Pink_bra

Выбери свое место

+6
Аннотация
Попаданец в странный мир, где сочетаются магия и космические технологии. 
Когда-то на этой планете магов чтили и уважали. Но прошли столетия и ворожеев ищут и уничтожают местные представители "инквизиции". ГГ попадает в тело подростка, имеющего магические способности.


Рейтинг: R

Жанры: Романтика, Юмор, Фантастика, Учебные заведения, Попаданцы
Предупреждения: Насилие
Размер:  Миди,  95 страниц
Кол-во частей: 20
Статус: закончен


Примечания автора:
Не совсем продолжение. Тот же мир и пересечение героев "Между мирами" 4



========== Часть 1 ==========

 – Зрачки реагируют, реакция тела имеется... – доносился до меня чей-то голос, как сквозь вату. Я все никак не мог вырваться из своего долгого сна и сосредоточиться. Смутные видения и воспоминания отчего-то казались мне неправильными. Кажется, случилось что-то непоправимое. Но мужской голос сообщил же, что тело «реагирует». Интересно, на что? От очередного «разряда тока» я чуть не подпрыгнул. И распахнул глаза. Пора уже посмотреть на этих врачей-извращенцев.

А больничной койки и всего того, что, по моему мнению, должно сопутствовать человеку, попавшему в автомобильную катастрофу, я не заметил. Вычурные вензеля вдоль кромки потолка наглядно демонстрировали, что к лечебным учреждениям это помещение не относится. 

Еще несколько секунд я недоумевал по поводу того, где оказался, и что это меня так «стукнуло», разглядывая странные прибамбасы, стоящие на столике рядом с тем местом, где я лежал. А потом приподнял руку, чтобы убрать с лица локон, и все понял! Не только детская ладошка, но и блондинистые кудри точно не были моими. С не меньшим интересом я продолжил осмотр доставшегося мне тела. В том, что я, так сказать, «попал», сомнений уже не было. А вот двое мужчин, что стояли рядом с кроватью, наблюдали за моими действиями с явным одобрением.

– Видите, Ваша Светлость, я же говорил, что никакой памяти не останется, – буквально светился радостью тот мужчина, что был постарше.

– Мальчик, как тебя зовут? – приторно-слащавым голосом поинтересовался «Ваша светлость».

– Э...м...м... – запнулся я. Так вам и скажу! Буду отрабатывать подсказанную версию с потерей памяти.

– А кто я? – не унимался незнакомец. 

Пожал плечами.

– Но он не идиот? – обернулся к своему собеседнику «Его светлость».

– Нет, конечно! Он потерял воспоминания только личного характера, все остальное должен помнить, – с этими словами пожилой мужчина протянул мне чашку с напитком.

Взял. Выпил.

– Видите, он помнит, что из этой посуды нужно пить, – продолжал восхищаться моими «навыками» экспериментатор.

– Ну, тогда вы его забирайте к себе. Два дня на восстановление сил, а потом в замок, – кивнул «светлость» и потопал к дверям.

Тот субъект, что, похоже, выполнял роль доктора, шустро так покидал мне на кровать различного тряпья и велел облачаться в него. И снова с любопытством смотрел, как я буду определять последовательность одежек. Я же выудил то, что, по моему мнению, было нижним бельем. Пощупал, попробовал растянуть. На трикотаж похоже. Цвет голубенький. После «трусов» уже интуитивно отыскал подобного качества и цвета майку. Дальше  было все просто. Брюки, рубашка, жилетка. Только головной убор я напялил задом наперед, а так с поставленной задачей справился.  

– Я претор Юдон, – наконец решил представиться мужчина. – На ближайшие годы твой опекун и воспитатель.

Эмоций особых я не высказал, поскольку так еще и не понял: хорошо это или плохо. И даже засомневался, что слово «претор»  у меня в голове корректно «перевелось». Что это за должность такая, пока не сообразил. Кроваво-бордовая радужка глаз, сероватый оттенок кожи у меня ассоциировался с вампирами. Но, кажется, мужчина таковым не являлся. 

А новый воспитатель уже притопывал от нетерпения. И только я закончил обувать туфли, как он меня потащил за собой. Через скромную дверку мы вышли в узкий и темный коридор. Долго шли, петляли. В одном месте пришлось даже отодвигать на двери засов. Отчего-то у меня сложилось впечатление, что этот путь точно не основной. И явно скрыт от широкой публики. Особо рассмотреть места, что мы посетили, я не успел. Да и освещение странным подобием фонаря было не слишком интенсивное. 

Интересно, в какое это средневековье я попал? Мысли пошли в сторону того, как хорошо, если бы это был мир с магией и прочим фэнтези. 

Наконец, мы добрались до нужного места. Комната-спальня была гораздо меньше и скромнее той, где я очнулся. Но все удобства имелись. Мой опекун быстро ознакомил меня с туалетом и ванной, сообщил, что еду сейчас принесут, и удалился. Я же более тщательно начал оглядывать помещение. Практически, все материалы оказались мне незнакомы. Но в том, что я в средневековом мире, уже сомневался. Собственно, меня на эту мысль навело упоминание того первого вельможи о замке. Пока же я видел довольно прогрессивные предметы и вещи.  Подобие плазмы на стене вообще свидетельствовало о высокоразвитой цивилизации. Кстати, закуски мне принесли нескоро. А вслед за слугой в комнату вошёл воспитатель. Он дождался, пока мы останемся одни, и потряс у меня перед лицом двумя карточками.

– Билеты я купил, – порадовал мужчина. – Так что уже завтра отправимся в космопорт.

Моя челюсть сделала «клац». Так, фэнтези отменяется. Будет космическая фантастика. Интересно, куда мы полетим? На другую планету?  Впрочем, почему бы и не спросить?

– На земли герцога Серайза Росса, – последовал ответ. – Его Светлость был так милостив, что выделил нам место в своем родовом замке.

– А как долго мы там будем жить? –  уточнил я.

– До полного твоего совершеннолетия, – ответил опекун.

– И когда это случится? – продолжил я прояснять обстановку.

– Нескоро. Тебе десять лет. А совершеннолетие в двадцать. То есть еще надо прожить столько лет, сколько у тебя на руках пальцев, – как для дебила пояснил опекун.

То, что пацан, в чье тело я попал, был еще мелким, я и так уже понял. Но очень хотелось узнать, какие процедуры с ним проводили, что мое сознание притянуло. Пока же предпочел изображать того идиота, за которого меня принимали. Лучше осмотреться и разобраться во всем. То, что я видел, вызывало много вопросов. Зато мой статус позволял спрашивать обо всем.

К ночи выяснил многое. Прежде всего заподозрил, что в этом мире имеется магия или что-то подобное. А то как объяснить, что кристалл, помещенный в  емкость, давал свет? Если же этот самый кристалл вложить в паз своеобразной печи, то она начинала нагреваться. У опекуна на шее болталось с десяток белых кристаллов. Оформлены они были как украшения. Металлическая цепочка и подвеска в виде капельки, похожей на обработанный горный хрусталь. Воспитатель несколько раз снимал с себя эти висюльки, демонстрируя мне их предназначение. 

– Это знаменитый мавритт, – охотно делился информацией опекун. - Он содержит в себе достаточно энергии, чтобы не пользоваться услугами ворожеев.

– А ворожеи - это кто?

– Нечисть и зло, которые мы будем искоренять всегда! – неожиданно проявил эмоции воспитатель.

И еще какое-то время внушал мне, как плохо быть ворожеем. Причем, речь мужчины была настолько пылкой, что явно демонстрировала истинные чувства. Похоже, он действительно этих ворожеев ненавидел. А то, чего так слюной плевался бы и сжимал кулаки?

Потом опекун все же продолжил моё знакомство с кристаллами мавритта. Использовался он повсеместно. Свет, отопление, двигатели местных автомобилей, даже применялся в космических кораблях. Такой своего рода накопитель непонятно какой энергии.

На следующий день, пока ехали в космопорт, я много раз видел, как применялись эти кристаллики различными людьми. Вставил в паз – вот тебе активация авто или оплата за услуги в транспорте. Пока опекуну и одного кристалла хватало. Скорее всего, остальные использовались в домашнем быту. 

Я же с нескрываемым интересом разглядывал этот мир. А уж в космопорту вообще завис. Вот уж где настоящая фантастика! Стеклянные галереи-переходы, что связывали корпуса между собой, только усиливали это впечатление. Блестящие хромированные поручни, яркий свет, отделка стеклом стоек и перегородок. Ничего из того, что было привычно мне в земных аэропортах, я не заметил. Может, пункты питания и имелись где-то, но не в центральном корпусе космопорта. Никаких праздно шатающихся пассажиров со стаканчиками кофе. Да и магазинов не было. 

Честно говоря, и персонала я не приметил. Вся информация на голограммах огромных плазм. Те, в свою очередь, были стеклянными и каким-то образом демонстрировали изображение на обе стороны. В целом, меня это все ошеломило. Хорошо, что мой статус ребенка с потерей памяти позволял разглядывать это все великолепие, буквально открыв рот. 

Жаль, что нам предстояло лететь на обычном лайнере. Оказывается, в космос мы не планировали отправляться. В космопорту я узнал, что летают на орбиту только отряды военных. Мы как раз застали погрузку «смены». Опекун мне подробно рассказал, что отправляются эти бравые парни «бороздить просторы...» и заодно патрулировать подступы к планете. «Мы»  опасаемся каких-то саргов. Это такие пришельцы из космоса. Пару столетий назад они изрядно порезвились на этой планетке. И тех самых ворожеев похватали, но, в основном, интересовались запасами мавритта. Тогда их с трудом удалось изгнать. И сейчас стараются отследить прилет инопланетян заранее, еще на орбите. Правда, уже несколько десятков лет ничего такого не наблюдалось. Но патруль всегда бдит.

Впрочем, меня это все мало волновало, поскольку я отправлялся с опекуном в родовой замок герцога.

========== Часть 2 ==========

Первое мое впечатление от замка было неоднозначным. Прежде всего, в привычное понятие «замок» это сооружение не вписывалось. Комплекс строений представлял собой  пятиугольник и больше напоминал пресловутый Пентагон. Торцевое строение было выше остальных и имело пять этажей. Внутренний дворик оказался довольно уютным и чистым.

Встречали нас, похоже, все обитатели замка. Человек сорок столпились на веранде, с интересом разглядывая опекуна. 

Я слышал шепотки: «претор, претор». Но пока не понял отношение местных к этому «званию». Меня тоже рассматривали. Но без особых эмоций. Правда, тот самый интерес появился, когда опекун сообщил, что Элиан (то есть я) побудет какое-то время в колодце и спешить с приготовлением покоев не стоит.

Кто-то из слуг даже воскликнул:

– Вы привели ворожея в замок!

– Нет! – взвизгнул опекун. – У мальчика были зачатки магии, которые мы искоренили. А глубокое погружение в недра только поможет зафиксировать это состояние.

Поверили или нет слуги, я так и не понял. Но теперь на меня смотрели с опаской и немного брезгливо. Пока же мы шли вслед за сопровождающим, все ниже и ниже спускаясь по лестнице. Лично я уже ничего хорошего для себя не ждал.

– Попутно хотел бы посмотреть еще пыточную, – между прочим сообщил опекун слуге.

Кажется, демонстрация этого помещения была предназначена специально для меня. И снова в голове промелькнула мысль о средневековье. Каменное помещение со всеми атрибутами палача произвело должное впечатление. Большое колесо, кажется, называется дыба. А уж коллекция плетей вообще впечатляла. После космопорта контраст был разительный. Не думаю, что это музейные экспонаты. 

Опекун же радостно оглядел все эти «игрушки».

– Веди себя хорошо, мой сладкий, – потрепал мужчина меня по щеке. – И тогда ничего из этого арсенала не испробуешь на себе.

Очень хотелось бы в это верить. От страха я еле держался на ногах. И потому поспешил побыстрее удалиться из этих казематов. Между прочим, слуга, что сопровождал нас, тоже опасливо поглядывал на моего опекуна. Похоже, что должность этого самого претора включает возможность наказания для всех, без исключения.

Все больше и больше я разочаровывался миром, в который попал. А уж когда мне показали моё «место жительства», то вообще чуть не взвыл.

То, что назвали колодцем, им и было. Лебедка опускала небольшую платформу куда-то на глубину. Именно там мне и предстояло жить.  Спускался я в колодец также в сопровождении слуги. У того в глазах плескалась такая паника, что явно не стоило ждать ничего хорошего.

Я так понял, что слугу мне выдали по одной причине: ознакомить с местом жительства. Опекун даже один мавритт отдал. Слуга должен был показать на месте, как пользоваться там освещением и отоплением. Только парень слишком уж сильно паниковал. 

Спускались мы несколько минут. По моим ощущениям глубина была метров двадцать. А прислужник уже отчетливо стучал зубами. Я же в свете фонарика пытался разглядеть стены. Ровные и гладкие. Мысль о том, чтобы взобраться по ним самостоятельно, я сразу отмел. Но и трястись так, как это делал слуга, не спешил. 

Опекун упоминал, что это профилактическая мера. Отчего-то я надеялся, что долго тут не пробуду. Старый садист наглядно продемонстрировал, что буквально мечтает меня увидеть в пыточной.

Вот так я себя «успокаивал» во время спуска. Между прочим, колодец хоть так и назывался, но как таковым им не являлся. Скорее, это была шахта. Уже на самом дне я увидел ответвление, которое вело в небольшое помещение. Стены, конечно, были из камня, но некие подобия удобств имелись. Деревянный настил, поверх него постельные принадлежности. Встроенная ниша с посудой и железная печь. Слуга мне стал пояснять, что если вложить кристалл в углубление, то печь начнет нагреваться. Только освещения у меня в этом случае не будет. Для света нужно переместить мавритт в другую посуду. В целом, я понял, у меня выбор небольшой – или свет, или тепло.

Кстати, эта была не единственная комната. За пологом из шкуры какого-то животного располагался коридор метров пять длиной, и выводил он в настоящую пещеру, вдоль которой протекал небольшой ручей. Как оказалось, моя вода для питья и в том числе туалет. Продукты жизнедеятельности должны, по идее, смываться и уноситься водой куда-то дальше в подземелье.

И, собственно, после этого ознакомления слуга поспешил вернуться на платформу. Похоже, парень искренне переживал насчет того, что его оставят здесь со мной. Но такой расклад в планы опекуна не входил. Платформу  подняли вместе со слугой. А я остался в подземелье. 

И вот тогда впервые меня с головой накрыла паника. Случись что наверху, про меня даже не вспомнят. Еды мне пока не выдали. Вода есть, но сколько я проживу в таком месте? Потом еще раз прошелся со светильником, разглядывая новое жилье.

Впрочем, скоро я стал мерзнуть, пришлось переложить кристалл в печь. Благо, когда металл раскалился, то стал чуть светиться. Но все равно меня продолжало трясти. Закутался в те одеяла, что были сложены на топчане. Сидел и тупо ждал непонятно чего. Постепенно стал различать звуки. Звук воды из соседней пещеры слегка пугал. Отчего-то по углам стали мерещиться какие-то монстры. В общем, просидев пару часов в темноте, решил, что пока печь будет отдавать тепло, я могу включить освещение. При свете мне было уже не так страшно. И все равно чуть не завопил от страха, когда где-то наверху откинулась крышка люка колодца, и вниз стала спускаться лебедка. Наивно предположил, что мое время заключения закончилось. Но на самом деле это мне всего лишь передали ужин. Кто там был наверху, я так и не узнал. Но вряд ли сам опекун стал бы себя утруждать. 

Я же шустро перетаскал продукты в свое убежище. Собственно говоря, таскать особо было нечего. Две лепешки размером с мою ладонь и два вареных овоща, похожих на земную репу.  

Запивать еду потом пришлось из ручья. Надеюсь, что он не вытекает из похожего каземата, где кто-то также пользуется им. В том числе и для туалетных нужд. 

Через три дня я уже привык к темноте. Перестал шарахаться от странных звуков шелеста. Еще выяснил, что насекомых в этом месте не водится. Это не могло не радовать. Огорчало то, что кормили меня всего два раза в день и довольно паршиво. Парнишка, в чьем теле я оказался, был щуплым. А на таком рационе еще больше ослаб. Кажется, мысль о возможном побеге из замка придется оставить.

В первый раз подняли меня из колодца примерно через месяц (в здешнем месяце было сорок дней). Я сообразил завести календарь не сразу. И первые несколько дней никак не отмечал. Зато потом стал процарапывать камнем палочки на стене возле ручья. Между прочим, когда освоился, то заметил, что туалетное место в пещере было явно оборудовано моим предшественником. Даже ступенька и опора имелись. И когда нужно было сделать «по-большому», я располагался на выступе «в позе орла». Но мыться в холодной воде я не рисковал. 

Оттого очень обрадовался, когда меня после колодца слуга сразу сопроводил в ванную. Правда, принимать водные процедуры пришлось, зажмурив глаза. Отчего-то глаза никак не могли привыкнуть к яркому свету и слезились.

Так же, почти на ощупь, я был препровожден к опекуну.

– Хочу заняться твоим образованием, – огорошил меня мужчина. – Прежде всего, будешь учиться читать.

Даже не знаю, имел ли парнишка раньше подобные навыки, но, похоже, опекун был уверен, что после той процедуры, что он провел с телом, памяти на этот счет у меня не осталось.

В тот день я только успел выучить местный алфавит. И снова был сопровожден в колодец.  
Когда меня опять подняли в замок, я сильно усомнился в успешности обучения. Кажется, с такими темпами, раз в месяц, я буду долго осваивать знания. Опе­кун же проверил, как я запомнил буквы, показал сложение слогов и выдал с собой книгу.

 Предполагалось, что это такое «домашнее задание». Весьма специфичное, надо сказать. Описание видов казней для ворожеев точно не было самой популярной литературой. Но для меня это все равно было развлечением. Я со скуки уже думал, что сойду с ума. Предыдущий месяц чем только не развлекался. И волосы свои учился заплетать разными способами, и зарядку для себя придумал. Пещеру с ручьем вообще облазил вдоль и поперек. Надеялся, что, может, проход под скалой будет достаточным для человека. Но нет. Потом я придумал для себя забаву – метать камни на точность. Но все равно отчаянно скучал. А вот книга, пусть и такого странного содержания, мне вполне пригодилась.

За месяц я выучил ее наизусть. Потом бодро отрапортовал опекуну, когда он поднял меня из колодца на профилактический осмотр. Честно говоря, такое отношение немного удивляло. А если я заболею, то как подам сигнал? Собственно, этот вопрос и озвучил своему воспитателю.

– Просто не забирай еду с платформы, – пожал мужчина плечами. – Слуги сразу поймут, что с тобой не все хорошо, и мне доложат.

– А как долго я еще буду там жить? – поинтересовался я насущным.

– Год, два... не знаю, – без особых эмоций сообщил опекун. А меня буквально затрясло. Вот же гад! Еле сдержался, чтобы не зареветь. Да уж, повезло мне с попаданством!

В следующий мой «выход в свет» воспитатель показал, как правильно писать. Передал несколько тетрадей и очередную книгу о ворожеях и методах их поимки. Между прочим, книга оказалось полезной. Похоже, это была своего рода инструкция для преторов. Наконец, я выяснил, кто они такие. Другим словом, ищейки и инквизиторы. Те, кто находит и помогает ликвидировать ворожеев. Меня опекун тоже отыскал. Почему они не умертвили одним из тех способов, что описывался в инструкции, я так и не понял. Кажется, я был слишком знатного рода, чтобы меня уничтожить. Но, тем не менее, той силы, что я про себя называл магией, первого носителя этого тела лишили.

Для чего я им нужен был, оставалось только гадать. Зато опекун намекнул, что проверять меня на остатки магии еще будут долго. Мне уже не верилось, что до своего совершеннолетия я покину колодец. Даже с моим обучением воспитатель не спешил. Раз в месяц у меня был своего рода выходной. Кроме грамоты, я еще успевал в течение дня освоить что-то по этикету. Учился обращаться со столовыми приборами. И, о радость, нормально питался! За обедом обычно подавали мясо. Да и пироги за ужином радовали своим разнообразием. Нужно ли говорить, с каким нетерпением я ждал дня, когда мне разрешалось побыть в замке. 

Правда, через полгода мои «выходные» дни были немного омрачены. Опекун отчего-то решил, что специальной литературы для моего воспитания явно недостаточно и нужно еще продемонстрировать видео.

Местное «кино» мне пока толком посмотреть не удавалось. Видел, что в некоторых помещениях имеется настенная «плазма». Но пользоваться не доводилось. Опекун же в очередной раз, когда я поднялся в замок, решил показать документальный фильм.

То, что на бумаге было для меня своего рода книжкой-страшилкой, на экране просто потрясло. Мало того, что эта голограмма давала 3Д-эффект, так еще и сам «сюжет» меня впечатлил.

– Смотри, смотри, как эти северные неумехи неправильно сажают на кол, – азартно пояснял мне действие опекун. – Видно же, что они этому ворожею сразу позвоночник зацепили. Он же не чувствует ничего теперь. Потому и не орал, когда его сжигали.

Я только судорожно сглотнул, не в силах оторвать взгляд от экрана.

– А эту бабу тоже додумались на кол посадить! – возмущался претор. – Ты же читал в учебнике, что для женщин такую казнь не применяют, поскольку кол сразу проткнет матку. Как результат – кровотечение и быстрая смерть. Видишь, они на костер уже труп волокут?

 Я же, кажется, скоро упаду в обморок. Как это можно смотреть?! Да что там смотреть! Та толпа народа, что наблюдала за казнью, явно пребывала в восторге. Что же это за общество, в которое я попал? Но стошнило меня от этого «кино», когда стали демонстрироваться кадры казни детей. 

Самым младшим было не больше пяти лет. Их тоже сжигали. Пыток не применяли, но то, что еще живых отводили на костер, было само по себе верхом жестокости. 

– Как орут, как орут, – цокал языком опекун. – Пожалуй, на этой неделе проедусь по округе, поищу ворожеев в деревнях, – заверил меня воспитатель.

– Тебя на два месяца в колодец опускают, – шепнул мне уже перед люком слуга.

– Почему? – не понял я.

– Тебя стошнило, а господин претор осерчал на такое, – продолжал шёпотом пояснять прислужник.

Похоже, дополнительно в качестве наказания мне еще урезали питание. Несколько дней я питался только сухими лепешками. Потом всё же добавили вареных овощей, но немного. Я же впал в состояние депрессии. Не хочу жить в этом мире. Может, перестать вообще питаться и потихоньку сдохнуть? Камень на шею, и утопиться в ручье? 

В общем, мысли мои были столь же безрадостны, как и само место, где я обитал.

========== Часть 3 ==========


Сбежать из подземелья хотелось, и даже очень. Я уже начал прикидывать, можно ли выбраться через окно в ванной, когда меня в очередной раз поднимут наверх. Потом мою голову посетила мысль устроить подкоп. Ага. Ложкой. По камням.

Еще пару дней я размышлял над возможностями   побега. И вдруг в голову пришла интересная мысль (это было в тот момент, когда я графа Монте-Кристо вспомнил). По всем признакам я не первый заключенный в этом колодце. Кое-что из удобств пещеры было явно сделано кем-то более сильным, чем я. Не сразу, но я определил удобные места для умывания. Плоский камень как раз располагался на краю ручья. Плюс тропинка была расчищена. Она разветвлялась посередине пещеры. Одно ответвление вело к туалетной зоне, а второе - к питьевой. 

Но если саму пещеру я облазил вдоль и поперек, то жилую комнату практически не исследовал. «А вдруг здесь уже имеется лаз?» – пришла мне в голову сумасбродная мысль. В общем, достал кристалл из печки и стал от входа  методично, снизу доверху, исследовать стены, пол и потолок. «Даже если ничего не обнаружу, то хорошо развлекусь», – успокаивал сам себя.

Печку мне пришлось передвигать. Внимательно оглядел то, на чем она раньше стояла. С сожалением отметил, что это просто выровненная площадка для удобства, чтобы печь  и не качалась.  

Следующим местом моего подробного исследования стала лежанка в нише. Только приподнять топчан у меня сразу не получилось. Элементарно не хватало сил. Потому отправился в пещеру за камнями. Выбирал плоские, но широкие. Кое-как приволок с десяток в жилую зону. И потом уже складывал из них пирамидку. Выглядело это так: руками я приподнимал один край топчана, а ногой подпихивал камень. Потом мне повезло поставить один из камней на ребро и зафиксировать свою лежанку. Отдохнул. Как раз время обеда подошло. Перекусил и с новыми силами накинулся на топчан. И таки опрокинул его на ребро! 

Вот уж не знаю, как буду лежанку обратно из вертикального положения в горизонтальное возвращать. Но пока намеревался исследовать пространство пола. Даже камешком начал обстукивать и практически сразу обнаружил полость, что звучала глухо. Неужели лаз? Неужели это мой путь на волю?! Даже мечтать на эту тему пока себе не позволил. И, между прочим, приоткрыть этот замаскированный люк было непросто. Я и ложкой подковыривал и еще камней для применения в качестве рычага принес. Устал, вспотел, но каменюку сдвинул. А потом поднёс туда светильник и разочарованно выдохнул. Прохода не было. 

Маленькая ямка в полу имела от силы глубину сантиметров десять. Это был тайник. Тайник для книги. Впрочем, в моей ситуации и это уже хорошо.

Ту специальную литературу, что передал мне опекун, я теперь спокойно читать не мог. Передо мной так и вставали кадры из документального фильма о казнях. В общем, находку я вынул. Топчан с грохотом вернул в исходное положение. И поспешил переместить мавритт в печь. Пока я лазил со светильником вокруг лежанки, помещение изрядно остыло. Я так думаю, что здесь должна быть постоянная температура примерно градусов четырнадцать тепла. И это более чем прохладно.

Так что я успел вздремнуть, потом забрать ужин и только тогда решил разглядеть находку подробно. 
Первые же строки этой книги повергли меня в шок.

«Если ты читаешь сейчас это послание, то оно точно для тебя», – увидел я на первой странице. «Ты ворожей. Возможно, твою силу заблокировали и потому держат в этом месте. Но никакие ухищрения центумвиров и преторов не могут лишить тебя того, с чем ты был рожден», – продолжал неизвестный мне автор. 

От этой информации мне поплохело. То, что у меня имелась магия, я уже знал, но все равно становиться опять ворожеем не хотелось. На кол и в костер тоже попасть желания не было.

Но, тем не менее, продолжил читать книгу. Это было действительно послание для узников. Причем для тех, кто имеет хоть каплю магии в себе. Оказывается, поверх тайника была накинута вуаль невидимости. Обычные люди тайник просто бы не заметили. 

Тот неизвестный маг пришел в этот замок за своим братом. Только спасти его не успел. Похоже, это случилось очень давно. Ворожей тогда сильно осерчал. Истребил всех, кто был повинен в смерти родственника. А потом вообще поселился на этих землях и правил в течение нескольких столетий. Уже перед самой смертью решил записать вот такое завещание. Отчего-то он предполагал, что люди и дальше могут истреблять ворожеев. Вряд ли будут строить новое место, когда имеется старый колодец. Камни местного минерала и глубина каким-то образом блокируют выход магии наружу. Вот маг и устроил тайник для будущих заключенных. Даже не знаю, находил ли эту книгу кто раньше, или я был первым? В любом случае мне несказанно повезло.

Прежде всего автор рекомендовал изготовить амулет, что скроет магию, поскольку даже после процедуры изъятия силы остается остаточный фон. Именно на него и реагируют ищейки. Между прочим, эти самые преторы тоже продукт какой-то генетической аномалии. Своего рода антимаги. Они всегда ощущают присутствие ворожеев. Эти умения у них врожденные. И проявляется это в том, что антимаги чувствуют определенный запах от носителя магии. Тот амулет, что рекомендовал изготовить автор книги, полностью изменил бы мой запах. И якобы для этого особых сил не требовалось.

Идеально было использовать мавритт. Но и обычные камни годились. Менять, конечно, амулет придется часто, да и носить на себе неудобно. Только результат того стоил.

В общем, я из лент для волос скрутил какой-то узелок, внутрь которого поместил камешек. А потом вплел "украшение" в волосы. Безусловно, этот амулет  придется снимать в ванной. Благо, там обычно со мной был кто-то из слуг. Опекун обычно ждал, когда я закончу процедуры. Между прочим, мне как раз припомнилось, как мужчина воротил нос, заявляя, что от меня всегда воняет, а после подземелья тем более. Как будто я сам себя туда поселил!

Дальше неизвестный маг советовал   изготовить пространственное убежище, и все занятия магией проводить внутри него. 

Некоторые приемы давали слишком характерные всплески магии, на которые тут же реагировали ищейки. И я пока для себя не решил, нужна мне эта магия или нет. Еще несколько дней я просто читал книгу. А потом решился. В конце концов, это точно даст мне шанс выбраться на волю. Тем более что безопасности ворожея в книге было отведено много глав. Так что у меня уже была уверенность в том, что я сумею скрыть все эти эксперименты.

Прежде всего мне нужно было открыть те самые заблокированные каналы. Но чтобы никто наверху не ощутил мою магию, я разложил по периметру камни-амулеты. Потом еще в коридоре и у самой шахты.

Хоть маг и заверял, что эти амулеты практически не расходуют сил, лично я устал. Может, потому что на «украшение» пещеры потратил с полсотни камней-амулетов. Но зато был уверен, что магия наружу не выйдет. 

Дал себе день на отдых и приступил к тому, что планировал изготовить. До последнего не верил, что я это все сделаю. Мне той магии никак было не видно. Если бы не усталость, то вообще не сообразил, что я там что-то расходую. Оттого первая нить, которую я создал, вызвала   бурю восторга. И я сразу понял, что без открытия всех резервов больше ничего сотворить не смогу.

А открыть свои каналы оказалось просто. Достаточно капнуть на язык капельку своей же крови, прочертить руками какой-то узор (картинка прилагалась) и озвучить формулу.

 Это действие я строго по инструкции выполнил. И ошалел! Было такое впечатление, что кровь разом вскипела и устремилась по сосудам с бешеной скоростью. В общем, привыкнуть более-менее к этому состоянию я смог только на следующий день.

Еду с платформы забирал с опаской. Но никто наверху кричать «ворожей, ворожей!» не стал. А значит, моя магия пока скрыта ото всех. Я же продолжил  сооружать убежище. Нитями магии предполагалось задать внешний объем. Поскольку я был ограничен размером пещеры, то ничего большего размера изготовить не мог. 

Первые полдня я ползал по выступам стен, пытаясь закрепить эти своего рода веревки. Потом устроил перерыв на обед и снова занялся плетением. Особых рекомендаций по созданию этого укрытия неизвестный маг не давал. Но расстояние между нитями не должно было превышать где-то двадцати сантиметров (в книге отчего-то указывалась в качестве измерения голова).  

Благо, нити сами приклеивались друг к другу, когда я мысленно желал этого. Но роль паука я исполнял почти двое суток. Сплел себе комнатку примерно пять на шесть метров. А высота потолка варьировалась от двух до трех. Именно с потолком я больше всего возился. Потом сообразил, что нити можно подкидывать вверх и в этот момент желать фиксации с теми, что уже были закреплены.

Напоследок я оформил лаз-вход. Его потом придется закрыть при помощи одной нити и стянуть, как горловину мешка.

Это у меня получилось без проблем. Позже привязал конец магической веревки на свое левое запястье и сосредоточился. Это была самая трудная и основная часть работы. Снова пришлось прокалывать палец и капать своей кровью. Знаний и умений у меня пока никаких. А такой способ применения магии наиболее действенный. Хотя крови из меня магическое сооружение вытянуло изрядно. Я же еще и невидимым браслет хотел сделать. Так что очнулся я на полу только от звука платформы в шахте. Еле доплелся, чтобы забрать еду. Там же и остался сидеть. Сил, чтобы вернуться, не было. Хорошо, что я с активированной  магией теперь почти не мерз. Но подкрепиться не мешало бы. С трудом вспомнил, что это было - ужин или обед. Похоже, что ужин. В общем, в свою камеру я вернулся, включил печь и завалился спать.

Только на третий день я практически полностью восстановился. И, конечно, захотел опробовать то, что соорудил. Выглядело это так: я нащупывал браслет, потом нить. Дальше развязывал «горловину мешка» и проникал внутрь. По утверждению мага, это укрытие располагалось в каком-то магическом пространстве. И объема во внешнем мире не занимало. Как и что, я так не разобрался. Магия, одним словом.

После активации всей магии помещение претерпело внутри определенные изменения. Теперь гладкие и упругие стены слегка светились, также излучали мягкий, приглушенный свет и пол с потолком. В общем, первое впечатление у меня было, что я оказался в комнате из матового оргстекла, а снаружи поставили лампы дневного света.

Эта ассоциация еще усиливалась и тем, что поверхности были чуть теплыми. В целом, получилась у меня комфортная нора. После нескольких месяцев пребывания среди мрачных камней в почти абсолютной темноте мне неимоверно понравилось мое убежище. Еще одним преимуществом было то, что если изнутри не закрывать полностью проход, то видно и слышно все, что происходит снаружи. 

Так что последующие дни я почти все время проводил в убежище. Шум от спускающейся платформы слышал, а больше меня ничего не волновало. Я даже одно одеяло на пол постелил. На нем и валялся целым днями, читая книгу. Теперь заниматься магией я мог постоянно, не опасаясь, что кто-то почувствует.
 
Ничего сложного в самой магии, как оказалось, не было. Да только, чтобы запомнить, приходилось по несколько раз повторять действия. К тому моменту, как меня снова позвали в замок, я проштудировал треть книги. Но пока практического применения своей магии не находил. Не стану же я вызывать дождь прилюдно? Или освещать ночные облака? Меня тут же под ручки и на костерчик отведут. Между прочим, на ищеек никакие виды магии не действуют. Именно потому преторы с древних времен вылавливали и отыскивали ворожеев. И все из-за того, что те пришельцы из космоса очень магами интересовались. Маги, естественно, без боя не сдавались, отстаивая свою независимость. Пока маги воевали с инопланетянами, страдало простое население. Вот и сложилось мнение, что если не будет ворожеев, то и сарги из космоса не станут прилетать.

А у меня столько вопросов на эту тему появилось, что я очень надеялся найти информацию у опекуна.

========== Часть 4 ==========

Между прочим, отсутствием специфичного запаха я опекуна удивил, и очень. Он так долго меня оглядывал и обнюхивал, что я заволновался. Мужчина же, напротив, буквально светился от восторга.

– Так я и знал, что эти древние колодцы - отличные очищающие средства, – радовался опекун. – Отпишу своему другу, пусть, на всякий случай, тебя тоже посмотрит.

В общем, в этот день воспитатель развел такую бурную деятельность, что на меня внимания не обращал. Кому-то звонил, что-то писал. Я же под это дело один маленький кристалл мавритта из светильника в холле умыкнул. Потом в ванной плошку с жидким мылом и пару полотенец забрал. Так-то у меня внизу были тряпицы для вытирания, но хотелось большего комфорта. После обеда я незаметно столовых приборов накидал в свой «кармашек». А уж тетрадей для записей вообще целую стопку утащил. Мне её выдавали для тренировки в письме, но не больше одной. Я же решил, что нужно ту книжку начать переписывать.

Но вечером меня все равно отправили в «тюрьму». Впрочем, теперь я уже не отчаивался, когда платформа начала опускать меня в колодец. Есть чем заняться, и как раз отсутствие свидетелей будет удобным. Там по магии столько всего еще учить!

Кстати, я решил еще один пространственный схрончик устроить. Ту плошку с мылом я швырнул по-быстрому в свое магическое укрытие. А она опрокинулась и запачкала одеяло. Я его, конечно, постирал в ручье, потом магией высушил. Но на будущее решил для тех вещей, что ворую, делать отдельный склад. В общем, я изготовил небольшой шкафчик-кладовочку. Привязал нитью к своей правой руке, поскольку на левой у меня было закреплено основное укрытие. 

Потом уже подробно занялся изучением того, как прикрыть свою магию при помощи кристалла мавритта. Он якобы должен полностью экранировать мои способности.

Иметь украшение для меня не вариант. Я изначально планировал вживить кристалл под кожу. В книге такой способ и рекомендовался, указывалось даже место - за ухом.

Резать себя было страшно. Плюс не видно, что там и как. Раздел бытовой магии я только начал осваивать. И зеркало соорудить у меня пока не получилось. Так что делал все практически на ощупь.

Зато заживала рана хорошо. Не то у всех носителей магии регенерация хорошая, не то это после активации сил улучшаются свойства организма. Не зря же эти ворожеи живут дольше обычных людей раза в три. Так что я только вставил кристалл в разрез, как он уже начал зарастать.

И, между прочим, этот самый мавритт на мой организм оказал странное воздействие. Я и так в себе чувствовал потоки магии. А теперь эта сила буквально бурлила во мне. Очень надеюсь, что наружу не выходит. Чуть позже это подтвердилось.

Через несколько дней воспитатель меня из колодца поднял, поскольку приехал какой-то друг опекуна. Тоже ищейка.

Мужчины на пару меня ощупывали, разглядывали, обнюхивали и дружно пришли к выводу, что магии я лишился окончательно. Даже остаточных следов и ароматного шлейфа не наблюдается.

– Это сенсация! – радовался опекун. 

– Безусловно, вам стоит написать научный трактат, – поддерживал его второй претор. При этом он так плотоядно меня оглядывал, что хотелось буквально бежать в свой родной колодец.

– Не дадите ли мне мальчика для более детального осмотра? – озвучил мои опасения ищейка.

– Племянника герцога? – приподнял бровь опекун. – Нет уж, Жюст. Я тебе игрушку из числа слуг подберу.

– Помоложе, – высказал свои предпочтения претор.

– Пятнадцать-шестнадцать лет?

– Лучше восемь-десять, – растянул рот в улыбке ищейка.

– А труп потом куда? – обеспокоился опекун.

– Я в свою повозку закину, по пути избавлюсь.

Мне же от этого всего стало нехорошо. И очень обеспокоил тот факт, что мужчины моего присутствия не стеснялись. Если парнишке, в чьём я теле оказался, уже один раз мозги прочистили, то могут и еще повторить подобную процедуру.

В этот раз меня продержали в замке всего полдня и снова спустили в колодец. Я же шустро пролистал книжку. Искал разделы, как обезопасить себя от всего того, что, по идее, могли устроить ищейки.

Сразу выяснил, что любое проявление открытой магии будет зафиксировано этими самыми ищейками. Запустить огненным шаром или ледяной стрелой в кого-либо я не могу. Этих ищеек лучше не убивать. Остаточный шлейф магического фона приведет ко мне другую ищейку. Между прочим, именно так и находят магов среди детей. Способности начинают проявляться в возрасте шести-восьми лет. Естественно, ребенок контролировать свои эмоции не может. В моменты злости или радости неосознанно выплескивается энергия. А преторы, что шныряют по стране, быстро находят виновника. И те сарги инопланетные точно так же отыскивают магов любых возрастов. 

Так что я пока мысль о том, чтобы применить магию защиты, оставил. Но зато выяснил, как могу ставить блоки от чужеродного проникновения в голову.  Сразу для себя изготовил и привязал к вживленному кристаллу.

Но  спокойно заниматься магией я теперь не мог. Опекун то и дело поднимал меня из колодца. Просмотр документальных фильмов с казнями ворожеев стал обязательным. Ищейка не то ждал проявления моих эмоций, когда магия вырвется наружу, не то просто был садистом, и ему нравилось наблюдать, как я бледнел в особо откровенных сценах. 

Оказывается, маги под воздействием какого-то гипноза ищеек даже сопротивляться толком не могли. Если ищейка отыскал ворожея, то у него возможности вырваться не было. Вот уж не знаю, применял опекун ко мне гипноз или нет? Но пока моё поведение не выходило за рамки того, что хотел видеть мужчина.

– А что, Элиан, может, отправим тебя потом учиться в колледж центумвиров? – ухохатывался чему-то своему опекун. – Станешь судьей, будешь принимать решения по всем этим «сочувствующим».

Поскольку от меня ответа вообще не ждали, то я скромно молчал. По идее, я дитя неразумное, вот и придержу свои высказывания.

Но одно усвоил точно: дядя мой, герцог, сохранил мне жизнь вовсе не по доброте душевной. А имел какие-то планы. Сама магия Светлости была не нужна. Но кровь ворожея ценилась. Опекун что-то намекнул насчет того, что продолжительность жизни у магов больше. И исследования в этой области вовсю ведутся. Я же, как ближайший родственник, могу подойти в качестве идеального донора. Хотя лично опекун считает все это блажью и ненужной тратой времени и средств. Пока, к сожалению, это было все, что мне удалось разузнать.

И, конечно, меня радовал тот факт, что до полного взросления никаких экспериментов надо мной проводить не станут. Я же до этого момента постараюсь сбежать. Так-то выбраться при помощи магии из колодца можно было легко. Да только применять свои умения я не хотел. Зато опекун пообещал, что еще пара лет, и меня можно будет спокойно поселить в одной из комнат замка.

В  общей сложности, продержал меня этот садист в колодце почти три года. Я за эти годы успел и переписать книгу, и выучить все досконально, и припрятать опять в тайник. Вдруг кому ещё пригодится. Кто его знает, что ждет впереди. Так что повторил ту нехитрую магию и скрыл книжку в тайнике.

Свой пространственный схрон я тоже усовершенствовал. Изготовил внутри «пристрой». Сделал надрезы во внутренней полости и вывел еще три маленькие комнатки из основного помещения. Одна у меня стала туалетом, вторая - душевой, и третье, побольше размером, для всего того, что успевал умыкнуть за короткое время пребывания наверху. У меня уже образовался приличный склад одежды. Пока, конечно, не по росту. Но пусть хранится на будущее. Жаль, что больше кристаллов мавритта раздобыть не удалось. Оказалось, что тот маленький, что я из светильника вынул, потом долго искали. Слугам сильно досталось за пропажу. Теперь все мавритты были на цепочках, плюс прикованы к абажурам.  

Переносные мавритты тоже в замке на счету. Сам по себе мавритт настолько дорогой, что пользуется им только местная знать. Те поселки и деревни, что располагались вокруг замка, ничего подобного не имели. Хорошо, если имелась пара кристаллов на всю деревню. В этих поселениях мне тоже удалось побывать. Опекун несколько раз вывозил из замка, чтобы, так сказать, продемонстрировать мне свою работу. 

В основном, это были обыски в домах тех, кто считался неблагонадежным. Вот уж не знаю, что искали отряды, что подчинялись претору. На мой взгляд, брать в тех домишках было нечего. Снова вспоминалось шикарно-цивильное здание космопорта. Да и в замке удобства были «современными». В этих же деревнях один мавритт наполнял энергией местную «электростанцию». Энергии было так мало, что ее еле-еле хватало на водяные насосы и скудное освещение в домах. Все остальное делалось вручную. Почти все земли в округе были пастбищами. Оттого и сельчане ориентировались на разведение скота.  Хотя на тех огородах, что были возле домишек, эти люди что-то выращивали.

Меня же опекун приводил, чтобы продемонстрировать, как правильно делать обыск в домах. 

Пока стражники подвешивали за руки детей и женщин к перекладине дверей, претор терпеливо ждал. Потом, в зависимости от ситуации, или отвешивал десяток плетей старшему мужчине, или просто запускал стражников внутрь дома. Те вываливали на улицу все добро. Большая часть имущества пачкалась и ломалась. С посудой также не церемонились. После пары часов такого бесчинства стражники заявляли, что следов и доказательств того, что эта семья относится к «сочувствующим», они не обнаружили. 

Опекун давал команду возвращаться в замок. Отряд стражников уже давно поселился в замке. Они непосредственно подчинялись претору и были абсолютно преданы ищейке. 

Меня в такие дни практически сразу отправляли в колодец. Видимо, претор считал, что полученных впечатлений для моего воспитания было вполне достаточно.

Один раз претор забрал из семьи мальчика-подростка примерно моего возраста. Я, наивный, подумал, что парнишку определят в слуги. И только когда через месяц поднялся в личные покои претора, увидел в окно уже высохший труп того мальчика. Только рыжие волосы и специальный ошейник, что прицепил претор в первые минуты знакомства, и позволили мне узнать в мертвеце того симпатичного парнишку.

Хорошо, что опекун тогда не просек моего состояния. Меня ждал обычный просмотр фильмов. Впрочем, казни на экране уже не так впечатляли, как висящий на стене труп.
 
Дикие нравы, жестокие люди! Как вообще прислуга замка могла спокойно на это все реагировать?! Ежедневно видеть, ощущать запах мертвечины и делать вид, что это в порядке вещей?!

В общем, к своим тринадцати годам я серьёзно задумался над тем, куда мне сбежать из замка. Местная система наблюдения в крупных городах превосходила все знакомые мне земные аналоги. Затеряться в поселках и городах тоже не вариант.

Для меня идеально было бы попасть в кадетский корпус отрядов, что патрулировали на орбите. Конечно, в армии свои порядки, но все лучше, чем здесь. 

Я даже подслушал один разговор слуг. Чей-то сын как раз отправлялся на учебу благодаря протекции герцога. Парню исполнилось пятнадцать, и по возрасту он подходил. Так у меня появилась мечта попасть в подобный корпус. Осталось только придумать, как это сделать.

========== Часть 5 ==========

Идей по поводу побега у меня так и не появилось. Зато замок посетил его владелец. Герцог прибыл совершенно внезапно и никого не известил. Я, естественно, был в колодце. То, как меня поспешно извлекали, отмывали и наряжали, было уже само по себе показательно. А визги герцога по поводу моей персоны пришлось слушать до ночи. 

– И что, я такого донора представлю императору?!!! – орал на опекуна герцог. – Ты сам хочешь на собственной шкуре испытать все достижения придворных палачей?!

Опекун стоял все это время вдоль стеночки, пытаясь с ней слиться.

– Чем его кормят?

Слуга, что привел меня, бодро перечислил меню из трех распространенных овощей. Герцог буквально побагровел от злости.

– Чудо, что мальчишка еще жив! – рявкнул дядя.

– Профилактика колодца дала действенные результаты, – промямлил претор.

– Ах, она еще и результаты дала?! – перешёл на ультразвук герцог. – Еще скажи, что его кровь теперь ничем не отличается от обычной, и я сам лично с тебя шкуру спущу!

– Мы кровь не проверяли, – сглатывая слюну, поведал опекун. – Но магии в нем точно нет.

– И для чего мне теперь этот пустышка? Что я скажу императору? Что единственный донор, который по родственным связям годится для эксперимента, безнадежно испорчен каким-то идиотом?!

– Он же бывший ворожей, – пытался найти оправдание претор.

– Он императорского рода!!! А значит, способен был продлить жизнь всей семье! Мы что, зря его подвергали обработке?

Опекун обрел уже зеленоватый оттенок лица, но слов для возражения не находил.

– Я пришлю кого-нибудь провести исследования, – заявил герцог и с шумом захлопнул за собой дверь.

Опекун же, как только обрёл способность двигаться, тут же развернул бурную деятельность. Мне на пятом этаже выделили несколько комнат. Принесли поздний, но очень обильный ужин. С утра вся эта суета продолжалась. Хотя  столько съедать за один раз я не привык. Но задумку герцога – откормить меня  – уловил. Попробовал сам спрашивать что-то у слуг. Приносили все и буквально бегом. Я же оборзел. Заказал орешки, сухое печенье и еще что-то из того, что долго не портится. Потом перепрятал в свою личную «кладовочку». 

Еще обнаружил, что могу перемещаться без проблем по замку. Вот это меня очень обрадовало. Камеры наблюдения фиксировали только внешний периметр и внутренний двор. Внутри помещений систем наблюдения не имелось. Не то дорого, не то смысла в этом не было. Отряд стражников, что квартировал в замке, выполнял все эти охранно-наблюдательные функции. Так что особой слежки внутри здания я не опасался. 

Уже через несколько дней все обитатели замка привыкли, что я брожу по коридорам. А я не просто так ходил. Когда добрался до кухонных кладовых, то много чего спрятал в своем убежище. Прежде всего, местные консервы и прочие продукты длительного хранения. Посуды немного взял, с десяток различных ножей. Но и про удобства не забывал. Подушек, одеял и покрывал у меня теперь было предостаточно. В общем, к побегу, в принципе, я был готов. И уже наметил, как смогу выбраться из замка. Помню, мы из аэропорта к замку ехали на каре несколько часов. Пешком я пройду это расстояние за несколько дней. На ночь в своем пространственном укрытии буду прятаться. Так что оставалось только решить, куда и как податься в городе. Очень хотелось найти информацию по тем кадетским корпусам. 

Потом сообразил расспросить слугу, чей сын учится в корпусе. Прислужник на вопросы отвечал неохотно. Но кое-что я разузнал и загрустил. Ладно, сам корпус расположен где-то на западе. Так еще узнал другую новость. И сам бы мог предположить, что у местных должны быть документы, удостоверяющие личность. Как-то я ни разу не видел ничего такого, вот и позабыл о такой проблеме. Оказалось, что микрочип, вживленный каждому жителю в левое запястье, предоставляет такую информацию любому патрулю. Слуга так искренне огорчился, что не смог проводить сына до дверей корпуса. Его уровень доступа был отсканирован еще на подступах. И если за учениками приходят сопровождающие, то родителям проход закрыт.

Вот это меня взволновало. Оттого прежде всего решил отыскать микрочип у себя. Как и где подправить информацию, понятное дело, я не знал. Но отыскать эту бяку хотелось. Что-то мне подсказывало, что она еще и функцию наблюдения за объектом выполняет. Не зря же рядом со мной вообще никаких соглядатаев не наблюдалось. 

Вечером залез в свой схрон и стал исследовать свое тело. Отыскал чип. И тут же буквально покрылся холодным потом. Это когда я в колодце пребывал, можно было не опасаться. Но если у меня имелась личная «кнопочка слежения», то что сейчас видит предположительный наблюдатель? Вот именно: нет меня в замке, поскольку я неизвестно в каких магических пространствах. Выскочил из укрытия как ошпаренный.

Еще какое-то время успокаивал сам себя. Не знаю, где этот пункт наблюдения, но точно им не часто пользуются. Иначе панику устроили бы в первый вечер, когда я свои вещички в схроне сортировал. Мне определенно повезло. Но больше рисковать не стоило.

Зато я теперь точно знал, где у меня собственный распознаватель личности расположен. Интересно, а есть такие люди, кто не имеет чипов?

Того разговорчивого слугу я подобным вопросом на следующий день и озадачил.

– Так, почитай, все деревенские без чипа, – сразу поведал прислужник. – Но они в город не ходят, потому и не ставят себе.

– Отчего? – не понял я местного расклада.

– Дорого. Кто побогаче, покупает детям чипы. Тогда можно куда-нибудь на учебу отправить. А без чипа в город лучше не соваться. Патруль сразу заберет. Или одна дорога - в трущобы. Там, и правда, никто не станет интересоваться, откуда кто родом.

Конечно, в местный отстойник добровольно идти не хотелось. Зато узнал, что если меня заберет патруль, то отправит в приют. Родственникам не возвращают, поскольку сразу такого человека засчитывают государственной собственностью. 

В целом, ситуация немного прояснилась. Пока же я усиленно питался и просто предавался безделью в замке. Сбежать я всегда успею. А торопиться в приют  не очень-то и хотелось.

За следующий год опекун изрядно откормил меня. Я подрос. Окреп. А еще приезжал медик и брал у меня кровь на анализ. Волновался я сильно. Смог перенаправить свои потоки точно через вживленный кристалл. Судя по мрачному лицу опекуна, магии во мне даже по крови не нашли. Воспитатель еще надеялся, что мои врожденные свойства вернутся, если я продолжу жить вне колодца. Но визит герцога и очередные замеры продемонстрировали, что опекуна ожидают имперские застенки.
  
Герцог дал нам еще время. Опекун психовал. Он-то уже понимал, что возврата к магии в моем теле ждать не стоит. И выход своей злости претор находил привычным способом: обыски и репрессии для жителей округи участились. И, похоже, не только наш претор так лютовал. Когда по местным новостям передали, что в городе Ладс поднялось восстание низов против ищеек, лично я не удивился. Этот промышленный город располагался на юге от герцогских  владений. Народ там жил не самый зажиточный. А ищейки делали жизнь простых работяг еще сложнее. 

И когда начались волнения в Ладсе, всех стражников нашего отряда послали на усмирение горожан. В замке осталась только прислуга. Собственно, это и стало сигналом для местных жителей. Утром отряд покинул замок, а вечером волна недовольных жителей заполонила замок. Супернавороченные и усиленные сигнализацией двери крестьяне выбивали обычными бревнами. И, похоже, что приволокли эти орудия с собой. Я еле успел спрятаться, проход в свое укрытие не захлопывал. Оттого и видел все, что происходит. Удобно так оставаться невидимым, но быть в курсе всех событий. 

Так что и распятие претора посмотрел, и много других неприятных вещей. С прислугой, что работала в замке, взбунтовавшиеся крестьяне не церемонились. Но и не убивали. Хотя поизмывались изрядно. А потом начали полномасштабный грабеж замка.

Вот тут я уже подсуетился. Благо, при свете факелов и костров, что разожгли во дворе замка, нельзя было толком увидеть что-либо. Вышмыгнул за ворота и рванул через поля на юг. Попасть в город, что охвачен восстанием, для меня наилучший шанс изменить свою жизнь.

Через час я устал бежать и нырнул в схрон. Пока отдыхал, вырезал свой чип. Испепелил его магией и уже потом выбрался снова наружу. До рассвета прошёл мимо двух деревень. Обогнул их по широкой дуге. Потом отсыпался полдня в схроне и снова брел через луга и пастбища. Повезло, что погода в начале лета была сухой и теплой. За шесть дней я добрался до Ладса. 

Только уже на подступах стал сомневаться в разумности своей идеи. Мало того, что вертолеты летали и прочесывали округу, так еще и город был покрыт завесой дыма.

Тем не менее, в сумерках я начал пробираться ближе к окраинам. Раз двадцать нырял в укрытие. То вертолеты, то пешие патрули явно выискивали в темноте нарушителей. Один раз пришлось отсиживаться не меньше часа. Луч от вертолетной системы освещения попал на меня. Я-то спрятался. Но военные продолжали упорно искать. Потом еще стражники ходили кругами и заглядывали в каждую щель.

И только когда я вышел к первым зданиям, скрываться стало проще. Я уже наметил для себя развалины и просчитывал, как лучше преодолеть открытый участок, когда на меня кто-то накинул петлю и стукнул по голове.

========== Часть 6 ==========

В  себя я пришёл буквально через пару секунд. Магия регенерации в моем теле работала исправно. Да только демонстрировать свое состояние не стал. Те, кто словил меня, спрыгнули с козырька ближайшего строения. И тут же начали шарить по одежде.

– Ничего, – зло пнул под рёбра один из мужчин.

– Чистенький. Откормленный, – тоже пнул второй участник.

– А обувку можно и забрать, – отозвался третий голос.

– Разве что обувь. Остальное барахло никуда не годится. 

Я же картинно застонал и открыл глаза.

– Ты откуда такой непуганый? – радостно заулыбался один из мужчин, демонстрируя половину комплекта зубов.

– Из деревни Соки, – решил я сразу косить под деревенского.

– А в город чего поперся?

– Дядя сказал, что так можно без чипа попасть. Я хотел в кадеты податься.

– В кадеты он захотел! – заржали мужчины хором.

– Что, оставим себе игрушку или на сборный пункт потащим? – озадачился один из «охотников».

– Поиграем, а потом в центр. 

– Не пойдет. Там проверят. Нам же еще накостыляют, – ответил тот из мужчин, что был постарше.

– Тогда себе.

– Он не больной, без увечий. Сразу видно, что ухоженный, – начал внимательно разглядывать меня со всех сторон щербатый. – Не меньше сотни капель можем получить. А если себе оставим, наши бабы заревнуют.

Теперь озадачились подсчетами и остальные мужики. Похоже, торг был выгодным. Так что мне связали руки и потащили куда-то. Правда, через пару кварталов обувь мне вернули. Идти по дороге я уже не мог. Раны на ногах не успевали заживать. А тут по пути чего только не валялось. И осколки стекла, и просто крошево из камней. Похоже, повстанцы в городе порезвились изрядно.

 Три раза нас останавливал патруль. Сканировали какие-то медальоны у «охотников» и пропускали дальше. Ближе к центру города разрушенных зданий почти не осталось. Только разбитые витрины магазинов и сгоревшие остовы каров демонстрировали, что тут тоже было «весело».  

Но сам сборный пункт был за двойным кольцом оцепления. Местная военная техника преграждала проход. Нас тщательно обыскали и только потом пропустили.

Мужики за мою тушку получили плату. Я этот момент не рассмотрел подробно. Кажется, это своего рода перекачка энергии из одного мавритта в другой. Охотники остались довольны и даже про мои ботинки не вспомнили. Впрочем, долго щеголять мне в обувке не пришлось. 

Двое сопровождающих вояк сняли с меня не только веревки, но и всю одежду, и в голом виде повели по ступеням вниз. Потом были два перехода и, наконец, комната дезинфекции. Здоровая бабища в форме повертела меня, брызнула из шланга, еще раз оглядела со всех сторон и, шлепнув по заднице, отправила в соседнее помещение.

Я только мысленно хмыкнул, когда местный парикмахер обрил мою головушку налысо. Ну, прямо, как на родной Земле: не то в армию, не то на зону. Но впечатление схожее. «Стильная» стрижка, казенная одежда и… нары?
 
Двухэтажные кровати в помещении примерно на сто человек вызывали подобные ассоциации. Но спальня была заполнена наполовину. В смысле, таких подростков было всего десятка четыре. Все сидели тихо, агрессии или любопытства не проявляли.

А через какое-то время я понял, почему. Любое неповиновение или выражение эмоций наказывалось молниеносно.

В камеру препроводили очередного подростка. Тот кинулся обратно к дверям. Его стражники и шибанули специальным оружием. Видел я такие в замке. Напоминает электрошокер. Только сама рукоятка длиннее. На себе не пробовал. Но, судя по тому, как взвыл мальчишка, это больно.

Впрочем, впрок тот урок парню не пошёл. Через какое-то время он начал истерить и кидаться на дверь.

Стражники вернулись. Еще раз «прижгли» бедолагу своим шокером. А потом полубессознательную тушку доволокли до ближайшей кровати и бросили на нижнем ярусе. Розовая пена изо рта мальчишки охранников никак не взволновала. Зато они внимательно оглядели всех, кто был рядом. Через две койки от нового постояльца мальчишка отер с губ уже подсохшую пену и согнулся ниже, боясь даже повернуть голову.

Я же изначально забрался на второй ярус и тоже постарался не отсвечивать.

– Еще раз повторяю, – подал голос охранник. – В туалет и питание только по сигналу. В остальное время бродить по комнате запрещено.

Кажется, если приспичит, то только под себя. Хотя сигналы на посещение туалета звучали часто. Я половину пропустил. Толпиться вместе со всеми в узком коридоре не хотелось. Питание тоже не оценил. Какие-либо вопросы постерегся задавать.

Но уже с утра нас куда-то повели. Потом было долгое ожидание в коридоре. Три двери впускали и выпускали подростков в течение нескольких часов. Нас   водили в туалет и кормили. Но моя очередь посещения кабинета настала уже после пятого сигнала и той закуски, что, по идее, была обедом.

– Центумвир третьей степени Асс Антонин, – скороговоркой представился мужчина.

Я поднял глаза и замер. Какой-то первобытный страх сковал меня от головы до пяток. 

Мощный, крупный мужчина, даже сидя в кресле, был выше меня. Холод стальных глаз не обещал ничего хорошего. А его форма черного цвета вообще ассоциировалась у меня не то с эсэсовцами, не то с комитетчиками времен сталинских репрессий.

– Имя, род, предыдущее место жительства, возраст, – продолжил допрос служащий.

Ну, точно НКВД! Насчет имени я еще в спальне уже все придумал. Потому бодро отрапортовал:
– Адель Флави. Деревня Соки. Четырнадцать лет.

Флави было распространенное имя рода на землях герцога. Так что я не опасался разоблачения. Центумвир тут же стал заносить информацию на минимакк. Я же пока размышлял, что это за должность такая? Кажется, центумвирами называют местных судей. Но отчего-то боятся их еще больше, чем ищеек. Между прочим, я с этим «общественным мнением» был полностью согласен. Даже не зная должности этого громилы, уже хотелось сбегать в туалет «по-маленькому». Что-то в облике судьи было такое, что заставляло трепетать.

Впрочем, свою историю про то, что хотел попасть в город без чипа, я проблеял. Даже слезу пустил. Мне ее особо и выжимать не пришлось. Поджилки сами дрожали. Так что тряс нижней губой вполне натурально. Меня в этих подземельях никакая магия не спасет. Подойдут со спины, стукнут по темечку, как те охотники, пока я буду воевать с теми, кто нападет спереди. Да и в укрытии вечно сидеть не смогу. Продукты я свои уже наполовину израсходовал. И когда смогу пополнить запас, просто не представлял.

– Какие навыки имеешь? – спросил судья.

– А? – подавился я воздухом. – По хозяйству могу, – выжал из себя хоть что-то приемлемое.

Мужчина скривился и снова начал вбивать данные.

– Я грамотный, – припомнил один из своих навыков.

Судья только скептически скривил губы.

– Хотел в кадетский военный корпус попасть, – неожиданно выдал я свою «мечту».

И вот тут, кажется, впервые удивил центумвира.

– В наемники?

Кивнул головой.

– Там тренировки треть суток, усиленные занятия по развитию возможностей мозга, общеобразовательные предметы, военное дело и информатика. И даже при таком режиме попадают в военную академию меньше половины из курса.

– Мне подходит, – поспешил заверить я судью. И, кажется, чем-то его развеселил.

- Тебя, деревенщину низкородную, в элитный корпус? – уже откровенно смеялся надо мной судья. – Нет, мальчик мой, для тебя могу специально подобрать только школу «Имперских адептов». Из них, правда, только четверть проходит по баллам в академию, но зато из остальных прекрасные стражники получаются. Злые и тренированные, – мужчина еще раз оглядел меня. – Ну что, согласен? Или оформлять обычный приют?

– Согласен, – заверил я судью.

Тот еще раз усмехнулся и снова занялся внесением данных в минимакк. Потом отсканировал сетчатку. И вколол микрочип.

– Лично прослежу за твоими успехами, – оскалился судья. – Позабавил.

И уже после этого мне было разрешено удалиться.

========== Часть 7 ==========

В приемном распределителе столицы мне пришлось ждать несколько дней. Именно сюда свозили со всей страны сирот и прочих, как я понял, не самых благонадежных подростков. Может, поступление в эту школу проходило и в другое время, да только повсеместные народные волнения способствовали тому, что число беспризорников возросло.

Парни в этот корпус выбирались по странному принципу. Лично мне показалось, что чем агрессивнее себя вел мальчишка, тем больше шансов у него было попасть в имперские адепты. Кажется, в салоне самолета мы все успели  сцепиться друг с другом. Даже я заработал удар от охранника, хотя лично инициатором драки не был. Только отбиться от навязчивого внимания не смог.  

Зато в школе нам всем выдали для профилактики десять ударов плетью чуть пониже спины и только потом отвели в медицинский корпус. Там вкололи какие-то инъекции, взяли кровь на анализ, отсканировали сетчатку глаз и нацепили ошейники. Теперь воспитателям даже особо напрягаться не нужно: причинить боль и дискомфорт любому адепту можно было дистанционно.

И уже на следующее утро я понял, отчего судья так скептически отнесся к моему пожеланию. На утреннем построении я наконец смог хорошо разглядеть своих однокурсников. Пятьдесят шесть крепких, жилистых подростков. И только я выглядел среди них этаким маменькиным сынком. Меня хоть и кормили в последний год хорошо, но мышечной массы я так и не набрал. 

Зато у меня имелись пухлые щечки и небольшой животик. Я и сам хотел заняться каким-нибудь видом спорта, да только жизнь в замке этому не способствовала. Именно такую фигурку я и продемонстрировал для всех желающих. Из одежды на нас были только трусы и обувь. Так что все достоинства и недостатки были на виду. Воспитатели, не мешкая, погнали нас бегом вокруг территории школы.

Нужно ли говорить, что к душевым я буквально приполз. Регенерация тела уже начала работать, но мне от этого легче не стало. Безусловно, тело восстановится, но на данный момент хотелось сдохнуть. Я еще только включал воду в кабинке, когда отряд уже ушёл на завтрак. В общем, приём пищи пришлось пропустить. 

Но к началу занятий на полосе препятствий я уже слегка оклемался. Впрочем, снова выдохся после первого круга. Мне еще повезло, что большинство адептов также не могли справиться с некоторыми заданиями. Хуже всего давалось движение по скользкому бревну. Не удержался – упал в грязевую яму, и весь путь начинаешь с самого начала. Правда, после третьего падения разрешалось следовать дальше за основной группой. Я, когда до бревна добрался, сразу сообразил, что шансов пройти его у меня нет. Если изначально бревно само по себе было просто гладким, то несколько десятков парней заляпали его жидкой грязью. Снаряд теперь стал склизким со всех сторон. Так что я сразу улегся грудью на эту грязную жижу и изобразил гусеницу. Кстати, довольно успешно прополз. Только на последних метрах бежавший позади меня подросток, не снижая темпа, воспользовался моей спиной и головой, чтобы завершить упражнение. Но оказалось, что наставники бдили.

Парень сразу за снарядом упал в судорогах, хватаясь за горло. Хотя это не помешало ему прийти к финишу раньше меня. Я же застрял на балансировке. И снова показал самый худший результат в группе. Но в столовую на обед добрался. 

Затем у нас были общеобразовательные предметы. Хорошо, что кровавая пелена перед глазами отступила еще во время обеда. Организм очумел от таких перенапрягов, но магия свое дело делала. Зато я на первом же уроке сообразил, что вообще ничего не понимаю из того, что услышал.

Только на информатике чуть разобрался в принципах работы личного минимакка. Большинство воспитанников также впервые видели эту технику вблизи. Так что на общем фоне моя неосведомленность не была заметной.

А потом нас отправили в тренажерный зал. И снова я стал предметом для насмешек. Ужин прошёл, как в тумане. Теперь не только кровавый туман застилал глаза, но еще и уши заложило. Под конец тренировки нас всех погнали на специальные центрифуги усиливать вестибулярный аппарат. И, между прочим, меня даже не стошнило. Хотя почти все подростки блевали тем, что не успело перевариться после обеда. Зеленоватый оттенок лица имело большинство курса. И на ужин нас пришло всего шестеро.

Я под это дело со стола прихватил две лишние лепешки. Хоть и знал, что из столовой ничего не разрешают выносить. Да только в предбаннике успел их в свою магическую кладовочку припрятать. Дежурный на дверях успел получить информацию от воспитателя, что наблюдал за учениками в столовой. Меня обыскали. Ничего не нашли. Похоже, решили, что лепешки я за те несколько секунд успел проглотить, и отпустили.

А для меня это стало завтраком на следующее утро. Я опять прибежал, вернее, приплелся, самым последним с утренней пробежки. Пока мылся и одевался –  завтрак пропустил. Зато уже выяснил, где расположены камеры наблюдения.  Если стоять за шкафами раздевалки, то наблюдателю видно лишь мою спину. Я же успел перекусить и отправиться на следующую экзекуцию.

Такие усиленные тренировки были оправданы. У всех забияк и драчунов сил на проявление агрессии после них не оставалось. И если меня лечила собственно магия, то подростки вечером, после отбоя, буквально падали без сил на кровати.

К удивлению наставников, я первый месяц в школе выдержал. А из нашей группы троих отправили в простые приюты. Парни не потянули таких нагрузок, и теперь их ждало распределение на рудники, когда повзрослеют. Что такое рудники, я примерно представлял. Потому понимал этих мальчишек, что пытались всеми силами удержаться в школе.

Почти до середины зимы комплекс упражнений не менялся. Прежде чем начать нас чему-то учить, воспитатели хотели укрепить наши тела. Это им удалось! По крайней мере, мое тело все эти экзекуции вытерпело с достоинством. Я, может, и не подрос, но окреп точно. 

А еще у меня появился первый приятель из числа адептов. Вот только  дружба и прочие отношения в школе не приветствовались. Но Готье мне как-то ненароком помог на полосе препятствий. Дождь тогда лил как из ведра. Скользкими были все снаряды. Готье ненавязчиво подставил мне ладонь, когда я чуть было не сорвался с барьера.

Сам он это препятствие преодолевал без вопросов, потому что ростом был на голову выше меня. У нас на курсе подобрались парни в возрасте пятнадцати-семнадцати лет. А таких, как я, четырнадцатилетних, было всего четверо, двое из которых уже покинули школу. Готье же был старше меня на год. Но и в целом парень обещал вырасти крупным и мощным.

Только занятия по математике ему давались с трудом. Мне тоже было не просто. Но только по причине того, что местные символы вначале переводил в голове в земные. А потом выполнял решение, которое вновь «переводил» в местную систему исчисления. Короче, делал двойную работу.

Готье же раньше, похоже, никогда не имел дела со столь сложными понятиями. Лично меня тоже удивляло, что воспитателей никак не волновал уровень подготовки адептов. Для всех задания давали одинаковые.

Потому я в очередной раз на уроке подсмотрел, что там у себя в планшете пытается записать Готье, и переключился на его экран.

Упражнение с двумя неизвестными было простейшим. Простейшим для того, кто немного изучал математику. Я же быстро набросал пояснения парню. Он не понял. Пожал плечами, демонстрируя, что я зря трачу время. Свое задание я выполнил в первые минуты и теперь до конца урока вынужден был скучать.

Оттого решил все же научить однокурсника. Нарисовал плоскую коробочку и начал пояснять: «Это наш лоток с лепешками. Ты, конечно, знаешь, что их пятьдесят четыре, но представь, что не владеешь этой информацией. А это лоток второго курса», – изобразил я вторую коробку. И продолжил при помощи рисунков разжевывать принцип уравнений с неизвестными показателями. В общем, за урок мне удалось объяснить сам принцип решения таких уравнений. Готье точно понял. Но свое задание уже выполнить не успевал.

Зато на следующем уроке справился без проблем. Думаю, что воспитатели прекрасно видели, как мы переписываемся на планшетах. Но пока не вмешивались. 

Мы же изредка демонстрировали друг другу небольшие знаки внимания. Готье был одним из немногих, кто хорошо переносил занятия на тренажерах по усилению вестибулярного аппарата. Так что и на ужин мы ходили вместе. Наша группа из самых стойких адептов сохранила за собой статус. Остальных же учеников кормили уже перед самым отбоем, когда те восстанавливали силы и обретали возможность хоть что-то проглотить.

Уже весной основной группе занятия на центрифугах отменили. Зато нам всем добавили самооборону. Даже не знаю, как бы я справлялся, если бы не помощь Готье.

Приемы рукопашного боя мы отрабатывали с ним и после занятий. Раз за разом мой приятель повторял то или иное упражнение. Я же, в свою очередь, подтягивал парня по математике.

Но и география, и история мне тоже легко давались. А может, это было обусловлено тем, что меня действительно это интересовало. Опекун никакими историческими фактами меня не снабжал. Вся история была только вокруг гонений ворожеев.

Оказывается, примерно три тысячи лет назад население этой планеты было на грани вымирания. Маги неплохо так повоевали с инопланетянами. Целый материк ушёл под воду. А остальные континенты подверглись влиянию других природных катаклизмов. Смерчи сметали плодородные почвы. Засуха сменялась наводнениями и ранними заморозками. Так что тех, кого не добили пришельцы, погубило резкое изменение климата.

И сейчас все население империи сосредоточено на небольшом участке суши посредине огромного океана. Южнее и севернее материковые земли необитаемы. Несколько сотен лет назад маги пытались поселиться на севере. Но тогдашняя «инквизиция» отыскала всех переселенцев. Пару столетий ворожеев истребляли так усиленно, что население опять оказалось на грани вымирания. Тогда в каждой второй семье рождался ребенок с магическими способностями. Сейчас это число не превышает одного на каждую тысячу обычных людей. 

Зато ищеек с каждым годом становилось все больше и больше. 

И снова я подумал, что космический патруль на орбите планеты - самое лучшее место для меня. Пока же нужно закончить учебу в спецшколе. Тем более, что к концу второго года обучения уже никто из воспитателей не смотрел на меня с презрением. Я был лучшим во всех областях. И Готье, кстати, тоже. Там, где он отставал, я его натаскивал, и наоборот. 

Естественно, наша дружба нравилась не всем. Один из самых драчливых адептов «сколотил» собственную группу. Зарр и его подручные поражали меня своей смекалкой. Не думаю, что кто-то из воспитателей понял, что внутри курса у нас имеется особая банда. Эти парни тоже хорошо изучили расположение всех камер наблюдения и устраивали свои пакости только в тех местах, где не опасались слежки.

Я отыскал за гаражами каров тихое местечко. И в свободное время, что у нас имелось, старался проводить с Готье в этой зоне отдыха. Задняя стенка гаражей уже давно стала, благодаря мне, своего рода амулетом, перекрывающим магический фон. Собственно, такая необходимость возникла, когда я как-то решил чуть подлечить Готье, страдавшего от головной боли после вестибулярных тренажеров.

Со стороны это выглядело безобидно. Я сидел, а друг полулежа располагался рядом. Когда я первый раз провел по волосам, Готье только улыбнулся. Но потом такие нехитрые ласки стали нашим любимым занятием. Там же Готье в первый раз меня поцеловал.

Подростковые гормоны сразу сошли с ума. Но долгое время мы не рисковали устроить друг другу даже обычную дрочку. Впрочем, перед отбоем в душевой можно было найти тихое местечко для подобных забав. А за гаражами мы только отдыхали и обменивались мнениями насчет событий дня.

Вот там нас и подловила банда Зарра. Честно говоря, я сильно удивился. Одно дело, когда мои навыки не были развиты. Но в конце второго курса рискнуть напасть на лучшего ученика... Пусть их было шесть человек, а нас двое, но потрепать мы смогли парней изрядно. Это только кажется, что число нападавших давало преимущество. У нас же с Готье за спиной были гаражи, так что возможности окружить у подручных Зарра не имелось. Они больше толкались и мешали друг другу, чем я и пользовался. Правда, через какое-то время Готье начал уставать и пропускать удары. Я в очередной раз отвлекся, чтобы отразить удар ноги, что пытался нанести один из парней моему другу, и  получил по голове.

Дальше уже ни о каких классических приемах и речи не было. Потасовка превратилась в банальное избиение с численным преимуществом. Я, как мог, сдерживал себя, чтобы не испепелить этих идиотов. Повезло, что нас заметил кто-то из преподавателей. Боль через ошейники отрезвила всех.

Между прочим, разбираться, кто прав, а кто нет, воспитатели не стали. Проверив в медпункте на наличие серьезных травм и чуть подлечив, нас всех вместе отправили в карцер.

========== Часть 8 ==========

Доказывать, что мы с Готье в драке не виноваты, смысла не было. Наказание в школе всегда было стандартным. Только мне за два года ни разу не довелось побывать в карцере. Между прочим, понравилось. Конечно, только мне. Поскольку ошейник я отцепил сразу, а сам в свой схрончик нырнул. Помылся, выспался пока ошейник изображал моё присутствие в камере. Позже почитал свой учебник по магии. Набрел на раздел по лекарскому делу. Я его, конечно, и раньше читал. Но что-то позабылось, что-то мне  казалось не важным. 

Теперь я свой костяк укрепил. Мышцам добавил эластичности и прочности. И много еще чего по мелочам сделал. Безусловно, от подлого удара меня это не спасет, но выносливость должна увеличиться. Раза в три примерно.

Так что три дня карцера я провел с пользой. И только когда вышел, немного устыдился. Готье так хорошо не было. Парнишка похудел и вообще не выглядел здоровым. Оттого сразу потащил друга  за гараж. Пока делились впечатлениями от пребывания в карцере, я ему все то же, что и себе, добавил к функциям организма. Надеюсь, что стена гаража, превращенная мной в артефакт, магию всю экранировала. По крайней мере, никто из ищеек в ближайшие дни в школе не появился. Зато я был уверен, что друг у меня по некоторым показателям уже приблизился к суперменам.

Сам он этого пока не понял и, надеюсь еще не скоро осознает тот факт, что стал сильнее в разы. Кстати, функции мозга тоже претерпели определенные изменения. Лично у меня «соображаловка» точно ускорилась. Думаю, что и у друга. То, что это так, подтвердилось уже в ближайшее время. К середине третьего курса мы показывали такие результаты, что воспитатели всерьез задумались о том, что занятие парами, возможно, будет полезным для всех учащихся. Они отчего-то решили, что нашим успехам способствовала постоянная взаимовыручка. 

Но нас ждал серьезный разговор со старшим наставником.

– Скажу сразу, – начал мужчина. – Ваша группа, что успешно тренировалась на вестибулярных снарядах, изначально готовилась для перевода.

– Перевода куда? – робко поинтересовался друг.

– В кадетский корпус, – ответил наставник. – Не думайте, что если у семьи есть влияние, власть и деньги, это поможет стать наемником в космическом отряде. Сами понимаете, что летать в космос со слабым здоровьем не получится. Тут никакие семейные связи не помогут. Из вашего курса мы изначально хотели переводить туда шестерых.

Мужчина замолчал, а Готье явно повеселел. Еще бы! Кадетский корпус и оттуда в космическую Академию! Мечта каждого второго мальчишки этой планеты.

– То, что из вас могли получиться неплохие наемники, никто не сомневался, но вот у вас двоих еще и остальные показатели на высоте, – заметил наставник.

– Общеобразовательные? – уточнил я.

Мужчина кивнул и продолжил:
– Предлагаю вам двоим пройти тестирование и переводиться уже с учётом того, что вы будете претендовать в дальнейшем на обучение пилотированию.

– Космические пилоты... – задохнулся от восторга Готье.

Да и я, честно говоря, дара речи лишился. Так далеко мои мечты не распространялись.

– Не так все просто, – осадил нас наставник. – Тесты рассчитаны на такой уровень, который наша школа не дает. Вам самим придется вытягивать. И в запасе всего полгода.

– Мы согласны, – не задумываясь, ответил друг.

Я же только пожал плечами. Не получится в пилоты, можно и просто в отряд.

– Тогда учебный план мы для вас подкорректируем. Самооборону уберем и прибавим точных наук, – просветил нас мужчина насчет дальнейших планов. И чуть-чуть добавил «дегтя в бочку меда». – Этот курс будет платным. Выплачивать начнете с первых своих зарплат пилотов.

Наставник еще раз оглядел нас и подмигнул.

Но я не ожидал, что придется столько всего учить. Ладно, просмотр всех новостей стал для нас обязательным, но положено было знать и светские мероприятия. Наряду с историей мы теперь зубрили имена всех родственников имперской семьи и прочих аристократов.

Я даже себя нашёл в списке. Элиан Росс числился погибшим и не оставившим потомства (когда бы я его успел оставить?). Вторым сюрпризом для меня стало имя графа из рода Антонин. Честно говоря, я не сразу вспомнил, кто это. Только потом, прочитав краткую биографическую справку, сообразил, что Асс Антонин тридцати лет, холостой и бездетный, как раз и есть тот самый центумвир, благодаря которому я оказался в школе. 

Готье тихо ворчал, когда зубрил все эти имена. Он, выросший в городских трущобах, явно недолюбливал знать. Но уроки учил исправно.

Хотя из всех предметов ему нравилось больше всего заниматься на симуляторах. Мне, кстати, тоже. Этакое подобие компьютерной игры про пришельцев. Летаешь, уворачиваешься, отстреливаешься. Забавно. Естественно, что я с первого раза прошёл начальный уровень. И потом работал уже на десятом. А Готье только вздыхал и добивался успехов упорным трудом. 

Я хвалил друга. Хотя немного стыдился. Ну, не могу же я объяснить ему, что такая примитивная игрушка в моем мире подошла бы для малышей. Впрочем, воспитатель, когда понял, что я откровенно скучаю на этом занятии, скинул мне на планшет учебник по навигации. Пусть без практики, но простейшие приёмы я смогу усвоить. 

Теперь своих однокурсников мы встречали только в столовой и спальне. Зарр с компанией еще пару раз пытался нас зацепить. Но быстро сообразил, что мы каким-то образом на порядок стали сильнее этих забияк. Парни отстали. Хотя в большей степени их враждебность была обычной завистью. А уж когда однокурсники узнали, что мы готовимся к специальным тестам, то вообще начали смотреть косо и общаться перестали.

Вот в таком напряженном режиме прошло время до конца года.

Тесты мы с Готье сдали успешно. Но вместе с нами в элитный кадетский корпус отправилось еще четверо учеников. Пилотами им не быть, но на орбиту должны попасть.

Сопровождали нас на новое место трое центумвиров. Причем все женщины. Я так и не понял, к чему такая честь? Но этих дамочек в черной форме лично я не боялся. Или уже привык ко всякого рода службистам? 

Они нас потом немного помурыжили где-то у себя в управлении. Почти два дня «развлекались». Готье искренне недоумевал, к чему такие странные вопросы. Я же примерно представлял, что это с нами местные психологи знакомятся. Репутация у школы адептов действительно своеобразная. Вот центумвиры и выискивали не то скрытую агрессию, не то какие-то другие отклонения. Но, похоже, это было в большей степени проформой. После окончания тестов по психологии эти же центумвиры сопроводили нашу группу в кадетский корпус, там передали на руки попечителей и удалились.

А лично я ошалел от всего, что разом на нас обрушилось. Мало того, что на курсе были почти пять сотен воспитанников, так еще и делились они на восемь направлений. Хотя тех, кого потом рекомендуют в академию на обучение пилотированию, было немного. Что-то чуть больше трех десятков. Зато общежитие имелось шикарное. Индивидуальные комнаты. Малые столовые. Щадящий режим учебы. И почти полдня свободного времени! Лафа!

– Адель, мы почти как графья, – смеясь, опрокинул меня на кровать Готье, когда закончилось заселение.

– Угу, – подтвердил я, размышляя, как нас примут. Придем-то мы уже на четвертый курс. Доказывать свою «профпригодность» придется долго.

– Йохо-о-о-хо! – как ни в чем не бывало, резвился друг.

Подмял меня под себя. Я не сопротивлялся. И попутно соображал, что при таком раскладе, когда индивидуальная комната в личном пользовании, можно заняться нормальным сексом. Подобная мысль пришла в голову и Готье спустя несколько мгновений. Вернее, он только почувствовал мой стояк и тут же впился поцелуем в губы.

– Приду вечером, – потерся друг о моё бедро.

– Конечно, – согласился я, прикидывая, как достать из схрона масло, а потом объяснить Готье, где я его раздобыл. 

Серьезный секс меня волновал по другой причине. Конечно, земной опыт лично у меня имелся. А вот у друга точно такого не было. Хотя он явно намеревался быть верхним. В наших нехитрых ласках Готье всегда доминировал. Я не возражал. В прошлой жизни тоже был пассивом и получал от этого удовольствие. Так что каких-то моральных предубеждений на эту тему не имел. Но и порванный зад получить не хотелось.

Так что после ужина, когда у нас по плану было личное время, я начал ненавязчиво интересоваться у Готье, что он знает о подготовке партнёра. Затащил приятеля в ванную. Пока мылись, я ему «слил» приемлемую версию о жизни у дяди, где мне якобы довелось видеть подобного рода отношения в семье.

В этом мире однополые браки редкостью не были. Как мужские, так и женские пары никого не удивляли. Оттого к моему рассказу Готье внимательно прислушивался. И все равно он вначале с трудом в меня вошёл, а потом сделал пару поступательных движений и излился.

Мне же пришлось довольствоваться обычной дрочкой. Но азарт у парня появился. Уже через несколько дней Готье приобрел и навык, и опыт, а моя попа  – постоянного желающего её оприходовать.

Подростковые гормоны требовали постоянного секса. Так что мы комнату Готье и не использовали. Он ночевал у меня каждую ночь. И никого из воспитателей этот факт не волновал.

Мы же постепенно вливались в учебный процесс кадетского корпуса.

========== Часть 9 ==========


– Адель, здесь, оказывается, по выходным устраивают танцы! – огорошил меня новостью Готье.

Мы уже два месяца обитали в корпусе, но толком ничего не успели разузнать. Слишком много навалилось учебных вопросов. То свободное время, что оставалось, по обоюдному согласию тратили на секс. Но в последние дни преподаватели немного убавили свой пыл. А ситуация возникла комическая. Нас с Готье с таким рвением принялись тестировать по всем областям, что мы ненароком опередили основную группу учащихся. 

Одногруппники еще только приступили к изучению тех разделов математики, по которым я и Готье уже сдали зачеты. Попотеть пришлось изрядно. Вернее, не мне, а другу. Он эти все задачи на скорости решал не так быстро. Я поначалу тоже путался. Но ровно оттого, что сознание никак не хотело мириться с тем, что в этом мире в часе сто «минут», а не шестьдесят. Но когда за вечер решишь с полсотни задач, то все, что угодно, запоминается.

Так что пока одногруппники пыхтели и учились, у нас образовалось немного свободного времени по выходным. «Почему бы не сходить на танцы?» – подумал я. 

– Покажу тебе, деревенщине, как в городе танцуют, – посмеивался Готье.

– А может, я тебе? – чмокнул друга в щеку.

– Не... ты в своих Соках даже таких ритмов не слышал.

Насчет музыки Готье был прав. В замке мне редко доводилось слушать музыку. А вот по поводу движений, кажется, друга ждет сюрприз. Я профессионально занимался танцами с двенадцати лет, меняя стили. Конечно, это все было давно, на Земле, но ностальгия присутствовала. Так что на танцы мы собирались с энтузиазмом.

 Друг по ходу дела разузнал, что форма полагается полупарадная, но кадетская. Зато с волосами можно, что угодно, сотворить.

Я еще когда в колодце сидел, столько способов заплетания волос освоил, что теперь без проблем применял их на практике. Так что вычурную прическу сделал и себе, и другу. Длина волос у нас примерно была одинаковой. Только у Готье оттенок волос был чуть светлее моего. Если мои волосы походили цветом на пшеничный колос, то друг у меня был истинным блондином. В паху у него также были светленькие забавные кудряшки. Порой мне нравилось перебирать их пальцами, постепенно возбуждая друга и себя. Блин! Что-то мысли не в ту сторону пошли. Придем с танцев, устрою Готье «секс-марафон».

В общем, радостные и довольные, мы поспешили в местный «очаг культуры».

Кажется, на оснащение этого места администрация кадетского корпуса не пожалела мавриттов. Чего здесь только не было! Лично я реально вел себя  как тот самый деревенский простачок.

Непередаваемая световая мозаика по потолку, какие-то сполохи на полупрозрачном полу. Я даже не понял сразу, что это такое. Только потом, приглядевшись, разобрал, что под стеклянным полом были проложены тоже стеклянные змейки с жидкостью разных цветов.

К середине вечера мы с другом, наконец, разобрались, что это за трубки. На нижнем уровне был зал для отдыха. А выводы этих трубопроводов образовали водопадики. Рядом на подставках размещались стаканчики, чтобы удобно было пить. Прохладные напитки давали то, что требовалось разгоряченным от танцев телам. 

Можно было еще и на диваны присесть, чтобы спокойно выпить. В этом зале ритмы музыки не оглушали. Я пробовал малиновый и голубой источник. Готье полакал изо всех. Честно говоря, особых вкусовых различий не было. Это был не «лимонад», а просто чуть кисловато-сладкая водичка. Но ароматы варьировались.

В общем, все было продумано для хорошего отдыха кадетов. Группы парнишек то и дело прибегали из общего зала, чтобы отдышаться и глотнуть воды. После второго посещения питьевого зала нам с другом пришлось еще и туалеты искать.

Потом снова продолжили свое «дрыганье» под музыку. Готье хохотал, видя мои движения, он пытался научить меня тому, как это должно, по его мнению,  выглядеть. В целом, оторвались мы по полной.

Уже под конец вечеринки еще раз спустились к источникам. И почти сразу столкнулись со стайкой кадетов нашего курса, но из первой группы. Управленцы, так негласно называли этих студентов. В переводе на более привычное мне понятие, эти парни в будущем станут «офицерами». Теми, кто руководит отрядами. Будь это простые городские стражники или элитные гвардейцы императора.

Поскольку на танцы все пришли в полупарадной форме, то я легко распознал первую группу по синим кителям. Наша форма будущих пилотов имела белоснежный верх и стандартные черные брюки. 

Между прочим, из-за такого цвета кителя приходилось воду набирать с большими предосторожностями. Я даже позавидовал такому немаркому синему цвету первой группы. И, вообще, пока размышлял насчет формы, упустил ситуацию. А происходило нечто странное.

Те парни, что пришли попить, вели себя вполне прилично. Только вот Готье меня удивил. Он вдруг прямиком направился к незнакомцам. Я даже сразу и не понял, что случилось. Но уже через мгновение оценил ситуацию. В центре группки парней находился курсант явно не из простых.

То, как вокруг него суетились приятели, и общая манера поведения демонстрировали, что парень из аристократов. И безусловно красив. Черные как смоль кудри свободно ниспадали почти до середины ягодиц. Такие же черные идеальной формы брови, длинные ресницы и карие глаза. При этом матовая молочная кожа. Курсант был мельче всех, кто его окружал, но держался так надменно, что все остальные парни чуть ли не сгибались, пытаясь угодить своему кумиру.

Кто-то принес розовый напиток и протянул «звезде». Она, в смысле «звезда», как и положено, брезгливо оглядела стаканчик, потом изволила отпить пару глотков и потребовала голубого напитка.

Готье же на это представление взирал с щенячьим восторгом в глазах. И поскольку был уже рядом, то отодвинул кого-то из парней «свиты» и предстал перед аристократом.

– Я Готье, мы с другом будущие пилоты, – радостно оскалился мой приятель.

Аристократ чуть водичкой не подавился. Похоже, парень не привык к такому обращению. Но опомнился сразу.

– Марик, это что? – не глядя на Готье, поинтересовался парень у кого-то из своего окружения.

– Новенькие из восьмой группы. Перевели два месяца назад к нам. Бывшие имперские адепты.

– Голытьба из городских трущоб, которые по милости императора получали образование? – все также не поворачивая головы, уточнил аристократик.

– Виконт, эти нищеброды не достойны того, чтобы вы интересовались подобным мусором.

Парень кивнул и допил свою воду.

– А как ваше имя? – продолжал тупить Готье.

Я же начал волноваться. Именные браслеты кадетов - это вам не ошейники подчинения. Случись какая потасовка, наставники еще не скоро придут на выручку. А численное преимущество может стать для нас фатальным.

– Ты, грязь трущобная, я не разрешал тебе подавать голос, – буквально выплюнул слова виконт.

Готье запнулся и растерянно посмотрел на предмет своего внезапного обожания.

А меня это все вдруг сильно разозлило. Сделал шаг вперед и ухватил друга за рукав, пытаясь увести.

– Смотри, какие тупицы, – прокомментировал мои действия кто-то из окружения виконта. – Манер поведения в городском отстойнике не заимеешь.

– А я из деревни,  не из города, – нагло заявил тому парню из свиты. – У нас нравы простые были. Но вежливость привечалась и поприветствовать кого-либо не считалось зазорным.

Виконт удивленно приподнял одну бровь. На Готье он так и не взглянул, а меня оглядел и сморщил носик.

– Недоносок, – произнес парень и развернулся, чтобы уйти.

По росту я действительно был ниже даже этого виконта. Но дальше нарываться явно не стоило. Теперь я тащил Готье в сторону диванов с удвоенным энтузиазмом.

Впрочем, группа сопровождения виконта и он сам уже были на выходе из зала.

Готье же продолжал возмущенно сопеть на мои действия. Я же решил, что танцев с нас достаточно, и предложил вернуться в общежитие.

– Зачем ты так? – начал разговор друг, когда мы вошли в мою комнату. – Зачем так с ним разговаривал?

– Как разговаривал? – не понял я.

– Без почтения. Он же обиделся.

– Кто обиделся? Этот кусок льда? Да в нём надменности напополам с говном столько, что в нашей комнате не поместится, – огрызнулся я.

– Заткнись! – рыкнул друг и неожиданно отвесил мне пощечину.

Это было настолько шокирующе, что я даже не ответил. Нет, случись обычная драка, я бы Готье отметелил. Но пощечина была своего рода символом и показателем. Показателем того, что у нас случилась первая ссора. И из-за кого?! Какой-то сноб умудрился за несколько минут разрушить нашу дружбу. А Готье уже выскочил из комнаты, хлопнув дверью. Но я все равно не поверил, что эта блажь может стать серьезным поводом для спора.

Да только на следующий день Готье со мной демонстративно не разговаривал. И сразу после обеда убежал в сторону корпуса первой группы.

Почему-то я искренне верил, что эта глупая блажь у друга скоро пройдет. Ну, понравился ему аристократик, ну, получил эстетическое наслаждение, наблюдая за красавчиком, и хватит!

Только у Готье были другие планы. Ему как будто снесло крышу. Он теперь все свободное время проводил на площадке для первой группы. И никакие мои увещевания насчет того, что не стоит пропускать занятия на симуляторах, не помогали. А уж когда Готье заявил, что переводится к управленцам, я запаниковал.

– Готье, неужели ты решил кинуть под ноги этому виконту своё будущее и карьеру? – недоумевал я.

– Не твое дело, – рыкнул друг.

– Глупец, пойми, что он о тебе и не вспомнит после окончания учебы.

– Мы в одну академию поступим, – возражал приятель.

– А потом? Наследник рода, старший сын герцога Инита точно получит место во главе отряда имперских гвардейцев. Тебя же на порог дворца императора не пустят.

– Я сказал, не твое дело! – повысил Готье голос.

– Не мое. Но ты сам мечтал: космос, полеты, – сделал я отчаянную попытку достучаться.

– Поменял мечты и прошу, отстань от меня, – чуть толкнул меня друг и снова убежал.

И, наверное, уже бывший друг. Мне отчего-то так стало тоскливо на душе. Я лишился единственного близкого человека. И снова одиночество навалилось на меня. Я один. Один в чужом мире. Без друзей, без кого-то, кому можно довериться или просто поболтать, не говоря уж о сексе.

Впрочем, я своей мечте изменять не собирался. Жаль, что Готье лишил себя будущего. Но меня-то точно ждут космические звездолеты, несмотря ни на что!

========== Часть 10 ==========

В первую группу Готье перевели без вопросов. Наставникам как-то было без разницы. Никто не уговаривал и не отговаривал от выбора. 

Только я еще продолжал психовать. И никак не мог понять, что в том виконте нашёл Готье?

Без ложной скромности могу сказать, что доставшееся мне тело было очень привлекательным. «Другая масть», не такая, как у Лиана, но это же не оправдание. Раньше Готье меня целовал и осыпал комплиментами. А тут оказалось, что у него совсем другие предпочтения.

Если виконт был жгучим брюнетом, то я, скорее, относился к блондинам. Золотистый оттенок волос, ярко-зеленые глаза. Причем оттенок радужки у меня был настолько необычным, что я одно время опасался, что в школе кто-нибудь вспомнит о родственниках императора с похожим цветом глаз. Повезло, что у нас на курсе было несколько мальчишек тоже с изумрудными глазами. Конечно, по внешним данным они мне в подметки не годились, но зато я понял, что подобный цвет глаз особо редким не был.

Личико у меня было миленькое, с аккуратными чертами. Правда, кожа после занятий на улице обрела легкий загар. Но это совсем не портило внешность. Волосы, конечно, как у виконта, не завивались. А когда я вечером расплетал свою косу, то сам себе напоминал русалку. Именно женского рода, а не мужского. Хорошенькую, как куколка.

Так что мое самолюбие было задето основательно. Раз за разом рассматривал свое отражение. Красавчик. А Готье выбрал другого парня! 

Лиан Инит теперь обрел игрушку и специально издевался над Готье. За виконтом иногда в выходные дни присылали личный вертолет. Герцог забирал на сутки сыночка и куда-то увозил. Один раз Лиан возьми и брякни, чтобы Готье его встретил. Мой бывший приятель терпеливо остался дожидаться виконта на вертолетной площадке. 

Я  начало этой истории не застал. Только когда за ужином в столовой услышал, как потешаются парни первой группы, сообразил, что случилось.

Прихватил какую-то выпечку, напиток и рванул к Готье. Тот мои подношения принял. Но с площадки так и не ушел. Мало того, он просидел там всю ночь. И только ближе к обеду следующего дня дождался своего кумира. Меня от злости  буквально трясло. А Готье жестом показал, что вмешиваться не стоит и, изобразив преданную собачку, поспешил за виконтом.

Это был один из многочисленных эпизодов взаимоотношений виконта со своим почитателем. Я уже потом не отслеживал, что там и как происходит. Окунулся с головой в учебу и ни на что не отвлекался. Учился, как сумасшедший. Ко мне даже никто из кадетов не приставал. В смысле, ни на свидания, ни на то, что им могло сопутствовать, не зазывали. Отчего-то у меня сложилась такая репутация, что парни меня сторонились. Я же учился, учился... И к концу пятого курса показал высший балл на курсе.

– Адель, ты лучший наш ученик за последние несколько лет, – хвалил меня старший наставник. 

Я это и сам знал. Но все равно немного смущался, когда на выпускном построении меня поставили во главе строя будущих пилотов.

Готье я увидел в рядах управленцев только мельком. Парень за эти месяцы еще больше подрос и заматерел. Оттого его блондинистую шевелюру было видно издалека. Только всепоглощающая любовь к виконту так и продолжала светиться в глазах бывшего друга.

Торжественная часть выпускного курса затянулась почти до середины дня. Вначале прошли по рядам ищейки. Человек десять, не меньше. Я уже отвык от этого ощупывающего взгляда кроваво-бордовых глаз. Оттого немного нервничал. Но, скорее всего, это было для проформы. Нас проверяли и перепроверяли еще  при поступлении. Так что опасаться мне было нечего. Я даже свой схрон больше года не открывал. Так привык к жизни в корпусе, что и позабыл о том, что я ворожей. Ищейки заверили руководство в том, что магического фона не обнаружили, и разрешили продолжать церемонию. 

Зато сразу после торжественной речи главы корпуса нам сообщили, что будут дополнительные собеседования на предмет лояльности и преданности императору. Естественно, проводили эти беседы центумвиры. Мне своего собеседования пришлось ждать три дня.

– Центумвир второй степени Асс Антонин, – представился мужчина, как только я вошёл в кабинет.

И разом все воспоминания промелькнули у меня в голове. Я его узнал. Ишь ты! Второй степени. А был третьей. Делает судья карьеру. Только чего его, такого «крутого», в кадетский корпус отправили?

– Группа, имя, возраст, – продолжил меланхолично интересоваться мужчина, не отрываясь от своего минимакка.

– Восьмая группа, Адель Флави, восемнадцать лет, – сообщил я кратко.

И тут же центумвир вперился в меня взглядом. А я снова испытал беспричинный страх. Умеет же этот Асс Антонин себя подать. Стального цвета глаза, словно рентгеном, отсканировали меня.

– Хм. Надо же, – усмехнулся судья. – Я, надо признаться, в прошлом году поискал тебя в списке имперских адептов. Не нашёл и решил, что ты давно сослан в обычный рабочий приют.

 Пожал плечами, никак не комментируя это замечание.

– Лучший курсант. Высшие баллы по всем дисциплинам, – стал просматривать мое досье центумвир. – Ну, ну. Даже интересно, как ты себя дальше проявишь. А вот замечание воспитателя по поводу отношения к власти  – нехорошо.

– Это как? – обрел я речь, поскольку ничего подобного за собой не замечал.

Центумвир пояснять не спешил, но взгляд так и буравил меня, вероятно, выискивая во мне то самое «отношение к власти».

– Ты непозволительно общался с представителем высшей знати, – соизволил пояснить судья. Теперь его голосом можно было заморозить все помещение. – Сослать тебя вместо Академии на южные рудники? Будешь заниматься подсчетом выработки. Навыков и знаний на это хватит.

Меня же прошиб холодный пот. Умом я понимал, что тут каким-то образом замешан виконт. Только как оправдываться, не представлял. Кажется, я после той встречи на танцах с этим аристократиком больше и не общался. Но кто-то из воспитателей все равно на меня стуканул. 

– Ты позволил себе сделать замечание наследнику уважаемого рода, – продолжал сканировать меня мужчина. А я пытался взять себя в руки и не хлопнуться позорно в обморок со страха. Да что такое?! Меня даже преторы так не пугали, как этот «НКВДешник»! 

– Применять специальные методы дознавания, или ты добровольно пояснишь? – стал проявлять нетерпение судья. 

Облизнул разом пересохшие губы и хриплым голосом ответил:
– Виконт у меня любовника увел. Я немного приревновал.

– Имя любовника.

Я снова замялся. Подставлять пусть и бывшего друга мне не хотелось.

– Ты думаешь, я не найду того, кто предоставит мне эту информацию? – брезгливо оглядел меня центумвир.

– Готье Го, – пробормотал я.

– Го? Безродный?

– Из городских трущоб. Мы вместе учились в имперской школе.

– Угу, – кивнул судья. – Так, и что ты скажешь о своем отношении к существующему порядку?

– Поддерживаю, одобряю и стремлюсь приложить все силы, чтобы способствовать процветанию империи. В  инциденте искренне раскаиваюсь и обещаю впредь подобного не допускать, – браво отрапортовал я.

А у судьи брови поползли на лоб. Похоже, он от меня такого не ожидал. А тому, кто вырос в мире, где СМИ продажны и лицемерны, ввернуть подобные фразочки –  пара пустяков. 

– Буду следить за тобой. Помни, у тебя всегда есть прекрасная возможность  оказаться на руднике, – пообещал центумвир и отпустил меня. 

Я же смог выдохнуть только за дверью. Как-то меня этот «НКВДешник» всегда напрягает. Должность у него, конечно, такая. Одно его слово, и я могу загреметь. Причём не в космос, а к чёрту на кулички. Так что еще раз сделал вдох-выдох и поспешил в административный корпус за новым браслетом и именным мавриттом.

Честно говоря, разницы между кадетским корпусом и военной имперской Академией я почти не заметил. Мы всем составом, что учились в корпусе, так и были переведены. Парней я всех знал. Так что, кроме новой формы и чуть побольше помещения в общежитии, других различий не было. Ну, конечно, преподаватели новые. А симуляторы, снаряды и тренажеры - прежние. Правда, каждому выдали личный минимакк и добавили некоторых функций в браслет-коммутатор. Он теперь был связан с гарнитурой и мог использоваться, как привычный мне аналог земного мобильного телефона.

Единственное серьезное отличие Академии от корпуса состояло в том, что после окончания занятий можно было беспрепятственно выходить в город. А в выходные дни желающие могли и ночевать вне стен Академии.

Я, дурак наивный, в первый же выходной рванул посмотреть столицу. Китель новый нацепил, пилоточку, волосы заплел замысловато, туфли отполировал до зеркального блеска. И весь такой нарядный вышел «в люди». Эти самые «люди» перед КПП стояли толпой. 

Как-то я сразу и не понял, чего такое столпотворение? Угу. Просветили быстро. Еще бы! Будущие пилоты. Элита. Муж-пилот – предел мечтаний для многих. Дамочки меня сразу окружили. Я еще вяло отбрыкивался и даже брякнул, что средствами для того, чтобы пригласить куда-либо даму, не располагаю. Меня тут же заверили, что оплатят любой мой каприз. Одна настырная шатенка так и норовила своим бюстом смести конкуренток. Того и гляди, дамы затеют драку за мою тушку. Я уже было открыл рот, чтобы сообщить претенденткам, что женщинами не интересуюсь, когда приметил слева у стены нехилый такой мужской строй. И тоже на выбор: крупные самцы или манерные щупленькие юноши. 

Мда... Секса хотелось. Но стать объектом охоты - не очень. В общем, наплевав на все приличия, я развернулся и рванул обратно в Академию. Нафиг, нафиг. Не готов я к подобным изменениям в жизни. 

Уже потом у парней  узнал, что они для выхода в город вызывали наемный кар с шофером. 

– А как потом в городе? Не пристают? – продолжил я расспросы.

– Нет, не пристают. Да и городская стража такого не допустит. Это только возле Академии разрешено навязчиво знакомиться, – сообщил мне одногруппник.

В общем, я все понял. Только пока свободных средств на вызов «такси» у меня не  было. Мой именной мавритт имел всего с десяток капель силы, которые я использовал для освещения комнаты вечером. Тратить эти крохи точно не стоило. Первая стипендия только в конце месяца. Впрочем, мне и в Академии было чем заняться. И снова я опережал группу. Не то чтобы специально надрывался. Оно само собой так получалось. Пока парни на свидания бегали  или просто в город выходили, я скуки ради учебные задания зубрил. В первый день недели ожидаемо – только у меня готовое домашнее задание. 

Преподаватели удивлялись, а парни уже внимания не обращали. Они давно привыкли к тому, что я такой «ботаник».

По столице  я походил. Но одному гулять было неинтересно. Многого я просто не знал и не понимал. В местные центры развлечений тоже опасался заходить. Так что к середине года перестал тратить стипендию на ненужные мне прогулки. Не так уж много нам и платили. Местная система денег была необычной. Все эквивалентно приравнивалось к «каплям» магической силы кристалла. Мне, кстати, в голову пришла мысль попробовать самому заполнить мавритт. В один из выходных дней я в схроне попытался перекачать энергию. Даже капли не прибавил. Но выдохся основательно. Потом валялся у себя в комнате без сил и размышлял. Так-то логично, что я не смог пополнить кристалл. Иначе бы все ворожеи были «миллионерами».  

Сам мавритт добывают в рудниках уже заполненный магией. Между собой с одного кристалла на другой перебросить эту энергию получалось легко. А еще мавритт должен быть обязательно оформлен в подвеску. Чистый, без опознавательных знаков кристалл – нелегален. Примерно, как на Земле фальшивая монета. И только после прикрепления имперской метки мавритт приобретал статус денежного эквивалента. 

Торговля «рудниковыми» мавриттами строго наказывалась. Местных контрабандистов ждала смертная казнь. Так что зарабатывать эти самые «капли» можно было только честным трудом. А вот как происходил сам переброс силы между кристаллами я так и не смог понять. Но счетчик на подвеске всегда работал исправно. Местная технология. 

Впрочем, пока меня эти «деньги»  волновали мало. У меня по плану были другие задачи: учеба и полеты.

Ожидаемо, завершил первый курс достойно. 

Нам потом дали полмесяца на отдых перед переводом на второй курс. И, собственно говоря, все теоретическое обучение было завершено. Дальше начиналась практика. Честно говоря, я уже изнывал от нетерпения. Очень уж хотелось, наконец, попасть на звездолет.

Только перед началом второго курса мы снова должны были пройти проверку: обязательное собеседование у центумвира.

 Нужно ли говорить, что я даже не удивился, когда встретил судью Асса Антонина. Он, оказывается, курировал всех пилотов. Как будущих, так и тех, кто уже летал. В этот раз я не так трясся перед центумвиром. Может, потому что «грешков» за собой не замечал. И даже с интересом ждал тех вопросов, что, по идее, должен задать судья.

Как ни посмотри, я со всех сторон такой «благонадежный»: учусь отлично, регулярно смотрю репортажи с участием императора, врагов в Академии не имею. Да и все преподаватели меня нахваливают.

– Адель Флави, отчего вы не приветствуете посещение столицы и большую часть свободного времени находитесь на территории школы? – нашел до чего «докопаться» центумвир.

– Предпочитаю тратить свободное время на благо империи, – сообщил я судье. Но, завидев его удивленный взгляд, пояснил: – Планирую стать пилотом высочайшего класса, чтобы на деле подтвердить свою преданность императору. Считаю развлечение отвлекающим фактором.

Центумвир беззвучно открыл и закрыл рот. Немного помолчал и продолжил:
– То есть ты испытываешь проблемы в физиологии и сексом не интересуешься? – непонятно каким образом сделал подобные выводы мужчина.

Теперь настала моя очередь хлопать глазами. Между прочим, с той самой физиологией у меня ого-го какие проблемы были! Секса хотелось, и сильно. Утренняя дрочка перед занятиями только снимала напряжение. Но не стану же я рассказывать судье, что иногда мне снятся поцелуи Готье. И вообще хотелось ощутить живое и горячее тело.

– Предпочитаю посвятить себя полностью делу процветания империи, – еле подобрал я слова в ответ.

– Угу, – кивнул судья. – Переведен на второй курс, допущен к полетной практике.

========== Часть 11 ==========

Что бы там ни говорил центумвир, но желания искать приключений на свой зад у меня так и не возникло. Время до начала учебного года я так и просидел в Академии.
 А потом всех курсантов перевели в жилые корпуса при космопорте.

В первую же ночь я очумел от впечатлений. Пассажирские лайнеры взлетали и приземлялись до поздней ночи. И если от их шума только дребезжали стекла, то при старте звездолета потряхивало все помещение. А поскольку стартовал этот летающий монстр на рассвете, то можете представить мои пожелания ему вслед!

Впрочем, помятый и не выспавшийся видок был у всех парней. За завтраком в общей столовой мы вяло ковырялись в закусках и налегали больше  на энергетики.

Новый куратор нас оглядел, усмехнулся и сообщил:
– Отоспитесь на орбите. Там тишина и покой.  После завтрака получите номера распределений по командам.

Мы тут же поглотали остатки завтрака и дружно рванули к табло распределения.
У всех в глазах читалось одно: «Неужели я скоро полечу в космос!»  Столько лет учебы и труда, и вот мечта почти стала явью.

Меня, как лучшего из лучших, распределили на крейсер. Обычный звездолет, что доставлял на орбиту отряды наёмников. Больше половины группы попала на простые грузовики. Разница в комфорте была существенной.  И на крейсерах гравитация была относительной, но там хотя бы по салону не летаешь. У грузовых кораблей отстегивать ремни кресел не рекомендовалось до окончательной пристыковки к станции.

Старший диспетчер нас всех потом собрал в предполетной комнате и детально проинструктировал.  Поскольку мы пока все были младшими помощниками пилотов, то обязанности имели соответствующие: проверить салон до погрузки экипажа, проверить наличие напитков, медикаментов. Провести полное вентилирование и, конечно, присутствовать на погрузке. Будь то люди или оборудование.

И раз уж я попал на крейсер, то встречать должен был отряд наемников вместе со вторым пилотом в здании космопорта. Сразу после всех профилактических проверок внутри корабля, я шустро сменил комбинезон на полупарадную форму и побежал встречать команду.

Волновался  изрядно. И хотя Элон, второй пилот, заверял меня, что пока от меня ничего сверхъестественного не требуется, я продолжал нервничать.  Да и стоять на выходе из галерей спокойствия не добавляло. Кажется, на меня пялились все пассажиры  космопорта.

Отряд №12, что пошел на погрузку, так вообще заулюлюкал, когда сообразил, кто их будет сопровождать в полете.

– Лапулька, сядешь ко мне на коленки? Мой номер жилого комплекса 209 (230, 245 и так далее), – то и дело слышались замечания от мужчин.

Я только что не скрипел зубами. Потом уже в салоне продолжил выслушивать сомнительного рода комплименты.  Эти крупные самцы отчего-то решили, что я  буквально мечтаю получить один из их членов в свой зад!

– Так что, красавчик, скрасишь мой досуг сегодня вечерком? – похабно улыбался командир двенадцатого отряда, пока я проверял ремни безопасности.

– Обязательно, – огрызнулся я. – Только не сегодня, а завтра в часы тренировки. Приглашаю на спарринг. Победишь – мой зад в твоем распоряжении.

Мужчина похоже не понял серьезности моих намерений. Или решил, что это такой оригинальный способ заигрывания. В общем, пока я занимал свое место в хвосте салона отряд вовсю обсуждал предстоящее развлечение.   Крейсер же тем временем вырулил на  полосу и пошёл на взлет.

Перегрузки меня впечатлили. Но тем не менее  чувствовал себя относительно хорошо. И, как только закончилось  ускорение, поспешил проверить отряд. Воины, в отличии от меня, летели не в первый раз. Так что обмороков и потери сознания не было.

Второй пилот тоже вышел в салон. Его больше интересовало мое самочувствие. Заметив, что я красный и злой от того, что каждый второй так и норовил меня шлепнуть по заднице, Элон только хмыкнул. И на всякий случай предупредил отряд, что через годик я уже стану вторым пилотом и лучше отношения не портить. 

Парни не то чтобы угомонились, но к словам пилота прислушались. В общем, к орбитальной станции я подлетал, имея намеки о сексе от всех мужчин и пять предложений о замужестве.

Позже наемники ушли в свою зону. А меня пилоты повели представлять руководству станции, заселяться в личную комнату и, вообще,   знакомиться со станцией.

Если не знать, что этот комплекс построен на орбите планеты, то ни за что не определишь. Помещение очень напоминало общежитский комплекс пилотов в академии. Скорее всего это было сделано специально, чтобы новички не терялись и могли самостоятельно отыскать и столовую, и прочие помещения.

Но на панорамную площадку я сходил. Постоял, повосхищался зрелищем открытого космоса и вернулся к своим обязанностям. Их   у меня было немного.  По идее помощника пилотов даже на вылеты не берут. Отряд будет дежурить без меня.

А спарринг в спортивном комплексе я с командиром отряда имел. Отметелил его знатно. Честно говоря, я планировал просто дождаться  момента, когда мужчина выдохнется, устав от моих провокаций, поскольку моя выносливость на порядок выше. Но оказалось все еще проще. Уровень подготовки наемника оставлял желать лучшего. Я уже на второй минуте опрокинул на пол этот «шкаф» и зафиксировал в болевом приеме. Потом сообщил, что задница наемника меня не интересует, но свой «лот» я оставляю. Найдется тот, кто со мной справится – предоставлю свои аппетитные округлости.

Тренировки на орбите были обязательными для всех без исключения. А тут такой достойный повод появился у отряда. За этот месяц   я успел «повалять» всех. Хотя техники и обслуга отряда приходили  на спарринг не сражаться, а просто на меня посмотреть. Да и ждать каких-то супер способностей от кухонных работников не стоило. Но «развлечения» были у всех.

Кажется, только Элон мог что-то противопоставить моим умениям. Обычные же стрелки отряда проиграв мне поединок,   ворчали, что им эти навыки в войне с саргами совершенно не требуются.  Одно радовало, что на меня перестали смотреть  как на красивую куколку. 

Примерно по такому же сценарию я строил отношения и с  отрядом №13, что прилетел на смену через месяц.  Наемники служили на орбите, сменяясь  каждые сорок пять дней, и только пилоты не менялись, курсируя между станцией и планетой.   Но никто не жаловался.

Со своими однокурсниками я почти не встречался. Орбитальный комплекс был огромным.   Чтобы попасть из одного сектора в другой,  требовалось специальное разрешение. Только  технический персонал мог перемещаться по станции беспрепятственно. Правда, адмиральский сектор и для них  был закрыт. 

Флагманский звездолет за год службы я увидел только один раз.  Он даже взлетал в стороне от основного портового  комплекса. Попасть на адмиральский звездолет хотелось многим. Не потому, что зарплата была в три раза выше. Скорее всего, это был вопрос престижа. 

И даже мои отличные оценки не были гарантией, что я когда-то попаду на этот звездолет.  Служила там элита элит.  Мое же происхождение не давало шанса попасть в число избранных. Впрочем, меня устраивало уже то, что я имел. Мог ли я, сидя в колодце замка, мечтать о подобном?!  Я живу буквально в сердце «научной фантастики». Орбитальный комплекс со всеми его маго-техническими наворотами потрясал воображение. Одни лифты, как вертикальные, так и горизонтальные, чего стоили! 

Нареканий и замечаний за год службы я не получил ни одного. На очередном собеседовании, когда переводили на третий, последний курс, центумвир даже похвалил. Наемникам так хотелось победить меня во время спарринга, что два отряда улучшили свои показатели по самообороне. Я, кстати, это тоже заметил. И в последние три месяца уже свой зад в качестве приза победителю не выставлял.

Третий год в Академии ничем не отличался от предыдущего. Разве, что один раз мне доверили пилотирование взлета. И вообще летать стал чаще. Не только на крейсерах, но на грузовых кораблях проходил попеременно практику. Порой даже отдыхать не успевал. Только прилетал на станцию и тут же получал распределение на обратный рейс.

Кстати, судью Асса Антонина встречал постоянно   в порту. Он диспетчерскую службу распекал часто. Старший диспетчер обычно имел при этом зеленоватый оттенок лица. Центумвир всегда находил, к чему придраться. Пилотам же порой  приходилось по часу ждать отметки от диспетчеров, выслушивая все то, что думал судья об этой службе.
Только я бояться конкретно этого центумвира уже перестал.

И как оказалось –  зря.

Итоговая аттестация по завершению Академии прошла успешно. Но местными  правилами предписывалось обязательное собеседование и проверка на благонадежность. Особых сюрпризов я от собеседования не ждал. Сколько их (собеседований) у меня уже было... Да и пугать рудниками судья давно перестал. Слишком  много сил и средств было вложено в мое обучение.

В общем, на встречу с центумвиром я шел без  опаски. 

– Адель Флави, отметку о благонадежности я тебе поставить не могу, – сразу озадачил меня Асс Антонин. – В звании пилота тебе отказано, – припечатал судья.

– Отчего так? – выжал я из себя вопрос и ощутил, как ладони мгновенно вспотели.

– Не вижу твоей лояльности к имперской системе.

– В чем это проявляется у меня? – предпринял я отчаянную попытку разрулить ситуацию.

– Какая разница, – отмахнулся судья. – Может, мне твоя обувь показалась недостаточно чистой или у тебя в комнате будет найден  рудниковый мавритт. Поверь, повод я найду, – усмехнулся мужчина.

Кивнул. В принципе уже понял, что судье что-то от меня нужно получить, оттого он и кочевряжится.  Асс Антонин же уставился на меня, оценивая реакцию на свои слова. И наконец, соизволил «огласить приговор»:
– Одна ночь со мной и я признаю тебя благонадежным. Получаешь значок второго  пилота и место в экипаже.
Страницы:
1 2
Информация
Посетители, находящиеся в группе Гости, не могут оставлять комментарии к данной публикации.

0 комментариев