Аннотация
Коммандер космического крейсера Джей Лоттер во время отдыха на отсталой периферийной планете Конфедерации Пяти Звёзд забредает в местный трактир в поисках шлюхи на ночь. Его внимание привлекает рослый парень по имени Айк.

Весь экипаж крейсера «Альтерро» получил увольнительную, на борту остались только дежурная группа и прибывшие с военного космопорта механики. Поведя инструктаж и дав им последние распоряжения, я тоже покидал корабль.

— Хорошо отдохнуть, коммандер, — улыбнулась мне Элен, провожавшая меня до шлюза. — Удачной прогулки, Джей.

— Спасибо, — кивнул я и вышел в ночную прохладу взлётного поля. Окраинная планета Уайтхаус служила временной базой для Кочующего Флота Конфедерации Пяти Звёзд. По сути, мы были простыми пограничниками, патрулирующими дальние районы галактики и для дозаправки и технического осмотра приземляющиеся в таких вот отсталых мирках. И для развлечений тоже: после нескольких недель в космосе пилотам, обслуживающему персоналу и роте штурмовиков жизненно необходима эмоциональная разрядка. Мне она сейчас тоже не помешает, потому что минувшие сутки выдались особенно тревожными — мы засекли и выдворили с нашей территории вражеский разведчик, замаскированный под туристическую яхту, пришлось пострелять.

Я оставил позади здание космопорта и ближайшие увеселительные заведения и направился вглубь города. Не скажу, что люблю одиночество или брезгую ширпотребом, нет. Мне всего лишь не хочется смущать пирующих там подчинённых, вынужденных бы невольно сбавить обороты попойки из уважения к начальству. Пусть оттягиваются, а я найду себе другой укромный уголок.

На Уайтхаусе, колонизированном почти восемьсот лет назад выходцами из Млечного Пути, не имелось роскоши центральных планет Конфедерации. Грязные города, заводы с чадящими трубами, трущобы, кварталы мафиозной верхушки, карьеры, шахты и игорные дома с вечными спутниками-трактирами.

Мне каждый раз было любопытно мимоходом изучать чужие миры, в некоторых я гостил десятки раз, в этом — только второй.

Автомобили и флаеры обдавали меня светом фар, прохожие обходили стороной. Были и недружелюбные взгляды из тёмных подворотен, но вряд ли угроза была реальной — никто не осмелится напасть на бойца Кочующего Флота, тем более имеющего отличия коммандера. Два молекулярных меча за спиной, которыми любой штурмовик прекрасно владеет, и лучевик на поясе пуле и лазеронепробиваемого костюма сами по себе отпугнут злоумышленников, если им дорога их бесплатная шкура. Но обычно все осёдлые смотрели даже на рядового контрактника с благоговением и завистью. Или со страхом, если им было, что скрывать.

Я беспрепятственно добрался до городского ядра, нашёл призывно подсвеченную ярко-солнечным цветом вывеску таверны. Моей целью было выпить, расслабиться и найти себе пару на ближайшие несколько часов.

Внутри был стандартный интерьер… Вот интересно, расстояния между планетами — сотни парсеков, абсолютно разные культуры, порой у людей даже физические различия наблюдаются, а вот пивнушки все по одному принципу — накуренный бар, грубо сколоченные, заскоблённые столы, неизменная светомузыка, подпившие официантки, скрипач и буянящая публика.

Моё появление заметили, гул алкашни немного затих. Спрашивать меня о чём-то, панибратски здороваться и уж тем паче кидать оскорбительные реплики они не смели.

Я прошёл за стойку, сел на мгновенно освободившийся стул. Бармен с неимоверным пирсингом сразу оказался рядом.

— Что вам предложить, коммандер?

Замечательно, когда не приходится напоминать об уважении к защитникам Конфедерации.

— Двойной глейт-моа, — я решил накачаться традиционным алкоголем, не доверяя пойлу по местным рецептам.

— Трудная вахта, коммандер? — выбирая самый чистый бокал и доставая бутылку из отдельного шкафа, спросил бармен.

— Да.

Поняв, что я не настроен изливать душу, он отстал. Поставил передо мной бокал с мутно-зелёной жидкостью и удалился. На забытых Далёкими Предками планетах встречались не обделенные умом и тактом жители. Меня всегда удивляло, что этих людей держит на их загаженных родинах?

Я взял свой глейт-моа и развернулся лицом к слабо освещённому залу. В таких притонах всегда пасётся немало заблудших овечек, продающих своё тело за звонкий конфедеративный дуал — так легче, чем работать в прачечной или на рудниках.

Взгляд скользнул в верном направлении. Три девушки в не в меру коротких юбках и кружевных чулках крутили бёдрами возле стены, смеялись и сыпали воздушными поцелуями. Ещё пятеро или шестеро уже подсели к будущим клиентам и выпивали за их счёт. Парни стояли отдельно — брутальные и женоподобные, на любой вкус.

Там я и увидел его. Того, кто понравился сразу.

Он был и с ними, и в тоже время отдельно. Совсем юный, лет двадцати пяти. Высокий, наверно, на голову выше меня. Обнаженный по пояс, демонстрировал товар лицом — упругие бугры мышц под загорелой кожей, кубики пресса. Каштановые волосы непослушной копной спускались на могучие плечи. Левая рука закована в металлический кожух… возможно, он киборг, но это ерунда, ведь главное — его взгляд и улыбка. Игривые и стыдливые — редкое сочетание. Было видно, что он любит свой способ заработка, занимается им профессионально, но изображает нежную невинность, сладкий бутон девственности. При его великанских габаритах эта роль особенно маняща.

Вот и я попался. Я уже хотел его.

Допив глейт-моа и вернув пустую тару на стойку, я пошёл к нему. Он заметил, ждал, оценивал. С большой долей вероятности, я тоже ему приглянулся: кроме престижного звания и привилегированной должности, у меня были отличные внешние данные — от природы и достигнутые годами тренировок.

— Привет, — я остановился перед ним.

— Привет, — смело ответил он.

— Как тебя зовут?

— Айк Кроу, — он улыбнулся открыто, даже радостно.

— А я — Джей Лоттер, я хочу купить тебя.

Я был серьёзен, а Айк заулыбался, смущённо опустил глаза, тихо засмеялся.

— Это честь для меня, коммандер, — смиренно проговорил он позже, но его тон выдавал свойственную возрасту дерзость. Парень знал себе цену, он был дорогой проституткой. От этого я ещё сильнее хотел его.

Я взял его за пояс штанов, слегка просунул пальцы в бельё, костяшками гладя упругий живот.

— Постарайся для меня и будешь щедро вознаграждён.

Он не имел права отказать мне, ибо людям моего ранга не отказывают, но он, я уверен, отказал бы. Если б захотел. Но он не возразил. Да, — у меня не осталось сомнений, — передо мной шлюха не ради денег, а по своей похотливой сущности.

Я повёл его так же — держа за пояс широких штанов из серебристого струящегося материала. Сначала к стойке администратора — купил самый лучший номер в гостинице на втором этаже, потом к бару — заказал еды и прихватил с собой бутылку глейт-моа, дальше — наверх.

Номер оказался достойным: двухкомнатные апартаменты с голосоуправляемым компьюзером, красивой эргономичной мебелью и односторонне проницаемым окном, впрочем, за ним была ночь. Больше меня волновала кровать — огромная, мягкая и удобная на вид, с вышитым покрывалом из натуральных волокон. Вряд ли её здесь используют часто: мало у кого из завсегдатаев есть возможность выложить назначенную даже за час аренды сумму. Я оплатил до полудня.

— Ты всегда такой молчаливый, Джей? — задорно улыбаясь, спросил Айк и повернулся ко мне, нежно коснулся щеки, не затягивая, приступая к работе. По тому, как недолго он рассматривал интерьер, я понял, что он уже обслуживал в этом номере.

— В межзвёздном пространстве мало собеседников, — проговорил я в ответ. От его умелых пальчиков и томного голоса по моему позвоночнику побежали приятные мурашки. Но я не спешил. Отодвинулся, первым делом снял с креплений молекулярные мечи, отстегнул кобуру.

— Коммандер… я помогу тебе расслабиться…

— Да уж, помоги.

Я налил нам алкоголя, протянул бокал Айку. Мы выпили, разглядывая друг друга. Он всё так же солнечно улыбался, сиял изнутри. А у меня в груди снедала какая-то неясная тоска. Почему, ведь я шёл развлечься, удовлетворить свой организм до изнеможения?

Я поставил бокал на стол за спиной, не отводя глаз от парня.

— Включить инструментальную музыку, — приказал компьюзеру, — классику планеты Юммо, шестой век от колонизации. Громкость — три.

Через пару секунд — всё-таки техника гостиницы оказалась устаревшей, и нескоро нашла в галактическом эфире нужные трэки, — заиграла мелодичная композиция. Говорят, эта музыка наиболее схожа с произведениями великих композиторов Далёких Предков, но мне она нравилась душевностью и ностальгическими нотками.

Айк лёгким кивком одобрил, его улыбка стала шире, он даже качнул бёдрами в такт переливам флейты.

Я поднял руку к груди и коснулся сенсорной кнопки. На моём костюме тут же появились швы и застёжки. Дёрнув за одну, я обнажился до пояса. Комбинезон космического патруля надевался на голое тело, выполнял все функции сразу, включая поддержание кожи в чистоте.

— О, ты восхитителен, коммандер. — Айк не стал мешкать, допил глейт-моа и приблизился ко мне. Заглянув в глаза, он наклонился, и я ощутил его дыхание на своей шее, потом там же кожу прижгло поцелуем. Это было трепетно и страстно, словно жрица любви не он, а я.

Сильные руки, одна из которых была металлически холодной, оглаживали мою спину и плечи, жаркие губы оставляли влажные следы на моей груди, кончик языка игриво проходился по соскам и очерчивал контуры мышц. Я был полностью в его власти. Смежил веки и, беззвучно выдыхая, позволил стройному красавцу выполнять своё любимое дело.

Исследовав каждый квадратный миллиметр моего торса, Айк увлёк меня к постели, полностью избавил от нижней части костюма.

— Ты отлично сложен, коммандер, — в его глазах горело греховное вожделение, несвойственное профессии.

— Да, пожалуй, — моё достоинство налилось кровью ещё в баре, когда мой взгляд впервые упал на это исчадие порока.

Я сел на край кровати, действительно оказавшейся мягкой. Айк опустился между моих ног и, помогая себе рукой, провёл всей шириной языка по моей живой плоти. Горячий шершавый след заставил меня, бывалого военного, сладко содрогнуться и застонать. Парень только засмеялся и взял мой член глубоко в рот, сжал вокруг него губы и задвигал головой. Бессильный противостоять сладострастной муке, я опёрся сзади на руки, запрокинул голову и часто задышал. Из лёгких рвались всхлипы и стоны. Бёдра сами вскидывались навстречу жаркому, сводящему с ума рту. Головка то упиралась в бархатные ткани горла, то почти выскальзывала наружу, где тут же подвергалась невесомым ласкам языком.

Сосал Айк тоже вдохновенно, плотно захватывая ствол в кольцо припухших губ, втягивал в себя и обсасывал со всех сторон. Ему нравилось то, что он делает, он упивался минетом, будто я пилотированием космического корабля. Действовал не по заученной схеме, не по учебнику для шлюх — его старания шли от души, по наитию, но складывались в удивительный талант, а мастерство поистине превосходило самых именитых путан. Я знаю, о чём говорю: я бывал во многих мирах.

Обычно меня хватало на полчаса, но тут уже минут через пятнадцать стало невмоготу терпеть, а снятый мной парень словно назло делал мне ещё приятнее своим изумительно искусным ртом. Я выстанывал бегущую по жилам сладость, стискивал кулаки, прикусывал губы, но как бы я не пытался продлить наслаждение, я бурно кончил, срываясь на звериный безудержный крик.

— Ох, вот это да… — смог вымолвить я, валяясь совершенно опустошённым и выжатым буквально. Айк промычал что-то невнятное, и я поднял голову. У него во рту была моя сперма, он приберегал её до тех пор, пока я не буду смотреть, а теперь стал смаковать её и глотать капля за каплей, всем видом показывая, как ему вкусно.

— Я же говорил, что тебе понравится. И это только начало, коммандер Джей.

Он подмигнул и наклонился, принялся вылизывать остатки семени с моего не совсем опавшего члена. Меня снова охватила волна возбуждения. Но тут нам принесли ужин.

Мы разложили еду прямо на кровати. Дегустировали и запивали остатками глейт-моа. Это было похоже на пикник или романтическое свидание. Айк веселился, подшучивал и смеялся, он был раскрепощён, словно знал меня сотню лет, а я старался воспринимать его обыкновенным, постоянным любовником.

— Эти мясные шарики просто объедение, м-мм. — Айк на вилке поднёс один к моим губам. — Давай, давай, коммандер, попробуй! Их делают из филейной части горного куа.

— У-уу, действительно, вкуснота, — облизнулся я, прожёвывая, кивнул на его стальную руку, которой он подносил угощение. — Ты киборг?

— Рука? — Айк вытянул её вверх, рассмеялся, любуясь металлическим блеском. — Нет! Нет, это имитация, доспех. На него лучше клюют клиенты. Ой, извини… но это так.

Он совсем не стеснялся быть откровенным, ему даже шла такая открытость, каждое слово давалось легко и казалось уместным. Я не обиделся, меня привлекло в нём вовсе не частичная роботизация, ведь в путешествиях мне встречались и абсолютные киборги.

— Ты родился здесь, на Уайтхаусе? — продолжил я расспрос.

— Да, в соседнем городе Дервилле. Мои родители работают там на заводе по переработке мастиллия, у меня семеро братьев и сестер.

— Ясно, — кивнул я, мои догадки подтвердились. На нищих периферийных планетах выбор у детей рабочих скудный — либо вкалывать за гроши, либо торговать своим телом. Юный соблазнительный Айк, обладатель пластичной фигуры, воспользовался вторым, наиболее привлекательным для него способом. К счастью для меня.

— Ну, а ты, коммандер?.. Ты, наверное, родился в ядре галактики?

Спрашивая это, парень отставил на столик тарелки и бутылку с бокалами, толкнул меня на подушки и, выпрямившись во весь рост, снял с себя штаны. Под ними тоже не оказалось ничего, кроме большого эрегированного органа.

— Нет, не в ядре. — Я не мог оторвать взгляда от обнаженного Айка. — Чуть дальше, в центральном круге, в системе Маур.

— Там красиво? — Айк перешагнул мои ноги и присел на колени, стал мастурбировать мне.

Член начал стремительно увеличиваться в его руке. Я сглотнул от пронизывающего удовольствия.

— Да, — проговорил пересохшими губами, щуря глаза, как кот. — Там много звёзд, они расположены близко друг к другу. И много обитаемых планет. Там все учатся в университетах и живут хорошо.

Я не оправдывался за своё элитное сословие, престижное образование и высокое положение — я их заслужил, а Айк не завидовал — прикрыв глаза, он опустился на мой член и мерно раскачивался на нём. Как любая шлюха, парень перед трудовой сменой растянул себя, но всё равно его задний проход оставался тугим. Не знаю, как ему удавалось поддерживать анус в такой отличной форме, но он создавал ощущения девственной узости. Вообще не хотелось думать, о количестве клиентов, которые его покупали.

Айк плавно двигался вверх-вниз, постанывал, упивался скольжением на твёрдой плоти, будто был сейчас один и танцевал, рисовал или сочинял симфонию, одним словом — творил что-то необыкновенное, шедевр, достойный величайшего гения. Только создавал его своим телом.

Он сжимал мышцы, обхватывая мой ствол до умопомрачения плотно, затем расслаблял, даря попросту невозможный кайф. Ускорял темп, прыгал на мне, а потом почти переставал скользить, замирал, крутил бёдрами, выискивая ему одному ведомый угол проникновения. Могло показаться, что он заботится только о себе, но он был опытной проституткой, доставлял мне такое объёмное наслаждение, что я думал — сойду с ума. Все мои нервные клетки дезориентировано вопили, не в силах поглотить столько естественного наркотика, а Айк давал его ещё и ещё.

Я метался, кричал, насаживал его на себя, держа за бёдра. Его крепкий стояк раскачивался в такт нашим фрикциям, темно-розовая головка лоснилась от смазки, яички бились о мой лобок.

Мы кончили вместе, потом продолжили. Занимались сексом несколько часов подряд, пока над континентом не взошло местное солнце — Теплынь, забрезжил рассвет. Я брал его напористо, вымещая похоть и ревность, последние два раза я наслаждался им нежно, на обрывках сил.

Теперь, когда он снова сидел на мне, весь залитый спермой, я, наконец, сделал то, чего не делаю почти никогда — я принял сидячее положение, не давая Айку встать, провёл пальцами по его мускулистому плечу, запустил пальцы в его растрепавшиеся локоны, за затылок наклонил к себе и… поцеловал, долго и требовательно. Он с жаром ответил.

Я уже понял, что влюбился.

Также я понял, что для сообразительного, развитого парня с Уайтхауса должен быть третий выход, третий выбор пути помимо сталеплавильных цехов или панели.

— Летим со мной, — предложил или, вернее, попросил я. — «Альтерро» отправляется вечером, в роте штурмовиков есть вакансии, станешь частью Кочующего Флота.

— Вербуешь бойцов, коммандер? — шутливо улыбнулся он.

— Нет, и не думал. Если не устраивает, лети пассажиром. Моей парой…

Последнее уточнение было из ряда вон, потому что патрульные, особенно командиры боевых крейсеров, редко женятся — их состоящая из бесконечных вахт и опасностей жизнь исключает семью, на любовь не достаёт времени.

Но сейчас я был искренен: я боялся расстаться с Айком, я хотел его в настоящие любовники.

— У тебя нет постоянного партнёра, коммандер? — как бы удивился он.

— Зови меня Джеем. — Иное обращение задевало, в нём слышалась дистанция между нами. — Есть. Элен. Но с ней мы для физического удовлетворения в период затяжных перелётов.

— Вот так? — фыркнул он. — А я тогда для чего?

— Я тебя люблю. Летим со мной. Будь моим. Всё моё будет принадлежать тебе.

Я пытался приманить его хотя бы привилегиями и почестями, положенными мне по рангу, но видел, что это бесполезно. Айк весело усмехался. Наверняка в этих апартаментах, на этой же кровати он слышал подобные слова и признания в любви десятки раз, они перестали его трогать, влюблённые клиенты уходили ни с чем.

— Прости, коммандер. Можно купить моё тело, но не мою душу. Душу я отдаю сам тому, кто мне понравится. Ты мне понравился, Джей. Но я не хочу в клетку. Моя свобода, моя радость на этой планете в объятиях восхищающихся мною мужчин. Быть может когда-нибудь я и стану твоим, но сегодня я принадлежу себе.

Он взял только причитающуюся за ночь сумму и немного чаевых, упорхнул как мотылёк.

К вечеру я вернулся на корабль.

— Как отдохнул, Джей? — спросила улыбающаяся Элен, встречая меня у шлюза.

— Хорошо, — ответил я.

«Альтерро» задраивал люки, экипаж готовился к старту. Я стоял у обзорного иллюминатора, смотрел на здание космопорта и раскинувшийся впереди город, где этой ночью потерял частичку себя. Возможно, судьба однажды ещё раз занесёт меня на эту планету, я разыщу независимого, неприступного парня и снова спрошу о полёте со мной или останусь здесь с ним.

Но подсознание подсказывало правильный ответ — никогда. Айк останется воспоминанием в моём сердце, которое с годами потускнеет и рассеется в прах. Будут другие миры и другие парни. А пока я любил его и страдал.
Информация
Посетители, находящиеся в группе Гости, не могут оставлять комментарии к данной публикации.

0 комментариев